Лина Розен Аромат сандала на рукаве

Серия первая «Соль Чанъаня»

Шел девятнадцатый год под девизом правления Яньань. Над Империей нависали тучи, но жители давно не смотрели ввысь – они не ждали мира, надеясь лишь на невозмутимость тьмы.

В шуме Западного рынка, где легко принять пыль за рис, перед мужчиной в благородно поседевшей одежде обыватели расступались, опуская взгляд. Даже спустя два года Ки Жань казался зверем, спущенным с цепи.

Он прошел мимо лавочек и павильонов с яркими вывесками к массивным деревянным воротам, кивнул вышедшим покупателям и скрылся внутри. Короткий луч солнца проявил над входом резную табличку с иероглифом «Мяо».

В прохладе скрытой комнаты А-Лань смешала камфору и атрактилодес, формируя однородную смесь, и добавила каплю сюнхуана в центр. С помощью сянби вывела уверенный узор изгнания и накрыла благовоние крышкой.

Ширма сообщила о вошедшем раньше, чем неровные шаги. Девушка отложила ароматическую кисть.

– Какие вести? – голос ее был тихим, как скрытый в горах лес.

– Госпожа, – Ки Жань склонился в поклоне. – Все, как вы ожидали. Хранитель драгоценных даров и подношений Гао Шоу будет сегодня в Алом павильоне. Он приказал подготовить «Шелковый капкан», чтобы хватило до утра.

Алый павильон считался вторым из самых роскошных и закрытых мест в Чанъане. Только здесь, в отличие от императорского дворца, сбрасывали маски.

– К завтрашнему состязанию все готово?

– Ароматные свитки, дарственные плитки и шарики собраны. Работницы подобрали лучшие творения павильона.

Она положила «Изгнание» в шкатулку и вышла из-за ширмы. Мужчина отступил назад, не смея коснуться даже края темного пао.

Он пах полынью, солью и горьким чаем – тем немногим, от чего А-Лань не было больно. Она протянула выполненный заказ.

– Поручи, чтобы это отдали начальнику стражи Северных ворот, и возвращайся. Скоро крысы уйдут.

Крысы – не только те, что в казармах. Но и те, кто не открыл ворота семь лет назад.

Девушки расступились, впуская Гао Шоу. Юэцзи коснулись струн пипы, и бамбуковые флейты вторили им, как сорвавшиеся с листьев бабочки.

Шорохи наполнили комнату. На лакированном столе служанки расставили посуду: нарезанная нитями хрустальная речная рыба, чай, засахаренные плоды и ледяные дыни – Хранитель даров и подношений устроился на резном ложе, одобрительно кивая собственным мыслям.

Скрытая за вуалью А-Лань внесла поднос с причудливо скрученными благовониями. Юэцзи умолкли.

Едва заметное движение тонкой бледной руки – и «Шелковый капкан» вспыхнул, как распустившийся паучий цветок. Гао прикрыл глаза, хмурясь и улыбаясь одновременно.

Девушка с поклоном отошла от стола. Румянец, учащенное сердцебиение, капля пота у линии роста волос – мужчина дышал ее творением.

Почти два месяца прошло с тех пор, как он впервые сделал заказ. Тот, кто искал средство от бессилия и считал Павильон пустоты непримечательной лавкой, теперь желал единоличного покровительства.

Он упрочил их известность среди чиновников, закончил внесение в официальный имперский реестр и работал над охранной грамотой. Просьба начальника стражи Северных ворот была первой из ласточек, слетевших с его рукава.

«Шелковым капканом» начали интересоваться высшие чины. Многие заметили деятельность Гао – никто не знал, что улучшением здоровья он занимался уже дважды в день.

Агар сменила амбра. Бархатный дым распространился по комнате. Тело мужчины охватил приятный жар, и он откинулся назад, расслабляясь и требуя продолжения.

Мелодия вплелась в аромат, точно нить. Шелковые одежды поднялись в танце, напоминая потоки клубящихся частиц.

Она вышла, сделав долгожданный вдох. Совсем юная цзи – судя по сильному аромату косметики, из новеньких – забрала одолженный поднос.

– Вы знакомы с хозяйкой Пустоты?

Ее глаза блестели, не зная слез. Любопытство казалось поверхностным и оттого – нежеланным.

– Не больше вас, госпожа.

– О ней говорят, – она смотрела прямо, разглядывая собеседницу. – Хозяйка сама надевает работницам вуали и так защищает их. Мне интересно, – девочка приблизилась. – Если кто-то коснется...

Движение руки колыхнуло вуаль. Оказавшийся рядом гость остановил запястье раньше, чем отступила А-Лань.

– Не стоит проверять такие вещи, – вмешался он.

– Прошу извинить, – цзи безупречно поклонилась. – Меня заворожила красота луны.

Он обернулся. На бледном лице незнакомца круги под глазами казались особенно темны, но взгляд был твердым.

– Вы в порядке?

– Благодарю господина за защиту, – ответила А-Лань. – И, надеюсь, полученный ответ удовлетворил госпожу.

Развернувшись на носочках, девочка удалилась. Незнакомец поправил широкий рукав, и в воздухе скользнул слабый аромат Луннао.

Приближенный к императору? Здесь?

Прилив чувств заставил сжать ладонь. Нет, не время.

– Вы говорили о Павильоне пустоты? – спросил мужчина, не позволяя уйти. – Я прибыл в столицу недавно, но об этом месте слышу не первый раз. Вы работаете там?

– Помогаю.

– Ваша хозяйка давно сотрудничает с Алым павильоном?

– Я лишь доставляю заказы, господин.

– И вам не страшно?

– Поднимаясь в гору, не обойти извилистой тропы, – девушка ответила быстрее, чем подумала. Желая заглянуть за вопрос, она чуть наклонила голову. – Но я не одна на этом пути.

Шорох раздвижной ширмы прервал уединенный разговор. Показавшись в проеме, юэцзи замерла на миг.

– Вы еще здесь?

В словах красавицы сквозило пренебрежение, но в подъеме плеч угадывалось беспокойство. А-Лань плавно отступила на шаг.

– Прошу извинить. Господин, госпожа, – попрощалась она. – Доброй ночи.

Она вышла из Алого павильона, чувствуя, как пересекла тысячу вершин и десять тысяч пиков. Ки Жань стоял у ворот, не отрываясь от света и теней в окнах.

– Мне разобраться с ним? – подошел он.

Под простой одеждой угадывался скрытый клинок. Тот, кто видел все.

– Этот человек непрост, – девушка качнула головой. – Он ищет.

Только она не знала, что. И по чьему приказу.

В Алый павильон ходили не только гости. Матушке Сюань следовало о них знать.

Серия вторая «Роскошь пустоты»

Дождь за окном жемчужной занавесью накрыл мир. Капли проникали в комнату, оставляя на лакированном дереве порывистые следы.

Тонкая дымка «Хрустального покоя» рассеялась, как вдох. Молодой человек в светлом одеянии пробудился.

Снова этот сон. Кто-то играл на цине в уединенной хижине в бамбуковом лесу. Он почти различал слова – только лица мастера разглядеть не мог.

Принц раскрыл ладонь, не ощущая дрожи в пальцах, и наполнил чашку. Горький аромат отозвался в сердце землей.

Небо обременило его немощью тела и даровало титул. Тот, кто мог призвать тысячу музыкантов, сам не сыграл бы и ноты.

Глоток – и он осмотрел разложенные на столе отчеты. За несколько месяцев Павильон пустоты стал местом, привлекающим взгляды. Хранитель драгоценных даров и подношений сделал то, чего Ли Чжэнь не мог.

Нет возвышения, которое не предвещало бы падения. Наследный принц, о состоянии которого не знали ни лекари, ни отец, зависел от благополучия торговой лавки.

Хозяйка Павильона пустоты продолжала ускользать. Юэцзи неохотно говорили о мастере благовоний, опасаясь, что их превзойдут. Опрошенные советником Ляном работницы оставались преданы госпоже.

Служанка из Алого павильона была не первой, кто ушел от расспросов. Почему же он продолжал думать о ней?

Ли Чжэнь поднялся и завел руки за спину. Это неправильно.

Ее серый наряд, традиционный для Павильона пустоты, казался туманом, за которым пытались скрыть благоухание цветов. Взгляд из-под вуали был прямым.

Она не испугалась цзи, словно не допускала, что та нарушит закон. На вопросы отвечала спокойно – почти холодно. Не оправдывалась.

– Ваше Высочество, – Лян Чэнъи появился бесшумно. – Не стоит так долго оставаться на холоде.

Ветер закрыл окно, стуком вторя словам советника. Принц прекратил мерить шагами комнату.

– Скажи, что вести хорошие.

– Докладываю Вашему Высочеству, – советник в полупоклоне сложил руки перед собой. – В честь дня рождения Хранителя даров и подношений лавкам Западного рынка пожаловали несколько рулонов багрового шелка. Навес укроет от дождя.

– Хорошо, – выдохнул Ли Чжэнь.

Они давно задумали этот праздник. Нельзя было упустить возможность приблизиться к Павильону пустоты, не вызывая подозрений. Встреча должна состояться.

Сотни голосов объединились под просмоленным куполом. Раскаленный воздух дышал специями и маслами, превращая рынок в ольфакторную ловушку.

Дым от парадных курильниц оповестил о начале Доусяня. А-Лань вернулась за стол.

– Эти состязания – предлог для наблюдателей и врагов, – она расправила ткань подола и подняла голову. – Юэцзи подтвердили, что идея не принадлежит Гао Шоу, но они не знают, откуда ветер.

Ки Жань выступил вперед. И без того огромная тень удлинилась на полу.

– Я защищу вас.

– Не стоит.

– Госпожа?

– Цветению и киновари я предпочитаю пустоту, – девушка опустила письмо Алого павильона в бронзовую жаровню. – Позаботься о наших людях. Если что-то пойдет не так, ищи меня здесь.

Духи сянлу сражались углями и дымом. Купцы и послы, служанки и знатные дамы толпились у лавок так, что лица их невозможно было разглядеть – Лян Чэнъи прокладывал путь.

У ворот Павильона пустоты девушки в вуалях и сером шелке безмолвно принимали гостей. В центре длинного прилавка дымилось одно единственное благовоние – запах агара оттенял едва уловимый аромат чая.

Работницы павильона рисовали на песке. Среди простых линий сложенные ароматные шарики и свитки напоминали туман над водой, а неровные башни плиток – зубцы гор. Картины менялись несколькими движениями руки.

– Они рисуют Сычуань?

– Это больше похоже на гору Тайшань.

– Разве их не несколько?

Здесь было меньше людей и тише, отчего каждое слово казалось громким. Зрители шептались, пытаясь определить место по очертаниям форм.

– Господин, – негромко позвал Лян Чэнъи. – Они сражаются за благовония. За каждую разгаданную загадку Павильон пустоты дарит ароматный шарик или свиток.

Принц подался вперед. Он хотел попробовать.

Три извилистые параллельные борозды были зажаты между башенками из шариков. Свитки казались рассыпаны так густо, словно хотели скрыть реку от постороннего взгляда.

Это, действительно, была Сычуань. Вернее, ее особенно прекрасная в своей неприступности часть – Три ущелья.

– Я покинул Боди, что стоит средь цветных облаков, – проговорил принц, привлекая внимание одной из работниц Павильона. – Это Цюйтан, Ву и Силин.

– Господин прав, – девушка отложила резец. – Он разгадал даже раньше, чем я закончила рисунок. Пожалуйста, выберите любое благовоние.

– Ваша хозяйка уверена в себе, – Ли Чжэнь оглядел прилавок. – В Доусянь, когда все торговцы лично представляют творения, позволила ароматам говорить за себя.

Он уловил краем взгляда мужскую фигуру, мелькнувшую за ворота. Работница улыбнулась.

– Господин не до конца прав.

– И где же она? – женский голос, раздавшийся со спины, казался высоким.

– Доброго вечера, – девушки склонились в приветствии.

К прилавку порывисто подошла молодая госпожа в шляпе-мимао, укрытая розовой вуалью. Двое слуг семенили позади, выдавая высокое положение незнакомки.

Зрители переглянулись. Некоторые поспешили уйти.

– Отвечайте! Хозяйка Павильона пустоты присутствует на состязаниях?

– Быть может, она не смеет показываться.

– Ты кто такой? – девушка обернулась, несмотря на то что принц говорил тихо.

– Она скрывает лицо и даже с гостями лично не встречается, – продолжил Ли Чжэнь. – Ко всему доведенному до крайности следует относиться с осторожностью, а ее благовония разве не слишком хороши?

Он взял ароматный шарик, и башня разрушилась. По лицам работниц скользнула тень, но они сохранили вежливую отстраненность.

– Взгляд, желающий совершенства, безмятежен. Тот же, что ищет изъяны, беспокоен, – голос, подобный скольжению рыб в воде, заставил принца поднять голову. – Будьте снисходительны, господин. Вина Павильона пустоты, что он слишком скромен для вашего вкуса.

Это была она. Та же манера речи, та же сила духа. Если это была Хозяйка пустоты, то именно с ней он говорил в Алом павильоне.

Она была в темном одеянии, в вуали, скрывающей лицо. Ее придерживал мужчина в простой, но чистой одежде, с затаенной злобой во взгляде.

Брат? Покровитель?

И главное... Хозяйка пустоты была больна?

– Госпожа, – девушка повернулась к незнакомке, заставляя Ли Чжэня на миг ощутить нехватку этого взгляда. – Что Павильон может сделать для вас?

– Вас негласно признали победителем Доусяня, но это благовоние – единственное, что у вас есть?

– Истинные сокровища подобны нефриту, скрытому в шкатулке. Во тьме они сияют ярче того, что на виду, – Хозяйка сделала едва заметный жест, и ее проводник тут же отступил. – Желаете взглянуть, госпожа?

– Завтра же доставьте в дом Министра Ван лучшее из того, что есть, – незнакомка указала на принца. – Пусть доставит он.

– Как пожелаете, – отозвался принц, не позволяя Лян Чэнъи выступить вперед.

Значит, такой была Ван Синьи, которую ему сватали?

Серия третья «Сад камней»

На следующее утро наследный принц Чанъаня был на месте. Среди множества усадеб Павильон пустоты казался пионом в окружении трав.

В час кролика он принял первых покупателей. Купцы, слуги и обыватели стекались, чтобы сделать заказ и лично посмотреть на победителей Доусяня.

Работницы уделяли внимание каждому. Даже к Ли Чжэню, стоявшего у ворот, они подходили несколько раз, предлагая помощь.

Советник Лян не скрывал недовольства. Принц желал проверить, как Павильон пустоты справится с данным обещанием, и ради этого играл роль посыльного.

– Если кто-нибудь узнает об этом... – он качал головой. – Как вы оправдаетесь, Ваше Высочество?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.