Ли Данре Когда я умру...

Я перевёл взгляд на ангела. Он сидел, закинув ногу на ногу, и без всякого интереса наблюдал за этим дождливым городом, словно происходящее его совершенно не касалось.

– Будешь смотреть на него всю дорогу? – послышался насмешливый голос демона.

–

– Если что он женат.

Я фыркнул.

Интересно каким был бы этот мир, если бы не существовало ни ангелов, ни демонов? Если бы люди были просто людьми?

Наверное, слишком хорошим, чтобы в него поверить.

Время тянулось, как резина. До приезда оставалось еще двадцать минут, а по ощущениям целую вечность. В голове разворачивались самые страшные картины происходящего в доме Виолы. Я представлял, что я нахожу её сидящей на полу, с опущенной головой, в кромешной темноте. Ангел нависает над ней с обезумевшей улыбкой, проверяя, дышит ли она еще, а потом признается, увидев меня в пороге, что наконец-то он чувствует себя свободно.

Или другой вариант – я открываю дверь и вижу следы борьбы: разбросанные вещи, перевернутый стул и разбитая ваза. От увиденного становится жутко, ощущение будто борьбы и не было вовсе, словно кто-то просто пытался имитировать хаос. Я с ужасом в глазах забегаю в каждую комнату, но ее нигде нет И вот за последней дверью я вижу ангела. Он устроился на подоконнике у открытого окна, и безмятежно рассматривает улицу (как обычно это делает мой демон). Холодный ветер врывается в комнату, а штора медленно качается от сквозняка. И я неуверенными шагами подхожу к нему, чтобы тоже посмотреть на улицу, вниз, на тело, лежащее под окнами.

Я тряхнул головой, отгоняя его безликий образ.

Но на смену этой картине быстро пришла другая Она жива. Спокойно сидит на кровати и листает телефон. В квартире чисто убрано, нет никаких следов борьбы или кровопролития. Ангел сидит рядом и рассказывает девушке какую-то смешную историю, она убирает телефон, кивает ему и смеется. При виде меня они оба вздрагивают. Виола как перепуганный котёнок жмётся к ангелу. Дрожащим голосом она спрашивает, как я здесь оказался. Ангел тоже смотрит на меня с недоумением, приподняв одну бровь, и слегка отгораживает её от меня плечом. Внутри зарождается чувство, словно я чёрное пятно на белом ковре.

И снова я – чудовище, которого боятся и презирают.

Спустя пару минут такси остановилось у многоквартирного дома. Не дожидаясь, пока водитель пожелает мне хорошего вечера, я выскочил наружу.

Дождь за это время только усилился. Под подошвами противно хлюпала вода, пока я быстро пересекал двор. По дороге даже едва не растянулся на ступенях.

Влетев в подъезд, я замер на месте. Кажется, я еще никогда не был в подобных местах. Светлый холл сиял чистотой. Стены были отделаны белым камнем, на полу блестела плитка, а рядом с лифтом стояли большие кадки с растениями. Даже воздух здесь пах чем-то свежим и дорогим.

Лифт тоже был до неприличия вылизан. Я боялся прикоснуться к его поручням, словно мог их испачкать одним своим дыханием.

Хмуро наблюдая за сменяющимися цифрами этажей, я слушал убаюкивающую мелодию лифта. Видимо, кто-то считал, что такая музыка помогает успокоиться, но на деле она лишь действовала на нервы.

Когда двери наконец открылись, я выскочил в коридор.

Двенадцать двадцать три.

Квартира была прямо передо мной. Набирая побольше воздуха в легкие, я нажал на звонок.

– Тр-р-р-р

Вдруг появилось желание развернуться и уйти, но было уже поздно. Послышался щелчок. Дверь медленно отворилась.

На пороге показалась девушка.

Невысокая – настолько, что макушка едва доходила бы мне до плеча. Рыжие кудри были кое-как собраны сзади, но несколько непослушных прядей все равно выбились и обрамляли лицо. Светлая кожа была усыпана веснушками так густо, словно само лето аккуратно поставило на ней свои метки. Она скорее напоминала девушку, которую оторвали от просмотра фильма за телевизором, чем человека, ожидающего собственной смерти.

Она выглядела... обычной.

Лишь глаза выбивались из этой картины. Под ними залегли легкие тени, словно сон уже давно стал для нее роскошью. Она встретилась со мной взглядом всего на мгновение, а потом посмотрела куда-то мне за спину.

Румянец быстро сошел с ее лица.

Пальцы, сжимавшие дверную ручку, побелели.

Я проследил за её взглядом. За моей спиной стоял демон.

Он сопровождал меня всю дорогу так молча, что в какой-то момент я попросту перестал его замечать. Его кошачий взгляд бегло изучал новое лицо, без особой угрозы, но было что-то пугающее в его неподвижной позе.

Демон слегка наклонил голову набок – он всегда так делал, когда ему становилось интересно, но даже привычный наклон головы в холодном свете ламп казался не любопытством, а чем-то хищным.

От этого движения Виола вздрогнула ещё сильнее.

– Виола? – осторожно спросил я.

Она моргнула несколько раз и перевела взгляд обратно на меня.

– Кто вы? – робко поинтересовалась она.

– Адам Я Адам. Я испугался за вас. Думал, что-то случилось. Простите. Наверное, я ошибся – Слова лились одно за другим, но я всё равно задыхался. Каждая следующая фраза будто спотыкалась о груду собственных ожиданий, которые я притащил сюда вместе с собой.

Она чуть прищурилась, оценивая меня, словно сканером.

– Вы Адам? – в голосе еще слышалось сомнение, но спустя короткую паузу девушка все же смягчилась: – Я думала, вы старше.

Я кивнул. Она неуклюже предложила мне войти в квартиру, скорее из вежливости, чем из собственного желания.

В доме царила тишина, за исключением стука капель о карниз со стороны улицы. Минуя зал и спальню, мы прошли на кухню.

– Чаю? – девушка, не дожидаясь моего ответа, ловко щелкнула чайник.

– Что собираешься делать? – шепнул мне на ухо демон, – может позовешь ее в спальню? У тебя давно не было кхм девушки, – он принялся поигрывать бровями, но мне совсем было не до смеха.

Я закатил глаза, в душе радуясь, что другие не способны слышать этот бред.

– Отвали, – вслух сказал я.

– Простите?.. – уточнила девушка.

– Я не вам да, чай. Отличная идея, – я так скривился, как будто только что съел целый лимон.

– Так ты сюда пришел чай пить? – демон тут же встал передо мной, загораживая девушку.

– Ты что творишь? – шепотом спрашиваю я, чтобы она не услышала.

– Выполняю свой долг. Хочешь ее убить? – Весело спросил он.

Я резко встал со стула, ошарашенно уставившись на демона.

– Да я так Напоминаю, что если не ты, то кто-то другой, – он подмигнул и испарился.

«Кто-то другой», – про себя повторил я, пробуя на вкус само словосочетание. Я встревоженно принялся озираться по сторонам.

– Вы что-то потеряли? – Виола поставила кружку с чаем на стол.

– Нет то есть да – я повернул голову в ее сторону. – А где ваш покровитель?

Девушка потупила взгляд, уставившись в кружку, словно на дне был ответ, потом зачем-то поправила ворот свитера.

– Он... не любит демонов.

– Это я понял.

Она несколько раз кивнул, как заведенная. Потом улыбнулась, и от ее улыбки повеяло холодом, что я невольно отшатнулся.

– Когда увидел вас... спрятался, – девушка мельком бросила взгляд в коридор, как будто там кто-то стоял.

Я проследил за ее взглядом – никого. Но в доме было темно, единственное, что освещало кухню – это приглушенный свет от вытяжки.

Дверь в коридоре, на которую она часто бросала взгляды, была приоткрыта. Совсем чуть-чуть. Щель шириной в палец. Из неё не пробивался свет, но мне показалось, что кто-то стоит за ней и наблюдает. Я моргнул и протер глаза, чтобы лучше разглядеть, а когда вновь открыл их, то дверь оказалась уже плотно закрыта.

Вернув внимание к девушке, я задумался: Виола изо всех сил делает вид, что не боится его или она и вправду не боится?

– Нет его там, – послышалось из-за спины. Я обернулся, но мой покровитель снова исчез, словно он играл со мной в прятки.

– А он нас сейчас слышит? – почти шепотом поинтересовался я у Виолы.

Я не знал с какой стороны подойти к ней, чтобы узнать, что же скрывалось за этой угрозой, о которой она уже дважды звонила рассказать на линию поддержки.

Девушка не спешила отвечать на мой вопрос. Мне даже показалось, что она притаила дыхание. В голове появился противный писк, какой часто появляется в абсолютной тишине.

Стук сердца отдавался где-то в горле.

– Виола?.. – позвал я.

Она закрыла лицо руками, а потом ладонями попыталась убирать кудрявые пряди за уши.

Я внимательнее всмотрелся в ее лицо и увидел, что её губы двигаются, но слов не было. Или я их не слышал.

В эту секунду за моей спиной послышался мягкий щелчок. Я вздрогнул и резко обернулся. Дверь в коридоре была открыта. Хотя мне казалось, что она была закрыта.

Девушка, не моргая, тоже смотрела на дверь, точно она задумалась о чем-то. Глаза ее, наверное, высохли, и она, резко зажмурившись, распахнула их, уставившись на меня.

– Вы что-то спросили?

Повторять вопрос не было никакого желания, но я повторил:

– Он нас может слышать сейчас?

– Нет..., но возможно да, – голос её дрогнул. Она нервно облизнула губы и покачала головой. – Он всегда слышит, – в её голосе послышалась горечь.

Брови напряглись, встречаясь у переносицы. Её слова звучали так, будто она описывала не ангела-хранителя, а надзирателя. Дверь то и дело приковывала к себе внимание. Мне казалось, что если я подойду и приложу ухо, то услышу чьё-то дыхание с той стороны.

– Вы с ним разговаривали до моего прихода? – спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Виола пожала плечами, но было в этом жесте что-то странное, некая беззаботность, несвойственная человеку, который подозревал, что его собираются убить.

– А что? Это важно? – она напряглась.

В панике, что я могу спугнуть ее и она закроется, я тут же принялся отрицать.

– Нет я просто уточняю, не берите в голову.

Мы снова неловко замолчали. Её пальцы ухватились за нитку на рукаве свитера и теперь она отчаянно пыталась ее оторвать. Но смотрела она не на рукав или на меня, а в сторону, на картину, висевшую на стене. На той картине был изображен уютный пейзаж с озером. Но девушка уставилась на неё пустым взглядом, будто там было что-то ещё.

Присмотревшись, я заметил, как в стекле отражается кухонный свет.

– Виола, – прохрипел я, стараясь вновь привлечь её внимание, – вы упомянули, что он радуется, когда вы хотите жить. Почему это вас пугает?

Она повернула голову в мою сторону. В её глазах мелькнуло что-то похожее на удивление. Будто она не ожидала, что я спрошу.

– Потому что – она задумалась, прикусив губу, – раньше он был другим. Раньше он просто был рядом. Как все ангелы. А потом что-то изменилось.

– Что же изменилось?

Она провела большим пальцем по краю чашки и глубоко вздохнула, словно я ее утомил. Хотя, возможно, так и было.

– М-м-м Наверное – она закашлялась будто подавилась собственными словами и тут же жадно запила чаем этот порыв. – Наверное Я перестала быть той, кем он хотел меня видеть.

Я ждал еще чего-то, но она поджала губы, не в силах продолжить.

– Вы хотите сказать, – начал я осторожно, – что он разочаровался в вас?

– Нет, – она покачала головой. – Что вы? – звонкий смех девушки обухом ударил мне по голове, она прикрыла рот рукой, но смех не останавливался, –Он он – задыхалась она, – он не разочаровался. Нет. Это был испуг.

По телу разбежались мурашки. Я вдруг понял, что и демон уже давно ничего не говорит. Сглотнув ком в горле, я почесал затылок.

– Ангел испугался вас? – мой голос надломился, словно я и сам испугался ее.

Виола подняла голову, в её глазах стояли слёзы. Она еле сдерживалась, чтобы не утонуть в них.

– Я не знаю, – прошептала она. – Я не знаю, что я сделала. Но что-то произошло, и он стал другим. Он перестал быть моим ангелом.

Сердце защемило от ее вида. Мне вдруг захотелось обнять ее, она не создавала впечатление человека, который мог придумать эту историю ради внимания. Да и даже если придумала, даже если она лжет, то делает это слишком искренне.

– Кем же он стал тогда? – на одном дыхании произнес я.

– Я не знаю, – повторила она, но теперь её голос звучал иначе. Твёрже. – Я пытаюсь вспомнить... Нет. Не так. Каждый раз... когда мне кажется, что я почти поняла... Всё исчезает. Наверное, он он вмешивается. Он не даёт мне думать об этом.

– Как именно?

– Я просто забываю, – она резко замолчала, будто сама удивилась слову. Пальцы сильнее сжали чашку. – Я знаю, что это звучит странно. Но каждый раз, когда я пытаюсь вспомнить как будто мысль уже есть, но она не моя. – девушка поникла, одна непослушная прядь упала ей на лоб и она тут же нервно принялась ее зачесывать назад, словно это была ее последняя попытка контролировать ситуацию. А потом тяжело вздохнула, сдавшись, – Иногда я просыпаюсь на полу в слезах, а в голове пустота. И он он словно бы стоит рядом и и улыбается.

Я сглотнул. Её слова звучали как описание пытки.

– Виола, – сказал я тише, в голове уже появилось предположение, от которого по спине пробежал холодок, – вы хотите сказать, что он стирает вам память?

Она посмотрела на меня и в её взгляде я прочитал ответ – она не знала наверняка, но она боялась, что это правда.

– Тяжело сказать, – Виола громко выдохнула. – Мне просто кажется, что он теперь не тот, кем был раньше.

Между нами повисла тишина. Дождь за окном продолжал моросить, а в углу не спеша гудел холодильник. Какое-то время никто из нас не решался проронить еще хоть слово.

Но чувство дискомфорта не покидало меня. Дверь в комнату всё также была закрыта, но теперь я почти был уверен, что за ней был он – ангел Виолы.

Взглянув на часы, я с ужасом понял, что мне пора. Мне не хотелось оставлять ее одну, но и оставаться здесь вечно я тоже не мог.

– Виола, – сказал я, вставая, – я хочу вам кое-что сказать. Я наверное, не должен этого говорить. Но я понимаю. Правда понимаю. Когда рядом постоянно кто-то, кто не дает спокойно жить... начинаешь думать, что выхода нет.

Девушка подняла голову, в её глазах мелькнуло удивление.

– Вы вы тоже?

– Да, – кивнул я.

Она смотрела на меня долго. На лице ее было написано, что внутри она борется с собой и хочет сказать что-то важное, но не решается. И в какой-то момент я понял, что она не скажет. По крайней мере не сейчас.

– Мне нужно идти, – с тяжестью в груди произнес я. – Уже поздно. Завтра я позвоню вам. В это же время. Хорошо?

Она кивнула.

– А если он будет рядом?

– Тогда я позвоню вам в другое время. Обещаю.

На этой ноте мы оба направились в сторону выхода. У двери я обернулся. Виола стояла в проходе, и я видел, как её плечи дрожат. Она не плакала. Она просто смотрела на меня так, будто я был последним человеком, который поверил ей.

Душа разрывалась на части от мысли, что я бросаю ее тут одну, наедине с потенциальным ангелом-убийцей. А что, если это последний раз, когда я ее вижу?

– Адам, – позвала она меня, когда я уже открыл дверь, – спасибо, что приехали.

– Не за что, – кивнул я и вышел в коридор. Дверь за мной закрылась тихо, почти беззвучно.

И в этот момент я почувствовал настоящее опустошение. Казалось, я только что закрыл дверь не снаружи квартиры, а изнутри её клетки.

Я нажал кнопку лифта. Когда двери открылись, я шагнул внутрь и нажал на первый этаж. Лифт начал опускаться. Противная мелодия вновь заиграла, будто смеясь надо мной. Я смотрел на сменяющиеся цифры и пытался понять, что же только что произошло.

Когда двери лифта открылись на первом этаже, я вышел в холл. Входная дверь была открыта настежь. Дождь всё ещё лил, но теперь он казался мне менее холодным. Или мне просто стало всё равно.

Я вышел на улицу и поднял лицо к небу. Капли стекали по щекам, и я не знал, были ли это слёзы или просто дождь.

Демон появился рядом. Молча. Он стоял и смотрел на меня. В его глазах не было привычной насмешки.

– Ты ведь знаешь, что я прав, – коротко сказал он, кивнув в сторону дома Виолы.

Я повернулся к нему в немом вопросе. Сил задавать их уже не было.

– Не лезь в это, Адам. У меня дурное предчувствие.

– Ты же демон, дурное предчувствие у тебя на роду написано, – устало заметил я, заказывая такси.

Он усмехнулся, но без привычной лёгкости.

– Дело не в этом, – он шагнул ко мне ближе, сверкая своими кошачьими глазами в темноте. – Ты вообще слышишь себя? Ты собираешься помогать ей. – Демон ткнул пальцем мне в грудь, сбивая дыхание. – Зачем тебе помогать этой сумасшедшей?

Я сжал телефон сильнее.

– Ты говоришь слишком много. Может заткнешься уже?

Где-то над нами мелькнула молния, но это уже не имело никакого значения, мы смотрели друг на друга как самые что ни наесть заклятые враги.

Кошачьи глаза еще долго смотрели на меня с прищуром.

– Я тебя предупреждал, – процедил он и исчез.