серьезное чтение

об истории серьезно

гуманитарные и общественные науки

биографии и мемуары

историческая научная и учебная литература

Книга «Петербург накануне революции» основана на курсе просветительского проекта Arzamas Academy. Курс состоит из цикла лекций историка и журналиста Льва Лурье и созданных авторами Arzamas сопроводительных материалов, которые помогают глубже понять эпоху.

современная русская литература

Петербург накануне революции

Arzamas/Арзамас

Ленинград 1970–1980-х годов. Неофициальная жизнь города становится ярче и смелее той, что на страницах официальных газет. Ленинградцы тех лет – рокеры, вольнодумные поэты, каратисты полузапрещенных спортивных секций, театральные деятели, первые гении рыночной экономики – все они совсем скоро станут главными актерами городской и в целом российской сцены. А пока им приходится существовать в быстро меняющейся повседневности позднего Ленинграда. Об этой, казалось бы, недвижной, тихой эпохе рассказывает книга Льва Лурье, основанная на десятках интервью свидетелей и участников неформальной жизни города на Неве.

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

боевики, остросюжетная литература

исторические любовные романы

вестерны

современная зарубежная литература

Поздние ленинградцы. От застоя до перестройки

«Серебряный век» стал для России временем нерешительных мужчин и роковых женщин. Ослабление воли правящего класса предреволюционной России привело к тому, что без всякого официально провозглашенного равноправия «русские амазонки» принимали все большее участие в политике и экономике, управляли мужчинами, а не подчинялись им. Героини этой книги сейчас практически забыты, но каждая в свое время была известна и сыграла в жизни России роковую роль.

короткие любовные романы

Хищницы

Петербург и Москва – два российских мегаполиса, бывшая и нынешняя столицы, соревнование между которыми не прекращается никогда. Книга посвящена описанию петербургской «самости», того, что делает жителей города непохожими ни на москвичей, ни на провинциалов. Действия книги охватывают век между 1912-м и 2012-м годами: между городом Александра Блока, Павла Милюкова и Тамары Карсавиной и местом, где живут Василий Кичеджи, Роман Широков и Сергей Шнуров. От акмеистов до хипстеров: обычаи, персонажи, трагедии и комедии города «славы и беды».

историческая литература

Без Москвы

Окно в историю

Говорят, что архитектура – это музыка в камне. Но ведь музыка бывает разная: Фридрих Шопен и Стас Михайлов, «Полонез» Огинского и «Пятая симфония» Шостаковича. Большая часть города отражает кратковременные и вторичные модные тренды. Когда-то язык этих зданий был ясен современникам. С тех пор дома остались, а повод забыт. Для Петербурга это особенно важно. Достоевский говорил, что всемирная отзывчивость – главное качество русских. Петербург всех времен отражал не только отечественную, но и мировую моду. Петербург – это текст. Наши лекции – попытка его прокомментировать от Петра Первого до Георгия Полтавченко. Лекция 1. Город первой половины XVIII века. Как детские травмы Петра Первого повлияли на план и облик города – и каковы четыре здания, оставшиеся с тех времен. Почему Расстрелли был гастарбайтером, а Трезини не был архитектором. Есть ли связь между целомудренностью императриц и красотой улиц. Зачем Елизавета Петровна лично встречала все суда с тканями и украшениями. Когда Латинская Америка стала нам ближе Амстердама. Какая деревня в черте городского центра просуществовала до середины XX века. Об этом, о том, почему лучшие дворцы Петербурга непригодны для жизни, и о многом другом – на этой лекции. 
Лев Лурье. Историк и журналист. Лауреат премии «Золотое перо» как лучший журналист года, Анциферовской премии за труды по истории Петербурга и множества наград за телефильмы. Автор десяти книг по истории России и истории города. Основатель Санкт-Петербургской классической гимназии и журнала «Квартальный надзиратель». Колумнист «Делового Петербурга» и «Фонтанки». Автор десятков документальных телевизионных фильмов. 


Лекция 1: «Петербург: стартовый взлет»

Что стояло за стремлением Екатерины к просвещению и облагораживанию России? Что означало выражение “попасть в случай”, и что хорошего дал Петербургу и России Фаворитизм, который при Екатерине был частью государственного хозяйства? Каково это – жить во дворце, и зачем Екатерина сама стирала белье? 

Лекция 2: От гламурного рококо к классицизму «Третьего Рима»

Царь – поклонник Вальтера Скотта и цензор каждого нового фасада, а десяток новых дворцов в Петербурге – следствие плодовитости монаршей семьи. Девиз Николая I – никаких кортежей! Новогодняя елка и лучшие архитекторы: все из Пруссии. Уродство Исаакия на фоне трехэтажного Петербурга. Еще величие России и уже загнивание Европы: вплоть до севастопольского краха. Русский национальный стиль. Позор от поражения и неизбежность реформ в наследство. Смерть: яд, нервы, воспаление легких?

Лекция 4: Петербург времен Николая I

«Новый русские» и их дворцы. Обезображенный Петербург 1860-1880-х. © Издательство Гельветика 

Лекция 5. Китч Александра II и его сходство с Ельциным

Во времена Александра III в архитектуре, искусстве и моде господствовал русский стиль, и сам император, когда-то серьезно занимавшийся историей Древней Руси, лично содействовал проведению множества исследований по истории допетровской России. Одной из мин, подорвавших самодержавие, оказалось введение классической системы образования как средства борьбы с неверными режиму. Но как это ни парадоксально, и В. Ульянов, и И. Джугашвили, и Л. Бронштейн – выпускники классической гимназии, получившие по ее окончании свидетельство о благонадежности – документ, призванный гарантировать власти спокойный сон. С благонадежностью не сложилось, но уровень образования следующего поколения революционеров по сравнению с предыдущим заметно вырос. А изучение греческого и латыни облегчило бунтарям понимание Маркса. Главный девиз того времени – «тише едешь – дальше будешь». Главное событие внешней политики – появление «сердечного союза» с Францией. Главный памятник архитектуры – Владимирский собор в Киеве, главный писатель – А. П. Чехов. Главная новость весны – труп гимназиста в Фонтанке, а главный предмет увлечения – Россия первой половины XVII столетия. 

Лекция 6. Александр III – тринадцать лет передышки после Великих реформ

На лекции Льва Лурье речь шла о времени первого периода правления Николая II – человека деликатного, интеллигентного, но, как оказалось, не способного к управлению государством в такой сложный период его истории, каким было начало XX века. Брожение умов в периоды длительного благополучия и экономического подъема неизбежно. Все бури, выпавшие на долю последнего государя, имели бы место в любом случае. Отличие только в том, что ситуация краха империи при Николае складывалась как бы сама собой, как будто по воле рока: от происшедших по глупости трагедий Ходынки и Кровавого воскресенья до отсутствия Григория Распутина в городе в период принятия решения о вступлении в Первую мировую войну. Интересно было узнать, что речи оппозиции начала XX века в лице Павла Милюкова были как две капли воды похожи на те, что мы слышим сегодня на Эхе Москвы. © Издательство Гельветика 

Лекция 7. Николай II – русская смута, экономический подъем, взлет искусства

На лекции От Петрограда до Ленинграда Льва Лурье мы узнали о том, что основной формой среднего образования в дореволюционной России была гимназия, через которую лежал прямой путь в университет. С 1926 года понятие «сессия» отменяется. Система начинает напоминать западную. Чтобы получить диплом о высшем образовании, студент должен был сдать примерно 75 экзаменов. Он мог сдавать их на протяжении 7 лет. После окончания гимназии можно было поступить в Петербургский университет и Технологический институт. Если студент закончил реальное училище, то, чтобы поступить в эти учебные заведения, ему необходимо было сдать еще латынь и греческий. Самый большой конкурс был в Институт путей сообщения, т.к. железнодорожники много получали, а также в Горный институт, Институт гражданских инженеров и в Электротехнический институт. В литературе того времени было три главных любимца, которых читали все: Леонид Андреев, Максим Горький и Александр Куприн. Прекрасный Серебряный век был прерван Февральской революцией, ее жертвами, гибелью старого Петербурга. © Издательство Гельветика

Лекция 8. От Петрограда до Ленинграда

Смыслы города от Петра I до Георгия Полтавченко

Путеводитель знакомит читателя с Петербургом Достоевского: историческими районами города, где с 1837 по 1881 год жил писатель и где проживали герои почти всех его романов. Путеводитель состоит из 5 маршрутов, каждый из которых рассчитан на 2–3-часовую пешеходную экскурсию. Во втором издании учтена новейшая литература, приводится краткая библиография, добавлены описания новых памятных мест.
2-е издание, переработанное и дополненное.

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Петербург Достоевского. Исторический путеводитель

Берия

Казанская часть

У Дома культуры есть святая вера: личность автора (иногда мы называем его «спикером») определяет успех мероприятия. То же и с новым циклом Льва Лурье, только в кубе: он выбрал личности, изучая которые можно не только отлично понять эпоху, но и получить эстетическое удовольствие. Ну а составив из них зачастую весьма причудливые «динамические пары», мы и вовсе рассчитываем на потрясающий эффект. Как от книги или спектакля. И, кто знает, – может быть, получится понять не только ХХ век, но и Россию… Два симбирца, два учительских сына, оба – выпускники юридического факультета Петербургского университета возглавляли Россию. Александр Керенский и Владимир Ленин – оперный тенор против социопата. Почему у Александра Федоровича не было шансов?

Керенский – Ленин. Россия. XX век в параллельных жизнеописаниях важнейших деятелей

У Дома культуры есть святая вера: личность автора (иногда мы называем его «спикером») определяет успех мероприятия. То же и с новым циклом Льва Лурье, только в кубе: он выбрал личности, изучая которые можно не только отлично понять эпоху, но и получить эстетическое удовольствие. Ну а составив из них зачастую весьма причудливые «динамические пары», мы и вовсе рассчитываем на потрясающий эффект. Как от книги или спектакля. И, кто знает, – может быть, получится понять не только ХХ век, но и Россию… Русский мужик – хранитель скреп, мерило нравственности, Платон Каратаев, мужик Марей? Или чеховский Фирс, Сергей из «Челкаша», герои «Деревни» Ивана Бунина. Тормоз российской истории или его важнейшая константа? Мужикоборство начала 20-го века породило ярчайших политиков и публицистов. Самые известные из них – Петр Столыпин и Максим Горький. 

Горький – Столыпин. Россия. XX век в параллельных жизнеописаниях важнейших деятелей 

Каменноостровский проспект

Николай II

Спасская часть

В 1941 – 1944 годах на берегах Невы произошла одна из крупнейших в истории человечества гуманитарных катастроф. Миллион мирных граждан, в основном женщин и детей, умерли от голода, холода и бомбежек в блокадном Ленинграде. Еще полтора миллиона красноармейцев и солдат вермахта погибли в битвах за город. В течение многих десятилетий «правду» о войне писали генералы и политработники. В середине 2000-х годов петербургский «Пятый канал» предпринял попытку опросить еще оставшихся рядовых блокадников и фронтовиков. Были взяты около сотни интервью. В 4-серийный документальный фильм «Ленинградский фронт» вошла только малая их доля. В этой книге авторы попытались дать слово всем.
Для широкого круга читателей.

Ленинградский фронт

У Дома культуры есть святая вера: личность автора (иногда мы называем его «спикером») определяет успех мероприятия. То же и с новым циклом Льва Лурье, только в кубе: он выбрал личности, изучая которые можно не только отлично понять эпоху, но и получить эстетическое удовольствие. Ну а составив из них зачастую весьма причудливые «динамические пары», мы и вовсе рассчитываем на потрясающий эффект. Как от книги или спектакля. И, кто знает, – может быть, получится понять не только ХХ век, но и Россию… Троцкий называл Сталина «самым выдающимся ничтожеством нашей партии». Но удар ледоруба пришелся на голову Троцкого. Как простой парень из Гори переиграл международную знаменитость, победителя в Гражданской войне?

Троцкий – Сталин. Россия. XX век в параллельных жизнеописаниях важнейших деятелей

Рассказывается о первой попытке построения капитализма в России. Время действия – три последних царствования: Александра II, Александра III, Николая II. Место – Санкт-Петербург. Тогда в столице России складывалась ситуация похожая на нынешнюю московскую: Петербург был городом приезжих. Но столетие назад российские города пополняли не мигранты из Средней Азии и Кавказа, а русские деревенские мужики. Какие механизмы помогали или препятствовали переработке крестьян в столичных жителей? Как городской уклад жизни воспринимался сельскими жителями? Как мужики становились купцами? Как из купцов выходили в «олигархи»? Этим вопросам и посвящена книга.
Для широкого круга читателей.

Питерщики. Русский капитализм. Первая попытка

В книге 22 очерка о таинственных обстоятельствах ухода из жизни знаменитых в истории России государственных деятелей и людей литературы и искусства: Ивана Грозного, Петра Первого, Александра Радищева, Петра Чайковского, Александра Блока, Саввы Морозова, Максима Горького, Владимира Ленина, Петра Врангеля, Сергея Кирова, Иосифа Сталина и других. События в книге охватывают период с 1584 по 1953 гг. Работа неакадемическая, в ней нет научного аппарата. Но автор старался по возможности учесть все важнейшие источники, принять во внимание различные, часто противоположные точки зрения.

22 смерти, 63 версии

Лев Лурье – один из самых знаменитых людей в Петербурге. И не потому, что он – историк, журналист, публицист и краевед, регулярно появляющийся во всех СМИ. Не потому, что он – основатель одной из лучших в городе гимназий и главного петербургского лектория. А потому, что он – уникальный рассказчик.
Глубоко разбирающихся в том или ином предмете в «культурной столице» много. А тех, кто умеет рассказывать нескучно, да еще с настоящим петербургским юмором – мало. 
Лев Лурье бывает в Москве не чаще одного раза в год. В этом году 23 апреля Лев Лурье прочтет в лектории «Прямая речь» лекцию о революции 17-го года.
«На начало 1917 года в Петербурге находилось 300,000 солдат – примерно столько же, сколько рабочих на всех предприятиях города. Но ни один из них не выстрелил в восставших. Что довело народ до такой степени ненависти к властям? Как бытовали горожане в этот решающий для будущего России год? Было ли рекордным количество шампанского, выпитого в дни, когда в булочных не хватало хлеба? Примешивалась ли хоть какая-то тревога к пасхальным праздникам и летним каникулам среднего класса, населявшего третьи этажи доходных домов Петербурга? Как планировали свои инвестиции и карьеры жители роскошных вторых этажей? Какими предметами luxury торговали цокольные магазины? Что именно изменило это все в один момент?»
Дедушка Льва Лурье проезжая на трамвае мимо Зимнего 26 октября 1917 года, наблюдал, как матросы кокетничали через решетку ограды с солдатками женского батальона. Даже в тот день ничто не предвещало беды, навсегда изменившей историю нашей страны.
О том, как и что происходило в 1917-м, – субъективно, объективно и с петербургским чувством юмора – нескучный рассказ знаменитого петербургского интеллектуала Льва Лурье 23 апреля.
– «Что я могу сказать про Льва Яковлевича, кроме того, что он прекрасный историк и увлекательнейший литератор, широчайшего литературного спектра? И это только малая часть его достоинств. Но я его люблю не только за это, а за ум, остроумие и не в последнюю очередь за то, что мы с ним земляки с Петроградской стороны». 
Татьяна Толстая

Лев Яковлевич Лурье