Леся Флоги Плейлист Сары

14 - Fleurie - Love and War

После минувшего матча Луи уже устал стрелять, как из лука, отказами в сторону своих коллег по команде. Парень не ожидал, что все так поменяется после одного забитого, решающего гола. Как раз этим вечером Джош и Дилан позвали Луи внепланово потренироваться на стадионе. Стрела отказа разбила на мелкие осколки очередное предложение. Предложения до сих пор наводили на парня большое удивление с непривычки. Но все эти сообщения, к сожалению, не приносили столько радости, как любая весточка от Марго. Но к еще большему сожалению, этих весточек давно не было. Луи прошерстил предложенные аккаунты в фейсбуке в надежде найти знакомый профиль, обыскал всех учеников на сайте, лишь бы отыскать хоть немного похожий на нее ник, но, увы. Все его попытки оказались напрасны. Луи уловил себя на том, что очень часто думает о кудрявой девушке. И ни одна мысль не обходилась без приятно разливающегося внизу живота чувства, похожего на несогласованный никем танец бабочек. Кажется, Луи впервые влюбился. По крайней мере, в фильмах и сериалах чувство любви описывали именно так. Но с Марго они давно не виделись, и, казалось, что уже ни один молочный коктейль не мог спасти их общение. Луи так и не нашел подходящего момента, чтобы взять у Марго номер телефона, а теперь сходил без нее с ума. Ведь их объединяла одна цель — помочь Луи сыграть в финале. И когда эта цель стала достигнута, то стремиться уже оказалось не к чему.

Все казалось до жути грустным и необратимым, пока Луи не вспомнил про плеер, который так и не вернул Марго. Он ошарашено подпрыгнул на кровати. И все бы хорошо, но парень забыл, где его в последний раз видел. Запустив пальцы в волосы цвета мокрой ржи, Луи приуныл. Его взгляд нахмурился, а извилины мозга напряженно пытались восстановить последние события жизни до мельчайших подробностей. Будет очень неприятно, если парень посеял где-то не принадлежащий ему предмет. И вряд ли Марго оценила бы такой поступок. Поэтому убежать от ответственности ему точно не удастся.

Стрелка настенных часов стремительно намеревалась перешагнуть за девять вечера, когда Марго написала Мелиссе на почту, что уже выдвигается. Но входная дверь в комнату, что поддалась легкой руке Элизабет, открылась во внутрь. Женщина поспешила проверить состояние своей дочери с чашечкой крепкого кофе в руках. От неожиданности Марго подпрыгнула на месте, чуть не роняя из рук свой ярко освещающий уставшее лицо телефон, словно ее уже застукали за побегом. Взор зеленых глаз мгновенно переместился на взволнованную, не менее уставшую женщину. Хоть она и не работала все эти дни, но достаточно загружала свою голову различными мыслями, выкуривая одиноко в тихой кухне по несколько сигарет за раз. Кофеварка, что ютилась на одной из деревянных резных тумб в кухне, не прекращала свои рабочие часы, так как женщина на пару с дочерью выпивала по три, а то и четыре чашки кофе в сутки, чтобы взбодрить мысли. К сожалению, ни сигареты, ни кофеин ей в этом не помогали. Казалось, волнение в материнском сердце не потушит ни одна из отвлекающих или расслабляющих привычек.

— Кофе? — тихим, нежным, будто лепестки садовых роз, голосом предложила Элизабет и посмотрела на Марго.

— Не откажусь, спасибо.

Марго проводила взглядом наполненную напитком кружку из рук матери до стола. Когда та с приглушенным звуком была поставлена на деревянный письменный стол, Элизабет продолжила:

— Готова к завтрашнему приему?

— Ну, у меня нет выбора, — усмехнулась Марго.

Элизабет пропустила теплую ухмылку в ответ и опустила взгляд.

— Надеюсь, ты понимаешь, что так всем будет лучше. В первую очередь тебе.

— Мне не будет лучше, если я до старости буду спиваться кофе и просиживать дыру задницей в своей кровати, — самоиронично парировала Марго и поспешила ухватиться ладонями за горячую кружку.

— Ты так и не обосновала свой поступок, — намекая на минувшую ночь, которую ее дочь провела с Луи, сказала женщина. — Конечно, я понимаю, что ты взрослеешь, что тебе уже хочется веселиться и общаться с мальчиками, но стоит об этом говорить мне.

Тон женщины стал более грубым, лепестки роз превратились в сухоцвет. Аккуратные, темные брови на лице изогнулись, вызывая на бледном лбу морщинки.

— Боже, мама, я с детства делю горшок только с мальчиками. И ты только сейчас об этом заговорила, серьезно? — возразила в ответ Марго и раскинула руки в стороны.

На экране телефона мелькнуло уведомление от Мелиссы, где простыми словами было сказано, что девушка вышла на место встречи. В уме Марго дала себе по лбу, так как ее планы нарушил внезапный визит матери, которая, как казалось, была заинтересована в нарастающей недомолвке и не собиралась уходить.

— Не отвлекайся, когда разговариваешь с матерью, — пригрозила женщина и потянулась забрать гаджет, но Марго вовремя отдернула руку.

— Я не отвлекаюсь. Я уже не маленькая. Почему все вечно сводится к ссорам?

— Я не намеренно это делаю, милая, — расслабившись, ответила Элизабет и вновь натянула физиономию огорчения. — Я просто переживаю за тебя.

— Переживать и ограждать от обычной подростковой жизни — разные вещи, мама!

— Жить обычной подростковой жизнью и быть подростком с расстройством личности — тоже разные вещи!

Женщина так быстро ответила, что сама не задумалась над тем, насколько слова прозвучали грубо из ее уст. Марго сглотнула от того, как сердце в груди неприятно ёкнуло. Она сама прекрасно понимала, что ее жизнь далека от типичной подростковой. Что жить и наслаждаться жизнью ей мешала Сара. Ведь с образованием второго, пассивного эго дни Марго потеряли яркие краски. Испытываемые чувства помутнели, словно спрятались за заляпанным стеклом. Воспоминания стали размыты. Марго порой было сложно вспомнить, чем она занималась десять минут назад, а коллекционировать яркие моменты жизни — тем более. Их отношения с матерью и друзьями заметно скатывались к фундаменту с вершины строящегося годами небоскреба из доверия, любви и гармонии.

В затылке заметно запульсировала боль. Марго прильнула к кружке с кофеином.

— Прости, это не очень хорошо с моей стороны, — сглотнув неприятный ком, поспешила добавить Элизабет, но все продолжала топтаться на месте, из-за чего ворсинки мягкого ковра приятно щекотали ее чувствительные стопы. — Я наоборот хочу помочь. Может, я что-то неправильно делаю, я просто уже так устала от всего, что происходит, Марго. Я тоже живу свою первую жизнь и иногда совершаю ошибки.

— Я верю, мам. Я тоже устала. Очень, — тихим, хриплым голосом ответила Марго и вытянула перемотанные свежими бинтами руки в сторону матери, приглашая в примирительные теплые объятия.

Элизабет незамедлительно прижала макушку дочери к своей груди. Ее аккуратная рука медленно и с заботой бродила между шелковистыми кудрями и поглаживала затылок, невесомо забирая пульсирующую боль себе. Марго уткнулась в теплое тело матери и сразу почувствовала всю любовь, что от него исходила. Медленно, но пульсация в затылке стала проходить, вернулась ясность сознания.

— Я люблю тебя, Марго.

— А я тебя люблю, мам, — полушепотом ответила девушка и почувствовала, как медленные, заботливые поглаживания прекратились.

Элизабет осторожно отстранилась от дочери, мягко улыбнулась ей и решила оставить ее на этот вечер отдыхать.

— Доброй ночи. Если что, знай, что всегда можешь мне довериться, — произнесла напоследок женщина, развернулась к двери, отчего в ее зеленых глазах заиграли искорки от настольной лампы, и поспешила покинуть комнату.

— Обязательно. Доброй ночи.

Марго вновь осталась одна. Поглаживания до сих пор невесомо ощущались на поверхности кожи головы, что вводило девушку в некий транс. Но из-за необходимой встречи с Мелиссой она была обязана покинуть свое нагретое место и поспешить одеваться. Конечно же, накинув на себя джинсовую куртку потеплее, Марго проверила через открытое окно, горит ли на нижнем этаже в доме свет. К счастью, на зеленой лужайке не отражались яркие, теплые огни от домашних ламп сквозь прозрачные стекла. Поэтому Марго принялась перелезать через подоконник. Путь был не самый легкий, но достаточно привычный. Пройдя по выступам в стене, держась за кайму холодной скользкой черепицы, она спрыгнула на крышу гаража, а затем почувствовала под ногами своих стоптанных кед мокрую после прошедшего дождя траву. Телефон вновь завибрировал.

Отправитель: Мелисса Ансворт

«Я на месте. Ты где? Или передумала?»

Отправитель: Марго Браун

«Я не передумала, уже иду.»

Отправив сообщение, Марго в последний раз взглянула в темные окна дома и побежала навстречу ветру, к школе. Город уже готовился ко сну. Последние машины, освещая яркими фарами все кругом, скорее спешили по назначенным маршрутам и издавали на улицах единственный шум от шин по сырому асфальту.

Когда Марго прибежала к главному входу на территорию школы, то сразу лицезрела мнущуюся на холоде русоволосую девушку. Она выпускала теплые клубы пара на мороз и оглядывалась по сторонам. Мелисса не сразу заметила, как Марго к ней подошла, и это ее немного напугало. Девушка была на полголовы ниже Марго. Голубые глаза — копия глаз Луи, а волосы были такие длинные, лоснящиеся, закрученные в идеальные локоны — полная противоположность волосам Марго.

— Привет, — смущенно поздоровалась Марго, как только подошла максимально близко к темному силуэту.

— Привет, — недоверчиво среагировала Мелисса и шустро оглянула девушку с ног до головы.

Ее лицо явно не выражало восторга. Тем более выглядывающие из-под закатанных рукавов джинсовой куртки бинты заставляли Мелиссу сглатывать от неприятного образовавшегося ощущения в желудке. Она уже представила, как Марго делала с собой это, но девушка поспешила перебить ее раздумья.

— Ну, где плеер?

— Так боишься, что я его не взяла? Мне главное, чтобы наш уговор оставался в силе.

— Не беспокойся об этом.

— Я беспокоюсь. О своем брате.

Мелисса полезла в карман кожаной куртки, достала оттуда плеер и протянула Марго с намотанными вокруг него белыми наушниками. Марго еще раз глянула в хитрые глаза девушки и также с недоверием, осторожно приняла предмет в свои руки.

— Никаких связей с моим братом, да? — сузив свои большие глаза, напоследок спросила девушка и ткнула длинным пальцем с накрашенным ярким лаком ногтем в грудь Марго.

— Никаких связей, — подняв собственные руки вверх в знак защиты, отрапортовала Марго и уже собралась уходить.

Будет не очень приятно, если мать решит еще раз проведать ее перед сном.

— Я ведь знаю, кто ты, — как на зло, продолжила Мелисса.

— И? — подняв одну бровь вверх, спросила невозмутимо Марго, уже стоя вполоборота к девушке.

Марго уже привыкла, что много, кто считал ее наркоманкой после ухода из школы, и была готова услышать именно это.

— Больная на голову.

Слова Мелиссы словно сцепили тело Марго холодными цепями. Казалось бы, откуда она узнала об этом? Ведь Марго не говорила такие вещи даже своим близким друзьям — Майклу и Нику. Но последующие слова Мелиссы тут же скинули все оковы с груди, придавая сил ей облегченно выдохнуть:

— Только больной на голову человек может писать такие тексты. Я шучу, это очень трогательные песни, — хохотнула Мелисса и этим самым стала уже незаметно раздражать вторую девушку. — Окей. Надеюсь, ты сдержишь свое обещание, и нам не предстоит больше встретиться вновь.

— И тебе всего хорошего, — попрощалась Марго, сдерживая в себе всю нарастающую агрессию к девушке.

Мелисса, махнув своими светлыми локонами под тусклым, оранжевым светом фонаря, развернулась и отправилась легкой походкой домой. Марго пришлось немного подождать, пока девушка уйдет подальше, чтобы не поравняться с ней. Еще раз вздохнув, она посмотрела на плеер, пролистала плейлисты, чтобы убедиться, что все на месте, и пошла домой.

Ближе к ночи входная дверь хлопнула. Довольная своим корыстным поступком, Мелисса зашла в теплый, родной дом. Но широкая улыбка тут же слезла с миловидного лица девушки, когда на пороге она встретила куда-то спешащего брата.

— А ну, стоять, — командным, громким голосом завопила девушка и поставила руки на талии. — Куда собрался?

— Вообще-то, я на тренировку с ребятами, — не поднимая головы и не отвлекая взгляда от шнурования своих кроссовок, ответил Луи.

— С каких пор эти придурки тебя куда-то зовут? Сдается мне, что ты темнишь, братишка.

— Тебе кажется, — быстро и монотонно ответил Луи и, шустро чмокнув сестру в щечку, устремился на выход.

На самом деле Луи не искрился от желания погонять мяч на поле со своими товарищами по команде, но мысли о том, что он сможет встретить на стадионе Марго, лидировали над всеми другими мыслями. Только к огромному сожалению, увидеть кудрявую макушку в этот вечер ему было не суждено. Выйди Луи минуты три назад из дома, он бы пересекся на перекрестке двух соседствующих улиц с Марго. Девушка же на всех парах спешила домой и не подозревала о том, что в этот же момент на другой стороне улицы своей краткой походкой направлялся на стадион Луи.

Марго, как только преодолела светлый подоконник своей комнаты, мокрой, тяжелой подошвой ступила на чистый до этого паркет. Она нащупала в темноте выключатель и полезла в ящик стола за дневником с целью поделиться с Сарой своим счастьем. Точнее, их общим счастьем.

«Привет, Сара. Когда ты это прочитаешь, я бы хотела, чтобы ты улыбнулась. А знаешь, почему? Потому что плеер у меня. Можешь открыть ящик в столе и убедиться. Конечно, мне нелегко удалось его забрать. Даже жертвуя некими своими принципами, но я обещала тебе. Надеюсь, ты счастлива, как и обещала. С любовью, Марго.»

Марго, сидя в абсолютной ночной тишине, улыбнулась сама себе. За себя и за Сару. Все страшные мысли можно было откинуть, так как причин для агрессии и самобичевания у Сары стало на одну меньше. Осталось только убедиться в этом после очередной смены эго. Но Марго надеялась, что этот момент настанет еще не скоро, хотя помутнения разума и провалы в краткосрочной памяти с каждым днем все учащались.

Когда Луи пришел на стадион, то только и думал о том, скорее бы появилась Марго. Луи на морозе поправлял свою неуложенную челку, что свисала на лоб, и то и дело поглядывал за пределы поля. Он практически не отводил взгляда от тех согнутых прутьев в заборе, через которые Марго всегда и посещала стадион. Настрой на игру так и не появился. Джош заметил, что их партнер вовсе не увлечен игрой, поэтому решил подбежать поближе, позволяя холодному ветру обдувать напряженное лицо, и поинтересоваться, в чем дело.

— Хэй, — громко крикнул Джош Кларк, — чувак, где твоя энергия? Где твои амбиции? Или все, в финале сыграл и сдулся?

Джош проговорил все это с иронией, но без цели задеть словами своего товарища. Луи, как только увидел подбежавшего парня, вскинул брови в удивлении.

— Нет-нет, нисколько не сдулся, — хихикнув, но вновь бросив робкий взгляд на согнутые прутья забора, ответил Луи. — Просто чувствую себя не очень сегодня. Все в порядке.

— Не очень? А чего пришел? Чувак, побереги свои силы, они пригодятся тебе в следующих играх, — заразно веселым тоном проговорил капитан команды и похлопал Луи по плечу.

Парень неуверенно рассмеялся такому жесту и слегка прогнулся под тяжелой рукой Джоша.

— Кстати, видел, как на матче вы с этой, как ее… — щелкая пальцами в попытках вспомнить, Джош кинул нахмуренный взгляд на коротко стриженный газон под ногами, — Браун, вот. Видел, как вы с Браун за руки держались.

Парень игриво поводил бровями и с улыбкой толкнул плечом плечо Луи. Тот впал в краску, как только услышал эти слова из уст Джоша. Мало того, что он действительно видел тот момент, когда Марго пыталась подбодрить Луи перед выходом на поле, так сейчас он еще намеревался залезть с этим и в без того беспокойную душу. Моментально покрасневшие щеки не остались незамеченными для Джоша.

— Это было в знак поддержки, не более, — неуверенно ответил Луи и, водя растерянный взгляд по пейзажу вокруг, надеялся сменить тему.

Джош только покрутил на пальце мяч и, развернувшись, бросил в ответ с ухмылкой:

— Смотри, Ансворт. Не приведет к добру это общение.

Луи проигнорировал его слова. Закатив глаза, он принялся ждать подачу уже убежавшего с мячом Джоша, напоследок глянув на согнутые прутья забора.

15 - Reamonn - Tonight

Вечер субботы выдался достаточно теплым, без лишних осенних осадков. Но согревала Марго не погода, а новость от матери о том, что прием у миссис Спаркс действительно будет проводиться у миссис Спаркс, а не как в прошлый раз — на дому перед веб-камерой. Это было отличной возможностью подышать свежим воздухом, но мать вновь настояла на том, что сама привезет на прием дочь и отвезет обратно домой. Но Марго была бы не Марго, если бы не договорилась со своим терапевтом закончить пораньше очередной сеанс. Ее лживые, но так легко входящие в уши доктора слова о том, что матери нужно будет помочь дома с бытовыми делами, положительно сказались на ее желании прогуляться на свежем воздухе. Когда Марго покинула кабинет миссис Спаркс, время еще не успело подкатить и к восьми вечера. Она никогда ранее в такое время еще не выходила из больницы.

Холодное солнце успело полностью скрыться за горизонтом и оставило после себя в заметно потемневшем небе свои нежные краски в виде расписных облаков, припорошенных сверху яркими звездами. Марго щурилась от ярких уличных фонарей и полной грудью вдыхала прохладный воздух. Ее ладони уместились в карманах зауженных джинс, а ровное лицо примеряло на себе все оттенки оранжевого. Захватив по дороге стаканчик с кофе недалеко от школы, Марго поспешила пересечь территорию учебного заведения своим привычным путем. Кто-то мог подумать, что сама Марго их согнула для большего удобства от собственной лени, но нет. Этот проход вел со стадиона прямиком к огромному яблоневому саду. Ученики школы так любили даровые плоды, что перелезать через забор посчитали уже устаревшей привычкой. Вот так и образовались эти согнутые прутья. К тому же, в противном случае Марго приходилось бы делать крюк через огромную территорию школы, чтобы попасть домой. Такой короткий путь точно сберегал минут пять быстрой ходьбы.

В этот прекрасный вечер на зеленом покрове вновь летал мяч от одной всем известной команды к другой. «Красные Драконы» против «Острых Клыков». Все так традиционно и привычно согревало душу кудрявой девушки, пока она, грея ладони о свой стаканчик с кофе, прищуренным взглядом непроизвольно искала среди одетых в красное одеяние один лишь силуэт. Вот и Луи. Все такой же беззаботный, вымотанный после длительных тренировок. Ощущение, словно они у него никогда не заканчивались, и парень половину жизни проводил на школьном стадионе. На самом деле, судьбой было предписано проводить тренировки в те же дни, когда Марго посещала терапевта.

Луи не сразу заметил появившуюся из ниоткуда Марго. Но, когда взгляд голубых глаз остановился на пронзающем зеленых напротив, то долгожданная улыбка наконец решила навестить покрасневшее от прохладного ветра лицо парня. Марго незамедлительно улыбнулась в ответ. Луи сообщил товарищам по команде, что делает перерыв, и побежал к той, от появления которой дыхание сбилось, а сердце бешено застучало в грудной клетке. Луи, когда подбежал, постарался сделать самый невозмутимый и обыденный вид, чтобы не вызывать у Марго подозрений.

— Традиция встречаться на стадионе с кофе возобновляется? — вместо приветствия проговорила своим хриплым, добрым голосом Марго.

— Я скучал по этому, — ответил Луи и тут же понадеялся, что девушка не воспримет слова очень буквально.

Марго все также непоколебимо улыбалась. Луи почесал влажный от пота затылок и все никак не мог взять себя в руки для последующего диалога со своей новой подругой.

— Да, очень эстетичные встречи, что-то в этом есть творческое, — согласилась Марго.

— Я уже подумал, что тебе неприятна моя компания. Ты пропала.

— Нет, не думай. Очередной домашний арест, — начала Марго, уже почесывая кудрявую макушку. — Наверное, мой арест затянется надолго, так как я снова ушла с приема раньше, чтобы прогуляться, а не ехать в машине с мамой.