Лесли Уэст Долг, оплаченный ее телом

Глава 3

Деклан

Я с кайфом наблюдал, как гасло жалкая надежда в ее глазах. Окончательно сломленная, она опустила голову и на негнущихся ногах подошла к моему брату. Сильвер попыталась сохранить хоть какую-то каплю достоинства, и неловко присела на одно его колено. Но Киллиану не нужны были эти игры. Его широкие ладони жестко сомкнулись на ее бедрах, и он одним грубым рывком усадил Сильвер на себя, вжимая ягодицы в свой пах.

– Вы... вы собираетесь сделать мне больно? – в ее жалком шепоте билась чистая паника.

Киллиан жестко перехватил ее челюсть, вдавливая пальцы в бледную кожу.

– Я собираюсь разорвать тебя. И мы не остановимся, пока ты не начнешь умолять о добавке.

– Это... это безумие... – выдохнула она, и я увидел, как ее начинает бить дрожь.

Палец брата грубо, по-собственнически прошелся по ее припухшей, истерзанной нижней губе.

– Привыкай. Теперь это твоя реальность.

В приступе паники Сильвер уперлась ладонями в его грудь. С тем же успехом она могла бы толкнуть бетонную стену. Глядя на то, как слабо и бесполезно она пытается защититься, мой член мгновенно стал твердым и готовым оказаться внутри нее.

– Отпустите... пожалуйста.

– Тихо, – рыкнул Киллиан, блокируя любые ее движения. – Будешь дергаться, и мы не станем бросать монетку, кто возьмет тебя первым. Мы войдем в тебя одновременно. И поверь, тебе не понравится, как два члена растягивают твою киску.

– Нет! Вы не посмеете... я не давала согласия!

– Твое согласие осталось лежать на карточном столе, дорогая, – бросил я из полумрака.

Сильвер вздрогнула, затравленно оглянувшись через плечо. Она была так поглощена своим страхом перед моим братом, что на секунду забыла: нас здесь двое. И мы оба готовы разорвать ее на части.

– Рассудок кричит тебе бежать, – пророкотал Киллиан, склоняясь к ее уху, – но твое тело уже потекло от одного нашего вида. Тебя заводит собственный страх.

Я смотрел, как она задыхается в глухом капкане его рук. От одной мысли о том, что мы будем делить ее вдвоем, у меня тут же задрожали яйца. Я никогда не вписывался в рамки нормальных отношений, и мы с братом часто делили женщин. Но эта дрожащая девчонка, оказалась совершенно новым, больным уровнем удовольствия.

– Пошли вы к черту...

– Я чувствую, как ты пропитываешь влагой мои брюки. Твой мозг нас ненавидит, но тело уже умоляет, чтобы мы тебя трахнули.

– Зачем... зачем я вам? – по ее щеке скользнула слеза. – Вы можете купить любую... Зачем ломать меня?

– Потому что твой страх сводит нас с ума. Но знаешь, в чем главная ирония, милая? Ты сама от него кайфуешь.

– Ты сломаешься, Сильвер, – голос Киллиана прозвучал ровно. – Ты так отчаянно цепляешься за свою жалкую гордость, но мне не терпится посмотреть, что от нее останется к концу ночи. Мы выжжем из тебя эту правильную девочку.

– Вы просто больные ублюдки! – закричала она, брыкаясь в бесполезной попытке спастись.

Рука моего брата сомкнулась на ее запястье, а вторая жестко перехватила горло, перекрывая кислород.

– Раздвинь ноги, – тихо, но убийственно приказал он. – Дай Деклану посмотреть, насколько ты влажная. Я хочу видеть, как ты будешь кончать для него, глядя мне в глаза.

– Я лучше сдохну, чем дам вам...

Киллиан чуть сильнее сдавил ее горло, и на его губах заиграла темная, хищная ухмылка.

– Твое мнение здесь больше никому не интересно. Мы просто возьмем то, что наше. И начнем прямо сейчас.

Не дав ей опомниться, мой брат развернул ее спиной к себе. Сильвер оказалась намертво зажата в его хватке, впечатанная лопатками в жесткую грудь брата. Одна его рука намертво обвела ее живот, а вторая заставила раздвинуть бедра. Киллиан выставил ее передо мной, обнажив самую уязвимую часть, словно предлагая мне попробовать кусочек.

– Твое сопротивление ничего не изменит, – ледяным тоном отрезал я, сокращая дистанцию. – Чем громче ты кричишь сейчас, тем слаще будешь стонать потом.

– Я не ваша игрушка! Вы не имеете права! – она забилась в его руках в слепой панике, сгорая от унижения и страха. – Я никогда... никогда вам не подчинюсь!

Киллиан поднял на меня тяжелый, потемневший взгляд.

– Слишком много шума из-за того, что неизбежно. Заставь ее замолчать.

Мое возбуждение натянулось до такой степени, что граничило с пыткой. Я затвердел до боли, балансируя на самом краю, где любая искра могла спровоцировать взрыв.

Я медленно сократил дистанцию, наслаждаясь тем, как в глазах Сильвер плещет агония. Она отчаянно билась в стальной хватке брата, но он держал ее бедра разведенными с такой непреклонной жестокостью, что девушка не могла даже свести колени, чтобы спрятать то, что уже уловил мой взгляд.

Там на белом кружеве ее трусиков расплывалось темное, влажное пятно. Это было грязное, неопровержимое доказательство того, что она пропитана желанием. Было невыносимо видеть ее настолько беззащитной, сломленной и текущей от страха. Мой рассудок отключился. Остался только голод.

– Я вас ненавижу!

– Оставь этот спектакль для своего жениха. Твои трусики уже насквозь мокрые. Ты хочешь нас больше, чем готова признаться.

Не отрывая взгляда от её заплаканного лица, я жестко вклинился между её бедер. Тяжелый, дурманящий запах возбуждения ударил мне в ноздри — она уже была готова. Инстинкт самосохранения заставил Сильвер дернуться назад, попытаться отпрянуть, но она лишь беспомощно врезалась в твердую грудь моего брата. Из ее горла вырвался тихий, надломленный всхлип.

– Посмотри на нее, Киллиан. Она течет так сильно, что ее соки уже стекают по внутренней стороне бедер, – мой голос прозвучал хрипло, пропитанный темным, собственническим удовлетворением.

– Я чувствую, брат. Она вся дрожит от нетерпения.

Я перехватил взгляд Киллиана. В этой безмолвной секунде мы заключили пакт. В его глазах я увидел отражение своих собственных порочных планов. Мы оба знали, что произойдет в следующие часы. В мельчайших, грязных подробностях.

– Блядь... – я шумно втянул воздух, возвращая взгляд к ее раскрытым бедрам. Запах ее возбуждения был таким густым, что оседал на языке. – Ты пахнешь чистой похотью. И после этого ты еще смеешь строить из себя жертву? Просто признай, что ты хочешь быть оттраханной нами так же сильно, как мы хотим тебя взять.

Сильвер продолжала отчаянно цепляться за остатки рассудка, пытаясь бороться с собственным телом, которое уже давно перешло на нашу сторону. Киллиан видел эту внутреннюю борьбу и решил проблему единственным понятным ему способом.

– Попробуй ее на вкус, – глухо пророкотал он, глядя на меня. – Я хочу видеть, как ты пьешь ее унижение.

– Нет... не надо... я не хочу...

– Заставь нашу девочку проглотить эту ложь.

Я издал низкий, гортанный рык. Мои пальцы грубо подцепили тонкую полоску кружева, и одним резким движением разорвали прямо на ней. Сильвер судорожно дернулась, пытаясь что-то выкрикнуть, но в моей ладони был зажат идеальный кляп из влажного кружева.

– Будь хорошей девочкой, открой рот.

Я перехватил ее челюсть, заставляя разжать губы и с силой затолкал трусики, заставляя давиться вкусом собственного падения. Крик застрял у нее в горле, сменившись унизительным, приглушенным мычанием.

– Черт бы тебя побрал, Сильвер, – выдохнул я, склонившись к ее лицу.

Я грубо откинул её волосы назад и скользнул губами по ключице, спускаясь ниже. Найдя сосок, я жестко прикусил чувствительную плоть, вырывая из нее сдавленный крик. Ее ногти в панике впились в мои плечи. Она пыталась вырваться, но я не дал ей ни секунды пощады, кусая сильнее.

Мне нужно было пометить её как свою территорию. Заставить её кожу гореть от моих укусов, а потом войти в неё так глубоко, чтобы выбить из неё все мысли о её женишке ублюдке.

– Сосредоточься, принцесса, – хрипло приказал Киллиан, глядя ей прямо в глаза. – Сегодня тебе придется принять нас обоих. И моему брату нужно как следует подготовить тебя своим языком. – Если он не заставит тебя течь прямо сейчас, ты просто порвешься, когда я всажу в тебя свой член.

Я на мгновение отстранился, окидывая взглядом ее обнаженное тело, и из горла вырвался тяжелый, хриплый вдох. Черт, она была идеальна. Дрожащая, раскрасневшаяся, безупречная в каждом, мать его, изгибе. Глядя на то, как ее соски затвердели от моих укусов, я захотел оставить на ней свои грязные следы.

Я продолжил клеймить Сильвер языком, прокладывая мокрую дорожку от груди до самого живота. Она судорожно выгнулась, когда Киллиан впечатался в нее со спины. Его широкие ладони жестко обхватили её грудь, жестко сминая, а зубы жадно впились в шею. От одной только этой картины, мой член тяжело и болезненно пульсировал, требуя разрядки.

Я с хрипом опустил взгляд ниже, глядя на то, как она истекает соками.

– Посмотри на себя, грязная шлюшка, – мой голос упал до низкого, вибрирующего хрипа. – Ты вся течешь. Твоя киска не просто плачет по члену, она умоляет, чтобы мы ее трахнули.

Мои яйца тяжело налились кровью от желания. Я был готов прямо сейчас вбить себя в неё до самого основания, чтобы окончательно забрать этот трофей себе. Но сначала я собирался раздвинуть её бедра и попробовать на вкус то, что мы выиграли.

— Я заставлю тебя кричать, принцесса, — низко, почти угрожающе пообещал я, раздвигая её колени. — Ты сорвешь голос, умоляя меня не останавливаться.

Сильвер сдавленно застонала, её бедра дернулись в попытке сжаться, но я развел их в стороны, дразня ее мокрые, пухлые складки. Опустившись ниже, я жадно втянул тяжелый, дурманящий запах её возбуждения. Она заскулила, когда я коснулся губами набухшей, истекающей соком плоти, а затем прошелся языком по набухшему клитору, вырывая из нее скулеж.

– Черт, она на вкус еще слаще, чем выглядит, брат.

Член в нетерпении дернулся, и мне пришлось с глухим ругательством опустить руку и грубо перехватить себя поверх ткани, просто чтобы не сорваться прямо сейчас.

– Давай, принцесса, насадись своей мокрой киской на его язык, – прорычал Киллиан, вцепившись в ее бедра. – Вылижи ее, Деклан. Теперь эта киска принадлежит только нам.

Я раздвинул ее плоть и без предупреждения погрузился в нее два пальца, чувствуя, как жадно она сжимается вокруг них. Тишину заполняли только непристойные, влажные звуки того, как я по-собственнически растягивал ее изнутри.

– Блядь, какая же ты лживая лицимерка, – прохрипел, слизывая ее сок с губ. – Можешь сколько угодно защищаться ненавистью, но твоя киска прямо сейчас умоляет, чтобы мы тебя сожрали.

С глухим рыком Киллиан грубо схватил ее за лодыжки и задрал ноги вверх, полностью открывая Сильвер для меня. Она испуганно вскрикнула от потери опоры, но звук тут же затих, когда я жадно припал к ней, безжалостно трахая плоть языком.

– Признайся, тебе ведь это нравится, – голос брата звучал вязко, пока он наблюдал за тем, как я клеймлю ее языком. – Нравится чувствовать, как его рот жадно слизывает с тебя все соки?

Она попыталась что-то ответить, но из горла вырвался только сорванный, жалкий скулеж. Я не давал ей и секунды на вдох, жестко и безжалостно вбиваясь в истекающую соком плоть.

– Смотри мне в глаза, пока он тебя вылизывает, – властно приказал Киллиан. – Хочешь сказать ему спасибо? Или просто наслаждаешься тем, с какой жадностью мой брат тебя поглощает?

Я и правда сходил с ума. Мои губы и подбородок блестели от скользкой влаги, а запах въелся глубоко в кожу. Ни один сорванный банк за покерным столом, ни один даже самый крупный куш не приносил мне такого охуительного кайфа, как вкус этой женщины на моем языке.

Я резко вытащил пальцы, оставляя ее абсолютно пустой. Сильвер издала жалкий, надломленный звук и бессильно обмякла на груди брата, тяжело дыша через нос. Я замер, глядя, как ее блестящая киска мелко дрожит и судорожно сокращается, инстинктивно требуя вернуть то, что я только что забрал.

– Посмотри на себя, Сильвер, – хрипло произнес я. – Ты сжимаешься так, словно я твое спасение.

– Как думаешь, твой жених в курсе, какой грязной ты можешь быть? – с издевкой добавил Киллиан прямо ей на ухо. – Или этот придурок способен только вежливо подавать тебе пальто?

Я поймал ее затравленный взгляд. Мои пальцы, скользкие от соков, замерли в миллиметре от ее лица, прямо поверх трусиков, зажатых у нее между зубами.

– Скажи ему, как сильно ты хочешь их облизать, – горячо прошептал Киллиан, удерживая ее на своих бедрах. – Иначе мы закончим все прямо сейчас, и ты будешь сходить с ума от того, как сильно у тебя ноет между ног.

Сильвер издала сдавленный, беспомощный звук. Я подцепил край кружева, заменявшего ей кляп, и неторопливо вытащил ее трусики изо рта.

– Вы... больные… Я не буду этого делать.

– Боишься узнать, какое на вкус твое предательство? – я двинул руку ближе, но она дернула головой, и я жестко схватил ее за челюсти. – Ну же, попробуй себя.

Девушка выплюнула мне в лицо злое «пошел к черту», но как только она приоткрыла губы, я жестко протолкнул в них пальцы. Я почувствовал, как она инстинктивно обхватила их губами, слизывая влагу, которая еще минуту назад была глубоко внутри нее.

– Хорошая девочка, – хрипло выдохнул я, с удовлетворением глядя, как ее горло судорожно дергается. – Ты течешь и скулишь на коленях у моего брата, пока сосешь мои пальцы. Маркус вообще в курсе, какая ты на самом деле грязная шлюшка?

Я вытащил пальцы и тут же жестко впился в ее рот, не давая опомниться. Смял ее губы, вынуждая разделить этот вкус на двоих, заставляя захлебываться собственным возбуждением. В этот момент я физически ощутил, как она сломалась. Ее тело бессильно обмякло в руках брата, окончательно растворяясь в этой грязной, неконтролируемой похоти.

– Этого мало, принцесса, – прорычал я ей в губы. – Мне нужно больше.

Одним грубым рывком я потянул ее бедра на себя, избавляя Сильвер от туфель, и раздвинул ее ноги. Из моего горла вырвался низкий, собственнический рык. Я снова оказался между ее бедер, мой язык скользнул по ее лепесткам, заставляя ее отчаянно вскрикнуть. Она выгнулась дугой, судорожно вплетая пальцы в мои волосы, отчаянно прижимая мое лицо к своей промежности.

Возбуждение ударило в кровь и мой член стал таким чертовски твердым, что я больше не мог сдержаться. Одной рукой я резко расстегнул ремень, избавляясь от давящей ткани брюк, а другой жестко впился в ее бедра. Я застонал прямо в ее киску, чувствуя, как предэякулят обильно стекал с моей набухшей головки, заливая руку.

– Давай, – хрипло скомандовал Киллиан. Его пальцы грубо сминали ее грудь, оставляя красные следы на бледной коже. – Покажи ему, какой дешевой шлюхой ты стала с тех пор, как твой женишок оставил тебя здесь. Умоляй его.

Сильвер еще сильнее прижалась к моему лицу. Из ее горла вырвался отчаянный, почти животный скулеж.

– Пожалуйста...

– Пожалуйста, что? – прорычал Киллиан, дернув ее за волосы. – Ты хочешь, чтобы он остановился?

Она отчаянно мотнула головой, задыхаясь от собственных всхлипов.

– Хочешь, чтобы мой брат бросил тебя прямо сейчас?

– Нет... нет, не надо...

– Тогда проси как следует, – низко, почти в самые губы промурлыкал он ей. – Чего ты хочешь?

– Не останавливайся... – ее голос превратился в стон, когда я проник еще глубже. – Пожалуйста... заставь меня кончить...

От каждого движения моего языка она становилась все более мокрой. Черт, ее трясло от желания.

– Вот что было нужно твоей киске на самом деле, – усмехнулся я, выдыхая слова прямо ей в кожу. – Вот чего ты была лишена, играя в правильную девочку.

От той дорогой куклы в бордовом шелке, которую её женишок швырнул на зеленое сукно вместо недостающих фишек, не осталось ни черта. Сейчас Сильвер превратилась в сплошной оголенный нерв. Взмокшая, скулящая от удовольствия, она полностью отдалась каждому движению моего языка.

– Маркус сгорел бы со стыда, если бы застал тебя в таком виде, – Киллиан грубо провел большим пальцем по ее влажным губам. – Зато нас это только заводит, правда, брат?

– Она слишком красиво пачкается, чтобы оставлять ее чистой.

Я снова припал к ней, и её крик тут же захлебнулся, осыпавшись хриплым, жалким стоном. Я не давал Сильвер ни единой чертовой секунды на вдох. Мой язык втянул пульсирующий клитор в рот, заставляя тело биться в конвульсиях от этого давления.

– Деклан... пожалуйста... я больше не могу... – то, как сорвано и отчаянно она прокричала мое имя, ударило по моему члену.

Она была на самом краю. Еще пара жестких движений моего языка и Сильвер окончательно сдастся.

– Посмотри, как сладко она стонет твое имя, брат, – с темным, издевательским кайфом протянул Киллиан. – Наша недотрога превратилась в жадную, грязную шлюшку. Тебе плевать на карточный долг, верно? Плевать, что мы с тобой сделаем дальше. Прямо сейчас ты готова продать душу дьяволу, лишь бы он переставал тебя лизать.

— Да... — сорванным, скулящим шепотом выдохнула она. — Пожалуйста... просто дайте мне кончить!

– Отдай мне всё, — глухо прорычал я прямо в её влажную плоть, нанося последний, беспощадный удар языком. — Кончай для меня, Сильвер. Сейчас!

Это стало финальной точкой её разрушения. Сильвер вскинула бедра навстречу моему лицу, её тело забила крупная, болезненная дрожь, и отчаянный крик разорвал тишину комнаты.

— Деклан... боже...

Хорошо, что стены этого VIP-зала были наглухо звукоизолированы. Если бы не толстый слой акустического поролона под панелями, её сорванный, пронзительный крик услышал каждый ублюдок в этом клубе.

Истерзанная, опустошенная, она безвольно осела в руках Киллиана, словно сломанная кукла. Если бы мой брат не прижимал ее к своей груди, она бы рухнула на пол.

— Я почуял это в тебе с первой же секунды, – голос Киллиана вибрировал темным, рокочущим басом. – От тебя за милю несет изголодавшейся сукой.

Она выглядела абсолютно разрушенной. Опустошенная, разбитая, но при этом такая грязная и покорная. Я с наслаждени

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.