Полная версия:
Леон Монтан Нимфоманка
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Олеся вышла из воды, струйки стекали по её телу, а мокрый купальник почти не скрывал очертаний. Катя с притворной нежностью протянула ей полотенце.
— Бедная ты наша, — она притворно вздохнула, — как же тебе тяжело... — её пальцы легли на плечо Олеси.
Затем Катя наклонилась к самому уху и прошептала горячим шёпотом:
— Представляешь, как кто-то из них мог бы прижать тебя прямо сейчас к песку... Провести мокрой рукой по животу... Раздвинуть твои ноги...
Олеся резко дёрнулась, её тело отозвалось знакомой дрожью.
— А твоё тело... такое влажное и послушное... Готовое принять любого... — Катя продолжила шёпотом, чувствуя, как Олеся замирает.
— И ты знаешь, что не сможешь сопротивляться... Что кончишь быстро и громко, как последняя шлюха...
Олеся отшатнулась, её щёки пылали. — Ты... это специально...
Катя с невинным видом откинулась на полотенце. — Что специально? Я просто поддерживаю нашу бедную пациентку в её нелёгкой борьбе. — Но в её глазах танцевали чёртики.
Олеся снова упала на полотенце, закрыв лицо руками. Она понимала — подруги доведут её до края. И вопрос был только в том, сколько времени ей потребуется, чтобы сдаться.
Олеся внезапно поднялась с полотенца, её пальцы сжимали тюбик солнцезащитного крема. Лицо выражало смесь отчаяния и решимости.
— Всё, — коротко бросила она, — я больше не могу.
Катя и Лиза наблюдали, как она подходит к двум рослым мужчинам лет сорока. Через секунду слышится её смех, затем она жестом указывает на густую полосу леса, окаймляющую пляж. Мужчины переглянулись, и все трое направились в сторону деревьев.
— Ну что, доктор, — Катя с усмешкой откинулась на полотенце, — наша пациентка сорвалась. Пойдём понаблюдаем за клиническим случаем?
Они поднялись и пошли вдоль кромки леса, стараясь оставаться незамеченными. Сквозь листву доносились приглушённые звуки.
— Слышишь? — Катя прислушалась. — Кажется, начался сеанс... активной терапии.
Ветер донёс обрывки фраз: «...да, именно там...» и сдавленный смех Олеси.
— Интересно, — Лиза качнула головой, — это считать рецидивом?
— О, — Катя ухмыльнулась, — это считать победой. Пари проиграно. Зато какой спектакль!
Они присели за кустами, наблюдая, как в тени деревьев мелькают оголённые тела. Олеся явно не собиралась ограничиваться только кремом для загара.
Олеся растянулась на песке в одних стрингах, её кожа блестела под лучами солнца, пробивавшимися сквозь листву. Двое мужчин, опустившись на колени по бокам от неё, выдавили на ладони крем.
— Только хорошенько разотрите, — томно проговорила она, закинув руки за голову.
Пальцы одного из мужчин скользнули по её пояснице, затем опустились ниже, намеренно задевая резинку стрингов.
— Здесь тоже намазать? — его голос звучал глухо, а взгляд был тёмным и оценивающим.
— Ммм... конечно, — выдохнула Олеся, прикрыв глаза. — Я же не хочу обгореть... нигде.
Второй мужчина, растирая крем на её бёдрах, намеренно двигался всё ближе к промежности. Его большой палец провёл по внутренней поверхности бедра.
— У тебя такая гладкая кожа... — прошептал он прямо в ухо. — Интересно, везде такая?
Олеся лишь глухо простонала в ответ, её бёдра непроизвольно приподнялись, ища большего контакта.
— Расслабься... — сказал первый, его пальцы теперь скользили по животу, двигаясь к самому интимному месту. — Мы всё сделаем... как надо.
Катя и Лиза, притаившись в кустах, переглянулись. Шёпот мужчин и прерывистое дыхание Олеси сливались в откровенную симфонию, оставляя мало сомнений в том, чем закончится этот "сеанс загара".
Первый мужчина, не сводя с Олеси тёмного взгляда, медленно провёл пальцами по её животу, затем резко ввёл два пальца внутрь. Она вскрикнула, её тело выгнулось.
— Тише, тише... — прошептал он, начиная ритмичные движения. — Тебе же нравится...
Второй сильным движением перевернул её и поставил на четвереньки. Песок был горячим под её ладонями и коленями.
— Открой рот, шлюха, — приказал он, стягивая плавки.
Олеся послушно подняла голову, её губы уже были приоткрыты. Первый мужчина, вынув пальцы, встал на колени сзади. Жёстким толчком он вошёл в неё, заставив её сдавленно вскрикнуть.
В тот же момент второй направил свой член ей в рот. Она закашлялась, но он уже начал двигаться.
— Глубже, — хрипло сказал мужчина сзади, ускоряя темп. — Принимай всё, как хорошая девочка.
Олеся застонала, звук потерялся в её заполненном рте. Её тело раскачивалось между ними, принимая двойное проникновение. Слюна стекала по её подбородку, смешиваясь с каплями пота.
В кустах Катя с Лизой замерли, наблюдая, как Олеся полностью отдаётся моменту, забыв обо всех пари и обещаниях в волне животного удовольствия.
В чаще леса воздух гудел от тяжёлого дыхания и приглушённых стонов. Мужчины, обхватив бёдра Олеси, двигались в ускоренном ритме, их тела сливались в откровенном единстве.
— Смотри, — Катя пригнулась ниже, — кажется, они её сейчас разорвут.
Лиза, прикрыв рот рукой, прошептала:
— А она... кажется, совсем не против. Слушай, как она...
Олеся, почти теряя сознание от нарастающего удовольствия, глухо стонала, её пальцы впились в песок.
— Да... давайте... — её голос прерывался с каждым толчком.
Первый мужчина, двигаясь сзади, шёпотом произнёс ей на ухо что-то грязное, от чего она вздрогнула всем телом.
— По-моему, она уже близко, — Катя с ухмылкой наблюдала, как тело Олеси напряглось в преддверии оргазма.
Второй, чей член был в её рту, провёл рукой по её волосам.
— Глотай, красотка... — прохрипел он.
— О Боже... я... — Олеся не смогла договорить, её слова утонули в волне нахлынувшего наслаждения. Тело затряслось в сильнейшей судороге, волны удовольствия накрыли с головой.
Катя переглянулась с Лизой:
— Ну что, доктор, фиксируем рецидив? Пари проиграно.
Но в этот момент им было уже не до пари — они наблюдали финал спектакля, который Олеся устроила с таким отчаянием и таким наслаждением.
С последним содрогающимся стоном Олеся обмякла, её тело безвольно рухнуло на горячий песок. Грудь тяжело вздымалась, пытаясь поймать воздух.
Мужчины, поправив одежду, с удовлетворёнными ухмылками оставили её лежать среди деревьев. Воздух постепенно наполнялся лишь звуком её прерывистого дыхания и шелестом листьев.
Катя и Лиза выбрались из укрытия, мягко ступая по песку.
— Ну что, пациентка, — Катя присела рядом, — довольна курсом лечения?
Олеся, не открывая глаз, лишь слабо улыбнулась. Её пальцы разжались, выпуская пригоршню песка.
— Зато... не сопьюсь... — выдохнула она, и все три подруги одновременно рассмеялись.
Лиза протянула Олесе бутылку с водой.
— Поздравляю, — сказала она с лёгкой иронией. — Ты продержалась... целых три часа.
Олеся с трудом приподнялась на локтях. Её тело было покрыто каплями пота, следами песка и крема.
— Ладно, — она сделала глоток воды. — Выиграли... Заказывайте ужин. Только дайте минут пять... прийти в себя.
Катя с торжествующим видом улеглась рядом на песок.
— Стоило того, — протянула она, глядя в небо. — Такого шоу я ещё не видела.
Они лежали втроём под шум леса и далёкий гул пляжа — три подруги, связанные странной игрой, которая неожиданно обернулась чем-то большим, чем просто пари.
Глава 2. Попутчик.
Солнце начинало клониться к закату, окрашивая небо в розовые тона. Три подруги лежали на песке, образуя круг.
— Ладно, — Лиза повернулась к Олесе, её глаза блестели от любопытства. — После такого... Расскажи что-нибудь ещё. Самый отчаянный, самый грязный секс в твоей жизни.
Олеся на мгновение задумалась, лёгкая улыбка тронула её губы.
— Был один раз... в лифте, — начала она, глядя на облака. — Мы ехали на двадцатый этаж. Он прижал меня к стене, поднял юбку... — она сделала паузу. — А потом лифт остановился между этажами.
Катя приподнялась на локте:
— И что? Вы там... застряли?
— На сорок минут, — Олеся засмеялась. — И мы использовали каждую секунду. Слышали, как люди снаружи пытались вызвать техников... А мы... — она жестом закончила фразу.
— Офигеть, — прошептала Лиза. — А если бы двери внезапно открылись?
— В этом-то и был кайф, — Олеся повернулась к ним. — Осознание, что в любой момент нас могут увидеть... Слышать...
— А ещё? — не унималась Катя. — Что-то более... экзотическое?
Олеся задумчиво провела рукой по песку:
— Ну... была одна фотосессия в студии. Фотограф попросил меня позировать в определённых... позах. Потом подошёл ближе... начал поправлять меня руками...
Она закрыла глаза, вспоминая:
— Он говорил, какая я фотогеничная... А потом его руки оказались уже не на талии. И объектив был направлен... ну, вы поняли.
Девушки молчали, представляя себе эти сцены. Закатное солнце ласкало их кожу, а в воздухе витало напряжение невысказанных фантазий.
— И знаешь, — Олеся добавила уже серьёзно, — иногда дело не в месте или позе... А в том, насколько ты готова отпустить контроль.
В её словах звучала правда, которую все три теперь понимали лучше, чем когда-либо.
— А у тебя такое было? — Олеся повернулась к Кате, всё ещё лежа на песке. — Когда полностью теряешь голову?
Катя задумчиво провела пальцами по своему животу:
— Был один парень... в прошлом году. Мы встречались всего месяц. Однажды он привёл меня на крышу многоэтажки...
Она замолчала, глядя на темнеющее небо.
— И? — подтолкнула Лиза.
— Он пристегнул меня к парапету наручниками. — Катя улыбнулась. — А потом начался дождь. Холодные капли по горячей коже... А его руки...
Олеся перевернулась на бок:
— Дальше, дальше!
— Он целовал меня, пока я была прикована. Говорил, что я его пленница. А потом... — Катя сделала драматическую паузу. — Полил шампанским и стал слизывать с моего тела.
— А ты? — Лиза смотрела на неё широко раскрытыми глазами.
— Я кричала так, что, наверное, полгорода слышало. А он всё шептал: «Кричи громче, пусть все знают, кому ты принадлежишь».
Все три замолчали, представляя эту сцену. Воздух наполнился новым пониманием — они делились не просто историями, а частицами своей сущности.
— А знаете, что самое страшное? — Олеся села, обхватив колени. — Что после таких моментов обычная жизнь кажется... пресной.
Катя кивнула:
— Как будто включается какой-то внутренний переключатель. И ты уже не можешь жить по-старому.
Сумерки сгущались, на пляже зажигались первые огни. Но девушки не спешили уходить — их разговор только начинал касаться чего-то настоящего, чего-то важного.
— Может, дело не в сексе? — тихо сказала Лиза. — А в том, чтобы найти человека, с которым можно быть... вот такой. Без масок.
Олеся посмотрела на подруг, и в её глазах читалось странное облегчение — будто она наконец-то сняла тяжёлый груз, который долго носила в одиночестве.
Сумерки сгущались, когда они наконец собрали вещи и направились к машине Кати. Воздух был наполнен вечерней прохладой и запахом сосен.
— Остановись, — вдруг сказала Олеся, когда они проезжали мимо одинокого парня, бредущего по обочине. — Давай подберём его.
Катя нахмурилась, не снижая скорости:
— Ты с ума сошла? Мы не знаем этого человека!
— Посмотри на него, — настаивала Олеся. — Он совсем один, а до города километров десять.
— После сегодняшних приключений тебе ещё и незнакомцев подбирать? — Катя покачала головой, но уже притормаживала.
Машина остановилась рядом с высоким парнем в простой футболке и джинсах. Олеся опустила стекло.
— Мужчина, нужен подвоз? — её голос звучал мягко и приглашающе.
Парень повернулся. В сумерках было видно его приятное, немного уставшее лицо.
— Здравствуйте, — он улыбнулся. — Если не затруднит, до города.
Олеся откинулась, давая ему место на заднем сиденье. Парень сел рядом, пахнувший вечерней прохладой и дорогой.
— Спасибо, — сказал он, пристёгивая ремень. — Я Алексей.
Катя, всё ещё недовольная, тронулась с места. В салоне повисло напряжённое молчание, нарушаемое только шумом двигателя.
Олеся украдкой разглядывала нового попутчика, чувствуя, как в воздухе снова зажигается та самая искра, которую она так безуспешно пыталась погасить весь день.
Машина плавно катилась по пустынной дороге, когда Олеся нарушила молчание:
— Это Катя за рулём, — она кивнула на водительское сиденье. — А это Лиза рядом с ней. А я — Олеся.
Парень кивнул:
— Приятно познакомиться. Вы с пляжа?
— Можно и так сказать, — загадочно улыбнулась Олеся. — А ты что так поздно один?
— Работал на даче у друзей, — объяснил Алексей. — Не рассчитал время, автобусы уже не ходят.
Олеся повернулась к нему боком, её колено почти касалось его ноги.
— А что делал? — её голос приобрёл лёгкие, игривые нотки.
— Помогал с ремонтом, — он посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло понимание. — Строитель из меня, правда, не очень.
— Не верю, — Олеся покачала головой, намеренно задерживая взгляд на его руках. — Выглядишь... крепким.
Катя поймала её взгляд в зеркале заднего вида и едва заметно покачала головой, но продолжала молчать.
— А ты часто подбираешь незнакомцев? — Алексей спросил уже более уверенно, чувствуя направление разговора.
— Только самых... интересных, — Олеся опустила взгляд, потом снова подняла его. — У тебя такие... рабочие руки.
Она намеренно сделала паузу, давая словам повиснуть в воздухе. В салоне запахло напряжением и взаимным интересом.
— Город ещё далеко, — прошептала она, будто делая ему какое-то предложение. — Успеем хорошо познакомиться.
Лиза переглянулась с Катей — обе понимали, что их подруга снова пускается в опасную игру, но теперь уже с совершенно неизвестным человеком.
Олеся плавно сместилась ближе к Алексею, её бедро теперь плотно прижималось к его ноге. Она наклонилась к его уху, голос стал тише, интимнее:
— Скажи честно... Я красивая?
Алексей повернул голову, их лица оказались в сантиметрах друг от друга. В его глазах вспыхнул огонёк.
— Очень, — он произнёс это твёрдо, не отводя взгляда. — Необыкновенно.
— Олеся, не начинай! — раздражённым тоном проинесла Катя, понимая к чему всё идёт.
Олеся бросила взгляд на водительское сиденье, но тут же вернулась к парню. — Не слушай её. Она просто ревнует.
Катя открыла было рот, чтобы возразить, но Олеся резким жестом остановила её, не прерывая зрительного контакта с Алексеем.
— А что тебе нравится в девушках? — её пальцы невольно коснулись его руки. — Кроме внешности, конечно.
Алексей улыбнулся, его рука повернулась ладонью вверх, принимая её прикосновение.
— Смелость, — ответил он, глядя прямо в её глаза. — Когда девушка не боится быть... настоящей.
— О, — Олеся засмеялась тихо, почти шёпотом. — Тогда тебе со мной должно быть интересно.
Она провела пальцами по его ладони, чувствуя, как его дыхание стало немного чаще. В салоне машины воздух стал густым, насыщенным невысказанным желанием.
— Я как раз об этом подумал, — он не отводил взгляда, его рука сомкнулась вокруг её пальцев.
Катя сжала руль так, что костяшки побелели, но продолжала молча вести машину, понимая, что остановить эту игру уже невозможно.
— Останови машину, — внезапно сказала Олеся, не отрывая взгляда от Алексея. — И выйди.
Катя резко повернула голову:
— Ты совсем охренела? Я тебя сейчас вышвырну из машины!
— Нет, — Олеся улыбнулась, её рука уже лежала на груди парня. — Остановись и выйди. Нам нужно побыть одним.
Катя с силой нажала на тормоз, машина резко остановилась на обочине.
— Трахайтесь, если хотите, — она резко повернулась на сиденье. — А мы посмотрим. Может, научимся чему-нибудь новому.
Олеся на мгновение задержала на ней взгляд:
— Как хочешь.
Затем она повернулась к Алексею и без колебаний прижалась губами к его. Поцелуй был не просто поцелуем — это было заявление, вызов, признание.
Её руки обвились вокруг его шеи, а его руки крепко обхватили её талию. Звук их дыхания смешивался с тихим шумом ночи за окнами.
Лиза замерла на переднем сиденье, не зная, куда смотреть. Катя же, скрестив руки, смотрела на них с выражением, в котором смешались возмущение и любопытство.
— Продолжай, — прошептала Олеся, разрывая поцелуй. — Я вся твоя.
Алексей, дыша прерывисто, притянул её ближе, его пальцы впились в её мокрую от пота футболку. В тесном пространстве заднего сиденья разворачивалась новая сцена их странного вечера.
В тесном пространстве заднего сиденья воздух стал густым и тяжёлым. Олеся, не отрывая взгляда от Алексея, медленно стянула с себя мокрую футболку, затем сняла лифчик. Её грудь, освещённая лунным светом, мягко колыхалась в такт прерывистому дыханию.
Катя и Лиза замерли на передних сиденьях, не в силах отвести взгляд от разворачивающегося действа.
Олеся расстегнула его джинсы, помогая ему освободиться от одежды. Затем, плавно переместившись, она опустилась сверху, принимая его в себя с тихим, глубоким стоном.
— Да... — вырвалось у неё, когда он полностью вошёл в неё.
Алексей впился пальцами в её бёдра, помогая ей двигаться в медленном, чувственном ритме. Его глаза не отрывались от её тела, освещённого лунным светом.
Машина слегка покачивалась в такт их движениям. Запотевшие стёкла скрывали происходящее внутри от внешнего мира, превращая салон в интимную сцену.
Катя, всё ещё сидя на водительском сиденье, медленно покачивала головой, но в её глазах читалось не только осуждение, но и скрытое возбуждение от этой откровенной демонстрации.
Олеся, откинув голову назад, увеличила темп, её стоны становились громче, смешиваясь с его тяжёлым дыханием. В замкнутом пространстве пахло сексом, потом и чем-то диким, первобытным.
— Не останавливайся... — прошептал Алексей, его руки скользили по её спине.
Она опустилась ниже, чтобы поцеловать его, не прерывая ритма. Их тела были соединены в самом интимном из танцев, а двое зрителей спереди стали свидетелями ещё одного акта её личной драмы.
В запотевшем зеркале заднего вида отражалось движение на заднем сиденье — ритмичное, сладострастное. Катя не могла оторвать взгляд. Её пальцы медленно разжали руль.
Сначала почти неосознанно, затем с нарастающей уверенностью её рука скользнула вниз, под юбку. Она прикусила нижнюю губу, наблюдая, как Олеся движется на парне, слыша их прерывистые стоны.
Её пальцы нашли нужное место, и она тихо ахнула, не в силах противостоять волне возбуждения, захлёстывающей её. Ритм её руки постепенно синхронизировался с движениями на заднем сиденье.
— Боже... — прошептала Лиза, увидев это, но не в силах ничего сказать.
Катя закрыла глаза на секунду, представляя, что это её тело сливается с незнакомцем в этом тесном пространстве. Её дыхание участилось, грудь вздымалась под облегающей блузкой.
Она приоткрыла глаза и увидела в зеркале, как Олеся смотрит прямо на неё — с вызовом, с одобрением, с пониманием.
Это был странный, извращённый балет — четверо людей, связанных невидимыми нитями желания в салоне машины, стоящей на тёмной пустынной дороге.
Её движения стали быстрее, отчаяннее. Она больше не пыталась скрывать то, что делает, откинув голову на подголовник, глядя в зеркало на двух занимающихся любовью людей и свою собственную руку, скрытую под тканью юбки.
Сначала Олеся — её тело напряглось в дуге, тихий крик застрял в горле, затем перешёл в серию глубоких, содрогающих стонов. Алексей крепко держал её за бёдра, помогая пережить оргазм.
В зеркале Катя видела, как её подруга трепещет в его руках. Это зрелище стало последней каплей — её собственное тело содрогнулось в тихой волне наслаждения, пальцы ещё несколько секунд продолжали мелко дрожать.
В салоне наступила тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием. Олеся медленно поднялась, нашла свою футболку на полу и без стеснения вытерлась ею. Затем свернулась калачиком на сиденье, положив голову на колени Алексею.
Катя глубоко вздохнула, провела рукой по лицу и повернула ключ зажигания. Двигатель завёлся, машина плавно тронулась с места.
— Ну что? — тихо спросила Олеся, не открывая глаз. — Понравилось зрелище?
Катя на секунду задержала взгляд на дороге, прежде чем ответить:
— Ты ужасная, — пауза. — И божественная одновременно.
Олеся улыбнулась, её рука легла на ногу Алексея.
— Я знала, что ты поймёшь, — её голос стал сонным. — Иногда нужно просто... чувствовать.
Машина ехала через ночь, унося четырёх людей с разгорячённой кожей и запутанными эмоциями. Городские огни вдали мерцали, как обещание возвращения к нормальности, которая уже никогда не будет прежней.
Когда машина остановилась на окраине города, Алексей мягко разбудил Олесю, всё ещё спавшую у него на коленях.
— Мне здесь, — сказал он тихо.
Олеся потянулась, как кошка, и достала телефон.
— Давай контакты.
Они обменялись номерами под молчаливым взглядом Кати. Алексей вышел из машины, кивнул на прощание и растворился в вечернем городе.
Машина снова тронулась в путь. Несколько минут в салоне царила тишина, нарушаемая только шумом двигателя.
— Ну и что теперь? — наконец спросила Катя, не глядя на подругу.
Олеся вздохнула, глядя на проплывающие за окном огни.
— А ничего. Просто живу.
— Ты понимаешь, что это ненормально? — голос Кати дрогнул. — Секс с незнакомцем... При нас...
— А что нормально? — Олеся повернулась к ней. — Сидеть каждую пятницу в баре и ждать, пока какой-нибудь офисный планктон купит тебе коктейль?
Лиза, до этого молчавшая, негромко сказала:
— Мне... было интересно.
Катя покачала головой:
— Я просто переживаю за тебя. Такие истории... они могут плохо закончиться.
— А может, и хорошо, — улыбнулась Олеся. — Может, я наконец-то нашла того, кто не боится меня... настоящей.
Они ехали молча ещё минут десять, каждая погружённая в свои мысли.
— Ладно, — Катя наконец разжала пальцы на руле. — Но если он окажется маньяком — я говорила.
Олеся рассмеялась:
— Обещаю, если он окажется маньяком, ты будешь первой, кому я позвоню.
И странное дело — в её шутке была правда. Какой бы безумной ни была эта ночь, они по-прежнему оставались подругами, связанными чем-то более важным, чем мимолётные увлечения и рискованные эксперименты.
Машина остановилась у знакомого подъезда. Олеся собрала свои вещи и открыла дверь.
— Ну что, отличная была прогулка? — язвительно спросила Катя. — Надеюсь, твой новый друг не подарит тебе чего-нибудь... памятного.
Олеся медленно, театральным жестом, подняла средний палец, затем облизнула его, не сводя глаз с Кати.
— Сладко, — сказала она с намёком. — Как и всё сегодня.
Затем она закрыла дверь и пошла к подъезду. Сделав несколько шагов, внезапно остановилась, резко задрала юбку, обнажив на мгновение свои ягодицы в свете уличного фонаря.
Из машины донёсся взрыв смеха. Лиза хлопала в ладоши, а Катя, хоть и пыталась сохранить серьёзное выражение, не могла сдержать улыбки.
— Чёртова сучка! — крикнула Катя в окно, но уже беззлобно.
Олеся, не оборачиваясь, лишь помахала рукой над головой. Дверь подъезда захлопнулась за ней.
Катя тронула с места, машина медленно поплыла по ночной улице.
— Ну что, — сказала Лиза, всё ещё улыбаясь. — Завтра опять спасать её от этой зависимости?
Катя покачала головой, глядя в зеркало на удаляющийся дом подруги.
— Кого мы обманываем? — она тихо рассмеялась. — Это она спасает нас от скуки.
И они поехали домой, увозя с собой воспоминания об этом странном дне, который начался с пари, а закончился... чем-то гораздо более интересным.
Глава 3. Звезда стриптиза
Поднявшись на свой этаж, Олеся услышала гневный шёпот. На лестничной площадке её поджидала Ирина, жена соседа снизу, с перекошенным от злости лицом.
— А, шлюха вернулась! — женщина бросилась вперёд, преграждая путь к квартире. — Весь дом знает, чем ты тут занимаешься! Мой муж поднимался из-за потопа, а у тебя тут оргии!
Олеся медленно подняла брови, делая вид, что рассматривает потолок.
— Оргии? — она фыркнула. — Милая, это был соло-концерт. Но спасибо, что следишь за моей культурной программой.
— Ты совсем совесть потеряла! — Ирина трясла пальцем перед её носом. — При детях! Мой сын всё слышал!
— Не переживай, — Олеся прошла мимо неё к своей двери. — Может, хоть у кого-то в этой серой многоэтажке наконец-то проснётся фантазия.
Женщина не выдержала — с криком бросилась на Олесю с поднятыми кулаками. Но та оказалась проворнее: резко рванулась вперёд, вставила ключ в замок и буквально влетела в квартиру, захлопнув дверь прямо перед носом разъярённой соседки.
