Лариса Сугатова Ожерелье полуночного Солнца

Кригс

– В Кригсе есть гимназия, тетя Илона. Я буду учиться там и заодно присмотрю за бабушкой, – сказала Мили. Она взглянула на молодую женщину, поправляя каштановую прядь.

– Какая гимназия? Это обычная школа, – возразила ей тетушка, замерев и не донеся чашку до губ.

– Это не важно. Главное, я присмотрю за бабушкой, – ответила Мили, делая глоток горячего чая, – С нового учебного года в выпускном классе будут учиться ученики из Бригсонеля, – продолжила она, потянувшись за печеньем в вазочке, – я не одна буду новенькой в классе.

Лицо тети от услышанного мгновенно потемнело.

– Этого только не хватало, – с досадой произнесла она.

– А что с ними не так? – простодушно поинтересовалась Мили, доставая очередное печенье.

– Да все не так, – тетя в отчаянии покачала головой, от чего девушка задумалась, – лучше держаться от них подальше.

С самого рождения Мили жила с тетей в большом Лиорде, и лишь изредка они вместе навещали бабушку в далеком маленьком городке Кригс. Мили всегда казалось, что там даже воздух другой. Она понимала, что тетя боится возвращаться в Кригс даже на время.

– Но бабушке необходимо мое присутствие, – Мили снова взглянула на тетушку и добавила, – все будет хорошо, тетя Илона. Ты же понимаешь, что моей поездки на летние каникулы слишком мало, чтобы быть спокойными за ее здоровье.

– Я все понимаю, – с грустью вздохнула тетя, отставляя чашку, – Давай помогу тебе собраться, – она поднялась из-за стола.

Тетя видела в племяннице те же мягкие черты лица, как у матери Мили, погибшей много лет назад, и ей не хотелось отпускать девочку туда, где это случилось. Когда родилась Мили, ее отца не было в живых уже несколько месяцев. Мать погибла от руки неизвестного убийцы через несколько часов после рождения ребенка.

Спустя пару дней Мили улетела в Кригс. Она не могла поверить своему счастью, спускаясь с трапа самолета и вдыхая соленый воздух, пропахший хвоей. Она теперь будет жить в месте, которое всегда считала своим домом. Ей предстояло учиться в местной школе или, как ее стали называть с этого учебного года, гимназии.

***

Здание располагалось недалеко от дома бабушки, так что, прийти утром, не опаздывая на занятия, не составляло труда. Здесь не возникало никаких пробок на дорогах, как в огромном Лиорде, не нужно было пользоваться транспортом.

Бабушка Омела хотела сама проводить внучку в первый учебный день в школу, но сил даже на такой недолгий путь до соседней улицы у нее не было. В последнее время ее часто беспокоили боли в груди.

За Мили зашел невысокий рыжий паренек Рони, мать которого почти ежедневно навещала бабушку. Такая же рыжеволосая, как и сын, соседка частенько угощала пожилую подругу каким-нибудь новым свежеиспеченным пирогом по собственному рецепту.

В сопровождении рыжего Рони Мили и появилась в небольшом дворе гимназии, уже заполненном учениками. Многие из ребят не скрывали своего нежелания возвращаться к учебе после долгих летних каникул. К счастью для Мили, к ней подбежала, как обычно радостная, улыбающаяся Дарина. Девочки подружились еще летом, в последний приезд Мили к бабушке в Кригс.

– Как хорошо, что ты пришла, Мили, – затараторила Дарина, – нам так много надо обсудить. Ты ведь уже знаешь, что, кроме тебя у нас в классе еще двое новеньких? – она не стала дожидаться ответа и просто продолжила, – Посмотрим, что они из себя представляют. Нет, мне конечно все равно, какие они ученики, но интересно, хорошенькие ли? – мечтательно вздохнула она.

Мили слушала вполуха, осматривая школьный двор и крыльцо, где перед предстоящей торжественной линейкой по поводу начала учебного года собралось уже довольно много учеников старшей школы города.

Не слишком высокое трехэтажное здание гимназии считалось одним из лучших в городке. Кирпичное, с большими широкими окнами, оно и впрямь выглядело неплохо, но школа, куда ходила Мили в Лиорде была гораздо больше. Намного. Она представляла собой огромное здание из трех частей, в каждой из которых располагалось отдельное звено – младшее, среднее и старшее.

Мили стало немного тоскливо от того, что она уже не встретит в стенах новой школы своих прежних одноклассников. С некоторыми из них Миди неплохо подружилась, и теперь взгрустнула.

Торжественная часть линейки закончилась, и Дарина потащила подругу в свежеокрашенный чистый кабинет, куда следом отправилились с шумом ученики их класса. Остальные учащиеся под звуки гула движущейся толпы разошлись по своим, пахнувшим свежей краской аудиториям.

Новенькие, которых, за исключением Мили, было всего двое, держались особняком. Они свысока посматривали на тех, кто учился здесь ранее, и не вступали в разговоры без крайней необходимости. Лишь однажды один из них что-то спросил у шедшей рядом девушки. Ее щеки ярко зарделись, хотя вопрос о том, начнутся ли занятия прямо сейчас или будет просто вводный урок, не подразумевал ничего провокационного. Мили показалось странным это нелепое смущение, ей вообще было чуждо кокетство.

На первом уроке подруги сели вместе. Учитель Райли рассказывал, что в этом учебном году предстоит изучать историю их страны, в которой люди являются главной расой. Мили заметила, как те двое новеньких, державшихся особняком и севших вместе за первую парту среднего ряда, после этих слов скептически переглянулись друг с другом и заулыбались. Оба при этом прикрыли свои лица от взгляда учителя ладонями.

– Если кому что-либо не ясно, он всегда может задать мне вопрос, – перед самым звонком сообщил классу учитель Райли.

– Почему они такие надменные? – тихо спросила Мили у своей подруги, кивая в сторону новеньких.

– Это давняя история. Просто глава Совета их города придерживается мнения, что эльфы и мы должны жить в мире, но c ним согласны далеко не все. Однако, этим двоим придется ходить в школу с нами. Говорят, один из этих двоих наследник их трона. Представляешь? Но для меня они оба на одно лицо, хоть и хорошенькое, – сказала с улыбкой Дарина.

Они и правда выглядели красавчиками с яркими синими глазами, но взгляд их, изредка обводящий одноклассников, был колючим и не обещал ничего хорошего. Из поведения новеньких парней на уроке Мили поняла, что вопросы есть не только у нее. Озвучивать свои она не спешила, лишь спросила на перемене у Дарины, почему об эльфах практически ничего не сказали. Как она узнала из недавнего разговора с Рони по дороге в гимназию, раньше у жителей Кригса с эльфами шла долгая война, так толком ничем и не закончившаяся. Непонятно было, кто победил, и кто проиграл. Люди и эльфы просто стали жить обособленно, и это продолжалось уже много веков.

– Да не заморачивайся ты, Милька, все давно уже в прошлом, – сказала Дарина, и Мили поняла, что больше ничего нового для себя не узнает.

Мили, будучи знакомой с доброжелательно настроенными к ней Дариной и Рони, могла себе позволить не особо переживать, как к ней отнесутся в новом классе, но сердце все равно предательски сжималось от страха из-за того, как ее рассматривали новые одноклассники, словно, экспонат под микроскопом. Мили глубоко вздохнула в попытке успокоиться и привести сбившиеся мысли в порядок. Ей повезло, что эти двое оказывали свои внимание и поддержку, а то бы стояла сейчас на перемене где-нибудь в уголке и подпирала стенку.

Следующий урок геометрии прошел совсем не как история. Потребовалось напрячься и усиленно шевелить мозгами, зато никаких вопросов об отношении к ней других учеников на протяжении всего урока у Мили не возникало. В каком-то смысле она даже смогла отдохнуть от чужих заинтересованных взглядов. Учитель просто оценивал знания теорем и умение решать задачи. Преподаватель Альберт даже похвалил ее за сообразительность и логику мышления.

После занятий у гимназических ворот Мили догнал Рони. Они беспечно болтали о событиях сегодняшнего дня, и Мили не заметила, как вышло, что речь снова зашла о тех двух новеньких учениках.

– Сели за первую парту, выскочки! – небрежно отозвался о них Рони.

– Почему ты злишься? – поинтересовалась Мили, удивленно разглядывая парня.

– Да сама посмотри, они же ведут себя так, как будто снизошли с небес до обучения с нами. Будто не они чужаки среди нас, а мы все рядом с ними холопы перед господами, – говорил Рони, возбужденно жестикулируя

– По-моему ты предвзято к ним относишься, Рони. Возможно, им так же страшно, как и мне в чужой среде, – сказала Мили, пытаясь охладить его пыл.

– Это им-то? Ты вообще раньше эльфов видела? – удивился Рони, изумленно уставившись на нее.

– Ты прав. Я почти ничего о них не знаю. Моя бабушка не любит говорить об эльфах, и тетя тоже, – согласилась Мили.

Рони только покачал головой.

– В Лиорде эльфов считают местным фольклором, – пояснила Мили.

– Но здесь не Лиорд, Мили. Здесь сказки кусаются... – мрачно произнес Рони.

Серебряный отблеск

Стайка беззаботно смеющихся юных девушек-старшеклассниц выпорхнула на небольшую городскую площадь, увитую зрелой зеленью, еще почти не тронутую желтизной осени. Они смеялись, шутили и толкали легонько друг друга под локти, кивая при этом на большой белый лист с огромными, яркими красными буквами, висевший посреди площади на высоком стенде. Такие же объявления, написанные чернилами на белых листах поменьше, висели на всех дверях маленьких кирпичных магазинчиков, увитых плющом, расположившихся по всему периметру площади.

«Внимание! Внимание! Всем гражданам Кригса! – гласила надпись крупными буквами, а далее мельче было написано: Большой праздник в городе Бригсонеле состоится в это воскресенье в день Независимости! Праздник совпадает с днем Рождения сына Главы городского Совета! Приглашаются все желающие!»

От объявления исходил терпкий запах туши, словно от сердцевины из абрикосовых косточек

– Правда! Не обманули младшеклассники, будет праздник! – произнесла одна из девушек, озвучивая мысли подруг.

– Точно! Идемте все! – предложила пышная Иния со светлыми волосами.

– Это же в Бригсонеле, – ответила Тиния, стройная темноволосая. Она не толкалась и не шумела в этой компании, как и Мили.

Тиния огорченно сморщила носик.

– Ну и что? Развеемся. Часто ли выпадает такая возможность? – воскликнула невысокая плотного телосложения Дарина, взмахнув руками в сторону загородного леса, – я, пожалуй, пойду. Это ничего, что в Бригсонеле.

– Город, конечно, рядом, но все же... – попыталась отговорить ее красивая одноклассница Кэти, поправляя светлые локоны, – знала бы что праздник в Бригсонеле, точно не пошла бы смотреть это объявление, – добавила она скептически сморщив носик.

– Да бросьте, девчонки! Будет весело, – возразила Дарина, улыбаясь в предвкушении, но девушки поскучнели и начали расходиться, не слушая ее.

– А что не так с Бригсонелем? – поинтересовалась Мили у всезнающей подруги, когда они остались вдвоем.

– Да просто это город эльфов, – ответила Дарина.

– Наших новых учеников? – спросила, Мили.

– Да, они оттуда, – кивнула подруга.

– Я и сама новенькая, но такое чувство, что эти двое еще более новенькие, чем я, если так можно выразиться, – пожала плечами Мили, – С ними никто не общается, – продолжила она с грустью.

– Обычно эльфы никого не пускают к себе, а тут надо же, такое событие, – Дарина пропустила слова Мили мимо ушей, увлеченная своими мыслями, – Я бы посмотрела, как живут эльфы, – сказала она, задорно улыбаясь.

– Они такие особенные? – поинтересовалась Мили.

– Просто ты жила далеко отсюда, может, поэтому о них ничего не знаешь? – ответила Дарина, подмигивая подруге.

– Наверно. Но все это выглядит странно, – ответила тихо Мили, обдумывая информацию и вспоминая слова Рони: «Здесь не Лиорд, Мили. Здесь сказки кусаются».

– Да так и есть. Видимо, у вас в семье не принято об этом говорить, – попыталась объяснить ситуацию Дарина, пожимая плечами.

– Может, не стоит тогда идти в их город, раз они не особо гостеприимные? – спросила Мили, пытаясь отговорить подругу от того, о чем они могли пожалеть впоследствии.

– А мне интересно посмотреть, как живут эльфы. Среди них есть вполне симпатичные парни, вроде наших новеньких. Эльфы вообще славятся своей красотой, – не согласилась Дарина.

Она повернулась в сторону леса, в котором расположился Бригсонель, и мечтательно вздохнула.

– Главное, чтобы в душе человек был красив, – произнесла Мили, глядя задумчиво ввысь на синее, все в белых облаках небо.

– Витаешь в своих сказках, – ответила подруга, опуская ее на землю, – видно в школе, где ты раньше училась, все в душе красивые были!

Они посмотрели друг на друга и засмеялись.

– Я еще не привыкла к жизни в Кригсе, – объяснила Мили.

«За бабушкой нужен присмотр, а уезжать отсюда в Лиорд она наотрез отказывается. Всю жизнь здесь живет. Кригс ее дом,” – размышляла она, идя по дороге. Когда-то бабушка Омела после гибели матери Мили отправила новорожденную внучку в Лиорд. Мили помнила, как тетя Илона много раз просила бабушку уехать из Кригса. Илона сбежала оттуда сразу после школы, подальше от эльфийских лесов, но бабушка Омела ни за что не хотела оставлять родной дом.

Девушки еще не успели свернуть к своему переулку, как Мили натолкнулась на внезапно возникшую твердую, будто каменную стену, которая почему-то тотчас отодвинулась. Резко пахнуло хвоей, и девушка, потеряв равновесие, оказалась на земле.

– Извините, леди, но, все же стоит смотреть по сторонам, когда идете, а не витать в облаках, – холодно произнес незнакомый хрипловатый голос.

Мили с трудом подняла голову и взглянула вверх. То, что предстало взору, ей совсем не понравилось. Перед ней стоял высокий синеглазый парень и насмешливо смотрел с выражением брезгливости, словно она запачкала его своим прикосновением. Его светлые волосы, откинутые назад, переливались на солнце, напоминая перламутр. Хуже всего было то, что этим парнем оказался ее новый одноклассник.

Он извинился и тут же прочитал ей нотацию? Очень мило. Белокурый красавчик протянул руку. Мили, не глядя на него, попыталась встать, вовремя вцепившись за куцый куст рядом с собой, едва не упав при этом.

– Она еще и гордячка... – присвистнул приятель парня, сбившего ее с ног, такой же высокий, со светлыми волосами, перехваченными сзади тонким черным ремешком.

А, может, это и вправду виновата она сама, что не смотрела вокруг? Нечего витать неизвестно где, когда рядом есть такие вежливо-язвительные красавчики.

Парни пожали плечами и отправились по своим делам, а Мили стояла, переводя дыхание и стараясь прийти в себя после неудачного падения.

– Такие добрые и милые. И как бабушка здесь живет? – прошептала Мили.

Глаза начало нещадно щипать и по щекам покатились непрошеные слезы.

***

Теперь Дэниэлю и Хэйлу приходилось вставать намного раньше, чем они обычно это делали. Надо было успеть добраться до соседнего Кригса к началу занятий в гимназии. Солнце еще только поднималось, а эльфы в это время уже шли по пустынной лесной тропе, едва приметной в траве. Глаза их горели синим огнем вдохновения от вида восходящего солнца. Оба шли с энтузиазмом, не зная усталости, несмотря на то, что впереди ждала встреча с недружелюбными одноклассниками.

Оба эльфа не очень-то горели желанием посещать гимназию в Кригсе, где учились люди, но такова была воля отца Дэниэля лорда Орландо Викаэля. Хэйлу пришлось подчиниться, когда его вместе с Дэниэлем на Совете решили отправить на обучение в Кригс. Не станешь же спорить с главой городского Совета, даже если он отец твоего лучшего друга.

На уроках Хэйл и Дэниэль откровенно скучали, то и дело тяжко вздыхая, но ничем более старались не показывать, как их воротит от человеческой школы. Оба хорошо помнили о строгом наказе лорда Викаэля всеми силами налаживать дружественные связи с людьми и о будущем правлении Дэниэля в Бригсонеле.

– Хорошо, хоть девчонки есть симпатичные! – подмигнул Дэниэль другу, подходя к зданию гимназии и глядя на стоящих рядом с крыльцом двух смеющихся девушек.

Его дыхание на секунду сбилось, когда он узнал в одной из них вчерашнюю одноклассницу, столкнувшуюся с ним на дороге, но он взял себя в руки, не позволяя расслабиться перед девчонками. «Та самая «леди» на пыльной дороге,» – подумал Дэниэль, припосмная недавнюю встречу.

– Не забывай, что они нам не ровня. Мы здесь всего лишь, чтобы научиться лучше понимать людей, – хмыкнул Хэйл, едва сдерживая улыбку, стараясь выглядеть серьезным.

– Да уж, отец постарался, – кивнул Дэниэль, соглашаясь, – но смотреть-то нам никто не запрещает, верно? – весело продолжил он.

– А смысл? – вздохнул Хэйл, он, как всегда, во всем в первую очередь искал рациональное зерно.

– Да ну тебя. Нельзя что ли просто посмотреть на красивых девушек? – возмутился Дэниэль шутливо, отмахиваясь и улыбаясь.

– Ты еще подружись с ними, – скептически пробурчал Хэйл.

Эльфы прошли почти вплотную мимо девушек, одна из них в очередной раз рассмеялась. Это заставило Дэниэля обернуться и вновь искоса взглянуть на них. Смеялась невысокая пухленькая девушка с волнистыми темными волосами. Ее задумчивая подруга стояла, отвернувшись. Она внезапно развернулась, и взгляд ее карих глаз столкнулся с синими глазами Дэниэля.

Дэниэль вспомнил, как вчера перед занятиями та задумчивая девушка, стоявшая только что у крыльца и рыжий мальчишка из их класса вместе подходили к воротам гимназии.

В классе уже находились несколько учеников. На вошедших эльфов уставились несколько пар любопытных глаз. Дэниэль и Хэйл не сговариваясь кивнули всем присутствующим, ни на кого не глядя конкретно. Как и ожидали эльфы, им никто не ответил. «Да уж, трудновато придется в налаживании добрых отношений с недружелюбно настроенными одноклассниками,» – подумал Дэниэль.

Рыжий мальчишка даже не пытался скрыть враждебного настроя к новеньким. Он презрительно взглянул на Дэниэля и Хэйла, поморщился и демонстративно прошел к своему месту, задев плечом высокого Дэниэля, собиравшегося сесть за свою парту.

– Полегче, приятель, – вступился за друга Хэйл, Дэниэль даже не успел открыть рот.

– А то что? – рыжий Рони смотрел с вызовом. Это выглядело комично, так как был он на голову ниже высоких и крепких эльфов.

– А то… – Хэйл не успел договорить, как Дэниэль легонько дернул его за руку.

– Не забыл, зачем мы здесь? – едва слышно прошептал он.

– Вот черт, даже по шее не дать этому отродью, – прошипел Хэйл.

– Кто здесь отродье –– еще вопрос, – отозвался в тон ему рыжий.

В классе повисло тяжелое напряжение. Дэниэль чувствовал, как Хэйл сжал ладони в кулаки.

Неизвестно, чем закончилась бы перепалка, если бы не прозвенел звонок, и в класс не вошел учитель.

***

На следующий день в школе девочки только и делали, что шушукались по поводу вчерашнего объявления, да и присутствие в классе двух новеньких парней из Бригсонеля не осталось незамеченным. Всем девушкам эти надменные красавчики пришлись по душе, по поводу чего Мили искренне недоумевала. Как могут нравиться такие себялюбивые гордецы? Хотя, надо признать, они довольно симпатичные, да что уж там, красивые. Белокожие, синеглазые, подтянутые, просто ходячие горы мышц, и при этом очень стройные.

На праздник Мили с Дариной все-таки решили пойти. Правда, бабушка Омела не хотела отпускать внучку, но Дарина уговорила старушку, клятвенно заверив, что будет следить за Мили неотступно и вернутся они не поздно. До Бригсонеля рукой подать, хоть там и не особо бывали местные горожане. Но по случаю праздничного приглашения в честь дня Независимости и рождения сына главы городского Совета, можно не опасаться каких-либо неприятностей. Все было согласовано с властями их родного Кригса.

К обеду в домик на окраине прибежала радостная Дарина, одетая в красивое розовое с золотистыми блестками платье. Мили не из чего было выбирать наряд. Пришлось перешить старое серебристое мамино платье, которое бабушка Омела торжественно достала из ветхого деревянного сундука, много лет стоящего в дальнем углу ее небольшой комнатки.

Несколько вечеров Мили провела за работой и осталась довольна результатом. Получилось так, как она хотела. Платье красиво облегало фигуру и подчеркивало стройную талию. Его ткань блестела каким-то особенным переливчатым блеском. Мили редко заботилась о нарядах, но на празднике она впервые хотела быть красивой. Образ дополнили белые туфли и сумочка тети Илоны. Тетушка сама о них напомнила Мили во время своего звонка по телефону. Хотя тетя и не одобряла поход на этот праздник, но оставить племянницу одетой, как бедная родственница, она не могла.

– Будьте осторожны, – напутствовала бабушка обеих подруг перед отправлением в Бригсонель.

Из Кригса девушки вышли после полудня. Идти предстояло недалеко, погода располагала к неспешной прогулке по лесной дороге, и подруги расслабились после предшествовавшей школьной недели. Широкая тропа петляла через светлый не слишком густой лес. Вскоре он расступился, и Бригсонель ослепил их. В отблесках солнца он казался настоящим сказочным городом.

Праздник в Бригсонеле

Подчас любовь – это просто твоя способность любить, а не заслуга того, кого любишь.

– Скажи-ка, Дэниэль, ты собираешься танцевать на нынешнем праздновании? – Хэйл с интересом уставился на своего друга.

Они с самого детства дружили, вместе играли, когда были еще малышами, а теперь постоянно ввязывались в разные происшествия.

– Наверно придется. Гости и все такое, – ответил Дэниэль, беззаботно пожимая плечами.

– То есть по обязанности? – подмигнул Хэйл, похлопывая друга по плечу.

– Ну ты же знаешь, раз праздник устраивает Совет, да и день Независимости совпадает с моим рождением, я должен уделить внимание гостям произнес Дэниэль, трагически вздыхая, с затаившимися искорками смеха в глазах.

– Ты такой ответственный, – не замедлил поддеть его друг, кивая с серьезным лицом, – А сам-то ты этого хочешь? – спросил со скрытой насмешкой.

– Хочешь – не хочешь, а придется. Ладно еще с эльфийскими девушками, но с человеческими... – отозвался Дэниэль, разводя руками, делая вид, что ему некуда деться от исполнения тяжкого долга.

– Сочувствую, – вздохнул Хэйл и вновь похлопал друга по плечу.

– А вот возьму и не стану. В конце концов это мое личное дело, – серьезно сказал Дэниэль.