- Рейтинг Литрес:4.5
- Рейтинг Livelib:4
Полная версия:
Лана Пиратова Я тебя не обижу
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Решаюсь, все-таки, открыть глаза. Тоже не получается. На них повязка. И рот мой закрыт.
Мамочки… Что со мной? И куда меня везут?
Доктор… Они говорили про доктора. Может, они меня в больницу везут?
Продолжаю молча лежать.
Едем мы долго. Наконец, машина останавливается. Звук открывающейся двери. Меня хватают и я мычу в ответ. Других звуков из меня не выходит.
– Смотри-ка, очухалась, – здоровая ладонь больно бьет по бедрам.
Я опять мычу.
– Ну, цыц! – слышу в ответ злой оклик.
Когда меня кладут на что-то холодное и развязывают руки, первое, что я делаю, это срываю повязку с глаз. За время пока она была на мне, глаза отвыкли. И сейчас я морщусь даже от того слабого света, который освещает эту маленькую комнатку.
Осторожно оглядываюсь и снимаю и повязку со рта.
У противоположной стены сидит человек. От его лица отведен свет, поэтому я не могу его разглядеть.
– Очнулась? – слышу грубый голос.
Я лишь нервно сглатываю.
– Почему я здесь? – спрашиваю несвоим голосом. От долгого молчания он охрип. – Я ничего не делала…
– Заткнись! – обрывают меня и голос кажется мне знакомым.
Судорожно пытаюсь вспомнить. Нет, это не Марат. А кто еще может так обращаться ко мне? За что? Что я такого сделала? Это же какая-то ошибка!
Мужчина встает и шагает ко мне. Поднимаю голову, чтобы разглядеть его. Но тут же меня ударяют по затылку, заставляя опять опустить взгляд. Кто-то еще стоит рядом со мной!
Подойдя, мужчина хватает меня за волосы и больно сжимает их. Я вижу лишь до блеска начищенные ботинки и зажмуриваюсь от боли.
Мужчина встряхивает мою голову.
– Куда кейс спрятали? – спрашивает он.
– Я не понимаю… – шепчу я.
Опять встряхивание. Уже сильнее.
– Не строй дуру из себя! – слышу, как он злиться. – Где кейс с бумагами?
И тут до меня доходит, что и этому мужику тоже нужен тот злосчастный кейс.
– Не скажешь – отдам своим отморозкам. Умолять будешь о смерти! – угрожает он.
И у меня как будто выстреливает в сознании. Я уже слышала этот голос! Это же голос заказчика, который приходил к нам с Грэмом на встречу. Это он!
Но от этого понимания мне становится еще страшнее. Значит, это точно не люди Марата.
– Я не знаю, – пытаюсь закрыть лицо руками, но получаю несильную пощечину.
– Слушай, сука, – рычит мужик, – последний шанс тебе даю. Говоришь, куда твой ебарь спрятал документы, и уходишь почти живой. Продолжаешь строить дурочку – тебя ебут сразу пятеро, а потом на свалку отвозят.
– Там был тайник, – вспоминаю я. – Может быть, там… Я не уверена. Я правда не знаю, куда он их спрятал. Я не видела…
– Тайник? Где? В квартире? – торопливо спрашивает мужик.
– Да, – отвечаю несмело. – Там. В полу.
– Ясно. Завтра покажешь. Но учти, – тянет за волосы наверх, но встать не дает, надавливая другой рукой на плечо. – Если обманула…
Не договаривает и швыряет меня на пол. Я отползаю к стене и обнимаю колени, прижимаясь к ней.
Заказчик выходит. И вместо него в комнату заходит кто-то другой.
– Ну, что Доктор сказал? – спрашивает вошедший. – Когда нам отдадут?
– Завтра, – это уже другой голос, рядом со мной. – Понравилась?
Опять неприятный смех.
Потом меня оставляют одну. Гаснет свет. А я так и сижу возле стены. Мысли путаются в голове. А что, если эти долбанные документы так и не найдут? Я ведь могу только догадываться, что они в тайнике. Я не видела, куда их Грэм прятал или кому отдавал. Вся надежда на тайник. Там еще и оружие хранили. И деньги. Стоп. Оружие. Там есть оружие. И кроме меня об этом никто не знает.
Я так и не сплю всю эту ночь. Продумываю варианты побега. Но все равно понимаю, что шансов у меня мало. Но и ими хочу воспользоваться.
Меня везут на нашу квартиру эти же двое, кто украли меня и кто были со мной в комнате вчера. Я узнаю их по голосам.
Пока едем, пытаюсь рассмотреть их. Лица обезображены шрамами. В глазах злость. И один из них всю дорогу ухмыляется, демонстрируя золотые зубы, глядя на меня.
Мы подъезжаем к дому и втроем идем к квартире, в которой я когда-то жила с Грэмом и компанией.
Один из моих сопровождающих ловко вскрывает дверь, срывая бумажку с печатью, и шлепает меня по попе. Я вскрикиваю, а он лишь лыбится вставными зубами:
– Ничего, скоро повеселимся. Иди давай.
Шагаю внутрь.
– Ну, показывай, где, – торопят меня.
– Надо сдвинуть тумбочку, – показываю рукой.
Один из амбалов быстро делает это. Тогда я сажусь на корточки спиной к ним. Убираю коврик и двигаю доску в паркете.
Этот тайник показал мне Грэм. Они сами сделали его.
Убираю доску и первое, что бросается в глаза, пистолет. Помнится, как-то Грэм даже показывал мне, как им пользоваться. Правда, на дело его никогда не брали. Боялись. Все-таки, они не были убийцами.
– Ну? – слышу грубый окрик.
Я быстро хватаю пистолет и разворачиваюсь лицом к бандитам. Наставляю на них оружие. Руки трясутся, но я стараюсь не показывать вида.
– Ты чего? Дура! Ебнулась? – вопит один из амбалов. – Пушку брось! Сука! Брось!
– Отойдите от двери! – кричу я в ответ. – Быстро!
Трясу пистолетом.
– Да, блефует, – усмехается золотозубый шкаф. – Не стрельнет. Ну-ка, иди сюда.
И он надвигается на меня.
– Стой! – кричу я, но сама пячусь от страха назад.
– Всем стоять! – слышу знакомый голос.
Заглядываю за спину бандита.
Марат.
Бандиты тоже оборачиваются к нему.
– Даша, опусти пистолет, – просит спокойно Марат. – Опусти.
Мотаю головой.
– Ты кто такой, сука? – рычит на Марата бандит.
За спиной Марата появляются его охранники, но он показывает им оставаться на месте. И опять обращается ко мне:
– Даша, убери пистолет. Прошу тебя. Все будет хорошо.
Делает шаг ко мне. Я в растерянности перевожу взгляд с одного мужика на другого. Потом на Марата.
Я не знаю, что делать.
Воспользовавшись моим замешательством, один из бандитов прыгает на меня. И я нажимаю на курок. Громкий хлопок. Пистолет выпадает из моих рук. А бандит с грохотом падает на пол. И в этот момент я вижу наставленное на себя дуло пистолета в руках другого бандита. Пока был переполох, он, похоже, успел достать оружие.
Мотаю головой и отступаю назад.
Потом все происходит с такой скоростью, что я едва успеваю понять, что Марат бросается ко мне. Толкает меня на пол и накрывает собой. А потом опять выстрел. Опять громкий, оглушающий хлопок.
Гримаса на лице Марата. Плотно стиснутые губы. Он закрывает глаза. И я сразу же ощущаю всю тяжесть его тела на себе.
– Марат, – лишь шепчу я.
И понимаю, что он меня не слышит.
Опять какой-то шум, слышны удары, тяжелые вздохи. Я так и лежу под Маратом. Мои руки на его плечах. Пытаюсь приподнять его. Но он слишком тяжелый.
– Марат, – шепчу опять.
Ответа нет.
Наконец, чувствую, как становится легче дышать. Матерясь, охранник приподнимает Марата. И я слышу слабый стон.
– Суки, задели, все-таки, – ругается охранник. – Девчонку забери. А то башку свернет.
Он кивает второму охраннику и тот помогает мне встать. Я не сопротивляюсь.
Все случившееся сразу отрезвляет меня. И я теперь понимаю, что только рядом с этими людьми могу чувствовать себя хоть как-то в безопасности. Поэтому сама иду за ними, пока не вспоминаю о главном.
– Подождите, – говорю я.
Возвращаюсь в комнату и достаю из тайника кейс. Вот эта черная папка, из-за которой меня хотят убить. В этом я уже не сомневаюсь. Прижимаю ее к груди и бегу обратно к охранникам.
– Серегу вызвал? – спрашивает один у другого, аккуратно кладя Марата на заднее сидение тонированного автомобиля.
– Да, уже позвонил.
– Пусть зачистит тут все. И с ментами, если надо, решит.
– Да, передал уже ему. Выехал.
– Садись назад, – это уже обращается ко мне. – Быстро!
Послушно запрыгиваю на сидение рядом с головой Марата. Приподнимаю ее и кладу себе на колени.
Визг мотора и мы срываемся на бешеной скорости с места. Мы мчимся так быстро, что я порой зажмуриваю глаза от страха. Но, открыв их, сразу опускаю взгляд на лицо Марата. Он так и не пришел в себя. Лишь пальцами чувствую тепло его кожи и как изредка стучит в мой палец венка на его шее.
Не знаю, почему, но провожу рукой по волосам и мне кажется, что он приоткрывает рот, как будто пытается что-то сказать мне. Наклоняюсь и приставляю ухо к его губам. И чувствую лишь его горячее дыхание и легкое прикосновение губ.
– Девчонку в машине запри, – говорит один из охранников своему напарнику, когда мы останавливаемся около какой-то больницы, и они приподнимают Марата.
– Я тоже пойду! – возмущаюсь я.
Охранники удивленно переглядываются.
– Хуй с ней, – машет один рукой. – Пусть идет. Так хоть на виду будет.
И хватает меня больно за руку.
– Не рыпайся, – рычит мне, когда я пытаюсь хоть чуть ослабить его хватку.
В больнице их, похоже, уже знают. Марата быстро кладут на каталку и увозят. Мы остаемся ждать в коридоре.
Я сижу на стуле и по обе стороны от меня сидят охранники. О чем-то переговариваются. А я лишь молча сжимаю папку. Как единственное спасение моей жизни.
Наблюдаю за медленной стрелкой на часах на белой стене больницы. Время идет мучительно долго.
Наконец, в дверях появляется врач. Охранники сразу же встают и чуть ли не бегут к нему. Меня тащат за руки за собой.
– Все нормально, – говорит врач. – Уже пришел в себя. Ничего серьезного.
– Он ничего не просил передать? – спрашивает один из охранников.
– Девчонку просил привести, – усмехается врач. – Правда, какую не уточнял. Сказал, что вы знаете.
Потом смотрит строго на охранников.
– Я надеюсь, вы понимаете, что секс ему противопоказан сейчас. Что за девчонка ему нужна?
Охранники лыбятся и переглядываются.
– Не волнуйтесь, доктор, все будет в порядке. Она ему не для этого.
– Ладно, – вздыхает врач. – Приводите.
– Да, вот она. Уже ждет. Тоже не терпится увидеться.
И я получаю толчок в спину и делаю шаг навстречу врачу. Оборачиваюсь, нахмурившись.
– Что? «Спасибо» сказать не хочешь спасителю? – смеется охранник.
Я фыркаю и подхожу к врачу.
Мне на плечи накидывают халат. Перед самой дверью палаты Марата врач останавливается и строго смотрит на меня.
– Никаких потрясений. Он все равно еще слишком слаб. И никаких лишних движений! А то знаю я вас…
– Что?! – возмущаюсь я. – За кого вы меня принимаете? Да я…
– Ну, хватит, тратить свое и мое время, – устало машет рукой врач. – Идите уже. У Вас несколько минут.
Смотрит на часы и открывает мне дверь.
– Чтобы ничего не успели, – слышу в спину и от злости сжимаю один свободный кулак. Другой рукой прижимаю кейс к груди.
Слышу, как закрывается дверь.
Марат оборачивается на звук и вижу, как приподнимается один уголок его губ. И он даже приподнимается на локтях.
– Иди сюда, – говорит все тем же не терпящим возражений тоном. Его, наверное, ничего не изменит.
Понимаю, что сейчас с ним лучше не спорить. В его состоянии. Хотя меня и коробит от этого приказного тона.
Подхожу к кровати. И Марат сразу же хватает меня за руку. Тянет на себя. И, когда мое лицо оказывается совсем рядом с его лицом, так близко, что я слышу его дыхание, он произносит хриплым голосом едва слышно:
– Ты понимаешь, что не расплатишься со мной? – приподнимает бровь.
В горле пересыхает. То ли от страха, то ли от чего-то еще. От чего, я не могу понять сама.
Просто, не моргая, смотрю Марату в глаза. А он как будто гипнотизирует меня. Лишает воли.
Сглатываю и выдавливаю из себя:
– У меня кейс есть. С документами.
Не спрашивая разрешения, он просто забирает у меня папку и кладет на тумбочку на противоположной стороне.
– Молодец, – улыбается он. – Но этого мало. Теперь мало.
Его глаза сужаются и дыхание учащается. А мне становится почему-то еще страшнее.
– Теперь ты понимаешь, что только я могу обеспечить твою безопасность? Только со мной у тебя есть шанс выжить?
Моргаю впервые за все время нашего с ним разговора. Глаза так напряжены, что я чувствую жжение. Но не могу отвести взгляд. Он не дает. Не позволяет.
Сильнее сжимает мои пальцы. Буквально впивается в них.
– Опять сбежишь? – спрашивает, продолжая буравить меня своим жестким взглядом.
Отрицательно мотаю головой.
Быстро перехватывает меня за затылок и тянет вниз к себе. Я зажмуриваюсь от страха. Но тут раздается спасительный стук в дверь.
– Сука, – бурчит Марат.
Дверь почти сразу же открывается и заходит врач.
– Ну, я же предупреждал! – возмущается он. – Я запрещу все визиты в таком случае!
– Потом договорим, – хрипит мне в ухо Марат и резко отпускает. Я выпрямляюсь и, стараясь не смотреть на врача, буквально выбегаю из палаты.
В коридоре меня уже ждут охранники.
И я, ничуть не споря с ними, сажусь в машину и еду в дом Марата. Понимаю, что бежать мне некуда. Если хочу жить, должна быть пока тут.
Глава 26Марат
Разогнать всю службу безопасности к чертовой матери!
Вот первое, что приходит мне на ум, когда я прихожу в себя в окружении капельниц и прочей требухи. Терпеть не могу больницы. А особенно быть там пациентом.
Почему лежу здесь, весь в трубках, я, а не кто-то из охранников?!
И лишь немного успокоившись, понимаю, что никто кроме меня не виноват в этом. Я сам бросился под пулю. И ради кого? Ради какой-то девчонки! Которую, причем, уже трахнул.
Что в ней такого?
Цель была одна – забрать кейс.
Я догадывался, что Даша вздумает прийти в эту квартиру. Как преступника всегда тянет на место преступления, так и ее не могло не тянуть в то место, откуда она вышла. К тому же, как я и думал, в квартире могли остаться вещи, которые были ей нужны.
Но я и не предполагал, что кейс с документами тоже находился там. То, что им не воспользовался тот, кто за ним охотился, я понимал. Но где искать его, вот это было задачей. И тут такая удача.
Мои ребята легко бы справились с теми двумя недоносками. Но тут в дело вступила Даша. Пистолет в руках безмозглой бабы – хуже гранаты в лапах мартышки. И я убедился в этом лишний раз.
Но зачем я бросился под пулю, я не мог понять до сих пор. Как не пытался. Не мог. До тех пор пока в палату не вошла Даша. Пока взглядом своих невинных глаз не заставила меня приподняться, превозмогая боль. Я сильнее стискивал зубы, чтобы ни одного стона не вырвалось из груди.
Да что в ней такого?
Пытался понять это, приблизив к себе.
Почему рядом с этой девчонкой и кейс с документами, наконец, возвращенный мне, доставил гораздо меньше радости, чем прикосновение к ней.
Мне захотелось коснуться ее не только рукой. Захотелось опять почувствовать вкус ее губ.
А этот ее тихий голосок. Как будто она уже полностью подчинилась мне. Но нет. Я знаю, что это не так. Это всего лишь игра.
И мне захотелось подчинить ее. Заставить слушаться.
Охранники уже знают, что нужно с ней делать. Если надо, то посадить на цепь и пристегнуть к батарее.
Но оказывается, в этом нет необходимости. Даша сама едет ко мне домой. Хочет жить. Неужели, и правда испугалась?
Эта глупая девочка и не подозревает, в какой замес попала. Ее жизнь сейчас не стоит ни цента. На первом же перекрестке ее собьет машина. Или ножик профессионально войдет в это хрупкое тело в первом же темном переулке.
Только я могу подарить ей надежду на жизнь. А это дорогого стоит. И я намерен получить плату за это. И каждый раз при мысли о том, как Даша будет благодарить меня за свое спасение, мне приходится сжимать член, чтобы не напугать стояком случайно зашедшую медсестру.
Я плюю на рекомендации врача и покидаю стены клиники через пару дней.
Мне приходилось бывать и в не таких передрягах. Заживет.
Я хочу увидеть Дашу. Нет. Не увидеть. Трахнуть ее хочу. Хочу опять увидеть этот покорный испуганный взгляд. Лучше снизу вверх. На коленях чтобы стояла передо мной.
Мне уже сообщили, что на удивление ведет она себя хорошо. Сбежать не пытается. И даже интересовалась моим здоровьем.
Нетерпеливо захожу в дом.
– Где она? – спрашиваю охранника.
– В спортзале.
– Всем уйти, – кидаю на ходу, спускаясь вниз, в свою личную тренажерку.
Слышу звуки музыки. Встаю в дверях.
Даша стоит на коленях на тренажере и высоко поднимает ноги по очереди. Растяжка отличная. И поза тоже. Моя любимая.
Засадить ей сейчас? Резко сдернув эти шорты?
Даша, наконец, поворачивается и замечает меня.
Ойкает и быстро выходит из позиции. Часто дышит. Смотрю на грудь. Топ от пота прилегает к коже. И соски! Они становятся различимыми под тканью. Твердеют.
Член в брюках дергается. Кровь быстрее начинает бежать по венам.
– Ну, здравствуй, Даша, – наконец, произношу я и иду к ней.
– Здравствуйте, – едва слышно произносит она в ответ.
Взгляд не отводит.
– А мы на «Вы»? – спрашиваю я, подойдя совсем близко к ней.
Указательным пальцем провожу по скуле. Даша приоткрывает пересохшие губы.
Беру ее за подбородок и тяну к себе. Она встает на цыпочки, но все равно не дотягивается до меня. И тогда я сам наклоняюсь к ней. И целую ее. Сразу же проникаю языком в приоткрытый рот. И опять ее вкус. Который выстреливает в сознание, посылая импульсы в одно место.
Даша покорно позволяет мне трахать ее рот. Но, как только моя рука касается груди, буквально отпрыгивает от меня.
Отпускаю ее губы.
– Я должна заплатить за свою жизнь телом? – вдруг спрашивает она.
А девчонка не глупа. Но то, как она это произносит, не нравится мне. Мне не хочется трахать ее плачущую или лежащую и отсчитывающую минуты подо мной.
Это уже похоже на вызов.
Строит из себя недотрогу. Но я же уже трахал ее. Хоть и первым, но трахал!
– Так, ладно, – произношу вслух. – Переодевайся и поднимайся в гостиную.
Она обнимает себя руками и опускает взгляд.
– Да, не бойся, – добавляю я. – Я не сделаю ничего такого, что ты не захочешь. Обещаю.
В ожидании прихода Даши достаю из бара бутылку того самого вина, которое она разбила тогда в машине. Из закуски только фрукты. Но большего и не надо.
Минуты ожидания ее прихода кажутся вечностью. Наконец, она приходит. Сейчас на ней короткое легкое платье. Мне нравится. Волосы собраны в хвост. И это позволяет еще лучше разглядеть черты ее красивого лица.
Наливаю вино в бокалы и подаю ей.
– Я не буду пить, – начинает спорить она.
– Ты не хочешь пожелать мне скорейшего выздоровления? – все ещё жду, когда она, наконец, возьмёт бокал. – Не выпьешь за мое здоровье? Ведь это по твоей вине я оказался в больнице.
Вижу, как она недовольно прикусывает губу, но протягивает руку за бокалом.
– За мое здоровье и твою жизнь! – подмигиваю я и чокаюсь с ней.
Наблюдаю, как она делает всего один глоток.
Беру ее бокал за ножку и не даю отвести ото рта. Даша удивлённо смотрит на меня.
– Помнишь, ты разбила бутылку коллекционного вина?
Недовольно хмурится.
– Да, не напрягайся ты так, – смеюсь я. – Речь не о расплате идёт.
Придвигаюсь к ней ещё ближе. Сейчас мне кажется, я даже слышу, как часто бьётся ее сердце.
– Я лишь хочу, – тихо и вкрадчиво говорю я, – чтобы ты прочувствовала вкус этого вина. Ты ведь до сих пор не понимаешь, как оно может столько стоить? Я прав?
Молча кивает.
– Давай, Даша, ты же уже взрослая девочка. Всего один бокал и ты поймёшь, какую ошибку тогда допустила.
Приподнимаю бокал так, чтобы вино полилось ей в рот. И она пьет. Но я так тороплюсь, что она не успевает и вино розовой струйкой стекает по подбородку вниз. По тонкой шее. На белоснежное платье. Расплывается там пятном.
Даша убирает почти пустой бокал и смотрит на эти пятна.
– Ничего страшного, – говорю я.
Достаю платок и пытаюсь промокнуть следы вина на все чаще вздымающейся груди.
Даже под тканью ощущаю, как твердеют соски под моими прикосновениями.
Замечаю мурашки на ключице Даши.
Опять смотрю ей в глаза. То ли от выпитого, то ли от моих прикосновений, но взгляд ее уже изменился.
– Даш… – приближаюсь к ней ещё ближе.
Отбрасываю платок и уже без каких-либо оправданий просто сжимаю ее грудь.
Она отшатывается от меня назад и падает в кресло.
Смотрит, как я и мечтал, снизу вверх. И облизывает губы.
Беру ее за подбородок и провожу большим пальцем по губам.
Сажусь на корточки и кладу руки ей на ноги. Веду ладонями вверх. Под платье.
Даша как будто приходит в себя. Упирается своими ручками в мои руки. Пытается остановить.
– Даша, – шепчу я и кладу голову ей между ног. Поцелуями иду выше.
– Марат, – выдыхает она, когда мои руки оказываются у нее на бедрах, а губы – не шее. – Не надо…
– Даш… – хриплю я, скользя губами по нежной коже.
Большим пальцем правой руки провожу по трусикам. Даша громко вдыхает. Выпрямляется и хватает меня за плечи. Отрываюсь от нее и смотрю ей в глаза, просовывая палец уже под тонкую ткань трусиков.
Г
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
