Не бойся меня

Лана Кор
Не бойся меня

Глава 11

Чета Воскресенских приехала в город. Даша даже немного ерзала на сиденье от волнения. Она заламывала пальцы, и то и дело улыбалась сама себе. Встреча с доктором была для Даши самым важным событием. Ее сознание радовала еще и встреча с Агатой. Эти двое нашли общий язык и сдружились. Теперь одна непоседливо вертелась в карете, а вторая ходила по дому и выглядывала подругу в окно. И вот, карета с гербом семейства Воскресенских подъехала к порогу.

Агата набросила на себя меховой плащ, так как на дворе уже была середина зимы. Она выбежала на крыльцо, как раз когда графиня Дарья ступила на землю.

– Дашенька. Как же я рада тебя видеть.

Агата сгребла подругу в объятия. Даша была не готова к такой встрече и радостно смеялась натиску графини.

– Дорогая, ты меня задушишь.

– Боже, прости, я так рада тебя видеть, вот и не удержалась.

Две подруги защебетали, как птички и упархали в тепло. Андрей тоже вышел встретить дорогого друга.

– Наши дамы потрясающе ладят. – Андрей приветственно обнял Никиту. – Мне иногда кажется, что моя жена больше Дарью Ивановну любит, нежели меня.

– Не преувеличивайте, граф. Ваша супруга просто очень жизнерадостна и постоянно несет свой свет людям.

Пребывание Никиты и Даши в доме Павловых было приятно всем. Агата с мужем не могли нарадоваться, как их друг стал весел и беззаботен. Обе супружеские пары выпили чай, затем Агата сыграла на пианино пару мелодий, собственного сочинения. После их ожидал ужин. За столом всем было легко и весело. Однако, Андрей замечал нотки грусти в поведении Никиты. Иной раз, глядя на жену, граф Воскресенских становился немного мрачным, но тут же приходил в себя и продолжал участвовать в шумной беседе. Андрей позвал того на откровенный разговор.

– Уважаемые дамы, ужин завершен и я прошу вашего позволения, забрать немного поговорить о делах моего дорогого друга. Мы в последнее время непростительно редко видимся, но все же, нужно обсудить кое-какие детали.

– Снова работа. – Агата развела руками, но сама смеялась. – Дашенька, надеюсь у тебя не так же?

– О, душа моя, я не хочу тебя расстраивать, но этот мужчина поселился в своем кабинете. Мне пришлось перебраться к нему.

Обе графини продолжили разговаривать о своем, давая понять, что отпустили мужей посплетничать. Именно так они думали, и, в какой-то мере, были правы.

– Проходи.

Мужчины вошли в кабинет.

– Ты, верно, не догадываешься, зачем я тебя позвал.

Андрей прошел за свой стол, а Никита сел на кресло около камина и оказался полубоком к другу.

– Даже понятия не имею. Ты упомянул работу. Мне казалось, что там все гладко.

– Это дело не касается наших с тобой деловых взаимоотношений, но не менее важно. Оно очень деликатное. – Андрей нервно встал затем снова сел. – Даже не знаю, как сказать. Слух быстро сошел на нет, но все же.

Никита начал догадываться, о чем идет речь.

– Я строго-настрого наказал прислуге даже рта на эту тему не открывать.

Андрей теребил перо, которое попалось ему под руку.

– Полагаю разговор про супругу мою, Дарью Ивановну.

Никита совсем не хотел касаться этого, но игнорировать людскую молву глупо.

– Не злись. – Андрей аккуратно положил перо.

– Я слышал про этот слух. – Граф Воскресенский старался сохранять хладнокровие. – Спасибо, что позаботился как смог, чтобы и дальше не порочили имя моей жены.

– Никита, еще я слышал, что ты рыщешь в поисках разной информации по городу и за его пределами.

– Откуда тебе это известно? – А вот это могло стать большой проблемой. Никита сел на край кресла будто двигаясь ближе к Андрею.

– Товарищ один есть. Сыскными делами занимается. Как-то обмолвился, что для тебя кое-что разыскивает.

– А что здесь такого? – Никита расслабился, мало ли, о чем он может справляться. – Я не имею права разыскивать что-то?

– Конечно же имеешь, но, я не дурак. Расскажи мне, я помогу. Когда мы влезали в сомнительные дела по одиночке?

– Ты сам сказал, что дело деликатное, и каждый знает то, что ему положено знать.

– Как хочешь. Я всего лишь могу помочь наказать тех мерзавцев.

Никита прикинул в голове, что ему не обойтись без помощника. В этом деле могут быть и серьезные опасности. Он затеял небезопасную игру, которая неизвестно чем закончится. Андрей был именно тем человеком, который мог предоставить поддержку и надежное плечо.

– Это правда. – Быстро выпалил Никита. – Те слухи были правдой. Ее отец невероятный мерзавец.

Андрей мысленно выругался, что отразилось на его мимике.

– Проклятие.

– Только, умоляю, ни одна живая душа не должна знать этого. И так, слишком много тех, кто не держит язык за зубами.

– Ты меня за кого держишь?

– Я говорю и про Агату.

– Я ей не скажу, но слухи она тоже слышала. Так что ты задумал?

– Все банально. Хочу сгноить их в тюремных камерах. Или пусть прогуляются по эшафоту.

– Ты их нашел?

– Не всех. Только часть.

– А компромат?

– И того меньше.

– Не переживай, все сделаем. А теперь отправимся к дамам. Они нас заждались. Негоже оставлять их одних.

Вечер продолжили в той же теплой атмосфере. Девушки щебетали, а мужчины постоянно их поддразнивали, называя сороками.

Прошло пару дней, и к вечеру доктор прислал послание. Что остановился в одной гостиниц. Ему так удобнее. Потому что, помимо графини Воскресенской, к нему просились на осмотр еще несколько человек. Игнат Митрофанович назначил время, когда Дарья Ивановна может посетить его.

– Я волнуюсь. А вдруг не получится?

Девушка не знала, куда себя деть. Ночь предстоит волнительная. Подошла Агата и взяла за руки подругу.

– Не переживай. Помни, что мы тебя любим все равно. Даже если доктор не сможет помочь, не отчаивайся. Кстати, ты с Никитой говорила на эту тему?

– Конечно. Мы же приехали вместе.

Даша не понимала вопроса Агаты.

– Нет. Я не про это. Он очень остро реагирует на свое отражение в зеркале.

Девушка понимающе подняла брови.

– Вот оно что. Мне безразличны его шрамы. Что они есть, что их нет.

– Ты не права. – Агата все же была обеспокоена душевным состоянием друга. – Я понимаю, говорю грубо, но ты не боишься, что увидев Никиту таким, не сможешь испытывать к нему нежных чувств, как ранее.

– Я люблю его. Это намного сильнее, чем просто симпатия или привязанность. Понимаешь?

– Конечно, дорогая. Не обижайся на мои слова. Я переживаю за вас обоих.

Утром Даша суетилась больше, чем накануне вечером. Она ужасно скорее хотела попасть к доктору, но и боялась, что он ей скажет плохую весть. Сопроводить девушку рвались два человека: ее супруг и Агата. В итоге поехали оба. Дашу не слушались ноги, когда она поднималась по лестнице в гостинице на второй этаж. И вот, девушка уже сидит напротив какого-то мужчины, а тот что-то разглядывает у нее в глазах.

– Голубушка, скажите, а как вы перестали видеть. Графиня Павлова упомянула, что вы не от рождения слепы.

– Да. Это случилось давно. Восемь лет назад.

– Долгий срок. – Доктор покачал головой. – А как же, все-таки случилось это несчастье.

Даша подбирала слова, чтобы не выдать истинную причину, но и не врать. От ее слов зависит лечение. Никита напрягся. Он тоже думал, как объяснить все доктору не говоря правды.

– Если я скажу, что было сильное душевное потрясение, которое привело к моему состоянию, будет достаточно?

– Вполне, голубушка. Я не батюшка в церкви, и мы не на исповеди, чтобы вы мне рассказывали подробности. Мне важно знать, ударились где-то, а может, увидели что-то неприятное, вот ваш мозг и отреагировал так.

– Считайте, что увидела.

– Тогда я вас могу обрадовать. Шанс получить обратно зрение выше, чем от травмы физической.

Даша просто воспряла духом. У Никиты сердце оборвалось. Ему стало нехорошо еще и от своих собственных мыслей. Мужчина себя ругал по-всякому, за то, что не хочет выздоровления жены. Как можно любимому человеку желать оставаться незрячим. Мозг понимал все, а сердце не хотело прощаться. Граф уже морально начал это делать. Не стоит обнадеживать себя.

– Я дам вам капли, – Игнат Митрофанович протянул Агате пузырек, – которые вам необходимо закапывать в глаза. Я написал инструкцию, как и когда это делать. А еще, вот вам настойка, которую тоже будете принимать по моим указаниям. Если бог даст, то эти лекарства помогут вернуть вашим глазам возможность лицезреть сей мир.

Даша улыбалась и кивала. Агата забрала пузыречки, которые ей передал доктор и все трое вышли наружу. Девушка не шла, ее несли крылья. Никита только успевал подхватывать неугомонную супругу, чтобы та не растянулась на земле.

Воскресенские еще пару дней погостили у Андрея. В день отъезда их посетил Алексей, которого не было в городе по поручению Императора. Он обрадовался, что успел застать друга. Хоть и ненадолго. Мужчины сидели в кабинете Андрея.

– А вы, мой дорогой граф Воскресенский, изволите расплыться, как холодец на жаре.

Молодой мужчина рассмеялся. Андрей приподнял брови и тоже улыбался, он ожидал от Никиты ответной колкости.

– А вы, мой дорогой граф Павлов, – Воскресенский сделал очень лукавый вид, – не завидуйте.

Теперь Никита улыбался, а Леша признал поражение. Андрей махнул рукой.

– Засчитано.

Все еще немного поболтали, но, всегда веселый Леша стал серьезным и обратился к товарищам.

– Сдается мне, дорогие мои братья, вы меня во что-то не посвящаете?

– С чего ты взял? – Никита сделал беззаботный вид, но покосился на Андрея. Тот еле заметно пожал плечами.

– Услышал. Одна горничная рассказала, что к ее барину человек приезжал. От графа Воскресенский. Угрозы, говорит, какие-то были. А где Воскресенский, там и Павлов. Так что, господа, не пора ли признаться в своих коварных планах?

Андрей только опустил взгляд. Он не имел права говорить, пока Никита не разрешит.

 

– Послушай, это дело очень щепетильное и важное. Это не от мужа очередной любовницы убегать. Если будет скандал, пострадать можем все мы. – Никита встал со своего места. Он прошелся по кабинету и сел обратно.

Алексей даже не обиделся на друга за такие высказывания. Он прекрасно понимал, что его разгульный образ жизни не делает его человеком высокоморальным или ответственным, но и не означает, что он таким не является. Про честь вопрос совершенно неуместен. Леша шалопай и бабник, но всегда на стороне правды.

Никита тяжело вздыхал, раздумывая, стоит ли другу вообще влезать в эти дела. Даже если речь не о позоре его фамилии, то дело может стать опасным для их жизней. Все за и против были взвешены.

– Есть одна неприятность. Прости, но рассказать о ней не могу. Мне нужно накапать всю грязную информацию о некоторых людях. Есть список, но он не полный. Мы с Андреем найдем недостающих персонажей, а ты поможешь, коли пожелаешь, отправить их в тюрьму.

– Кто-то тебя сильно обидел. – Алексей был задумчив. Он понимал, что дело важное, но чтоб настолько. Вопросов граф не стал задавать. Если друг захочет, то сам все расскажет.

Никита и Даша отправились обратно к себе в поместье. Девушка взахлеб рассказывала Марфе о встрече с доктором. Та ее, безусловно, поддерживала.

– Как же хорошо, что есть надежда. Главное, чтоб помогли лекарства.

Никита смотрел на них и параллельно размышлял. Каким же образом ему поступить. Вел он себя со всеми, как обычно, но когда дом уснул, забрал два флакончика привезенных из Москвы, и понес на кухню. Мужчина стоял над ведром с открытым пузырьком. Ему не хватало смелости вот так просто вылить содержимое. Пока Никиту терзали муки совести, но не заметил, как в кухню вошла Марфа.

– Никитушка, а ты чего тут делаешь?

Граф дернулся и спрятал за спину руку с лекарством. Женщина терла сонные глаза.

– А ты чего не спишь?

Кухарка заметила бегающие глазки графа. Она его знала с детства. Когда этот шалопай собирался что-то натворить, он всегда делался таким.

– Испуганный какой-то. – Марфа разговаривала, будто сама с собой. – Прячет чего-то. Давай рассказывай, зачем среди ночи на кухню пришел?

– Ты тоже пришла.

– Я воды выпить. А у тебя кувшин наполненный стоит.

– А я не заметил.

Марфа поставила кружку на стол и повернулась к барину. Она смотрела испытующе. Никита сдался. Если не с ней, то и поговорить даже не с кем. Мужчина отпустил голову и сел на лавку. Он поставил пузырек на стол.

– Батюшки. Ты это что удумал? Это же Дарьюшкино снадобье.

– Вылить хотел. – Никита говорил уставшим голосом. – Страшно мне.

Марфа покачала сочувственно головой и подошла обнять своего несчастного мальчишку. Она гладила графа по голове.

– Время спешит, а все по-старому. Помнишь, как ты постоянно бежал ко мне пожалеть свои разбитые коленки?

– Помню. – Граф даже улыбнулся. Он прижимался к груди женщины, а та его будто баюкала.

– Думаешь, стоит бояться того, что жена ваша видеть начнет?

– Конечно, боюсь. Я давно нахожусь в панцире. Никого не подпускаю. А она пришла как весенний ветерок. Такая теплая, легкая, долгожданная. Я не хочу потерять ее.

– Поговори с графиней. Вот так, – Марфа кивнула на пузырек с лекарством и ведро, – не решишь проблему. Она коли узнает, возненавидит точно тебя. Нельзя лишать девочку такой возможности. Тем более бедная, итак, настрадалась.

– Это верно.

Марфа замолчала. Она случайно это сказала, но Никита согласился. Об одном ли они говорят?

– Я все знаю. Я слышал ваш разговор. Ей ничего не говорил. И ты не говори.

– Она, как и ты, боится. Боится, что не сможешь смотреть на нее, так как сейчас. Боится, что станешь упрекать. Может не сейчас, а потом в ссоре. Всякое бывает.

– Глупости.

– И ты говоришь глупости, что она тебя сторониться будет.

– Ладно, споры наши ни к чему. Утро вечера мудренее.

Никита вернулся под бочек к своей графине. Утром им предстоял очередной ритуал закапывания лекарства. Даша проснулась раньше и разбудила мужа визгом. Тот не мог понять, что происходит и сильно испугался. Он только накинул халат и подскочил к девушке, осматривая, все ли с ней в порядке.

– Что случилось? – На шум прибежали Марфа и Лиза. Обе женщины тоже не могли понять возбужденного состояния хозяйки.

Даша улыбалась во весь рот.

– Я вижу свет.

Марфа по своему обычаю схватилась за сердце.

– Батюшки.

Лиза выдохнула и стала улыбаться. Напряжение от страха за графиню спало.

Даша продолжила, подойдя к окну.

– Я вижу свет. То есть уже не темно полностью. Я не различаю предметы, но день с ночью точно не спутаю.

Девушка была безмерно счастлива. А вот Никита стал темнее тучи. Улучшения происходят быстрее, чем он ожидал. Даша поняла, что супруг еще не одет, и увела женщин в свою комнату, там же и были проведены лечебные процедуры. Граф же спешно набросил на себя одежду и вышел на улицу. Он нашел Кузьму. У Никиты к конюху было важное дело.

День прошел в обычных бытовых делах и вечером Марфе доложили, что Кузьма отпросился к тетке в город на пару месяцев. Сию весть выпала честь озвучить Насте. Она же любовалась графом и графиней, когда те прогуливались по парку перед усадьбой. Разговор с кухаркой прошел так, чтобы Дарья это слышала. Как вы могли догадаться, граф целенаправленно сделал это показательное выступление. Вроде дела слуг, но у Даши этот момент должен отложиться в памяти.

– А как же без Кузьмы? – Марфа повторила свой фирменный жест.

– Да, не бойся, граф отыскал одного конюха. – Настя мешала тесто для пирогов с черничным вареньем. – Говорят толковый, только урод. – Настасья аж расширила глаза, когда говорила это Марфе.

– Тьфу на тебя и на твой язык. Болтаешь чепуху.

– Вот те крест. – Девка все еще была серьезной. – Граф взял мужика из деревни. Все лицо в шрамах. Сама его видела.

Марфа неодобрительно покачала головой. Она начала догадываться о задумке Никиты. Женщина только мысленно поругала его. Она только удивилась, как барин так сумел перевоплотиться, чтоб даже слуги не признали.

– Пущай так и будет. Пожалел наверное.

– Да, он сказал, что понимает мужика. Тот жалился, что его на работу не хотят брать. Вот и принял.

Марфа еще раз в голове сказала пару бранных слов в адрес графа. Не нравилась ей его затея.

Глава 12

Спустя несколько дней, Даша стала различать тени крупных предметов. Она сидела в кабинете мужа и ждала их совместного вечера. Никита вошел с почтой в руках.

– Вам, моя многоуважаемая графиня послание от подруги вашей, Агаты Емельяновны. Прочтем его первым.

Никита отложил послание на стол и продолжил разбор корреспонденции.

– Это мои рабочие письма. А это что?

Граф встал и сделался серьезным. Дарья заметила волнение в поведении мужа.

– Что случилось? Что-то серьезное?

– Пока не знаю. Печать Императорская. Интересно, что же понадобилось Государю Императору от меня.

Никита вскрыл конверт и быстро пробежался глазами по буквам. Не стоит лукавить, но письмо это граф написал сам. Он не мог просто сказать супруге об отъезде. Нужен был весомый повод, да и правдоподобно его преподнести.

– Что пишет Государь? – Дарья волновалась, не случилось ли чего.

– Срочно требует меня к себе. Пишет, что отправить меня хочет в одно место, где сейчас мы с соседями воюем. Небольшие разногласия. Но мне доверено выступить дипломатом.

Даша встала на ноги.

– Я поеду с тобой.

Мужчина лениво подошел к жене и обнял.

– Не думаю, что это хорошая затея.

– Почему?

– Милая, зачем тебе со мной ехать? Поездка длительная. Тем более, это задание не в светском обществе. Я поеду в место, где может быть опасно для женщины.

Даша только вздохнула.

– А как же ты? Для тебя это не опасно?

– Не так, как для тебя. Да и отвлекаться на безопасность своего хвостика, – Никита взял жену за подбородок, – тоже не хочется.

Граф поцеловал девушку, дабы намекнуть, что разговор окончен. Даша не сильно хотела трястись в карете и ночевать в гостиницах, но ее намерения были полностью противоположны намерениям супруга. Он бежал от ее зрения, а она хотела увидеть первым именно его. В последний раз, когда граф сидел на кухне еще в качестве самого себя, Марфа снова высказала ему свое недовольство спланированной игрой.

– Зачем ты так с девочкой?

– Не начинай. – Никита сам в глубине души понимал, что вся его затея, это ребячество.

– И долго ты так от нее скрываться будешь?

– Сколько потребуется.

– А если обидится?

Никита только вздохнул. Он уже сам все запутал и назад дороги нет. Придется продолжить начатое. Хотя, Марфа и отговаривала.

У мужа и жены оставалась последняя ночь перед отъездом. Оба пылали страстью и довели друг друга до изнеможения. Даша лежала на груди мужчины и тихонько водила пальцев по его животу. Затем девушка поднялась и попыталась сфокусировать свой взгляд на супруге. Тот сделал вид, что не замечает этого и отвернулся. Дарья заметила нежелание графа показывать ей себя. Даже несмотря на то, что пока для нее он темное размытое пятно.

– Я еще все равно не различаю предметы, а уж тем более лица. Для меня ты пока просто тень.

– Звучит удручающе.

– Не расстраивайся, скоро будет лучше картинка.

– Не будет. – Тихо ответил Никита.

Даша не ответила, потому что знала, ее супруг упрям и разговор приведет к очередной ссоре. А граф все больше опасался. Даша уткнулась носом в его шею. Он понял, что жена хочет что-то сказать, но не решается.

– Говори.

– Что говорить?

– То, что хочешь сказать или спросить. Ты елозишь уже минут десять. Я же знаю тебя.

– Как же хорошо ты меня изучил. – Девушка подняла голову и смотрела на него снизу вверх. Никита в очередной раз удивился, что женщины от природы похожи на кошек. Даже самая дикая и нелюдимая может стать ручной и покладистой.

– Так, что там за новость?

– Я тебя люблю.

Граф замер. Он ожидал услышать что угодно, но только не это. Почему именно сейчас? Сердце сжалось от переизбытка чувств. А эмоции мужчина испытывал противоречивые.

– Я тебя тоже очень люблю.

Никита обнял крепко Дашу. Возможно, это их последняя ночь и последнее признание. Завтра все будет по-другому. Спросите, зачем граф так поступал? Только из-за страха. Его уязвленная психика оказалась не готова принять того факта, что жена может его любить просто так. Он был аристократом и часто слышал разговоры, касаемо внешности тех или иных людей. Всегда любой изъян высмеивался или порицался. А он сплошной ходячий изъян. Давление общества на него оказало сильное воздействие. Именно поэтому он мысленно попрощался с супругой.

Никита «уехал» довольно спешно. Он боялся, что в любой момент его супруга проснется зрячей. Итак, граф Воскресенский уехал по заданию, а в поместье остался конюх Митька. Нужно отдать должное Никите Михайловичу, он прекрасный актер. Ему перевоплотиться в хромого и немного горбатого прислужника оказалось делом не сложным. От дворовых было решено тоже скрывать его личность. Знала только верная Марфа. Графу пришлось в таком образе пробыть целую неделю, прежде чем, его супруга соизволила выйти погулять. Девушка видела нечеткую, размытую картинку, но все же, уже могла отличить человека от бочки. Даша наслаждалась морозным воздухом в компании Лизы. Но, затем, Марфе понадобилась помощь, и помощница убежала. На деле же, Никита попросил кухарку позвать Дарьину сопровождающую. Он хорошо знал жену и был уверен, что та не пойдет домой. И действительно, девушка пошла проведать одну лошадку, которую подкармливала. Раньше Дарье не разрешалось ездить верхом одной, но теперь-то она может попробовать. Графиня вошла в конюшню. Ее зрение еще не до конца было четким, а после ослепительного снега, в помещении было сложно что-то разглядеть.

– Ау?! Есть здесь кто-то?

Навстречу девушке вышел конюх Митька. Никита смог внести в свой говор незнакомые нотки, что жена его не должна была узнать.

– Чего изволите, госпожа? – Голос конюха был резкий и низкий.

Даша подошла ближе, потому что заподозрила неладное. Мужчина мастерски скрывался.

– Ты верно Митька.

– Да, барыня, так и есть. Лошадку пришли поглядеть?

– Хочу на Горошинке покататься.

Никита испугался за жену. Она совсем не умеет ездить самостоятельно. И чего это ей вздумалось покататься?

– Барыня, да, как же? Кузьма предупреждал, что вы не изволите одна на лошадке то кататься.

– Кузьма мне хозяин что ли? – Даша гордо вздернула подбородок.

– Не извольте гневаться, но не пущу вас лошадку оседлать. – Никита злился на такую безрассудность, а вот Митька переживал за барыню.

 

– Так помоги мне. – Даша убрала руки за спину и стала ходить вокруг конюха. Ее сердце уже кричало, то оно узнало своего хозяина. Девушка не могла понять, зачем этот маскарад. А раз Никита решил его устроить, нужно подыграть.

– Не положено.– Тот со страхом озирался. – Мне граф голову на пику наколет, ежели я вас рядом посажу.

– Почему? – Даша будто кокетничала.

– Не положено, конюху с хозяйкой кататься.

– Хватит говорить глупости. – Девушка нахмурила брови и топнула ногой. – Не поедешь, сама оседлаю.

Никита только недовольно тряхнул головой. Вот упрямая девица. Пришлось мужчине повиноваться прихоти графини и покатать ту на лошади. Может быть, настоящий Митька просто помог девушке сесть в седло, а сам водил бы ее за узду. Но Никита Михайлович был более чуток и менее пуглив. По сути, пугаться ему и некого. Сам же себя выпороть не прикажет. Да и в случае чего, он может раскрыть свою личность. Мало ли, как знать нынче развлекается. Но, вернемся к нашим баранам. А по-другому этих двоих назвать было сложно.

Граф сам сел в седло и помог Дарье устроиться впереди него. Мужчина теперь не мог вообще ни о чем думать. Он соскучился по своей неугомонной девчонке. Теперь она сидит рядом, прижимается своей спиной, но сделать ничего не возможно. Никита даже отметил, что такая ситуация его довольно сильно возбуждала. Но, еще и удручала. Дарья ведь не знала, что он ее муж, а нахально флиртовала.

Как только конюх-муж, прикоснулся своими сильными руками к талии Даши, чтобы удерживать около себя, та еле слышно ахнула. Мужчина не заметил, но девушка прикрыла глаза и закусила нижнюю губу. Графиня его узнала. Не с первой секунды, но практически сразу. Она решила подыграть Никите и позлить его. Раз он странно себя ведет, то и она будет с ним наравне.

Сидя к мужу спиной, девица млела от тепла мужского тела. Его запах изменился, но только внешне. Даша чувствовала запах его кожи. Голова кружилась, в глазах темнело, а сердце стучало чаще. Она хотела его здесь и сейчас. Но, игра есть игра.

– Придется подождать, дорогой мой супруг. – Произнесла графиня еле слышно.

– Вы что-то сказали? – Митька поинтересовался, что это там бормочет хозяйка.

– Это я сама себе говорю.

Далее оба молча проехались немного по парку и вернулись в конюшню. Такая близость тел возбудила обоих, и закончить эту пытку хотели также оба. Именно поэтому прогулка получилась очень короткой. Никита помог Дарье спешиться и быстро отвернулся. Девушка успокоила свое гулко бьющееся сердце и выдохнула. Она планировала довести мужа так, чтобы тот сегодня же и сознался в своем обмане. Она не собиралась уходить.

– Ты давно служишь конюхом?

Даша снова убрала руки за спину и начала прохаживаться по конюшне. Ее зрение еще не позволяло делать это непринужденно, и графиня каждый раз на что-то натыкалась. Никита постоянно вздрагивал. Его терпению можно было позавидовать.

– Да, уже давно, барыня.

Граф не знал, как ее выпроводить. Девушка будто издевалась. Никита грешным делом начал верить, что жена решила утешиться в объятиях конюха, пока супруг отсутствует. Но, быстро прогнал эту мысль.

– А расскажи мне что-нибудь о лошадях. – Графиня погладила Урагана. Она еще плохо различала животных между собой, поэтому ничего не сказала о любимце мужа. Никита мысленно выдохнул, иначе девушка его бы сразу вычислила. Не мог граф Воскресенский променять своего коня на другого.

– Да, что ж я вам то расскажу? – Усмехнулся псевдо Митька. – Барина лучше спросите. Он грамотный, интереснее расскажет.

– Не хочу графа. Тебя послушать хочу.

Даша надула губы. Она снова топнула ногой, но в этот раз не удержала равновесие, пошатнулась и могла распластаться прямо под ногами Урагана. Никита успел схватить супругу и не дал ей упасть. Та уцепившись за мужчину. Даша держалась за плечи мужчины. Она смотрела пристально ему в лицо. Безуспешно пытаясь разглядеть что-то. Граф-конюх быстро поставил капризную хозяйку на место.

– Простите, Дарья Ивановна, но…

– Не желаю слушать возражения.

Никита решил смириться. Уж больно приставуча оказалась его жена. А конюху не положено перечить. Он предложил пройтись по аллее и рассказать что знает.

Надо отдать должное, Никита Михайлович мог много чего поведать о лошадях. Он старался придерживаться образа и ненароком не выйти из него. Даша тихо посмеивалась, понимая, как же сложно сейчас ее мужу притворяться. Она специально делал вид, что не замечает некоторых повадок мужа, которое тот иной раз не мог скрыть. Слуги могли и не обращать внимания на такие мелочи, но не человек, который изучил его с ног до головы. Никита довел супругу до главного входа. Там, на ступеньках, уже отморозила себе все руки Лиза. Когда Митька привел графиню, та быстро сбежала по ступенькам и взяла ее под руку. Она покосилась на конюха. Тот скрывал лицо каким-то шарфом, и Лиза не смогла его рассмотреть. Только шрам на лбу был хорошо виден. Девка поморщилась, и повела Дашу в дом.

– Ой, Дарья Ивановна, какой-то он странный.

Служанка пару раз оглянулась на удаляющуюся хромую и горбатую фигуру.

– От чего же ты так решила?

– Не нравится мне и все. Как вам не противно рядом с таким ходить?

– А что противного слепому?

– Ой, Дарья Ивановна, простите, я снова запамятовала. А вот как увидите его, мои слова то сразу вспомните.

– Ох, Лиза, болтливая ты какая.

Девушка уже сняла свой плащ и передала его Лизе. Графиня отправилась к себе придумывать новые коварные планы по разоблачению супруга. Ничего другого, как мозолить глаза, она придумать не смогла. Раз тактика с чтением книг сработала с графом, то и рассказы от конюха тоже должны помочь.

Утром графине пришло послание от мужа. Тот якобы находится в пути и пишет чуть ли не сидя в седле. Даша рассмеялась. Она подумала, какой же супруг ее выдумщик.

Никита писал, как соскучился и желал поскорее вернуться, но служба не пускает. Вот в то, что муж соскучился, Дарья верила. Она знала это точно. Девушка позавтракала и приняла лекарство. Затем направилась на улицу. Нужно было дальше доводить конюха до белого коленья. Она нашла своего мужчину в конюшне.

– Конечно, где тебе еще быть. – Девушка всплеснула руками.

– Графиня, вы со мной изволите говорить?

– С тобой, дружок. Хочу еще послушать твои рассказы. Муж мой прислал весть, что не скоро явится домой. Поэтому, буду слушать тебя. Уж больно мне интересно все.

Никиты мысленно выругался. Он не ожидал такой прыти от супруги. А она теперь просто вьется около Митьки. Взыграла ревность.

– Знаете что, барыня! Я простой рабочий, а не светский дамский угодник.

– Я тебя чем-то обидела?

– Вы что?! – Никита опомнился. Ведь и сама Даша может приказать выпороть наглеца. Признаться что он граф то можно, но стыдно. Это на крайний случай. – Нет такого. Да и быть не может.

– Тогда давай, рассказывай дальше. – Даша самодовольно улыбалась.

Девушка уже знала, что Никита не даст ей упасть или пораниться. Сегодня ее зрение было лучше, но она предпочла делать вид, что все пока без изменений.

Никите ничего не оставалось, как дальше рассказывать. Спустя час, Даша стала трогать разные предметы, висевшие, стоявшие или лежавшие в конюшне.

– Дарья Ивановна, вы можете себе больно сделать этими вещами. – Предостерег хозяйку Митька.

– Чего и добиваюсь. – Тихо себе под нос пробубнила графиня.

Она таки девушка целеустремленная, поэтому нашла куда сунуть свою руку, да прищемить палец. Никита бросился к ней и взял раненую конечность в свои ладони. Он тихо дул на травму, пока Даша терпела боль.

– Я же говорил вам, что не нужно сюда идти.

Граф был напуган такой беспечностью, а его супруга только млела от прикосновений. Наконец Митька- Никита опомнился и отпустил руку хозяйки.

– Ступайте, Дарья Ивановна, у меня дел много. Граф хоть и в отъезде, так управляющий меня с потрохами съест за праздность. А еще Марфа как зыркнет, мне аж страшно становится. Девушка улыбнулась, но повиновалась. Она уже изрядно замерзла.

Даша ходила по комнате то в одну, то в другую сторону. Никита не поддавался на провокацию. Следующие три дня прошли впустую. Лекарства дали все что могли. Графиня прозрела, но видела она не чисто. Придется покупать очки.

– И что мне с тобой делать? Как раскрыть? Крепкий орешек.

Приставания к конюху продолжались еще пару дней. К девушке вернулось зрение. Она постоянно пыталась рассмотреть супруга, но мужчина ловко от нее сторонился. Оба по-своему злились.

И вот, Даша решила снова исполнить трюк с падением. Она умоляла конюха посадить ее в седло. Девушка божилась, что доверит узду Митьке, и сама будет просто смирно сидеть. Тому не осталось ничего иного, как повиноваться. Конечно же, в моменте, когда необходимо было держаться, Даша отпустила руки и рухнула на своего верного конюха. Оба упали на землю. Никита лежал внизу, а Даша на нем. Она повернулась так, чтобы было удобно видеть его лицо. Оное было скрыто грубым шарфом. Девушка протянул руку, чтобы убрать повязку, но граф поймал ее кисть и задержал, когда она уже коснулась пальцами ткани.

Рейтинг@Mail.ru