ЧерновикПолная версия:
Ксения Миллстон Обливион
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Спустя какое-то время медсестра просит меня удалиться, и еще раз взглянув на отца, я покидаю палату. Чувствую себя очень странно. Вроде бы стало легче, но все равно очень тяжело. Неизвестно, что с ним будет дальше.
Я говорю с врачом по поводу операции и оплаты, а затем выхожу из больницы, договариваясь с мужчиной о постоянной связи. Смотрю на время: обед. Автобус только вечером, а это значит, что в этом городе я застряну еще на пару часов. И как только я отхожу от входа в больницу, перед собой я вижу…Майкла. Черт бы его побрал. Его только не хватало. Он уверенно идет ко мне навстречу, как будто он здесь меня ждал.
– Я знал, что ты вернешься, – говорит он и подходит, пожалуй, слишком близко.
– Майкл, отстань, – я отмахиваюсь от него и обхожу, желая скорее отсюда пропасть. Только не тут-то было. Парень хватает меня за руку и разворачивает к себе, с силой удерживая. – Какого черта? Отпусти меня. Или я закричу.
– Райли, милая… – начинает он, а я сразу же покрываюсь противными мурашками и погружаюсь в ощущения, что никакого Лос-Анджелеса не было. Становится страшно. – Давай поговорим, прошу? Я знаю, что тебе, мягко говоря, не до этого. Я тоже приходил к мистеру Спенсеру, правда, меня не пустили, но я ждал тебя. Знал, что ты в любом случае приедешь к нему, – вот же урод. Я пытаюсь вырваться, но он сильнее меня, и притягивает мое тело все ближе к себе с желанием обнять. – Я очень скучал по тебе. Почему ты уехала? Оставила меня одного.
– Ты меня еще и обвиняешь? – злюсь я. Как таким идиотом можно быть? – Оставь меня в покое, придурок! – он не слышит меня и почти стискивает в объятиях, но тут его резко хватают за руку, тем самым отцепляя меня от него. В следующую секунду он получает сильный удар по лицу, отчего даже не удерживается на ногах и падает. Я смотрю на спасителя, и (каково мое удивление) вижу…Леона? Черт, у меня что глюки?
– Сказали же тебе десять раз, отвали, – рычит он, со злостью в глазах смотря на моего обидчика. Майкл встает и подходит к брюнету, но бить его в ответ не решается. Знает, что ничего хорошего не выйдет.
– Ты что, и парня себе нового нашла? – и он снова направляется ко мне с целью то ли ударить, то ли утащить меня куда-то. Но Леон встает передо мной и награждает его вторым ударом, но уже куда-то в живот, что складывает парня пополам. У меня появляется чувство защищенности, которое я не испытывала, пожалуй, очень давно, а может быть, и никогда.
– Ублюдок, – сквозь зубы процеживает владелец клуба и переводит взгляд на меня. – Садись в машину, – и он уходит, а я следую за ним, оглядываясь на бывшего парня. Тот уже окружен какими-то людьми. Когда мы оказываемся в машине, через стекло я вижу, как он заходит в больницу. Сейчас сделает из этого скандал. Идиот. Как я могла с ним встречаться?
Леон запускает двигатель, и мы трогаемся с места. Я сижу в полном шоке и непонимании, что говорить и как реагировать. На самом деле, я все еще не уверена, что мне это не снится.
– Ты в порядке? – задает вопрос он, кидая на меня взгляд, но сразу же возвращая его на дорогу.
– Да…Вроде, – отвечаю я. В голове так много вопросов, что я даже не знаю, с какого начать.
– Хочешь есть? – услышанное ставит меня в тупик, и я тут же удивленно смотрю на парня. Через пару минут он паркуется у кафешки, где мы с семьей часто зависали в детстве. Да, удачно. Видимо, сегодня день, когда я испытаю все возможные чувства.
***
Леон уверенно ест яичницу из своей тарелки, а я лениво ковыряюсь в своей, пытаясь понять, что недавно произошло.
– Как ты здесь оказался? – решаюсь спросить я.
– Приехал на машине, – серьезно отвечает он, смотря прямо мне в глаза. Он что, решил со мной поиграть так же, как я с ним, когда рассказывала про Дамиана? Но это абсолютно разные ситуации!
– Хорошо…Почему ты здесь оказался?
– Потому что никто не должен находиться один в такой ситуации, – честно говорит он, чем меня сильно удивляет. Я не нахожу, что ответить и просто продолжаю есть. – Если честно, я до последнего думал, что ты уехала с Энджелой, а она оказывается вообще не в курсе.
– Ты ей рассказал? – взволнованно спрашиваю я, переводя взгляд с картофельных долек на его карие глаза.
– Нет. Я просто спросил ее вчера, почему она на работе, а она посмотрела на меня, как на идиота, – усмехнулся Леон, и я грустно посмеялась.
– Ты не сказал ей, где я?
– Она про тебя не спрашивала.
Я киваю и решаю, что надо покончить с едой. До этого момента я вообще не думала, что хочу есть, хоть и не ела уже почти сутки. Волнение, бесконечные мысли и стресс не давали мне думать о своих потребностях в еде, и я про них и не вспоминала.
– А что ты сказала Энджеле? Как объяснила свое отсутствие? – поинтересовался Леон, когда мы уже ехали в машине в сторону ЛА.
– Я сказала, что Дамиан забрал меня после работы и привез в загородный коттедж отдыхать, – призналась я, чувствуя, как щеки слегка покрываются румянцем от стыда.
– И она не задалась вопросом, как я дал тебе целых два выходных? – удивился парень, отрывая взгляд от дороги. Я пожала плечами.
– Я сказала, что ради сделки ты пойдешь на все, – я мило улыбнулась, надеясь, что не разозлю его своим ответом. Ну, а что? Это ведь правда. Но бесить мне его сейчас не хотелось. Особенно после всего, что он сделал для меня. Да и в принципе, мне ничего не хотелось. Леон усмехнулся на мой ответ. – Почему тебе так важна эта сделка? Что вы пытаетесь сделать? – решилась узнать я, и эти вопросы уже не особенно пришлись по нраву владельцу клуба. – Мне же надо понимать, что искать.
– Я хотел посвятить тебя в часть дел, но в тот момент тебе позвонили из больницы, – говорит брюнет, и его слова меня удивляют. – Обсудим это в моем кабинете. Но, пока что, твоя основная задача втереться к нему в доверие, – заключает он. Я киваю.
Мы молчим еще несколько минут, пока парень не нарушает тишину неожиданным вопросом:
– Как все прошло с отцом? – мы обмениваемся взглядами, и я сразу же отворачиваюсь к окну, чувствуя, как глаза начинают наполняться соленой жидкостью. Вот еще не хватало разрыдаться перед бесячим боссом. – Это нормальная реакция, – говорит он. – Было бы странно, если бы тебя это не волновало, – он снова сделал паузу, видимо, обдумывая, что сказать. – Ты можешь поделиться чем-то, если тебе станет от этого лучше.
Эти слова заставляют мою голову тут же повернуться и удивленно посмотреть на парня, хоть и со слезами в глазах.
– А куда делся босс-говнюк? – я пытаюсь перевести этот разговор в нашу обычную перепалку, но Леона это не задевает, и он усмехается. – Почему вообще ты…Вместо того, чтоб работать и не волноваться обо мне, сидишь сейчас здесь, на пути из Аризоны вместе со мной и так искренне хочешь помочь? Зачем ты это делаешь? – слезы выкатываются из моих глаз. Леон переводит на меня серьезный взгляд, в котором скрывается, пожалуй, слишком многое, а особенно я замечаю знакомую боль утраты и скорби.
– Потому что сам проживал похожие чувства, – его очередь отводить взгляд. – И по себе знаю, как тяжело проживать это в одиночестве, не выпуская все наружу.
В мою голову врывается множество мыслей, вопросов и догадок о семье Леона, но спрашивать у него об этом я не решаюсь.
– Отец изменил маме, когда я была еще ребенком. После этого она заболела, а затем умерла, когда мне было 12 лет, – начала я, наблюдая за быстро сменяющимися картинками за окном. – После этого он стал постоянно напиваться и иногда поднимал на меня руку, – черт, не думала, что говорить об этом вслух будет так тяжело. Леон выругался, когда услышал об ударах, но больше ничего не сказал. – Я стала почти все время проводить с семьей Энджелы, а отец перестал существовать в моей жизни. Я пообещала себе, что больше никогда его не увижу, потому что сильно его возненавидела и очень боялась, что он снова причинит мне боль, – заканчиваю говорить я, смахивая слезы с глаз. Рэмси молчит какое-то время, а я медленно и тяжело вздыхаю, закрывая глаза, чтобы прийти в себя. – Но сегодня я поняла, что очень по нему скучала, – я улыбнулась сквозь слезы, а наши глаза встретились. Я почувствовала, как от парня исходит сострадание и сожаление. Даже не знала, что он может испытывать что-то, кроме злости и раздражения. Хотя, наверное, обстоятельства сделали его таким. Я ведь не знаю, что там у него произошло.
– Не жалеешь, что съездила? – спрашивает он, и я тут же отрицательно мотаю головой, улыбаясь. Леон кивает и переводит взгляд на дорогу.
Спустя полчаса мы приезжаем на заправку. Я стою перед зеркалом в уборной и смотрю на себя. Заплаканные уставшие глаза и потрепанный вид. Меня легко могут уволить за такое. Официантки самого крутого клуба в ЛА не должны так выглядеть. Я усмехаюсь на собственные мысли, а затем умываю лицо ледяной водой, чтобы хоть как-то освежиться.
В машине я замечаю Леона с двумя стаканами кофе, за что благодарю его и делаю пару глоточков. Это тоже поможет взбодриться. Какое-то время мы едем в абсолютной тишине, тихо слушая радио, но, скорее всего, каждый из нас целиком в своих мыслях и раздумьях.
– Спасибо, что спас от Майкла, – в какой-то момент, сама от себя не ожидая, говорю я. Леон не сразу понимает, о ком я говорю.
– Кто был этот ублюдок? – я грустно усмехаюсь и закатываю глаза. Парень с интересом смотрит на меня в ожидании ответа.
– Мой бывший. Еще меньше, чем две недели назад, мы были вместе. Но… – я остановилась на секунду, размышляя, рассказывать ли об ударах, и уже ругая себя, что завела эту тему. – После его многочисленных выходок я вдруг поняла, что больше этого всего не вынесу. Собрала вещи, послала его к чертям и уехала в Лос-Анджелес, – я гордо улыбнулась, допивая кофе. Леон усмехнулся. – Что?
– Не понимаю, как можно быть с таким идиотом, – неожиданно выдает он, что меня начинает бесить.
– Чего? – смеюсь я.
– А что? Ты не согласна разве? – он смотрит на меня, не теряя серьезности, и знает, что прав. И я это знаю. Просто не ожидала от него подобных заявлений.
– Согласна, конечно. Просто… Все эти годы я ничего не замечала и жила в розовых очках. Хотя было всякое, во что сейчас даже трудно поверить, – меня передергивает от малейших воспоминаний.
– Ты сказала «годы»? – кажется, я его удивляю. – Он ждал тебя у больницы?
– Да! – выпаливаю я, не скрывая раздражения. – Чертов придурок! Если честно, я уже подумала, что, похоже, больше не вернусь в ЛА, потому что вцепился он в меня сильно. И прохожим было все равно, пока ты не ударил его пару раз. Тогда они сразу обратили на него внимание, только явно не думая, что говнюк он, – я перевожу взгляд на Леона, который сосредоточен на дороге.
– Ты же меня называла говнюком? – видимо, он не забыл. Я замолкаю и просто смотрю на него, а затем мы оба смеемся.
Остаток долгой дороги проходит практически в тишине. Я какое-то время сплю, а просыпаюсь, когда мы уже приближаемся к городу.
Брюнет останавливает машину около моего дома. Я смотрю на него и замечаю его уставший вид. Еще бы, проехать столько часов за рулем без отдыха. Он ведь еще и в Аризону ехал. С ума сойти. До сих пор не верю, что он это сделал, чтобы меня…Поддержать? Это точно Леон Рэмси, тот самый босс, который постоянно раздражен и выводит меня из себя?
– Леон, спасибо тебе большое за все, что ты сделал для меня, – проговариваю я, смотря сначала ему в глаза, а затем не выдерживая его взгляда и смотря в сторону. Он ничего не отвечает, только кивает.
– Кажется, у вас вечеринка, – делает вывод он, после чего я тоже замечаю припаркованные у нашего подъезда тачки Оливера и Флойда. И в окнах горит свет, хотя уже поздняя ночь.
– Черт, – ругаюсь я. Сейчас вообще не до этого. – Пойдешь к нам? – это же не прозвучало, как приглашение, верно? Парень отрицательно мотает головой.
– Завтра жду тебя на работе, – говорит он со строгостью в голосе, и я понимаю, что, кажется, привычный Леон возвращается. – Кстати, я давал тебе один выходной, а получилось два. Поэтому, впереди тебя ждут четыре рабочих дня, – заключает он. Я мгновенно возмущаюсь и злюсь, чем вызываю еще большую строгость водителя. – Хочешь поспорить? – его твердый взгляд заранее предупреждает меня о том, что я проиграю в этом споре, поэтому я только набираю воздуха, чтобы что-то предъявить, но в итоге шумно выдыхаю и киваю. Леон удовлетворенно кивает в ответ.
– Доброй ночи, – прощаюсь я и выхожу из машины, направляясь к дому. А черный челленджер покидает улицу.
Глава 8
Как только я оказываюсь в квартире, на меня сразу налетает Энджела.
– Райли, наконец-то!! Где ты была? – восклицает она, и я понимаю, что она уже достаточно выпила. – Ты что приехала с Леоном? – она удивляется.
– Да, мы обсуждали сделку, – отмахиваюсь я. Хотя это тоже некоторая правда.
Мы проходим в гостиную, и я вижу Оливера, Флойда, Саманту и еще одного парня, которого я не знаю, но который из их компашки. Блондин со своей сигаретой (как всегда) подходит ко мне и обнимает. Я чувствую, что очень устала и хочу спать, но обнимаю его в ответ, а затем также обнимаю Саманту.
– Что у вас за неожиданная тусовка? – интересуюсь я, осматривая комнату на предметы алкоголя, которых оказывается достаточно много. – И почему вы все не работаете? – смеюсь я.
– Сколько можно работать? – возникает Флойд и обнимает за плечи Энджелу, которая садится с ним рядом.
– Это тебе, возьми, – Оливер протягивает мне бокал с переливающейся на свету жидкостью, а я мотаю головой. – Ну же, Райли. Тебе надо расслабиться, – говорит он и подносит бокал ближе к моим губам. Я машу на него рукой и выпиваю залпом все содержимое. Все дружно кричат, поддерживая меня, что заставляет меня рассмеяться.
Я сажусь рядом с Оливером, отчего он довольно улыбается. Дальше меня знакомят с Диланом, рассказывают, что он важный человек для клуба, но я так и не понимаю, чем он в итоге занимается. Все обсуждают какие-то обычные вопросы, не касающиеся дел клуба (разумеется, ведь с нами была Саманта), но ночь проходила здорово и весело, и это сильно помогло мне забыть обо всем, что произошло за последние двое суток.
Через какое-то время Оливер прилег ко мне на плечо.
– Ты чего? – смеюсь я. Парень притворяется спящим, делая вид, что не слышал моего вопроса. Это еще больше смешит меня, и докапываться до него я не перестаю. – Оливе-е-ер, – протяжно говорю я, и он открывает свои пьяные глаза, смотря на меня снизу вверх. Он снова не сводит с меня взгляда, как в тот раз, когда разбудил меня своим приездом, а я не выдерживаю и краснею. – Хватит на меня так смотреть, – мои губы расплываются в улыбке.
Тут я чувствую, что его рука касается моей щеки и пододвигает меня к нему ближе.
– Оливер! Даже не думай! – смеюсь я, выпутываясь из его оков. Оливер смеется в ответ и встает с моего плеча. Надеюсь, что его это не обидело. Хотя, обиженным он вообще не выглядит. Скорее, наоборот, его это очень развеселило.
– Может в «Правда или действие»? – предлагает Энджела, и я закатываю глаза. – Райли, мне все равно. Играют все! – и мы начинаем играть. – Если хотите, я начну.
– Правда или действие, Энджела? – спрашивает Флойд, загадочно смотря на нее глаза в глаза. Я вижу между ними искры и химию, и в сотый раз задаюсь вопросом, почему они не вместе. Энджела достаточно долго думает. Видимо, огненный взгляд Флойда заставляет ее тщательно обдумать все варианты.
– Правда, – выбирает она, и все делают разочарованный вид. – Идите к черту!
– Я задам вопрос! – неожиданно говорю я, и ловлю на себе благодарный взгляд Энджелы. Когда на моем лице появляется коварная ухмылка, девушка понимает, что, кажется, она рано радовалась. – Дорогая Энджи, расскажи, пожалуйста, про свой самый первый поцелуй, – я ухмыляюсь, потому что знаю эту ситуацию. Это было в 9 классе школы, когда мы тусили в максимально странной компашке старшеклассников, от которых фанатели.
Брюнетка награждает меня яростным взглядом, а я еще больше заливаюсь смехом. Я помню, как Энджела пыталась отмыться от этого поцелуя. Все сидящие в комнате предвкушающе кричат и даже хлопают в ладоши.
– Прости меня, подруга, – заранее извиняюсь я и тут же получаю подушкой по голове, которая прилетела от девушки. – Ты сама этого захотела.
– Да похрен, не так уж это было и стремно, – она пытается себя успокоить, но я знаю, что мы обе каждый раз дико угараем над этой историей. – В общем, дело было в 9 классе школы, когда мы с Райли тусили со старшеклассниками, по которым дико фанатели. Там был один чувак, очень мне нравился, такой высокий, с татуировками. Я всячески старалась ему понравится, – на этом слове Флойд, притворяясь, хмурится, на что Энджела закатывает глаза, – и в какой-то момент, он меня заметил. Мы вдвоем с ним шли до моего дома, он меня провожал, мы болтали. Все было достаточно круто, пока… – я не сдерживаюсь и смеюсь, а девушка подхватывает мой смех.
– Давай уже дальше! Хватит угарать вдвоем, нам тоже интересно, – встревает Оливер.
– Я рассказываю! Это Райли меня смешит, – я закрываю рот ладонью, чтобы попытаться заткнуться. – Так вот, – брюнетка заулыбалась, тоже стараясь не ржать раньше времени, – мы останавливаемся около моего дома. А я, чтоб вы понимали, до этого так сильно готовилась к первому поцелую, что прошерстила все на свете, чтобы понять, как это происходит и хоть в теории научиться целоваться, – мы снова смеемся. – И я стою и думаю, вот сейчас это произойдет. Прокручиваю в голове все советы из журналов: что нужно быть в обнимку и улыбаться друг другу, не вытягивать губы вперед, когда целуешься, держать их расслабленными и все такое. Короче, он меня обнимает, я смотрю на него снизу вверх, мы стоим глаза в глаза, улыбаемся, все как надо, постепенно приближаемся друг к другу, и-и-и…Целуемся! И все происходит достаточно неплохо, я думаю «вау, как классно целоваться». И в какой-то момент парень решает, видимо, перейти на более продвинутый уровень, и запихивает свой язык в мой рот. Сказать, что я была в ужасе – не сказать ничего! Я ведь читала, что такой поцелуй ведет к более интимному контакту, и я так напугалась. При этом, он засунул свой язык ко мне до такой степени, что я у меня появился рвотный рефлекс, и я в ту же секунду отстранилась от него, чуть не выпустив наружу картошку фри, – наша комната вмиг наполняется заразительным смехом, и становится трудно услышать хоть какие-то слова. Дилан подавился чипсами и Саманта стучала ему по спине, а я вспоминала, как Энджела в тот вечер вернулась домой (а я уже жила у них) и до последнего не хотела рассказывать эту историю.
– Обычно такая реакция на другие вещи! – заливается Флойд. – Расскажешь и про этот первый опыт? – он играет бровями, а Энджела бьет подушкой теперь его.
– Заткнись! – кричит она, смеясь, и отпивает из бутылки пиво.
– А чем закончилось? – интересуется Сэм.
– Ничем, я сразу убежала домой, а с этой компашкой мы больше не гуляли. Парня этого я видела потом один раз, и мы даже не поздоровались друг с другом. Но нравиться он мне перестал моментально, – заключает девушка.
– Она мне об этом еще рассказывать не хотела, вы прикиньте? – предъявляю я.
– Пойдем целоваться с языком, Эндж? – зовет ее Флойд, видимо, вспоминая, что брюнетка упомянула «более интимный контакт» при таком поцелуе.
– Правда или действие, Флойд? – она переводит тему.
– Действие, – уверенно выбирает он, с довольной улыбкой глядя на девушку.
– Я сделаю из тебя красотку, а потом ты встретишь в таком виде курьера с пиццей, – тут же чеканит она и скрывается в своей спальне. Мы снова все угараем кроме бедного Флойда, который издает ноющие звуки. Через минуту Энджела возвращается со своей косметичкой и принимается красить парня. Наблюдать за этим одно удовольствие.
– Это что еще такое? – недоумевает парень, когда видит перед собой пинцет. Ему велят молчать и ждать. – Оливер, правда или действие? – продолжает он, тут же ругаясь на боль от инструмента в руках брюнетки.
– Правда, – выбирает блондин.
– Когда ты лишился девственности? – сразу же задает вопрос Дилан, запихивая чипсы в рот. – Ты же… Не девственник, правда? – комната снова наполняется всеобщим смехом.
– Вообще-то он чаще от девушек отбивается, чем ты, – встревает Сэм.
– В том-то и дело, надо не отбивать, а принимать! Давно бы девственником перестал быть, – снова смеется Дилан, а Оливер накидывается на него с шуточной дракой. – Ты не ответил на вопрос!
– На какой из них? – уточняет парень. – Ты задал два, – Дилан закатил глаза. – Это было на мое 18-летие. – отвечает блондин, стараясь на меня не смотреть. Я вижу, как он слегка краснеет. Бог ты мой, я его смущаю что ли? Или его смущают такие вопросы в моем присутствии?
– И-и-и? – Дилан жаждет подробностей.
– Ты не спрашивал про детали, так что заткнись, – смеется Оливер и переводит взгляд на меня. Так я и знала. – Райли, правда или действие? – твою мать.
– Действие, – особо не раздумывая, бросаю я, надеясь, что я не буду есть собачью еду или звонить бывшему (и мне тут же вспомнилось, как Леон врезал Майклу). Все радостно улюлюкают, а по моей спине пробегает холодок. Чего я вообще боюсь? Это всего лишь игра.
– Поцелуй Оливера, – говорит Энджела и сразу же добавляет, – только пока что без языка! Хотя, это уже на твое усмотрение, – все снова хохочут. А, точно. Я боялась этого, по всей видимости. Какая тупая игра. А Энджела! Она что, мстит мне? Или хочет свести меня с Оливером? – Оливер, ты же не против?
Кажется, я краснею. Оливер смотрит на меня, довольно улыбаясь, но, вроде бы, в то же время стараясь скрыть эту улыбку. Ну это же просто игра? Просто поцелуй. Да всем насрать. Ты целовалась с Мартинесом! И не парилась. А тут Оливер. Но, может быть, просто, тебе на него не похрен? И он важен тебе как друг.
– Я тебя не съем, – шутит блондин, видя, что я не сдвинулась с места. Я улыбаюсь ему, что, скорее, выходит нервно, но придвигаюсь ближе. Парень тоже стремительно сокращалет расстояние между нами. Я закрываю глаза, чтобы не смущаться взгляда блондина и накрываю его губы своими. Он тут же включается в поцелуй, осторожно взяв меня за шею. Кажется, мы целуемся вечно. Благо, без языка. Я слышу хлопки ребят и, вспомнив про них, начинаю отстраняться, потому что неловкость почти стала частью меня. Оливер тоже не стал задерживаться, и через секунду мы уже сидим так же, как до этого. Только я ему в глаза не смотрю. И, вероятно, еще больше краснею. Но не наградить Энджелу взглядом «тебе конец» не могу, на что подруга смеется, а потом продолжает красить Флойда. Он, кстати, выглядел уже еле узнаваемо. А когда я осмеливаюсь взглянуть на Оливера, то вижу, что тот чуть ли не светится от счастья. Этот факт меня несколько… успокаивает? Наверное. И я расслабляюсь.
– Сэм! Правда или действие? – вспоминаю я и смотрю на блондинку.
– Правда, – решительно выбирает она с легкой улыбкой на лице.
– Почему ты рассталась с Мартинесом? – неожиданно для всех, а особенно для девушки, поинтересовался Дилан. Я вижу, как этот вопрос ставит ее в не очень удобное положение. Кажется, она не знает, что ответить.
– Дилан, ты не можешь такое спрашивать! – заступается Энджела, отвлекаясь от макияжа.
– Что? Почему? – не понимает он, и брюнетка закатывает глаза.
– Да все нормально, это было тыщу лет назад, – успокаивает Сэм. Все приготовились слушать, потому что тема была правда интересной для всех. – Спустя полгода отношений я узнала, что он мне все это время изменял, – признается она, при этом виновато посмотрев на меня. – Другого выхода я не видела, потому что, ну, сами понимаете, ситуация ужасная, – она грустно усмехается, а затем снова смотрит на меня. – Прости, Райли, я знаю, что ты сейчас с ним часто видишься… Но как есть.
– Спасибо, что рассказала, – благодарю я и киваю, а Сэм улыбается в ответ. – Дилан! – восклицает она. – Правда или действие?
– Действие, – отвечает парень, ожидая задания.
– Ты притворишься парнем Флойда и пригласишь курьера составить вам компанию, – придумывает блондинка, а мы все с хохотом хлопаем в ладоши. Дилан выругался, смотря на разукрашенного Флойда, которого предложение Сэм тоже развеселило.
– Ты ж мой сладенький, – растянуто пропевает парень и посылает Дилану поцелуйчик.
– Пошли переодеваться, а то курьер скоро будет, – смеется Энджела, и под тяжелые вздохи парня они скрываются в спальне брюнетки. Мы приготовились ждать их.
Они возвращаются спустя минуты три. То, что мы видим, приводит нас в невероятный истерический смех, и мы все складываемся пополам, пытаясь не задохнуться от эмоций.
– Представляю вашему вниманию, – Фиону! – объявляет Энджела, и нас еще больше плющит от хохота. Флойд стоит в ее красном обтягивающем платье, с красной помадой и длинными накладными ресницами. У него прям полноценный макияж, брюнетка даже нарисовала ему родинку над верхней губой. О, черт. Он ведь еще и на каблуках! Это конец.
– Так, кто из вас хочет сегодня провести со мной страстную ночь? – парень входит в роль и встает в сексапильную позу, поставив руку на бедро, которое отводит в сторону. Кажется, мы уже плачем.