Ксения Каретникова Не моя девочка

Глава 5. Артем

Артем

Бэлла снова на сцену петь выходит.

Хороший у нее голос. И слух. Девчонка явно где-то музыки училась.

Смотрю на нее, пристально, в какой-то момент замечаю, что и она на меня смотрит. Долгий у нас зрительный контакт, как будто мы в игру играем, кто первый сдастся и взгляд отведет.

Бэлла первая отводит. И лишь потому, что заканчивает петь и поклон делает. Ей рукоплещут, кто-то рядом даже свистит, а девушка улыбается, делает шаг в сторону, чтобы уйти... но тут хозяин ресторана с места поднимается, ему дают микрофон и Йонас речь произносит.

Трогательная сцена получается. Слова красивые он говорит.

Фарворовая свадьба у него с женой, это же, если не ошибаюсь, двадцать лет брака. Двадцать. Целая жизнь. И в этой, с виду такой счастливой их жизни, все равно нашлось место для левых баб.

Мужики, говорят, полигамны. Говорят, что одновременно они могут не просто трахать, а даже любить сразу нескольких женщин. Со мной лично такого никогда не было. Если я любил кого-то, то одну. И это несмотря на отцовские гены и его пример перед глазами.

Он бросил нас с матерью, когда мне было десять лет. Ради вот такой же молодой девки. Которая крутила им, как хотела, деньги тратила налево и направо. Причем отец бешеных бабок не зарабатывал, но шабашил – таксовал по вечерам и ночам, и все ради своей Машеньки. Про нас с матерью он попросту забыл, вычеркнул из своей жизни. Спасибо деду, если бы не он, то хрен знает, чтобы с мамой было. Она так страдала, так мучилась. Я, кстати, тоже, видя ее состояние.

Но она пришла в себя. Только вот замуж больше не вышла.

А сейчас матушка думает, что я не знаю, что у нее друг сердца на пенсии появился. Это из-за него она городскую жизнь променяла на сельскую. И прячет от меня своего мужчину. Зря она так, я совсем не против. Главное, что бы она счастлива была. Ну, ничего, придет тот день и час, когда она сама мне признается.

Йонас жене торжественно подарок преподносит. А я наблюдательный, и из-за профессии и по жизни, замечаю как Бэлла на сцене в тени стоит и за всем происходящим следит. А потом из зала уходит. Нет, не бегом, спокойным шагом, гордо идет. Провожаю ее взглядом, думая зачем-то: а что она испытывает в этот момент? Когда видит, как ее мужчина рядом с другой находится. Причем с женой законной. Не противно? Ревность не сжирает? Видимо да. Раз уж она зал покинула. В подсобные помещения ушла.

Буквально минут через десять Йонас тоже уходит. И тоже направляется к двери, что к подобным помещениям ведет.

Успокаивать свою девочку пошел?

– Как вам вечер? – слышу вдруг над ухом и поднимаю голову. Рядом со мной девушка стоит, та самая – администратор ресторана, на нее мне Лёха указывал, когда рассказывал про борзого гостя.

– Отличный вечер, – я беру в руку бокал, в нем все еще пиво есть, и больше пить мне сегодня не хочется.

– Ребята сказали, что вы наш новый сотрудник, – вовсю улыбается девушка, – я Лиза, администратор.

– Очень приятно. А я Артем, какую именно должность мне доверят, я пока не знаю, – отвечаю и протягиваю Лизе руку, она легонько пожимает мою ладонь.

– И мне приятно, – она слегка наклоняется ко мне, – приятно видеть молодую и свежую кровь. Давно Йонас Томасович новых ребят не брал. Надеюсь мы подружимся.

Лиза кокетничает со мной. Это и по ее жеманности видно и по улыбке, которая с ее лица не сходит. Кольца обручального на ее пальце нет, это, конечно, ни о чем еще не говорит, а вот грудь, которую девушка старательно мне демонстрирует в такой позе, буквально кричит, что мы, все втроем, свободны.

Никаких отношения завязывать здесь я не планирую. Но, как говорится, чем черт не шутит и одно другому не мешает. Лиза девушка симпатичная, все при ней. Да и дружба с администратором никогда не помешает.

– До встречи, – кивает она, отходит от столика и подходит к следующему. Я невольно смотрю на ее спину, затем опускаю взгляд ниже. Пятая точка девушки аппетитно обтянута узким платьем. Ноги стройные.

Еще с минуту разглядываю девушку, потом она из поля моего зрения исчезает и я перемещаю взгляд за столик Лейтовичей.

Йонас пока еще не вернулся. Но этот факт вроде бы ни его жену, ни детей не огорчает. Они едят, пьют, сынок Йонаса вино с мамой хлещет, дочки сок.

Дела заставили Йонаса отлучиться или он сейчас с Бэллой?

От мыслей меня отвлекает вернувшийся Леха, он замирает рядом и говорит:

– Темыч, пошли, помощь твоя нужна, – после этих слов я, разумеется, сразу поднимаюсь, показывая свою готовность. Но все равно интересуюсь:

– Что случилось?

– Мэровский сыночек перепил. Мы слишком уж рьяно его успокаивать начали, – от Лехи разит крепким алкоголем и я догадываюсь чем и как именно они парня успокаивали. – Надо пацана домой доставить. Транспортировка гостей в бессознательном состоянии тоже в наши обязанности входит, – фыркает друг. – Так что, пойдем. За руль сядешь, – он протягивает мне брелок с ключом для автомобиля. И судя по эмблеме на брелоке мне в первые в жизни выпадает шанс прокатиться на дорогущей тачке.

– Но я тоже выпил, – хмурюсь я. – Других кандидатур на должность водителя нет?

– Других нет. Все при деле. А ты только бокал пива выпил, я, поверь, намного больше. И не ссы, – Леха всучивает мне ключи и хлопает меня по плечу, – сынок мэровский живет недалеко, нас по пути никто не остановит, тачки хозяина приметные, все менты в округе знают, не рискнут тормозить.

Хоть и сомневаюсь, но киваю. Я всегда был законопослушным гражданином, но, видимо, согласившись здесь работать, о законах можно забыть. Точнее начать по другим жить.

Так что я иду за Лехой, просачиваясь между столиками. Народу даже больше стало.

У выхода из ресторана я оборачиваюсь, вижу, в этот момент как Йонас рядом с женой за стол садится. Довольный, улыбчивый.

А потом замечаю Бэллу. Она от двери, за которой скрылась минут двадцать назад, идет. Улыбки на ней нет, а вот причёска слегка примята.

Глава 6. Бэлла

Бэлла

Быстрый секс. Сегодня, как и пару дней назад, как и уже несколько лет – игра в одни ворота.

Йонас начинает бодро. Вдавливает меня всем своим телом в жёсткий диван. Он мужчина крупный. Подтянутый, да. Мышцами покрыт. Тренируется часто. Все виды борьбы перепробовал.

Я лежу, постанывая и водя ноготочками по сильным, мужским плечам. Настолько сильным, что руки Йонаса могут меня сжать и раздавить. Хотя и я далеко не хрупкая. Не фарфоровая!

Я уже давно не испытываю удовольствие с Йонасом. Секс с ним стал для меня обыденностью. Долгом, который я отдаю. И симулировать оргазм я научилась. Да так, что Йонас верит, что мне с ним хорошо.

А мне нет. Мне не хорошо. Не противно – и слава богу.

А когда-то хорошо было. И эмоционально и от этого физически. Я даже чувствовала себя счастливой. Жила в придуманной мной же сказке. Что вот, появился в моей жизни принц, чтобы меня спасти. Хотя нет, не принц. Король. Большая у нас с ним разница. Разные весовые категории. И я сейчас не только про массу тела.

Мне все это рассказать, пожаловаться и просто выплакаться некому. И сбежать некуда. Я осталась одна. У меня никого нет. Только Йонас. И я его по-своему наверно люблю, за многое ему благодарна. Но...

Хотя, нет никакого "но". Даже если бы я и хотела от него уйти, то просто не смогу. Без него жизни у меня не будет. Мне Йонас ее не даст. Посчитает мой уход предательством. Уничтожит и раздавит, как букашку. Несмотря на то, что постоянно твердит мне о своей любви и балует, терпит бабские капризы, которые я устраиваю все чаще и назло.

Но я же с ним. Я рядом.

А вот если уйду...

Качаю головой, развеевая всплывающие перед глазами воспоминания двухгодичной давности.

А Йонас уже кончает. Содрагается всем телом. Смотрит на меня мутными от разрядки глазами. Довольный, как кот. Для которого кошка свой хвост задрала.

Я закрываю глаза. Изображаю порывыстое дыхание удовольствия. При этом думаю, что Йонас мог платье мне помять. Ткань нежная. Жалко же... господи, о чем я думаю?

Слышу, как он застегивает боюки, как одевается и как тяжело дышит.

– Бельчонок, – ласково произносит Йонас. – Надеюсь ты не злишься на меня за сегодняшний вечер и вину свою я искупил.

– Не злюсь, – равнодушно бросаю я и поднимаюсь с дивана. Поднимаю с пола трусики и натягиваю их, задрав подол платья. Затем поправляю серёжку в ухе, смотря на себя в зеркало. – И почти искупил.

В последнее время я выбрала для себя тактику. Изображаю меркантильную стерву. Такие Йонасу не нравятся, мне рассказывали. И я очень надеюсь, что и меня постигнет их участь – я стану одной из его бывших. По его желанию.

Пока не срабатывает. Может я плохо стараюсь?

Самой от себя противно. Потому что я не такая. Хотя уже и не та девочка, что была пять лет назад. И уж тем более десять. Тогда вообще все было беззаботно: любящие родители, куча кружков и интересов.

Я не только пела. Я танцевала, рисовала, вышивала. Последнее не любила, но мама упорно настаивала и хвасталась перед гостями моими картинами. А еще знанием языков. Я учила два, помимо родного, русского. И все давались мне легко.

Как давно это было. Словно в прошлой жизни.

Странно вспоминать какую злую шутку сыграла со мной судьба.

– Я в понедельник уезжаю, – сообщает Йонас и подходит ко мне, обнимает сзади, крепко прижимая к себе.

– Надолго?

– На неделю.

Резко оборачиваюсь и, глядя ему в глаза, спрашиваю:

– Далеко собрался?

– Анька выпросила у меня второй медовый месяц. Нашла горящие путёвки в Италию. Придется ехать, обещал, – улыбается он и тянется, чтобы поцеловать.

Ни капли вины и сожаление в его лице. И голос звучит до противного сладко.

– Стоп, а я? – отстраняюсь. – Ты забыл, что ты мне обещал? Я уже три недели в автошколе отучилась.

– Я уже выбрал тебе машинку. Скоро пригонят, – шепчет он мне на ухо.

– Да причем... у меня уже практика должна начаться, я время потеряю. А ты мне сам сказал, что инструкторам не доверяешь, – напоминаю я.

Йонас хмурится. А потом, словно издеваясь, предлагает:

– Давай я тебе просто куплю права.

– Спасибо, конечно, но мне нужно не просто их иметь, мне нужно уметь водить машину. Ты обещал... – капризно топаю ножкой и надуваю губки.

– Ладно, – вздыхает он, – придумаю что-нибудь. Найду кто с тобой позаниматься сможет, пока меня не будет.

– Спасибо, – улыбаюсь, целую его в щеку, а потом кладу ладонь Йонасу на грудь, – еще, я вот давно нигде не отдыхала. Тоже хочу куда-нибудь съездить...

– И здесь я тоже подумаю, – снисходительно говорит он. – Как вернусь из Италии, прикину по времени, когда мы с тобой и куда можем съездить.

– Мы? Может я одна?

Йонас резко убирает от себя мою руку. Сильно сжимает ладонь.

– Это мы уже обсуждали. И я тебе вроде ясно дал понять, что без меня ты никуда не поедешь.

Вот так. Он меня, ко всему прочему, еще и ревнует. Это раздражает ужасно. Полагаю, что и инструкторам из автошколы он по той же причине не доверяет. Боится, что я снова захочу от него уйти. Неужели не понимает, что я все еще хочу? Хочу свою жизнь. Не чужую.

И кажется, еще немного, и я апатично смирюсь. Видимо судьба такая. Раз других возможностей у меня нет.

Йонас отпускает мою руку. Поправляет рубашку, заправляя ее в брюки.

– Приходи завтра часам к одиннадцати. Решу вопрос с твоим инструктором, – бросает он и выходит из гримерки.

А я стою и думаю, что и вождение и обещанная Йонасом машина мне нахрен не нужны. Мне просто скучно. Вот я и пытаюсь научиться всему, чему могу. И из упрямства, как и всегда, сделаю это.

Возвращаюсь в зал. Окидываю его взглядом. Йонас сидит с семьей. А я иду к бару. Несколько минут общаюсь с Пашкой, отвлекая его от посетителей бара. Домой надо ехать. Но я как мазохистка продолжаю сидеть и поглядывать на семью Лейтовичей. Почти полчаса сижу. Ничего не пью, не ем. Просто не хочу.

– Ладно, я домой, – сообщаю я Пашке, он с явной завистью кивает, ему еще долго работать, и поднимаюсь с места.

Глава 7. Артем

Артем

Машина – зверь. Ей управляешь словно мыслями. Едва руля касаешься. Мне даже не привычно после древней, еще дедовской тачки. Та хоть и иномарка, но на механике. А тут все электроникой напичкано.

А какой салон – сплошь натуральная кожа. Мэровский сынка сзади храпит, а я все кошусь на него в зеркало заднего вида, переживая, что все лишнее, находящееся в его организме, опять попросился наружу.

Мы уже дважды останавливались. Леха выводил пацана на улицу, парня вовсю тошнило – он это и словами и звуками озвучивал. Но ничего не происходило. Пьяный в жопу молодой мудак воздухом надышавшись, заползал обратно в салон. Ложился и стенал. Нечленораздельно.

– Достал уже, – произнесите Леха тихо, – золотая молодёжь, вседозволенность. Хорошо еще, что не обдолбанный.

– А такое часто?

– Бывает, – кивает мой друг детства, уже заметно протрезвевший. Видимо чужое опьянение заставляет его приходить с себя. – Сворачий здесь. Третий дом, с красной крышей.

Слушаюсь Леху, и вскоре тачка подъезжает к нужному дому. Торможу, Леха из машины выходит и к воротам идет. Звонит. Калитка отворяется и к нам выходит высокий парень. Окно с пассажирской стороны открыто и я слышу обрывки их тихой беседы:

– Антошку доставили. Принимайте, – язвит Лёшка.

– Откуда дровишки? – так же язвительно отзывается тот, кто к нам вышел.

– Baltas, – произносит мой спутник название ресторана Йонаса.

– Ясно.

Парень достаёт телефон, звонит. И уже меньше чем через минуту к тачке подходят двое парней и вытаскивают из салона пьяного пассажира.

– Спасибо за транспортировку, – фыркает высокий парень. Мэровского отпрыска заносят на участок и калитка закрывается. Леха прыгает в тачку.

– Ну все, доставили, – говорит он и я завожу машину.

Кстати, Лёшка был прав – по дороге сюда нас не остановили. Хотя предпосылки на посте ГАИ были – гаишник уже почти взмахнул своей черно-белой палочкой, но передумал. Так же, без остановки, мы проезжаем обратно.

– Чудеса, – вырывается у меня, после того как мы миновали пост.

– Не чудеса, а большие деньги, – усмехается Леха, – будешь хорошо и правильно себя вести – тоже их поимеешь.

– Да я только за.

– Ну и молодец. И вообще, я рад, что ты теперь с нами. Тут шоколадно, Темыч. И бабло и девки классные, на любой вкус. Кстати, на счет них, Лизка, наша администраторша, походу глаз на тебя положила – все выспрашивала у меня про тебя... а я, блин, забыл у тебя уточнить, ты ж не женат?

– Нет, не женат. И не был.

– А чего так?

– Перед тем, как отправиться на службу после распределения я сделал предложение любимой девушке. Наташку Градову помнишь?

– Это рыжая такая, с тобой в одной школе училась? – уточняет Леха.

– Ага. Она мне отказала, быть офицерской женой не хотела.

Друг мой фыркает и выдает:

– Ну и дура... А знаешь где она сейчас? У Мамедова работает.

– У кого?

– Сутенер он, Темыч. Видел я твою Натаху среди тех, кого мы периодически в сауне заказываем.

Усмехаюсь, даже сперва не верю. Но Леха врать бы мне не стал. Эх, Наташка, Наташка.

– Ну а на севере твоем, чего, нормальных баб нет?

– Почему, есть. Я долгое время встречался с девушкой, но до свадьбы у нас дело не дошло, – говорю чистую правду. – Я четко решил вернуться, а она не захотела со мной.

– Бабы сучки, брат. Красивые особенно. Я сам обжегся. Я ж был женат, правда не долго. Изменила она мне, видите ли, я редко дома появлялся. Так что я больше в брак ни ногой. Ну нахер, – произносит Леха. – А вот Лизка наша нормальная деваха. В порочных связях не замечена, с официантки начинала и без постели по карьерной лестнице шла. Хозяин ее ценит и уважает. Я сам к ней клинья после развода подбивал, но я не в ее вкусе. А вот ты присмотрись.

– Присмотрюсь, – киваю и уже к развлекательному комплексу сворачиваю.

У крыльца ресторана притормаживаю, чтоб тачку на парковку поставить. То место, на которой машина стояла, пустует.

– Погоди, – вдруг говорит мне Леха и в открытое окно высовывается: – Бэлла Александрова, вы домой?

– Домой, – слышу женский голос и голову поворачиваю. Бэлла стоит у дверей, кутаясь в куртку. Вечер сегодня прохладный. А конец весны коварное время года.

– Подвезти? – предлагает Леха. И вместо ответа, девушка к автомобилю подходит и открывает заднюю дверь.

В тачку садится почти посередине, маленькую сумочку рядом с собой пристраивает и расслабленно на сидение откидывается.

– Северный бульвар, дом пять, – сообщает мне Леха и я, развернувшись на парковке, еду в нужную сторону.

Северный бульвар тоже недалеко от ресторана находится, даже ближе, чем мэровский сынок живет.

– Устала? – оборачивается Леха на Бэллу.

– Устала, – отзывается. А я смотрю на нее через зеркало. Веки у Бэллы прикрыты, губы плотно сжаты. А вот в ушах серьги-висюльки замечаю. Блестят и сияют как новые, золотые, зелеными камнями усыпаны. До этого на девушке другие серёжки были.

Йонас ей подарил. Вот как пить дать. И скорее всего в тот момент, когда за ней в подобные помещения пошел. Он ей, значит, подарок, а она его за него отблагодарила.

Не знаю почему, но я злость испытываю. Черт, наверно потому что отца своего сегодня вспоминал. И бабу его. Которая запрещала ему видеться со мной. Но при этом детей Машенька отцу не родила.

Пока едем, я периодически поглядываю на Бэллу все через то же зеркало заднего вида. Девушка так и сидит с закрытыми глазами. Наконец я сворачиваю на Северный бульвар и вскоре уже по придомой территории пятого дома еду.

– Первый подъезд, – подсказывает мне Леха.

Торможу, снова на Бэллу смотрю. Она резко глаза открывает и с моими встречается. Неожиданно улыбается и подмигивает.

– Спасибо, – произносит, берет свою сумочку и выходит.

Мы с Лехой ее до двери подъезда взглядами провожаем. А когда дверь за ней закрывается, завожу двигатель и везу Леху обратно к ресторану.

А после добираюсь домой, оставляя на парковке свою тачку. За нее с промилями в крови садиться я все же не решаюсь.

Глава 8. Бэлла

Бэлла

Захожу в квартиру, запираю дверь на все замки и бросаю ключи на тумбочку в прихожей. Со стоном наслаждения сбрасываю туфли. Иду в спальню. Там раздеваюсь, бросая платье на пол, и в одном белье сажусь перед зеркалом.

Смываю косметику. Смотрю на свое отражение.

Устала. Не то слово.

Нет, не физически даже. Эмоционально.

Хотя работу свою в ресторане я люблю.

Папа мне всегда говорил: заниматься надо любимым делом, ведь когда за него платят – это двойное удовольствие.

Это правда. На сцене я кайфую, отдаюсь полностью. И пусть эта сцена – сцена в ресторане. Главное – отдача публики. А ее я часто чувствую.

У меня есть высшее образование. По нему я маркетолог. Но по специальности ни дня не проработала. Говорю же – Йонас меня от себя не отпускает. Мне нравилось учиться, студенческая жизнь интересная. И лекции мне нравились, и предметы. Красный цвет диплома у меня не просто так – я усердно училась. Диплом мне не купили, хотя Йонас предлагал. Просто он привык решать вопросы деньгами. И мою студенческую жизнь он не любил. Хотя был не против того, чтобы я "корочку" получила. Сам мне предложил. А я такая счастливая была, искренне веря, что впереди меня будет ждать светлое будущее.

Не светлое. Превратившись в настоящее, оно стало грязным. Настолько, что я вряд ли отмоюсь.

Подумав про это, иду в ванную. На полке куча всяких флакончиков и баночек, с гелями для душа, с солью для ванн и прочими штучками. Но мне так лень сегодня, что я просто намыливаюсь мылом. Ополаскиваюсь и возвращаюсь в комнату. Не ложусь, а просто сажусь на кровать, уставившись в окно.

Эту квартиру мне подарил Йонас. Только вот я почти полгода думала, что он ее просто снимает. А потом сюрприз мне сделал, показав документы, по которым я числюсь хозяйкой.

А я не просила. Я тогда ни о чем его не просила. Мне было стыдно просить. Светлая и чистая, наивная душа молодой девчонки. Йонас признавался мне не раз, что это его и зацепило. Ну, после моей неземной, как он сам выражается, красоты. Но и ее, по словам Йонаса, он не сразу разглядел. Потому что первое время не смотрел на меня так – как мужчина на свою потенциальную женщину.

Часто думаю, что лучше бы и не посмотрел. Что лучше бы мы тогда случайно не встретились. А потом с сожалением ловлю себя на мысли, что не факт, что было бы лучше. Где я была сейчас без опекунства Йонаса– черт знает. Наверно уже бы сдохла.

Нервно задергиваю шторы рукой. Сбрасываю влажное полотенце с тела и голой ложусь в прохладную постель.

Усталость обволакивает, я засыпаю быстро. А во сне вижу родителей. К которым бегу совсем маленькой и босой по зелёной траве. Папа меня обнимает, а мама нежно целует. И я счастлива в этом сне.

Есть люди жаворонки, есть совы. А я какая-то неизвестная науке птица. Я легко просыпаюсь по утрам в нормальном настроении. Но и по вечерам могу быть активной. Просто у меня нет как такового чёткого графика. И это порой приводит к лени и формирует вредную привычку опаздывать.

Как и сегодня. Просыпаюсь бодрой. Готовлю завтрак и кофе. Расслабленно, читая новостную ленту в интернете, ем и пью. И не сразу понимаю, что уже давно пора было начать собираться. Я ж опоздаю.

Надеваю белье, джинсы, футболку. Ноги в кеды, на голове формирую высокий хвост, на глаза очки солнечные, как раз по погоде, платье на вечернее выступление упаковываю в чехол и, прихватив сумочку, выхожу из квартиры.

Решаю ехать на такси, его я заказываю, пока спускаюсь в лифте. Машина хоть и прибыла быстро, но часы сообщают мне, что я прибуду минут на десять позже, чем велел Йонас.

Таксист тормозит почти напротив двери ресторана. Высаживает меня и быстро, задним ходом, покидает территорию. Еще бы, его можно понять, после того, что он увидел.

На парковке, возле ряда дорогущих машин, стоит человек пять, все в черном, руки в карманах, на лицах полнейшее отсутствие каких-либо эмоций, а чуть в стороне – Йонас.