Константин Владимирович Утолин Хвосты распределения

Глава

ХВОСТЫ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ

[ВЫПИСКА ИЗ ЗАКРЫТОГО МЕТОДИЧЕСКОГО ЦИРКУЛЯРА НАКОИ. ТОМ IV: «ЭВОЛЮЦИЯ СИСТЕМНОГО НАДЗОРА». РАЗДЕЛ: «МОРФОГЕНЕТИЧЕСКИЕ АНОМАЛИИ». ЖЕНЕВА, ЦЕНТРАЛЬНЫЙ АППАРАТ]

«......Период с 2030 по 2085 годы вошел в хроники как Эра Накопления Субстрата. Экспоненциальный рост разнообразия синтетических молекул, генерируемых ИИ мегакорпораций, превратил экосистему планеты в неуправляемый биохимический реактор под открытым небом. Зоны промышленных стоков, захоронений и выбросов мегапромышленных районов Китая, Сибири, Африки и Латинской Америки превратились в среду рекомбинации. Для подавления Зеркальной Пандемии 2068 года Совбез ООН учредил Наднациональное агентство по контролю опасных исследований1[1]. После подавления Зеркальной Пандемии 2068 года и Цифрового Кризиса 2077 года НАКОИ удалось стабилизировать ситуацию через систему жестких квот безопасности. Но к концу XXI века Агентство столкнулось с системным кризисом прогнозирования. И в конце 21-го века разработанная одним из лучших аналитиков Агентства новая система контроля и прогнозирования зафиксировала нелинейное, прогрессирующее утолщение хвостов распределения вероятностей спонтанного биохимического синтеза аномальных соединений...»

ЭПИЗОД 1. Слепые зоны мониторинга

Стерильный озон тридцать седьмого сектора женевской штаб-квартиры Центрального Аппарата НАКОИ совершенно не помогал от головной боли. Ян Савицкий с силой потер виски. На дворе стоял конец двадцать первого века, наднациональные органы, казалось, контролировали каждый чих молекулярных биологов и жестко карали за любые кустарные манипуляции с геномом, но аналитики ведомства, несмотря на использование систем когнитивной компьютерной графики и неинвазивные интерфейсы «мозг-компьютер» с ИИ-агентами, всё так же глушили себя напитками с нейростимами и часами ломали глаза о бесконечные массивы данных.

За панорамным бронестеклом плавился под вечерним солнцем белый, «вылизанный» город. На его шпилях, мостах и крышах едва заметно поблескивали сложные решетчатые конструкции магистральных вышек связи 7G+ - невидимая, пронизывающая каждый кубический сантиметр воздуха нервная система нового технологического уклада.

Ян не оглянулся, когда за спиной раздалось характерное хриплое дыхание с усилением на выдохе, обеспечиваемым встроенной системой легочно-сердечной стимуляции. Этот звук он выучил наизусть за годы совместной работы.

- Опять ковыряешь азиатский сектор, Ян? - Борис Малахов подошел к терминалу, на ходу привычным движением убирая в карман портативный инъектор.

Пептидный стабилизатор подействовал почти мгновенно - дыхание начальника выровнялось, но лицо оставалось прежним - блеклым, землистого оттенка, с глубокими тенями возле глаз. Годы руководства Агентством окончательно высушили его, превратив в классического наднационального чиновника, чья жизнь и карьера измерялись исключительно процентами снижения глобальных биологических рисков по отчетам Совбеза.

- Посмотри на эти хвосты, Борис, - Ян выпрямился и ткнул пальцем в центральную голограмму, выводя трехмерную проекцию, усыпанную колеблющимися разноцветными точками. - Это статистика спонтанного рекомбинантного синтеза в открытых гидросистемах нижнего Янцзы. Край распределения Гаусса. Самый дальний участок. Что ты там видишь?

Малахов прищурился, слегка наклонив голову и вглядываясь в колыхающуюся кривую. Тонкий, почти прозрачный «хвост» вероятности, который согласно всем законам классической токсикологии и математического моделирования должен был плавно, предсказуемо и безвозвратно стремиться к абсолютному нулю, на самом дальнем участке утолщался, формируя плотную «каплю» всплеска.

- Обычный статистический шум, - отрезал Малахов, даже не дослушав пояснений. - Промзона Янцзы - это гигантский химический реактор под открытым небом, Ян. Ты сам прекрасно знаешь наши ежеквартальные сводки. Каждый год генеративные ИИ-системы мегакорпораций выбрасывают в легальный и полулегальный оборот до двух миллиардов новых органических соединений. Они одновременно, тоннами попадают в воду, почву, атмосферу. Там происходит непрерывный фотолиз под жестким солнцем, катализ на смытых наночастицах титана, железа и марганца, биотрансформация ферментами грибов и бактерий. Комбинации даже ста компонентов проверить практически невозможно, а там их сотни тысяч. Наш поисковый софт просто сбоит и выдает галлюцинации на окраинах выборки.

- Нет, Борис. Погрешность всегда хаотична, размазана и стремится к энтропии, - Ян упрямо качнул головой. Его угловатая, слишком худая фигура в строгом темном костюме резко выделилась на фоне светящегося экрана. - А здесь мы видим жесткую, повторяющуюся от квартала к кварталу структуру. Я три месяца потратил на то, чтобы переписать поисковые алгоритмы Агентства. Я заложил в них не только известные химические формулы и ферментативные карты микробиома. Я добавил туда сетку естественных геомагнитных микропульсаций и несущие частоты магистралей 7G+. И знаешь, к какому выводу пришел компьютер? Этот хвост резко утолщается именно там, где частоты электромагнитного фона от искусственных систем совпадают с определенными модуляциями естественного электромагнитного поля планеты. В этих зонах концентрации антропогенного мусора спонтанно собираются молекулы, которые не убивают организмы. Они их меняют.

Малахов замер. Его правая рука, уже тянувшаяся к панели управления терминалом, застыла в воздухе. Он медленно, всем корпусом повернулся к Яну, и в его закостенелом, привыкшем к бумажным угрозам взгляде впервые за много лет мелькнуло нечто, пугающе похожее на настоящий, живой страх. Сделав быстрый шаг к тяжелой гермодвери кабинета, Борис резко нажал сенсор принудительной блокировки. Комната мгновенно погрузилась в мягкую, абсолютную акустическую изоляцию глубокого контура безопасности.

- Давай без обтекаемых метафор и таинственности, Ян, - тихо, почти шепотом произнес Малахов, подходя к столу вплотную. - Что конкретно означает твое «меняют»? За этот век наше Агентство четыре раза ликвидировало подпольные лаборатории радикальных синдикатов. Мы перехватывали сложнейшие боевые токсины троичного характера действия. Когда сами по себе безвредные компоненты - обычные сельскохозяйственные удобрения, бытовая химия, просроченные лекарства - соединялись в стоках и образовывали смертельные вещества. Это требовало определенного ума, денег и злого умысла, но НАКОИ научилось с этим справляться. Ты нашел новую точку кустарного производства оружия? Кто-то готовит глобальный теракт?

- Если бы это было оружием, Борис, я бы уже молча подписал протокол экстренной ликвидации сектора и не тратил твое время, - Ян горько усмехнулся. Он свернул химический график и вывел на экран плотные массивы сложных биофизических данных. - Боевые токсины создаются, чтобы разрушать биологические системы. А эти спонтанные соединения... я прогнал их виртуальные модели через терафлопсовые симуляторы Агентства. Они работают как зеркальные триггеры. Попадая в организм человека, эти молекулы активируют скрытые, эволюционно «спящие» квантовые интерфейсы. Квантовые триптофановые сети и микротрубочки в цитоскелете нейронов. Кластеры Познера в молекулах фосфата кальция. Квантовые процессы во всех этих структурах создают в организме человека фактически распределенную квантовую вычислительную сеть. Но это еще не все - есть также квантовое туннелирование протонов между цепями ДНК и РНК, которое через эффект таутомерии позволяет реализовывать нечто типа квантовых «переключателей» информации. А всё это вместе взятое позволит клеткам организма более эффективно, а главное - под контролем разума! - «чувствовать» свое положение в пространстве состояний и точно вычислять «координаты» в этом пространстве «состояния здоровья». Причём делая это в реальном режиме времени, т.е. осуществляя практически мгновенный ответ на любые изменения внешней среды. И тем самым управляемо корректировать курс, «объезжая» препятствия на пути к выгодной финальной форме. Станет возможным усилием мысли изменять биоэлектрический код клеток, не трогая ДНК, позволяя телу трансформироваться в широчайшем диапазоне, изменяя когнитивную карту системы в пространстве потенциально возможных состояний.

В кабинете снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь усиленными выдохами Начальника Аналитического Управления Центрального Аппарата НАКОИ.

- Ты вообще понимаешь, что ты сейчас произнес? - Борис поднял голову, его взгляд стал жестким. - Наш мир, вся наша цивилизация держится на границах, иерархии и управляемом дефиците. На том, что люди уязвимы, смертны, ограничены своими врожденными способностями. Масонский тезис «свобода, равенство, братство» веками оставался пустой декларацией именно потому, что у людей не было биологического равенства. Но если эта технология управления организмом через морфологическое пространство возможных состояний станет массовой... Каждый человек станет равен любому другому по своим возможностям и способностям. Это не просто крах мировой экономики, Борис. Это крах самой концепции наднационального управления. Вся наша система контроля, всё наше Агентство превращается в бессмысленный рудимент. Кто-то целенаправленно и невероятно технично переписывает правила игры. И что самое странное - они делают это в лучшую, по сути, сторону. Обычно заговорщики прячут черные схемы, направленные на гадости и уничтожение. А тут скрывают процесс, призванный увеличить потенциал выживания вида. Зачем? Кто за этим стоит?

- Я не знаю, - Ян покачал головой, убирая накопитель данных. - Мой софт фиксирует только следствие. Но процесс координируется глобально. Частоты искусственных систем связи и естественное геомагнитное поле Земли работают в унисон, выступая в роли катализаторов. Кто-то превратил планету в единую лабораторию.

Малахов долго смотрел в окно, где на горизонте зажигались огни Женевы. Наконец он повернулся.

- Официально НАКОИ этого отчета не видело, Ян. Если Совет Безопасности пронюхает об этих «хвостах», они введут тотальный военный карантин и выжгут эти зоны орбитальными ударами из чистого страха перед потерей власти. Я даю тебе статус «Приоритет Ноль» и неограниченные полномочия. Проведи расследование. Найди тех, кто за этим стоит. Действуй скрытно, проверяй любые зацепки, но найди авторов этого сигнала. И помни: если ты ошибешься или допустишь утечку - нас вычеркнут из реестра живых быстрее, чем ты успеешь дойти до лифта.

Ян молча кивнул. И сразу же задал запрос на время, когда в зоне досягаемости штатного «прыгуна» Агентства будет ближайшая орбитальная транспортная платформа, которая последовательно пересечет Женеву, а затем Шанхай. Именно там его программа указала первого вероятного кандидата на организаторов начавшегося безобразия.

Через полчаса «прыгун» забросил его на борт орбитальной транспортной платформы, с которой еще через полчаса его забрал «прыгун» шанхайского филиала НАКОИ. И спустя чуть более двух часов Ян уже входил в кабинет директора филиала, чтобы предъявить ему свои полномочия.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

в некоторых русскоязычных критических публикациях НАКОИ иронично именуют "НАКОЙ" (типа, "НАКОЙ нам это учреждение?"), а в англоязычных аббревиатура от названия на английском "Supranational Agency for the oversight of hazardous research" - SAOHR часто подаётся с намёком на уход организации в оторванные от реальности "фэнтезийные" модели.