- Рейтинг Литрес:4.5
- Рейтинг Livelib:5
Полная версия:
Ким Терн Игра с Тьмой
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Книги становились для неё источником спасения, погружая в мир, где были другие люди, другие жизни, другие проблемы, не её собственные. Она перелистывала страницы, подолгу задерживаясь на строках, позволяя себе побыть кем-то иным.
Прочитав пару глав, она, как обычно, бережно вернула книгу на место и направилась к выходу. Продавец, словно зная её жизненную ситуацию, не стал пытаться предложить купить что-то.
Часы на телефоне показывали, что пора выдвигаться на работу. Диана особо не спешила, просто медленно шагала по улице в сторону спортивного клуба, чтобы забрать байк.
По пути она решила зайти в секонд-хенд, не особо ожидая найти что-то стоящее. На одной из полок, среди стопок старых вещей, она наткнулась на ярко-оранжевую куртку. Немного поношенную, но крепкую, с добротной тканью. Вещь могла бы послужить не хуже старой, хотя не казалась столь привлекательной. Главное, что она не была порвана.
Диана взяла куртку в руки, изучая её. Стоила поношенная вещь недёшево, но девушка понимала, что тут больше нет ничего иного, что могло бы заменить её. Отыскав в кармане последние деньги, она оплатила покупку, почувствовав лёгкую тяжесть в груди. За эту сумму она могла бы ещё пару раз поесть, но это не так важно – хотя бы теперь её не будет продувать холод. Она задумалась о том, как продержится до следующей зарплаты, надеясь, что удача ещё не отвернулась от неё.
После Диана добралась до кафе, где работала. Она ненавидела это место. Клиенты такого паршивого заведения вечно были придурками, начальство – ещё хуже, а зарплата – жалкие крохи. Но и тут у неё не было выбора.
Хоть эти деньги и были копейками, но, по крайней мере, честными. Она не собиралась жить как Томас: воровать ради пачки сигарет.
Рабочий день тянулся мучительно медленно. Грязная посуда не заканчивалась, а Диане уже очень хотелось покурить. В какой-то момент у неё наконец появился перерыв, и девушка, не раздумывая, распахнула заднюю дверь. В нос ударил густой, тяжёлый воздух, который отдавал неприятным запахом старой, затхлой ткани, пропитанной вонью мусора и чего-то гнилого.
Диана шагнула на улицу, и непрошеный холод проник в каждую клеточку её тела. Город дышал зловонием: серые улицы, заплесневелые дома, заброшенные дворы – всё это было частью одного гнилого организма.
Она отошла подальше от двери, желая вырваться из этого нелицеприятного пространства, и, оказавшись рядом с мусорными баками, опёрлась о холодную каменную стену. Девушка опустила взгляд, наблюдая за горой мусора, которая царила перед ней. Пакеты, бутылки, старые картонные коробки – всё это сливалось в одно бесформенное пятно, словно несущественная часть заброшенной жизни.
Диана бросила взгляд на эти грязные кучи, и в её голове мелькнула одна невыносимо чёткая мысль: «Я такой же отброс».
Как и этот мусор, она была забытым, отброшенным изгоем. Она всегда находилась на краю, всегда на грани. Её существование, несмотря на все усилия, казалось таким же беспорядочным и ненужным, как эти выброшенные вещи, которым нет места ни в этом мире, ни в чьей-то жизни.
Голову сдавливало в тиски от тяжёлых мыслей. Были моменты, когда она искала себе хоть какое-то оправдание. Но отчаянные попытки всегда ускользали, оставляя только одну правду – в этой жизни она была не более чем мусором.
Когда Диана на ощупь потянулась за сигаретами, из кармана на асфальт выпал её телефон. Под ногами раздался глухой стук.
– Чёрт… – пробормотала девушка.
Она наклонилась, чтобы поднять его, и снова выругалась вслух. Экран был в трещинах, а сам телефон не включался.
– Да твою ж… – она сердито ударила аппаратом о ладонь, но всё было бесполезно.
Злость вспыхнула мгновенно, как вспышка молнии. Этот телефон и так был старый, но хотя бы работал. Теперь же он окончательно сдох: экран погас, кнопки не реагировали, а в груди росло чувство беспомощности.
Не раздумывая, она шагнула к мусорному баку и швырнула его внутрь. Металл с глухим стуком упал на дно. Звонить всё равно было некому, разве что Томасу. Да и брат почти никогда не брал трубку.
Диана закурила. Сначала одну сигарету, потом вторую, глубоко затягиваясь дымом, словно пытаясь выдавить из себя раздражение вместе с каждым тяжёлым выдохом. Но внутри всё продолжало кипеть, как расплавленный металл: гнев, обида, усталость перемешались, и никакая сигарета не могла их остудить.
После полуночи Диана наконец вышла из кафе. Тело, уставшее от долгих часов работы на ногах, сопротивлялось движению, каждая мышца ныла, но девушка заставила себя не сбавлять шаг. Мотоцикл ждал хозяйку, как верный друг. Стоило завести двигатель, и он мощно рванул вперёд, подталкивая её к любимому чувству свободы.
Диана мчалась в ночь, не оглядываясь, сосредоточенная только на дороге и пустоте впереди, в которую сливалась городская тьма.
Приближаясь к складу, ей пришлось прищуриться. В этой местности всегда было темно и пусто. Единственный тусклый фонарь выхватывал из мрака лишь маленький клочок дороги, остальное растворялось в непроглядной тьме. Вокруг не было ни движения, ни звука. Только её дыхание, рёв мотора и холод, пробирающий до костей.
Припарковав байк у стены снаружи здания и зайдя внутрь, она обнаружила, что на складе никого из парней не было. Диана облегчённо вздохнула – сегодня ей не хотелось сталкиваться с пьяным бредом Томаса или слушать пустую болтовню Люка. Их присутствие всегда оставляло вокруг неё густой, липкий воздух, делая её ещё более уставшей.
Прошагав через тёмное помещение склада, она бросила взгляд на угол, где обычно оставалась её единственная личная территория – диван. Он был старый, ободранный и скрипучий, но всё равно давал хоть какое-то ощущение уюта среди холодного бетонного пустыря. Она забралась на него, вытянулась, с облегчением чувствуя, как усталость постепенно сползает с плеч и сходит с ног.
Вытаскивая из бумажного пакета немного еды, которую удалось унести с работы, она уже не думала о том, что будет завтра. В голове не крутились планы, не возникали идеи, что ещё можно было бы сделать. Был только этот момент: склад, диван, еда в руках, и тихое облегчение, которое приходило вместе с одиночеством.
Это был её первый приём пищи за весь день. Ничего особенного – просто бутерброды с дешёвым сыром и какой-то безвкусной колбасой, больше напоминающей бумагу. Но этого было достаточно, чтобы желудок перестал скручиваться в спазмах, и хотя бы на короткое время осталась возможность чувствовать себя нормально.
Она ела, не замечая времени, взгляд блуждал по пустым стенам склада, будто пытался разглядеть хоть что-то значимое в этом безжизненном пространстве.
После еды она аккуратно стряхнула с ладоней крошки и потянулась к тумбочке, где всегда лежала одна из книг. Лёгкая пыль на обложке, смятые страницы – всё это было знакомым, почти домашним.
Она открыла страницу, но буквы быстро поплыли перед глазами, словно книга больше не могла удержать её внимание. Руки незаметно ослабли, и том с тихим стуком выскользнул, упав на пол.
Резкий грохот неожиданно вырвал Диану из чуткого сна. Девушка распахнула глаза и начала осматриваться по сторонам, но мгновенно осознала, что в темноте ей ничего не видно.
Она не могла понять, который сейчас час. На складе не было часов, а телефон не пережил падения. Время здесь было чем-то эфемерным, и девушка всегда теряла счёт дням.
Она медленно повернула голову, прислушиваясь к звукам ночи, но всё вокруг словно застыло, и лишь отдалённый шум города где-то за стенами проникал в её слух.
Диана напряглась, когда вновь услышала какое-то шевеление. Оно исходило с того места, где обычно спали Томас и Люк.
В первую секунду ей пришла в голову мысль, что это Люк, в очередной раз разыскивающий своё сокровище: пакеты с травкой, которые он прятал по всему складу. Но, несмотря на усталость и раздражение, Диана решила удостовериться, что это не какой-нибудь бездомный, который влез, чтобы что-нибудь украсть, ведь на складе такие лица встречались нередко.
С каждым шагом приближаясь к источнику шума, ей казалось, что темнота вокруг становится гуще, а воздух – тяжелее. Внезапно, когда она была уже совсем близко к нужному месту, её взгляд застыл. Прищурив глаза, она смогла различить знакомые детали одежды.
Это был Томас. Его силуэт невооружённым взглядом был легко узнаваем. Всё та же старая, грязная коричневая куртка, засаленные джинсы и поношенные кроссовки – всё было на нём, как обычно. Ну и запах алкоголя, который давно стал его ежедневным «одеколоном».
Но что-то было не так. Что-то было явно не так.
– Ти, – слабо позвала она хриплым спросонья голосом.
Томас резко обернулся, и в этот момент Диана ощутила, как сердце замерло в груди. Она не успела сдержать вздох ужаса.
Даже в темноте было заметно, что лицо брата напряжено, но вот что по-настоящему привлекло её внимание – руки Томаса и его куртка спереди были в пятнах.
Диана рывком вырвала из рук парня телефон и направила фонарик на брата.
Это была не грязь. Кровь. Красная, свежая, яркая.
В ту секунду ей стало ясно, что случилось что-то страшное. Мгновенная паника накрыла её, и девушка не могла сдвинуться с места.
– Боже, Ти…
Глава 3
– Боже, Ти, – Диана сделала шаг вперёд, подходя ближе к брату, чтобы рассмотреть его. В голосе сквозила паника, но она пыталась скрыть её. – Что случилось? Тебя ранили?
Томас, лицо которого исказилось от страха, едва справлялся с дрожью в руках. Он принялся судорожно швырять вещи в рваный рюкзак, его движения были резкими, дёргаными, как у загнанного зверя, готового сорваться в бегство. Глаза метались по углам, словно искали выход, которого не было.
– Ди, мне надо скрыться, – произнёс он, не глядя на неё, только спешно запихивая вещи в сумку.
– Что значит скрыться? – Диана сжала кулаки, глаза вспыхнули гневом, хотя в душе всё трещало от тревоги. – Во что ты опять, мать твою, ввязался?!
Он поднял на неё стеклянный взгляд. В нём было что-то, что заставило её замереть. Серые глаза парня казались пустыми, почти как у человека, который потерял связь с реальностью.
– Ди, – произнёс он с дрожью в голосе, – я убил человека.
– Что?! – Её дыхание перехватило, и она, как в бреду, села на корточки.
В голове всё словно оборвалось, и она зажала голову руками, как будто хотела убедить себя, что это всего лишь ужасный, кошмарный сон. Но реальность не оставляла ей выбора. Это было настоящим. И её брат был в центре этого ужаса.
Она не заметила, сколько времени провела в таком положении, пока не услышала шаги. Резко открыв глаза, Диана увидела, как Томас направляется к выходу со склада.
– Ти, подожди! Куда ты собрался? Ты хоть объяснишь, что произошло?!
Томас остановился, но оборачиваться не стал. Он стоял так несколько секунд, тяжело вздохнул и, наконец, начал говорить.
– Люк шепнул про сегодняшние гонки. Я подумал: вот он, шанс поднять немного бабла. Мы неслись по городу, как чокнутые, но на одном повороте меня повело. Тачку занесло – и я со всей дури влетел в другую машину. Она сразу вспыхнула, пару раз кувыркнулась и врезалась в бетонную стену. – Диана заметила, как плечи брата напряглись. – Я выскочил из своей тачки, подлетел к горящей. Водитель валялся на тротуаре. Я его за плечо тряхнул, думал хоть застонет… но сразу понял – всё. Готов. Труп.
Он сглотнул и быстро провёл ладонью по лицу.
– И знаешь, что самое хреновое? Когда я посмотрел на него… то узнал. Это один из сыновей Хардинга.
– Что ещё за Хардинг? – Диана пыталась уловить хоть какие-то зацепки, которые могли бы дать ей надежду на спасение.
– Ди, очнись! Хардинг старший – один из самых мощных авторитетов в Детройте. Он крышует несколько нелегальных казино в городе. Ты понимаешь, что это значит? Если я не сбегу – он найдет меня и убьет.
– А как же я, Ти?
Томас обернулся и посмотрел на сестру.
– Ты уже взрослая, справишься.
– Нет, не смей меня оставлять! У меня кроме тебя никого нет! Мы что-нибудь придумаем!
– Блять, Ди, прекрати быть наивной дурой! Я завалил сына Хардинга. Мне хана.
– Тогда я поеду с тобой, – решительно сказала Диана.
– Нет. Я пока не знаю, что делать, куда сбегать, да и нас обоих не прокормлю. Вернусь за тобой, когда найду выход. А пока оставайся здесь.
Диана не могла поверить, что Томас реально собирается её оставить. Слёзы подступили к глазам, но девушка быстро зажмурилась, взяв себя в руки. В жизни и так происходило слишком много моментов, когда нужно было быть сильной, и сейчас был не тот случай, чтобы сдаваться.
Когда она наконец открыла глаза, всё, что увидела, – это только как медленно закрывается за Томасом дверь.
Брат ушёл. И чувство уверенности покинуло девушку вместе с ним.
Она долго лежала на диване, бессмысленно уставившись в темноту, но так и не смогла уснуть. Время тянулось мучительно медленно. За несколько часов она успела выкурить почти всю пачку сигарет, и теперь их осталось только две. А курить снова хотелось. Но денег на новые тоже не было.
Весь этот круг замкнулся, и Диана поймала себя на мысли, что её жизнь – это один бесконечный тупик.
Решив, что сидеть и жалеть себя – не лучший выход, она схватила ключи от мотоцикла. Не думая ни о чём, девушка вскочила на него и понеслась по ночному городу.
В такие моменты ощущение полёта было единственным утешением, хоть и временным. Но как только она остановилась у клуба, мысли вернулись и тяжёлым грузом осели на её хрупких плечах.
Скользнув взглядом по знакомому входу, она сделала глубокий вдох и пошла внутрь. Музыка тут же ударила в уши, создавая иллюзию, что можно хотя бы немного забыться, раствориться в этом мире шумных голосов и бесконечного движения. Она направилась к бару, решив, что здесь она хотя бы на время не будет чувствовать себя такой одинокой.
– Привет, Ник. Мне чего-то покрепче и пачку сигарет. Но предупреждаю сразу – бабок нет, натурой не расплачиваюсь, – Диана взглянула на бармена с саркастической усмешкой.
Ник улыбнулся её шутке, смахнув бутылку с полки. Налил ей двойной виски и положил перед ней пачку сигарет.
– Ты просто чудо, милый Ники! – с фальшивой улыбкой выдала Диана, поднимая стакан, и залпом опрокинула в себя обжигающую жидкость.
Ник удивлённо приподнял брови, наблюдая за её действиями.
– Ого, тяжёлый день, что ли?
– У меня каждый день тяжёлый. Трудно уже понять, какой из них более дерьмовый, чем другие. – Диана вытянула сигарету из пачки и закурила. – Шрам сегодня здесь?
– Ага, на своём месте.
Диана встала, даже не поблагодарив парня за бесплатную выпивку и сигареты, и направилась в дальний угол клуба. Это был её угол, её укрытие, в котором она могла немного сбежать от всего этого дерьма. У этого места была та самая чертовски уютная атмосфера, которая притягивала её каждый раз.
Шрам мог бы быть из тех, которых легко не заметить из-за маленького роста и худощавого телосложения. Если бы не его лицо. Оно было искорёжено так, словно его когда-то пытались стереть с этого света, но не смогли. Глубокие борозды ожогов тянулись от висков к подбородку, делая кожу бугристой и местами слишком натянутой. Сквозь неё проступала яркая сетка красных сосудов, расползавшаяся, как трещины на асфальте.
Один глаз немного провис, другой будто прожигал насквозь тяжёлым взглядом. Он не был ни старым, ни молодым – что-то около сорока пяти, с жёсткими чертами и руками, чьи суставы казались разболтанными, как у старой куклы. В его облике не было ничего угрожающего, но стоило задержать взгляд на секунду дольше, и появлялось смутное чувство тревоги, словно этот человек знает что-то, чего не должен знать никто.
– Привет, Шрам. Мне нужна новая татуировка. Денег нет, – без замедлений проговорила Диана, не церемонясь.
Шрам чуть прищурил глаза, оценивая её. Потом усмехнулся:
– Черноволосая, у тебя и так весь кожаный альбом покрыт. Осталось только на лице что-то выколоть.
Диана хмыкнула, покачав головой.
– Вообще-то, есть ещё одно место, где пока чисто, – с улыбкой заметила она. – Но тебе туда доступа нет. Невежливо сразу лезть девушке в трусы, как же ухаживания?
На удивление, Шрам рассмеялся – не зло, не с насмешкой, а искренне, словно на мгновение забыл, кто он и в каком мире живёт. Диана невольно замерла, сбитая с толку. В её жизни смех чаще звучал как издёвка или предвещал что-то неприятное, но этот был другим: почти тёплым, если бы такое слово вообще можно было к нему применить.
– Ну что, набьёшь бесплатно по старой дружбе? – она не отводила от мужчины взгляд, ожидая ответа.
Шрам откинулся на спинку стула и пожал плечами, словно давно уже привык к её просьбам.
– Чего набивать и где?
Диана сбросила с себя кожаную куртку, затем чёрную кофту, а после, без стеснения, сняла лифчик, повесив его аккуратно на спинку стула. Села напротив Шрама, не скрываясь от мужского взгляда на свою оголённую грудь, и поджала ноги, готовясь к следующему шагу.
– Вот здесь, – она указала на место над левым соском, его кожа была почти чистой и нетронутой. – Набей слово «одна».
Шрам прищурил глаза, рассматривая её тело, а затем кинул взгляд на старую татуировку, набитую чуть выше на груди.
– Тут у тебя уже «Ти и Ди». Странно будет сразу под этим набивать «одна».
Диана вздохнула, взяв паузу, а потом сжала губы.
– Тут больше нет Ти и Ди. Здесь только я одна, – сказала она твёрдо и решительно.
Шрам молча кивнул, понимающе глядя на неё.
Татуировки были для девушки не просто искусством. Это были истории, которые она носила на себе, как напоминания. И как щит, скрывающий её травмы от окружающих.
Когда Шрам закончил с татуировкой, Диана не стала дожидаться, когда мужчина нанесёт мазь и приложит бинт. Она сразу натянула свою одежду и выскочила из клуба, оставив позади этот тихий уголок в прогнившем мире.
На улице её встретил холодный воздух. Улицы были уже полупустыми, а те, кто ещё брёл по тротуарам, явно не спешили на работу, а скорее пытались дотянуть до своих домов после ночных гулянок.
Диана шла к мотоциклу, когда взгляд случайно зацепил пару, которая бесстыдно трахалась прямо в салоне припаркованного автомобиля. Может, надеялись, что их не заметят под покровом ночи. А может, им просто было плевать.
Она не смогла удержаться и подошла поближе. Пара вскользь глянула на неё из окна, а Диана, с ухмылкой на лице, подняла оба средних пальца и выкрикнула:
– Надеюсь, вы там хоть предохраняетесь, нечего плодить таких же отбросов, как мы с вами!
Пара застыла, переглядываясь с ошарашенными лицами, но Диана уже не обращала на них внимания. Повертела головой, выпустив из груди последний, не менее саркастичный вздох, и пошла дальше.
Вернувшись на склад, Диана заметила Люка, растянувшегося на её диване и затягивающегося травой, как будто это его личный уголок для релаксации. Парень сидел в свете тусклого фонарика на батарейках. При таком освещении, клубы дыма делали его вид до смешного загадочным.
– Нас обокрали, – проговорил он с безразличным выражением лица.
– В смысле? – Диана крутанула головой, осматриваясь и не понимая, что вообще можно было спереть с этой свалки.
– Вещи Ти пропали.
– Хах, ну и хрен с ними, – усмехнулась она. – Ти сам уехал, так что никаких переживаний. Он, скорее всего, уже не вернётся.
Люк уставился на девушку, как будто что-то пытался понять. Он чуть наклонился вперёд, щуря глаза.
– Значит, и тебе пора валить, – сказал он, и в его голосе прозвучал какой-то ультиматум.
– А это что ещё за хрень? – Диана закипела. – Я, между прочим, каждый месяц плачу за аренду этого твоего вонючего дивана!
– Да, а Ти платил аренду едой. Теперь Ти нет – нет и еды. А знаешь ли, сексом сыт не будешь, особенно с тобой.
Люк поджёг ещё одну самокрутку с травкой и, не отрывая взгляда, продолжил:
– Так что выбирай – либо ты как-то меня кормишь, либо вали отсюда.
Диана стояла, глядя на него пустым, отрешённым взглядом, словно вообще не слышала. Внутри – сплошной вакуум. Всё это больше не имело значения. Её эмоции сдохли где-то на обочине ещё в тот момент, когда она впервые оказалась в этом месте. Теперь ей было по-настоящему всё равно.
Не говоря ни слова, она развернулась, молча подошла к мотоциклу, натянула шлем и, сама не зная, куда направляется, просто выкрутила газ. Колёса взвизгнули, оставляя за собой лишь облако пыли, склад и всё, что с ним связано.
Глава 4
Диана сама не поняла, как оказалась возле боксёрского зала. Просто в какой-то момент перестала думать и поехала. Сунув руку в карман, нащупала холодный металл ключа и сжала его в кулаке так крепко, будто это единственное, что ещё держало её на плаву. Щелчок замка прозвучал глухо и отчётливо. Почти как напоминание, что это место всё ещё её принимает.
Зайдя внутрь, она сразу направилась в душ, чтобы смыть с себя остатки долгой бессонной ночи: тяжёлую голову, липкую усталость, мысли, которые не давали покоя. Вода била по плечам, стекала по спине, и на несколько минут стало легче. Тепло собирало её обратно, возвращало дыхание. Но ненадолго.
Переодевшись в чёрные лосины и майку, она вышла в зал и замерла. Пространство было пустым, тихим, чужим и в то же время единственным своим. Сил заниматься не осталось ни в мышцах, ни внутри.
Диана вытащила из угла старый мат, отнесла его к стене и, разложив, опустилась на него. Мат был потёртый, жёсткий, с запахом пыли и резины. Каждое движение давалось с трудом, словно тело уже приняло решение за неё.
До открытия клуба оставалось всего пара часов. Она не хотела спать. Она просто выключилась.
Чей-то толчок в плечо вырвал Диану из сна.
– Вставай, тут тебе не притон! – услышала она знакомый, слегка раздражённый голос Родриго.
Диана открыла глаза, пытаясь понять, где вообще находится. Всё ещё полусонная, пробубнила: – О боже, я что, сдохла и попала в рай? Никогда не думала, что однажды открою глаза, и увижу перед собой такого красавчика. – Девушка сонно потёрла глаза.
– Засунь свои шуточки в одно место и вставай! Сейчас народ начнёт подтягиваться! Ты вообще, что здесь делаешь? – Родриго явно был в поисках повода, чтобы избавиться от гостьи.
С трудом сев, она потрогала лицо руками, пытаясь вернуть хоть каплю жизни в затекшее тело, и посмотрела на Родриго так, будто это он был причиной всех её бед.
– Мне негде жить. Можно я буду ночевать тут? Обещаю, каждое утро буду уходить, чтобы не светиться перед твоими клиентами, – выдала она с таким взглядом, что тренер едва не оскалился.
Губы мужчины скривились, не скрывая недовольства. Прищурившись, как настоящий детектив, он начал изучать девушку, явно задаваясь вопросом, что же с ней не так. В итоге сдался, как всегда, и сказал:
– Ладно. Но с тебя – уборка зала каждый вечер! Даже после смены в кафе, будешь оттирать тут всё, чтобы утром было чисто, как в операционной! И если я узнаю, что ты пьёшь, куришь или употребляешь что-то более серьёзное в моём зале – сразу вылетишь на улицу!
