Чтобы кормить семью, поэт устроился завхозом в столовую. Тогда это не было исключением. Тогда это было бытом. Все продолжали жить, делая вид, что ничего особенного не произошло. Только мы с В.Горбенко продолжали переводить стихи Ким Цын Сона, изредка печатая их в журналах «Дальний восток» (Хабаровск), «Байкал» (Улан-Удэ), «Сибирские огни» (Новосибирск) – подальше от Сахалина. Однажды стихи Ким Цын Сона напечатал даже софроновский «Огонек». А сам Ким Цын Сон продолжал работать завхозом. Время от времени мы встречались в его небогатом, но радушном доме. «Хозяин пришел!»
Таинственная корейская кухня. Таинственные настойки. И всегда стихи. Но читая свои печальные строфы, Ким Цын Сон только делал вид, что у него есть будущее.
Он так и умер завхозом столовой.
Но поэт может умереть завхозом провинциальной столовой, в памяти читателей он останется все равно поэтом.



Полная версия:

Ким Цын Сон Ким Цын Сон. Пылающие листья