Кейт Ринка Такая сумасшедшая любовь

И словно по волшебству объект ее мыслей тут же материализовался в дверном проеме.

– Доброе утро, красавица, – бросил он ей, заходя в комнату.

– Пффф, я тебя умоляю, утро добрым не бывает, особенно в твоем присутствии, – огрызнулась она, слыша в ответ его хриплый, возбуждающий смех.

Макс проходил мимо, и уже почти прошел, как неожиданно сделал шаг назад и встал за ее спиной. Кира напряглась и крепко про себя выругалась.

– М-м-м, какой вкусный запах, – раздался его шепот над ее ухом, пока он носом водил по ее плечу. – Так и хочется тебя облизать. Что за духи?

– Не твое дело, – буркнула она на выдохе, когда саму всю встряхнуло от его такой близости и одного мнимого ощущения – его мокрого и горячего языка на ее коже…

Макс снова рассмеялся, отходя в сторону. И Кира выдохнула, забирая свое готовое эспрессо.

– Ты что, не выспалась?

«Я его сейчас придушу», – подумала Кира, из последних сил пытаясь держать себя в руках.

– Макс, тебе больше нечем заняться, как доводить меня? – спросила Кира, поворачиваясь к нему лицом и поднося чашку к губам.

– Почему же, есть чем. Просто доводить тебя мне нравится больше всего. Злость делает тебя еще более сексапильной, чем ты есть.

От этих слов Кира поперхнулась, обжигая губу горячим напитком. А Макс продолжил:

– Извини. Могу я попросить тебя сделать кофе и мне? Обещаю, после хорошей чашки свежего кофе буду вести себя лучше, – с ухмылкой ответил он, расстегивая свою куртку.

«Кажется, он и спит на мотоцикле», – подумала Кира, отмечая, что он приехал сюда на «Фаере». И так ему шла прекрасно подобранная по его габаритам и размерам экипировка, что Кира каждый раз одергивала себя, чтобы не смотреть на него дольше необходимого… особенно на кожаные штаны, которые очень здорово сидели на его мужской заднице и слегка бугрились в паху… очень по-мужски.

– Обойдешься, – ответила ему Кира, отказываясь делать для него кофе и опуская глаза в свою чашку. – Обслуживай себя сам.

– Если я сделаю кофе себе сам, оно не будет таким вкусным, как от тебя.

Начиная злиться, Кира встала в стойку, положив свободную руку на талию.

– Слушай, Максим, мы, кажется, договорились, что ты не будешь ко мне лезть.

– А я лезу?

– Да.

– Но я тебя даже не трогал, – усмехнулся он, подходя ближе. – А ты уже «на дыбы» встала, как мартовская кошка.

Кира опешила.

«Это с кем это он меня сравнил?!»

– Ошибаешься, – ответила она, подходя к нему на шаг ближе и окончательно сокращая расстояние. – И мне незачем вести себя как мартовская кошка, потому что у нас с Темой сегодня ночью был великолепный секс. – Соврала без всякого зазрения совести. – Или почему я еще, по-твоему, могла не выспаться?

Макс изменился в лице и перестал улыбаться. Как и думала, она задела его, указав, что кому-то позволено то, чего не позволено ему, а именно – доступ к ее телу. Макс добивался ее полтора года назад, продолжает и сейчас. Но своему сопернику он уже проиграл по всем параметрам… или почти по всем.

– Ты только что подписала себе сексуальный приговор, – серьезно сказал он, подавшись вперед и как-то угрожающе нависнув над ней.

Кира фыркнула, делая шаг назад. И хотелось бы сделать еще несколько… нет, сотню шагов подальше от Максима, да только уже было некуда, потому что она уперлась попой в край стола.

– Мне что, нужно испугаться?

Снова подойдя к ней вплотную, Макс наклонился к ее губам, только касаться их не стал. Кира запаниковала, плохо перенося такую томительную близость. Она затаила дыхание, ощущая онемение в напряженных мышцах, кажется, всего тела. И тут же в ней проснулась злость, обида и презрение к самой себе, что она не в состоянии реагировать по-другому. К тому же, в любую минуту сюда мог кто-нибудь зайти, включая и самого Артема. А она тут… Но черт, как же еще можно было реагировать на этого искусителя, который ответил на ее вопрос, обдавая губы жарким дыханием.

– Нет, тебе стоит предвкушать.

– Макс, мы же договорились, – со злостью процедила Кира. – Или ты не отвечаешь за свои слова?

– Знаешь, очень сложно становится отвечать за свои слова, когда тебя так жестко провоцируют. Так что, скажи спасибо, что ты еще не стонешь подо мной на полу. – Он медленно поднял руки, разводя в стороны и показывая раскрытые ладони. – Но я обещал. Только тебя это не спасет, и жаль, что ты этого не понимаешь. Ты можешь договариваться со мной о чем угодно, но твое влечение ко мне от этого меньше не станет.

К ее злости добавилось смущение и стыд, рождая вслед за собой возмущение. У Киры даже щеки запылали от такого дерзкого разоблачения. И так близко находясь рядом с Максом, вдыхая дурманящий запах его кожи, которая пахла пеной после бритья, и дыша ему в губы, ей захотелось дать этому наглецу пощечину.

Это же противозаконно – быть таким притягательным!

И, кроме того, пользуясь нечестным приемом, Макс еще к тому же облизнулся, хитро переводя взгляд с ее глаз на губы и обратно. У Киры внутри все затрепетало и в который раз за последние дни низ живота скрутило узлом, особенно, когда Макс тихо произнес хриплым голосом:

– Только попроси…

И единственное, что смогла выдохнуть Кира, было:

– Отойди от меня.

Макс улыбнулся, но улыбка вышла несколько поникшей.

– Вообще-то, я не это хотел бы услышать. Но я подожду. – Обхватив пальцами ее чашку, он потянул к себе, заставляя отпустить.

И отходя назад, он поднес чашку к губам, отпивая глоток (ее!) кофе, причем с того края, которого только что касались ее губы, да еще набираясь наглости ей отсалютовать и сказать: – Спасибо, прекрасный кофе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.