Кэти М. Ди Капитан моего кошмара

— Фух. Чуть с голоду не помер.

— Теперь я умру, — я картинно схватилась за сердце. — Раз всё съел, иди и мой за собой.

— У нас вообще-то прислуга есть, — Данил нагло ухмыльнулся, глядя на меня сверху вниз.

— Конечно, есть, — я рассмеялась, направляясь к лестнице. — И сегодня эта прислуга — ты!

Данил хохотнул, но, когда я уже была на середине лестницы, крикнул мне вслед:

— Слышь! А сколько у тебя ещё таких ржачных пижам? И этих... ушей?

Я замерла на ступеньке и оглядела себя: мешковатые мишки, кошачьи уши на макушке, босые ноги. Настоящая икона стиля.

— А что не так? — я обернулась, выгнув бровь.

— Выглядишь как ребёнок, — поддразнил он, хотя в его взгляде мелькнуло что-то совсем не «детское».

— Ой, а ты — как дубина стоеросовая, — не осталась я в долгу и скорчила самую нелепую гримасу, на которую была способна.

Данил громко расхохотался и в два прыжка нагнал меня на лестнице.

— Ладно, признаю: пижама — огонь. Где такую урвала?

— Там таких больше не выдают, — отрезала я.

— Подаришь мне одну? — он шутливо, почти невесомо дернул меня за мягкое кошачье ухо на повязке.

— Ещё чего! У меня всё под опись и печать, — парировала я, пытаясь сохранить серьезность.

Он заржал, а я демонстративно сморщила нос:

— Фу, Данил! От тебя несет за версту потом и стадионом. Иди в душ!

Но он, вместо того чтобы отойти, вдруг прижался теснее, обдавая меня жаром своего тела, и снова потянул за «ухо» — на этот раз чуть сильнее, заставляя меня поднять на него взгляд.

В этот момент входная дверь с тихим щелчком открылась — на пороге появилась мама. Мы замерли в самой нелепой позе, которую только можно представить: я с поднятыми руками, пытающаяся спасти повязку, и Данил, чья ладонь зависла в паре сантиметров от моей головы.

Он резко разжал пальцы, и освобожденная резинка с сочным звуком шлепнула меня прямо по лбу.

— Ай! Ты совсем, что ли? — я прижала ладонь к пострадавшему месту, едва не искрясь от возмущения.

Данил мгновенно отшатнулся, лихорадочно поправляя футболку и пытаясь вернуть себе маску «ледяного принца».

— Здравствуйте, Мари, — выдавил он, старательно избегая смотреть мне в глаза.

— Добрый день, Данил, — мама улыбнулась, но её взгляд, острый и внимательный, мгновенно просканировал пространство между нами. — Как матч? Прошел удачно?

— Спасибо, всё отлично. Мы победили, — отчеканил он, будто сдавал рапорт.

— Поздравляю, — мама перевела взгляд на меня, и в её глазах заплясали подозрительные искорки. — А ты, Лика? Ты что, уже в кровать собралась?

Она смотрела так, как умеют только мамы: вроде бы просто задает вопрос, а на самом деле уже пишет в голове сценарий нашей будущей свадьбы.

— Вообще-то да, — буркнула я, поправляя кошачьи уши. — Планировала отдохнуть.

— Спать? Сейчас? — Данил уставился на меня так, будто я предложила ему съесть лимон. — Время обеда вообще-то!

— И что? — я вызывающе скрестила руки на груди. — Обеденный сон — залог красоты и здоровья, если ты не знал.

Мама иронично приподняла бровь:

— Обеденный сон? Лика, у тебя точно всё в порядке?

Я почувствовала, как предательский румянец заливает щеки.

— Да, всё нормально! Просто… день был тяжелый. Школа, трибуны… устала.

— Ну-ну, — протянула мама с такой коварной полуулыбкой, что мне захотелось провалиться сквозь землю. Она явно почувствовала, что воздух в коридоре всё ещё буквально наэлектризован.

— Ладно, я… это… пойду в душ, — Данил первым дезертировал с поля боя, подхватывая сумку. — Нужно к завтрашней тренировке готовиться.

— Да и мне пора, — отозвалась я, пятясь к своей комнате.

Мама ничего не сказала. Она просто подмигнула мне, и в этом жесте было гораздо больше смысла, чем во всех словах Данила за сегодняшний день.

— Мам! — шикнула я, едва Данил скрылся за поворотом лестницы.

— А что? — прошептала она в ответ, подходит ближе и едва сдерживая смех. — Лика, что это на тебе? Ты же как ребенок в этих мишках. Неужели этимты планируешь цеплять мальчиков?

— Никого я не цепляю! — вспыхнула я. — Всё, я спать!

Я пулей долетела до комнаты, захлопнула дверь и рухнула на кровать. Из-за стены тут же донеслись знакомые три стука, но я демонстративно промолчала. Тогда телефон в кармане завибрировал.

📩 «Надеюсь, ты там не померла? Будет жалко выбрасывать твои уши вместе с тобой», — прилетело от Данила.

📩 «Признай, что ты просто мечтаешь забрать их себе», — набрала я в ответ.

📩 «Признаю. Забрал бы те, что с лягушками».

📩 «Обойдешься, липучка».

Следующий день в школе превратился в испытание. Олег ходил за мной по пятам, без умолку болтая о футболе. Он объяснял правила, травил истории о своих первых тренировках и грузил какой-то нудной чепухой. Я почти не слушала, уткнувшись в телефон и переписываясь с Дашкой.

Мыслями я была далеко: Павел сделал мне потрясающий подарок — организовал игру для моей команды, и я буквально отсчитывала дни до этого события.

После уроков Олег снова начал тарахтеть, как заведенный. Это уже начинало откровенно бесить.

— Куда мы сегодня идем? — перебила я его на полуслове.

— Думал, может, в парк? — предложил он.

Я коротко кивнула. Хорошо, парк так парк.

В этот момент сзади вырос Данил. Он по-хозяйски накинул руку на плечо Олега, слегка отодвигая его от меня.

— И куда это вы намылились? — в его голосе прозвучала опасная вежливость.

— А тебе-то что? — огрызнулся Олег, пытаясь вырваться из захвата.

— Как это что? Я должен отчитываться перед отцом. Вдруг он потеряет дочку своей невесты? Мне потом по шапке получать.

— Я её заберу и сам привезу обратно, — буркнул Олег.

— На чем? — Данил насмешливо оглядел его. — У тебя же даже тачки нет.

— У отца машину возьму, не проблема, — огрызнулся Олег. — Ты чего вообще к нам приклеился? Иди к Лизе своей, она вон уже весь маникюр сгрызла от ревности.

Он кивнул в сторону школьных дверей, где замерла Лиза, сверля нас яростным взглядом.

— Да мне плевать, пусть хоть руки по локоть съест, — бросил Данил и, не оборачиваясь, зашагал к своему внедорожнику.

Лиза тут же сорвалась с места и, комично ковыляя на высоких каблуках по гравию, успела запрыгнуть на переднее сиденье.

— Ладно, до вечера, — я махнула рукой Олегу и побрела в сторону автобусной остановки.

Но Данил резко вырулил со стоянки и перегородил мне путь.

— Садись.

— Я на автобусе доеду, — отрезала я, прибавляя шагу.

— Лика, садись в машину! — прорычал он так, что прохожие обернулись.

Он вышел, бесцеремонно выпихнул Лизу с переднего сиденья на заднее и буквально заставил меня занять её место.

— С какой стати я должна сидеть сзади? — возмутилась Лиза, когда я захлопнула дверь.

— Тебе всё равно сейчас выходить, — бросил Данил, заводя мотор.

— Я думала, ты подбросишь меня до дома!

— Я тебе что, такси? — его голос был холодным, как лед.

— Данил! Но ты же всегда довозил! — Она вытянула голову между сиденьями, придвигаясь так близко, что я невольно вжалась в окно. — Тебе не кажется, что ты ведешь себя странно?

— Разве? — он мельком взглянул в зеркало заднего вида. — Давай, выходи. Нам в другую сторону. Вон Макс идет, пусть он тебя везет.

Лиза, поняв, что Данил не шутит, покраснела от унижения и вылетела из машины, со всей силы хлопнув дверью.

— М-да… в отношениях ты полный ноль, — проговорила я, провожая взглядом её удаляющуюся фигуру.

— С чего такие выводы? — Данил резко крутанул руль, выезжая с парковки.

— Ну как же. Вышвырнул свою девушку и отправил к другому. Благородно, ничего не скажешь.

— Вообще-то мы с ней не встречаемся, — сухо ответил он. — И никогда не встречались.

Я недоуменно уставилась на его профиль.

— То, что она вечно на мне виснет — её проблемы. Ей хоть говори, хоть нет — всё равно скачет рядом.

— Бедный-несчастный, — наигранно вздохнула я, хотя внутри почему-то стало капельку легче.

К семи часам я была готова: легкое платье, жакет на сгибе локтя и маленькая сумочка. Последний взгляд в зеркало, кивок — вполне сносно. Я вышла из комнаты и, специально звонко цокая каблуками, прошла мимо двери Данила.

Он вышел в коридор в обычных трениках и футболке, окинув меня тяжелым взглядом с головы до ног.

— Ты что, листала журнал и нечаянно упала на одну из моделей? — съязвил он.

— А ты — на газету с объявлениями о поиске бродяг? — не осталась я в девке.

— Не слишком ли вырядилась?

— Свидание же, как-никак, — я небрежно махнула рукой.

В дверь позвонили. Мама позвала меня снизу, и я поспешила спуститься. У порога стоял Олег, и я его едва узнала: вместо привычной формы — строгий, идеально отглаженный костюм.

— Мы точно в парк? — вырвалось у меня.

— На самом деле… я везу тебя в ресторан, — смущенно признался он.

Мама понимающе выгнула бровь и одарила нас своей фирменной улыбкой.

— Не переживайте, верну её ровно к одиннадцати, — пообещал Олег, стараясь выглядеть солидным.

— Хорошо, — протянула мама, провожая нас взглядом.

В этот момент мимо нас к выходу промчался Данил. Он притормозил на секунду, окинул Олега издевательским взглядом и хмыкнул:

— Ого. А я думал, у тебя в гардеробе ничего, кроме футболок, не водится.

Не дожидаясь ответа, он запрыгнул в свой внедорожник, с ревом завел мотор и умчался прочь, обдав нас запахом жженой резины.

Ресторан был из тех мест, где официанты ходят по струнке, а звон приборов кажется слишком громким. Олег изо всех сил старался быть джентльменом: подливал мне минералку, шутил и даже не вспоминал про офсайды. Я понемногу расслабилась и начала искренне смеяться над его историей о том, как он в детстве пытался приручить соседского гуся.

— В общем, гусь оказался сильнее, — хохотал Олег, пододвигая ко мне тарелку с изысканным десертом. — Попробуй, это просто божественно...

Договорить он не успел.

Скрип тяжелой входной двери, шорох кроссовок по дорогому паркету, и над нашим столиком выросла монументальная фигура в сером худи. Данил, даже не потрудившись снять капюшон, бесцеремонно отодвинул Олега в сторону, едва не сбросив того со стула, и плюхнулся прямо между нами.

— Всем привет, — бросил он, как будто мы столкнулись в школьной столовой, а не в пафосном заведении с дресс-кодом. — О, тирамису? Обожаю.

Не обращая внимания на наши отвисшие челюсти, он притянул мою тарелку к себе, взял мою же ложку и с аппетитом зачерпнул добрую половину десерта.

— Данил? — выдавила я, глядя на то, как исчезает мой божественный ужин. — Ты что здесь делаешь? И почему… в этом?

Я обвела взглядом его спортивки, которые на фоне белых скатертей смотрелись как вызов обществу. Олег покраснел так, что стал одного цвета со своим галстуком.

— Ты с ума сошел? — прошипел он. — Мы на свидании!

— Свидание — это когда двоим интересно, — Данил проглотил кусок и невозмутимо облизал ложку, глядя Олегу прямо в глаза. — А я посмотрел в окно: Лика явно скучала. Пришлось спасать положение. Тем более, я после тренировки, углеводы нужны.

Он снова залез в мою тарелку.

— Данил, это моя еда! — возмутилась я, пытаясь отобрать ложку.

— Была твоя, стала общая. Мы же теперь семья, Лика. Нужно делиться, — он подмигнул мне, и в его глазах вспыхнул опасный огонек, от которого у меня по спине пробежали мурашки. — Кстати, костюмчик тебе не жмет, Олег? Выглядишь как свидетель на свадьбе в деревне.

Олег вскочил с места, едва не опрокинув бокал с водой. Его лицо пошло пятнами от ярости и унижения.

— Это уже за гранью! — выкрикнул он, привлекая внимание соседних столиков. — Здесь приличное заведение, строгий дресс-код! Как тебя вообще сюда пустили в этих обносках? Где администратор?

Данил даже не повернул головы в его сторону. Он лениво откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу и, покручивая в пальцах украденную ложку, одарил Олега самой высокомерной из своих улыбок.

— Остынь, Олег, — протянул он с ленивой усмешкой. — Ты, видимо, забыл прочитать название на вывеске. Этот ресторан принадлежит моему отцу. Так что меня здесь пустят хоть в трусах, и слова не скажут. Наоборот, ещё и лучший столик предложат.

Он обернулся к застывшему неподалеку официанту и просто щелкнул пальцами:

— Принеси мне двойной эспрессо и еще одну порцию этого десерта. А то мой друг в костюме, кажется, проглотил язык и не может заказать даме добавки.

Олег стоял, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Он выглядел нелепо — в своем дорогом костюме, посреди роскошного зала, чувствуя себя здесь абсолютным чужаком по сравнению с парнем в растянутых спортивках.

— Лика, мы уходим, — Олег протянул мне руку, пытаясь сохранить остатки достоинства.

Я посмотрела на его дрожащие от злости пальцы, а потом на Данила. Тот сидел совершенно расслабленно, но я видела, как напряглись его плечи. Он ждал моего решения.

— Куда уходим? Она же голодная, — Данил кивнул на нетронутые тарелки с мясом и салатами, к которым я даже не успела приложиться.

Затем он потянулся к моему бокалу, покрутил его в руках и демонстративно принюхался.

— И что это? Минералка? Серьезно, Олег? Ты не мог хотя бы сока заказать? — Он снова щелкнул пальцами подошедшей официантке и что-то быстро прошептал ей на ухо. Та услужливо кивнула и умчалась исполнять.

— Садись, Олег, даже смотреть стыдно, — продолжал Данил, вгоняя парня в краску. — Девушка ради тебя платье надела, макияж наносила, а ты её водой поишь.

— Данил, прекрати это сейчас же, — прошептала я, чувствуя, как взгляды других посетителей обжигают кожу.

— Покушаешь — и пойдешь, — вдруг очень мягко, почти заботливо произнес он, глядя мне прямо в глаза. Весь его боевой задор на секунду исчез, сменившись чем-то странным и заботливым.

Официантка вернулась мгновенно. Перед моими глазами появились высокий стакан свежевыжатого апельсинового сока, огромная порция медовика и свежий «Цезарь». Всё это она расставила на столе, полностью игнорируя Олега, и бесшумно упорхнула.

Олег медленно опустился на стул, буквально закипая. Он сидел в своем безупречном костюме, но выглядел сейчас проигравшим по всем фронтам.

— Ты специально это делаешь, — процедил он, глядя на Данила. — Хочешь показать, кто здесь главный?

Данил небрежно пододвинул ко мне вилку, словно передавал эстафету в этой странной игре.

— Я просто хочу, чтобы Лика нормально поела, — бросил он, даже не глядя на Олега. — А ты, раз уж притащил даму в ресторан, мог бы хоть поинтересоваться её вкусами. Она терпеть не может минералку. И шпинат тоже, — он брезгливо ткнул пальцем в мою тарелку с салатом.

Я едва не подавилась воздухом. Откуда он, черт возьми, это знает? Мы знакомы всего ничего, а он говорит о моих привычках так, будто мы прожили вместе полжизни.

— А ещё она обожает медовик, — буднично добавил Данил, отправляя в рот последнюю ложку моего тирамису.

Олег побледнел, его пальцы впились в край стола.

— Ты за ней шпионишь, что ли, Королёв? — процедил он сквозь зубы.

— Называй это как хочешь, — Данил лениво откинулся на спинку стула и закинул руки за голову, демонстрируя полное превосходство. — Я просто умею смотреть и слушать. В отличие от некоторых, кто занят только своим отражением в витринах. Ешь, колючка. Медовик здесь отличный, я сам проверял.

Я взяла ложку, чувствуя, как медовик буквально тает во рту, но вкус сладости перебивал металлический привкус напряжения. Олег выглядел так, будто готов был взорваться, но присутствие Данила в «его» ресторане сковывало его по рукам и ногам.

Ужин превратился в настоящий психологический поединок. Атмосфера за столом была настолько густой от напряжения. Олег отчаянно пытался спасти свидание: он заводил разговоры о своём детстве, о каких-то милых историях, стараясь казаться искренним и глубоким. Но Данил, словно хищник, перехватывал каждую его фразу.

Стоило Олегу упомянуть поездку в горы, как Данил тут же перебивал его, пускаясь в рассуждения о лучших саундтреках к фильмам о выживании или о тактике последнего футбольного матча. Он мастерски перетягивал одеяло на себя, заполняя всё пространство своим голосом и харизмой.

Я чувствовала себя судьей на ринге, где сталкивались два абсолютно разных мира: статный, подчеркнуто вежливый Олег в дорогом костюме против дерзкого Данила в растянутом худи, которому было плевать на все правила приличия. Это была битва за моё внимание, но побеждало в ней только моё раздражение.

Когда с медовиком было покончено, я отложила салфетку и поднялась.

— Спасибо за ужин. Всё было... незабываемо, — произнесла я, вкладывая в последнее слово весь свой сарказм. — Но этот балаган мне порядком надоел. Я еду домой.

— Я тебя отвезу! — одновременно вскочили оба.

Олег схватился за пиджак, а Данил просто небрежно крутанул на пальце ключи от своего внедорожника.

Я стремительно вышла из ресторана, мечтая поскорее оказаться подальше от этого нелепого противостояния. Олег тут же открыл для меня дверь своей машины, бросив в сторону Данила ехидный, полный торжества взгляд. Мол, счет в мою пользу.

Но Данил не был бы Данилом, если бы просто отпустил нас.

Он возник у двери в ту же секунду и бесцеремонно навис над открытым окном, сокращая дистанцию до опасного предела. Я невольно замерла, почти касаясь его носа своим. В воздухе отчетливо пахло его парфюмом.

— Я заберу все твои уши, — прошептал он, и в этом обещании слышалась не столько угроза, сколько странное, обжигающее обещание.

Я вытаращила глаза, чувствуя, как сердце предательски ускоряет ритм.

— Вообще-то у меня свидание! — так же шепотом возмутилась я, пытаясь отодвинуться, но безуспешно.

— Убогое, притом на редкость, — парировал он, обжигая дыханием мою щеку.

Затем он выпрямился и, небрежно постучав пальцем по стеклу часов, перевел взгляд на Олега.

— Уже почти одиннадцать, «герой». Её мать терпеть не может обманщиков, а ты обещал вернуть Лику вовремя. Не уверен, что с твоей манерой вождения ты вообще хоть куда-то успеешь.

Данил отошел на шаг, сложив руки на груди и с насмешкой наблюдая, как Олег с психу рванул с места, заставив шины взвизгнуть на асфальте.

Я смотрела в зеркало заднего вида на удаляющуюся высокую фигуру в сером худи и понимала: этот раунд всё равно остался за ним.

Точка кипения

Данил

Стрелки часов издевательски перевалили за полдвенадцатого. Я мерил шагами гостиную, чувствуя, как внутри всё завязывается в тугой узел. Где её черти носят?

Мари сидела на диване, лениво перелистывая какой-то глянцевый журнал. Выглядела она на удивление спокойной, в отличие от меня.

— М-да, Мари, твоя дочь явно загулялась, — бросил я, нарочито громко глядя на часы. Голос прозвучал резче, чем я планировал.

Она оторвала взгляд от страниц и как-то слишком понимающе улыбнулась.

— Переживаешь, Данил?

— С чего бы? — я тут же выпрямился, стараясь придать лицу безразличное выражение. — Просто Олег — тот ещё кретин. Мало ли, во что он влипнет, а нам потом разгребать.

Мари тихо усмехнулась. Она явно мне не верила. Этот её взгляд «я-всё-вижу» бесил не меньше, чем задержка Лики.

— Всякое бывает, — мягко ответила она. — Возможно, пробки на мосту.

— Тогда надо было выезжать раньше, если мозги есть, — пробурчал я.

Мари отложила журнал и уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент тишину улицы разрезал звук подъезжающей машины. Свет фар скользнул по шторам. Наконец-то.

Я тут же прилип к окну, стараясь не выдать своего нетерпения.

— Ну, явилась — не запылилась, — пробормотал я себе под нос.

За спиной раздался тихий смех Мари. Чёрт. Болван ты, Данил, спалился по полной.

Я наблюдал за ними сквозь щель в занавесках. Десять минут. Они стояли у двери целых десять чертовых минут! О чём можно так долго болтать? Лика что-то отвечала, поправляла жакет, а этот павлин в костюме не сводил с неё глаз.

А потом он наклонился и поцеловал её в щеку.

Внутри будто граната взорвалась. Я сжал кулаки так, что костяшки побелели. Видеть, как его губы касаются её кожи, было физически больно. Как только Лика потянулась к дверной ручке, я сорвался с места. Рванул к лестнице, перепрыгивая через две ступени и чуть не сбив Мари, которая встала мне на пути.

— Ладно, Данил, — бросила она мне вдогонку, пряча улыбку. — Будем считать, что я тебя здесь не видела.

Я так и замер, перегнувшись через перила и вслушиваясь в каждый звук внизу. Но стоило Лике переступить порог, как она тут же вскинула голову и метнула в меня такой злой взгляд, будто у неё на затылке были радары. Она точно знала, что я здесь и что я следил.

— Как прошёл вечер, милая? — голос Мари прозвучал мягко, но в тишине дома он казался громом.

— Просто супер, — пробурчала Лика, сбрасывая каблуки. Она на секунду замолчала, а потом выдала: — Мам, ты знала, что если курице отрубить голову, она бегает ещё какое-то время?

Мари вытаращила глаза, явно не ожидая таких познаний в биологии после похода в ресторан.

— Лика... при чём тут курица и твоё свидание?

— Вот и я не знаю! — бросила она, и в её голосе послышалось столько скрытого раздражения, что я не выдержал.

Перила скрипнули, когда я прыснул от смеха, уже не скрываясь. Мари тут же вскинула голову, поймав мой смеющийся взгляд. Спалился. Опять.

— Ладно, мам, я спать. Извини, что задержалась — на мосту были пробки, и Олег... Ай, да ладно! В общем, мне нужно переварить этот вечер. Желательно без посторонней помощи.

Она начала подниматься по лестнице, чеканя каждый шаг. Когда она поравнялась со мной, я затаил дыхание, ожидая колкости, но она даже не остановилась.

— Идиот, — едва слышно буркнула она, обдав меня ароматом духов.

Дверь её комнаты захлопнулась с таким чувством, что, казалось, штукатурка посыпалась. Я остался стоять в пустом коридоре, чувствуя себя полным дураком, но почему-то с абсолютно счастливой ухмылкой на лице. «Курица без головы», значит? Похоже, Олег со своими историями из детства действительно «превзошел» сам себя.

⚽⚽⚽⚽

Спустя десять минут Лика уже не просто стучала, а буквально барабанила в мою дверь. Я в это время вовсю ржал в подушку, пытаясь заглушить смех. Когда я всё-таки соизволил открыть, она замерла, вытаращив глаза.

— Верни! — она требовательно протянула руку.

— Чего вернуть? — я сделал максимально непонимающее лицо.

— Отдавай «глаза», Данил! — Лика ткнула пальцем мне на макушку, где красовалась её повязка.

— Не отдам. Теперь это мой трофей.

Она начала наступать, и мне пришлось попятиться в глубь комнаты.

— Ты что, мало того что свидания портишь, так ещё и в моей комнате роешься? — возмутилась она, сверкая глазами.

— Ничего я не рылся, — я поднял руки в притворном жесте защиты. — Она на самом видном месте лежала, на столе.

— А кто тебе вообще разрешил туда заходить?

— Считай это инспекцией, — усмехнулся я, чувствуя, как повязка смешно съезжает на лоб. — Проверял, не притащила ли ты домой какую-нибудь куриную голову в качестве сувенира от Олега.

Лика вспыхнула и попыталась схватить повязку, но я оказался быстрее. Я перехватил её запястья и слегка потянул на себя, отчего она почти врезалась в мою грудь. В комнате мгновенно стало слишком тихо.

— Отдай, идиот, — уже тише проговорила она, но вырываться не спешила.

— Забирай, — я наклонился к её уху, обжигая дыханием. — Но тогда я заберу твой мяч.

Лика тут же вспыхнула, в её глазах промелькнула опасная искра:

— Тогда я тебе точно твои отшибу!

Я не выдержал и расхохотался — её воинственность всегда меня забавляла. Она попыталась выхватить повязку второй рукой, но я перехватил. Лика так и замерла: руки подняты над головой, дыхание сбивчивое, а на щеке от злости подрагивает крошечная ямочка. Мне было до чертиков смешно, пока она не произнесла тихим, дрожащим голосом:

— Это подарок отца. Отдай.

Она была на грани срыва. Моё веселье испарилось в ту же секунду, сменившись ледяным чувством вины. Улыбка сползла с лица.

— Прости… я не знал, — я тут же разжал пальцы и бережно снял повязку со своей головы.

Лика молниеносно выхватила её, не глядя на меня, и резко развернулась. Её шаги по коридору звучали как удары молота.

— Прости! Я правда не знал! — крикнул я ей вслед, надеясь, что она обернется.

Но ответом мне был лишь оглушительный хлопок двери. Я остался стоять посреди комнаты, глядя на свои пустые ладони. Весь драйв от «победы» над Олегом и удачного вечера выветрился, оставив после себя паршивое послевкусие. Я перешел черту, и теперь «колючка» выставила такие шипы, через которые мне будет ох как непросто пробраться.