Кайла Май Под луной Тихолесья

Глава 5

Когда я проснулась в третий день нашего пребывания в Тихолесье, солнечный свет ярко лился в комнату сквозь тонкую белую тюль. Я не торопилась открывать глаза, потянулась и просто позволила себе полностью проснуться. Прошлая ночь прошла чудесно после ухода Макса. Я провела время, общаясь с девочками, стараясь не раскрыть слишком много информации о себе, но они все были настолько веселыми, добрыми и интересными, что было очень трудно удержаться от того, чтобы не рассказать им всю свою историю. Около одиннадцати часов вечера Ди проводила меня обратно в отель. Моя мама была удивлена, что я пришла домой вовремя, словно она только и ждала возможности допросить меня и поругаться.

— Ну и где ты была? — спросила она меня, как только я вошла в дверь.

— Можно мне хотя бы снять обувь перед допросом? — язвительно ответила я, снимая босоножки.

— Ну так что? — настаивала мама, сидя на краю кровати и скрестив ноги.

— В баре я была, я же говорила. Называется “Черная лошадь”, находится на главной улице. Встретилась там с девочками, и мы немного выпили. Я даже не знаю, почему я должна обсуждать это с тобой. Мне двадцать один год!

— Я все еще твоя мать, — хмыкнула мама. — Значит, ничего страшного не произошло?

Я решила утаить, что Макс тоже приходил в бар. Я хотела, чтобы маме понравилось в Тихолесье. Да, Макс был опасен, но мы больше не были одни. У меня были Ди, Даша и Кейт. Девочки очень добрые и рады мне.

— Нет, — солгала я, сжимая губы.

— Что насчет мужчин?

— Я встретила только двоих, и они были добрыми и вежливыми.

Это, конечно, была натянутая правда. Костя был милым, а Алекс кокетливым, но, казалось бы, безобидным. Эрик был немного более сдержанным, но более тихим. Макс? Формально я с ним даже не встречалась и надеялась, что никогда не встречусь.

— Хм, — ответила мама. Похоже, у нее закончились контраргументы.

Я оделась в пижаму перед сном и смыла макияж с лица. Ложась в постель, я повернулась к маме и задала ей вопрос, который терзал меня в глубине души.

— Как ты думаешь, мы когда-нибудь успокоимся и перестанем бежать?

Мама встала и пристально посмотрела на меня, но ее взгляд был не злым, а просто любопытным.

— Ты хочешь остаться здесь? — спросила она. — Я увидела здесь мужчин, с которыми не хотела бы встретиться снова.

— Куда бы мы ни пошли, всегда и везде будут мужчины, мама, — тихо сказала я. — Неужели после всего этого времени мы не заслуживаем того, чтобы перестать бежать?

Мама тяжело вздохнула и снова легла в кровать. Это была трудная тема, но до этого она поднималась только один раз.

— Дай мне время до конца недели. Тогда я приму решение.

Я улыбнулась, мне этого было достаточно.

Я перевернулась в постели, думая о событиях прошлой ночи. Моя мама пошевелилась и тоже открыла глаза.

— Ты все еще хочешь остаться здесь? — спросила она.

Кивнув головой, я села. Именно этого я и хотела. Мама села рядом со мной и пожала плечами.

— Хорошо, тогда сначала мне нужно получше здесь осмотреться.

Я улыбнулась и подождала, пока она оденется, чтобы мы могли отправиться в “Клевер” на завтрак.

Сегодня у мамы была уверенная походка, которой я давно не видела. Я впервые в этом году надела шорты, потому что с самого утра палило солнце. Мама надела длинную юбку и белую майку.

Войдя в кафе, я поприветствовала Дашу, которая широко мне улыбнулась.

— Это моя мама Луиза, — представила я. Мы продолжали использовать фальшивые имена для собственной безопасности.

Даша схватила мою маму за руку и крепко пожала ее:

— Я так рада познакомиться с вами, Луиза! Садитесь где угодно, я принесу меню.

Позавтракав блинчиками с чаем, мы вышли на улицу, пообещав вернуться следующим утром.

Затем я повела маму навестить Ди. Диана была невероятно взволнована встречей с моей мамой, и от радости обнимала ее настолько крепко и искренне, что мама рассмеялась.

Немного позже, сидя у фонтана и наслаждаясь теплыми солнечными лучами, я повернулась к маме. Она закрыла глаза, откинулась на руки и выглядела полностью погруженной в блаженство.

— Ну так что? — спросила я. — Останемся?

Мама медленно кивнула.

— Я все еще решаю. Но этот город потрясающий, и эти девушки прекрасны. Еще четыре дня, и я дам тебе ответ.

«Давай, Тихолесье, — подумала я, — «Если ты хочешь, чтобы мы остались, продолжай быть таким же великолепным».

***

Ближе к вечеру я оставила маму осматривать небольшой антикварный магазин, в котором мы познакомились с его владелицей, доброй пожилой женщиной по имени Евгения.

Сама я вышла на улицу и села на небольшую скамейку. Пока ела яблоко, почувствовала, как что-то трется о мои ноги. Я посмотрела вниз и увидела маленькую серую кошку. Она терлась о мои ноги и мурлыкала, и я не удержалась, чтобы погладить ее.

— Где ты живешь, малышка? — тихо спросила я, поглаживая ее мягкую шерсть от головы до кончика хвоста.

Кошке понравилась моя ласка, и она, выгнув спину, тыкалась мордочкой в мою ладонь, каждый раз издавая тихое мяуканье. Ошейника на ней не было, но она выглядела сытой и довольной. Внезапно ее уши навострились, и она отскочила от меня, устремившись по дороге.

— Эй, ты куда? — крикнула я ей вслед.

Кошка пробежала несколько метров, остановилась и обернулась, словно спрашивая: «Почему ты не идешь за мной?» Я улыбнулась и поднялась, думая, что, возможно, схожу с ума, следуя за кошкой. Но почему бы и нет? Я люблю животных. Вскоре я догнала ее, и она снова устремилась вперед, прямо к ряду деревьев, за которыми начинался обширный лес, окружавший это место.

Я остановилась. Никогда прежде я не приближалась к лесу, и слова администратора отеля эхом зазвучали в моей голове. Я отогнала глупые страхи, ведь люди не живут в лесах. Я была почти уверена, что и в Тихолесье нет плохих людей.

Деревья были ярко-зеленого цвета, а влажная темно-коричневая земля буквально манила меня вперед.

Кошка нетерпеливо мяукала, и я последовала за ней в лес.

Внутри леса было по-настоящему красиво и сказочно. Нетронутое людьми место. На деревьях пели птицы, а вдалеке крохотный кролик перебегал тропинку. Я осторожно отодвигала ветки и сучья, спотыкаясь о большие корни деревьев. Я шла вперед как завороженная, даже не осознавая, куда я иду. Я аккуратно смахнула с плеча бабочку, стараясь не повредить ее нежные крылья, и продолжала следовать за кошкой все дальше и дальше, пока она наконец не остановилась.

Я наклонилась, наблюдая, как она одного за другим подносит ко мне пять крошечных серых котят и с гордостью укладывает их у моих ног. Ошеломленная, я едва не потеряла равновесие, но затем осторожно села, чтобы погладить и поиграть с этими милыми созданиями.

— Ну, теперь мне придется остаться, как же я могу оставить твоих детей? — спросила я у матери-кошки. Она лизнула свою лапку и нежно подтолкнула одного из котят ко мне. Я аккуратно взяла его на руки и стала рассматривать его крошечную мордашку. Котенок протянул лапку и нежно коснулся моего лица.

— Мне лучше сейчас не заводить блох, — вздохнула я и положила котенка обратно на землю.

Он тут же прыгнул на одного из своих братьев или сестер, продолжая игру. Наблюдая за их весельем, я почувствовала урчание в животе и поняла, что уже поздно. Достав телефон, я с удивлением обнаружила только одно сообщение от мамы:

— Евгения такая добрая, она пригласила нас сегодня на ужин.

— Это замечательно! Где она живет? — спросила я.

— В большом доме на опушке леса. Она дала мне подробные указания, как добраться до ее дома. Куда ты пропала?

— Скоро всё расскажу, я сейчас возвращаюсь к фонтану.

Я встала и отряхнула руки, проведя ими по шортам. Внезапный холодок пробежал по затылку и вниз по позвоночнику, заставив волосы встать дыбом. Я обернулась, почти ощущая, будто кто-то стоит за моей спиной, но вокруг было пусто — я была совершенно одна в лесу. Кошка начала уносить своих котят обратно в укрытие. Она бросила на меня последний взгляд и скрылась в лесной чаще.

Я быстро зашагала тем же путем, которым пришла, стараясь найти свои следы на влажной тропинке. Я не могла поверить, что по неосторожности зашла так далеко, но почувствовала облегчение, когда сквозь просветы между деревьями увидела крыши домов. Ощущение, что за мной наблюдают, не покидало меня, и я продолжала оборачиваться, ожидая увидеть кого-то рядом. Вскоре я побежала и остановилась только тогда, когда мои ноги снова коснулись гравия. Прерывисто вздохнув, я напомнила себе больше никогда не ходить в лес одной.

Я быстро вернулась к фонтану, где меня ждали мама и Евгения. Я тепло улыбнулась пожилой женщине, и она ответила тем же. Морщинки у уголков ее рта и глаз подсказали мне, что она часто улыбается.

— Я закрылась пораньше, чтобы сегодня вечером поужинать с вами. Вы наши гости, и мне хочется познакомиться поближе.

— В вашем городе мало приезжих? — поинтересовалась мама, когда мы отправились в гости к Евгении. — Мужчина на стойке регистрации нашего отеля, похоже, не очень рад нашему присутствию здесь.

Евгения нахмурилась.

— Александр — странный человек. Я не знаю, почему он до сих пор держит этот старый отель. Раньше он принадлежал его деду, который был благородным и уважаемым человеком. Но Александр не любит людей, и это заметно во всём, что он делает. Он редко общается с постояльцами, и его лицо всегда кажется хмурым и отстранённым. Я бы на вашем месте не принимала это близко к сердцу, дорогая. Возможно, у него есть свои причины для такого поведения, о которых мы не знаем.

— Кажется, он намеревался предостеречь нас от каких-то здешних людей. Он не думал, что мы протянем здесь семь дней, — продолжала настаивать мама. Я знала, что она пытается выяснить, есть ли какая-нибудь причина, по которой мы не можем остаться.

Евгения стиснула зубы и, немного помедлив, ответила:

— Как я уже сказала, дорогая, он странный человек. Не обращайте внимания на его слова. Итак, мы почти пришли. Вон там, за углом, и есть мой дом!

Дом был невероятным. Это была не просто дом, а настоящая усадьба с внушительной террасой и фонтаном в центре. Фонтан был украшен статуями волков, которые словно охраняли это место. Усадьба была построена из светло-коричневого кирпича, а по краям крыльца стояли две величественные белые колонны. Несколько дымоходов изящно возвышались над крышей, а красивые арочные окна, обрамляющие оба этажа, придавали зданию элегантный и величественный вид.

— Это не дом, — присвистнула мама. — Это поместье!

Евгения улыбнулась, слегка склонив голову:

— Он принадлежал моей семье на протяжении нескольких поколений. А теперь заходите внутрь и устраивайтесь поудобнее.

Я взглянула на маму, которая тоже улыбнулась, и последовала за Евгенией по красивой каменной подъездной дорожке. Мы поднялись по широким ступеням, ведущим к массивной дубовой двери, украшенной изысканной резьбой. Открыв дверь, Евгения пригласила нас войти, и мы оказались в просторном холле с высокими потолками, украшенными лепниной, и мягким светом, льющимся из хрустальных люстр.

Глава 6

Максимилиан. Примерно через час после того как он покинул бар “Черная лошадь”.

Макс пронесся через лес, словно раскат грома. Если бы погода отражала его настроение, то разразился бы настолько сильный шторм, что он разрушил бы землю под ногами. Лес, казалось, притих, словно осознавая опасность. Деревья перестали раскачиваться на ночном ветру, а облака закрыли луну, оставив Макса в полной темноте. Он терял контроль, и этому способствовало то, что его доверенный советник, его лучший друг… был тем, кто его разозлил.

Пробираясь сквозь кусты в образе волка, Макс рычал на разбегающихся кроликов, оленей и вспархивающих испуганных птиц. Его четыре лапы громко ступали по земле, а ветер трепал его густую черную шерсть, пока он продвигался вперед через лес.

Внезапно Макс резко остановился, почувствовав, что недалеко позади него бежит другой волк, пытаясь догнать его. Вдыхая запах, он издал глубокое предупреждающее рычание, заставляя второго волка остановиться. Когда тот этого не сделал, Макс издал еще одно гортанное рычание. На этот раз это был приказ. Приказ Альфы. Второй волк сразу перестал бежать, но он уже был в пределах видимости.

Смиренно склонив голову, рыжевато-коричневый волк вышел в поле зрения Макса и присел, напрягая каждую мышцу. Исаак чувствовал себя виноватым, но даже не был уверен, в чем именно. Он робко поднял голову, чтобы взглянуть на своего друга: перед ним шагал гораздо более крупный черный волк. Красная слюна вытекала из его тяжело дышащего рта, Макс был больше похож на бешеного зверя, чем на Альфу. В его глазах сверкала ярость, и каждый шаг отдавался эхом в напряженной тишине леса. Исаак облизал губы и ждал, пока его Альфа сделает следующий шаг. Если Бетта заговорит первым, это будет крайне неуважительно и, учитывая настроение Макса, - наказуемо. Ветер шелестел листвой, наполняя воздух предчувствием неминуемой грозы.

Наконец, после долгого, болезненного молчания, Макс вздохнул и закрыл глаза. Встряхнув свой длинный мех, он начал трансформацию, возвращаясь к человеческой форме. Его массивное тело сжималось, а шерсть постепенно исчезала, уступая место гладкой коже. Клыки, которые лишь мгновение назад угрожающе блестели, исчезли, а глаза из черного цвета перешли в более человечные, шоколадно-карие, полные усталости и грусти. Макс стоял перед Исааком, тяжело дыша, словно каждый вдох давался ему с трудом. Вокруг них лес, казалось, замер, наблюдая за этим превращением.

Исаак тоже сразу же трансформировался. Он был озадачен тем, почему его лучший друг так злился на него. Макс стоял неподвижно, как камень, его глаза метали молнии. В напряженном молчании Исаак ждал, пока Максимилиан заговорит, чувствуя, как напряжение нарастает с каждой секундой.

— Ты не имел права, — наконец произнес Альфа, его зубы были стиснуты, как будто ему было трудно связать четыре слова вместе.

— Не имел права на что? — не понял Исаак. — Я не сделал ничего плохого, по крайней мере, я не понимаю, что не так!

Макс провел рукой по волосам и попытался успокоиться.

— Ты… — Он запнулся. Почему эта чертова человеческая девчонка заставила его вот так потерять контроль? — Забудь об этом, — прорычал он. — Иди домой.

Исаак стоял в замешательстве, его сердце билось учащенно. Он не мог понять, что именно вызвало такую ярость у его друга. В голове мелькали воспоминания о последних событиях, но ничего не казалось значимым. Исаак вспомнил, что Макс начал вести себя странно, как только они вошли в бар, и его волк чуть не вырвался, как только Исаак представился новой девушке, которую так полюбили Ди и Даша.

Нахмурив брови и приподняв губу, Исаак, наконец, в замешательстве посмотрел на своего Альфу:

— Это же не связано с той человеческой девушкой, с которой я флиртовал?

Очевидно, так оно и было. Глаза Макса вспыхнули яростью, и в следующую секунду он не сдержался. Его кулак, словно молот, обрушился на Исаака с такой силой, что тот отлетел назад и с хрустом приземлился на толстую кору дуба.

— Ладно, — запнулся Исаак, пытаясь восстановить дыхание и встать. — Я искренне извиняюсь, Альфа, но в свою защиту я понятия не имел, что ты хочешь сам познакомиться с ней.

— Я не хочу с ней знакомиться, — прорычал Максимилиан, его голос был полон гнева и отчаяния. — Но я также не хочу, чтобы с ней знакомился кто-то еще!

— Ну, это несправедливо по отношению к бедной девочке, — неуклюже пошутил Исаак. — Она…

Он на мгновение запнулся.

— Она же не твоя пара? Или….

Макс в ярости ударил дерево.

— Нет! — закричал он. Из его ногтей вытянулись когти, оставив на коре четыре глубоких следа. Он тяжело дышал, его плечи вздымались вверх и вниз. — Я не знаю, — добавил он тихо.

— Как ты можешь не знать? Притяжение пары должно быть настолько волшебным и невероятным, что ни одно другое чувство не может сравниться с ним, — возразил Исаак.

— Она человек, Исаак, — сказал Макс, поворачиваясь к своему другу. — На протяжении столетий в моей семье не было ни одного человека. Я не могу разочаровать нашу семью.

— Чушь собачья, — воскликнул Исаак, и Макс широко раскрыл глаза, ошеломленный словами друга. — Мы с тобой оба знаем, что твоя мать сказала только то, что она хочет твоего счастья, и только этого. Она была бы рада, если бы ты привел домой девушку.

Макса беспокоила не мать, Евгения была самым милым волком в Тихолесье. Его беспокоил отец.

— Мой отец не одобрил бы, — вздохнул Макс. — Человеческая девушка разрушила бы нашу идеальную родословную. Должно быть, это ошибка.

— Пара — это не ошибка, — прорычал Исаак. — Тебе следует забить на все эти одобрения и начать немедленно ухаживать за этой девушкой. Хотя, честно говоря, не думаю, что ей повезло, потому что ты ведешь себя как идиот.

Макс нахмурился, чувствуя, как слова друга пробивают его защиту. Он знал, что Исаак прав, но страх перед отцовским гневом сковывал его.

Макс всегда беспокоился о том, что никогда не найдет свою пару и что же он делает сейчас, когда встретил ее? Он игнорирует ее и пытается разорвать связь. Исаак имел полное право злиться, ведь чем дольше волк не находит свою пару, тем вероятность ее когда-либо найти уменьшается с каждым годом.

Прислонившись головой к дереву, Макс закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. С его стороны было неправильно игнорировать ее, но она была человеком. Она не чувствует эту связь. Примет ли она его с распростертыми объятиями или убежит, оставив его с разбитым сердцем?

Исаак словно почувствовал переживания своего Альфы, он посмотрел на луну и, как всегда, быстро помолился ей, прося высшие силы поскорее помочь ему найти свою пару. Затем он снова повернулся к Максу и сказал:

— Не торопись. Ухаживай за ней, встречайся с ней. Покажи ей все, что ты можешь ей дать, и когда ты, наконец, почувствуешь, что пришло время… скажи ей правду.

— Что, если она даже не захочет встречаться со мной? — нахмурился Максимилиан.

— Ты правда только что это сказал? — фыркнул Исаак. — Макс, все девушки этого города сходят по тебе с ума. Только не говори, что эта девушка убила твою самооценку?

Макс в шутку ударил своего друга, на этот раз легче, но всё же заставил его споткнуться. Он знал, что всегда может рассчитывать на Исаака, который умел вытащить его из самого ужасного состояния и вернуть в норму. Это была одна из многих причин, по которым Исаак был идеальным Бетой стаи.