Кай Мико Грязная игра

ГЛАВА ПЕРВАЯ | Не с того утра

«Иногда я говорю, что не знаю. Я-то знаю, но мне тупо лень объяснять» — Анжелика.

Яркие лучи солнца проникали в комнату, приятно грея мою шею. Виски пульсировали от боли.

Я медленно открываю глаза и потягиваюсь. Стоит мне сесть, как я сразу понимаю... стены незнакомые, лампы у меня такой нет.

Лишь спустя пару минут до меня доходит: я в чужом доме. В чужой комнате. В чужой постели. И в чужой футболке.

Чёрт...

В углу стояли хоккейные клюшки. На полке стояли кубки, а на крючках висели медали. Поворачиваю голову, и вижу спящего незнакомца.

Одеялом он был укрыт только наполовину. Его широкая спина была оголена. Он был крепкого телосложения. На предплечье тянулась татуировка. Он уткнулся лицом в подушку. Я видела только его затылок, и растрепанные темные волосы.

Чёрт... чёрт... чёрт...

Мое платье валялось вместе с нижним бельем где-то на полу. Я была в мужской футболке, которая висела на мне как мешок. Только не это...

— — —

Из колонки громко долбила музыка. Я танцевала около барной стойки вместе с Мэдди. Кто-то играл в бирпонг, другие — в бутылочку.

Это все детское. Я люблю другие игры.

— Свободна?

Я слегка нахмурилась. Предо мной стоял высокий брюнет со слегка волнистыми волосами и светлыми глазами. Мне не удалось рассмотреть его внимательнее.

— Возможно... — задумчиво отвечаю я.

— Как тебя зовут?

— Анжелика.

Что-ж, будем знакомы. Я же не собираюсь с ним спать...

— Ты пьешь, Анжелика?

— Я уже достаточно выпила.

— Правда? И не составишь компанию такому красавчику?

— А надо? Может, ты пойдешь потанцуешь с кем-нибудь другим?

Он довольно усмехается:

— Могу помочь расслабиться. Ты какая-то напряженная.

Я протянула ему руку. Он уводит меня на лестницу, куда практически не падает свет, после чего жадно впился в мои губы. Его рука лежала на моей шее, другая — на талии.

— — —

Уже почти девять.

Сегодня мой первый день в Веллингтоне. Первая пара уже скоро. Вот чёрт...

Я начинаю в бешеном темпе собираться. Едва не бужу парня тем, что роняю клюшку. Тут же замираю.

Незнакомец лишь переворачивается на другой бок. Я облегченно выдыхаю.

Перед уходом я замечаю на тумбочке фотографию хоккейной команды, но не успеваю всмотреться, и быстро выхожу.

...

Я почти бегом добираюсь до общежития, и по дороге ругаю себя.

Вот как можно было так напиться? Я даже имени его не знаю. Отличное начало новой жизни. Дай Бог теперь вообще нигде с ним не пересечься!

В комнате я не вижу Мэдди. Ушла, что ли? Без меня? Ладно, потом позвоню ей...

Быстро принимаю душ, укладываю волосы, пытаюсь скрыть бордовый засос на шее и долго выбираю одежду.

Дизайн — моя страсть.

Одежду я шью сама, и эскизы рисую сама. Мне слишком нравится придумывать что-то новое. Весь мой блокнот усыпан эскизами: чёрно-белыми и цветными. Иногда даже шью одежду на заказ. И хорошо на этом зарабатываю.

Надеваю костюм бежевого цвета, а под жакет молочный шёлковый топ. Делаю легкий пучок, наношу немного косметики, и быстро выбегаю из комнаты, закрыв её.

...

Понятия не имею, куда мне идти. Вдалеке вижу знакомую фигуру: среднего роста девушка с длинными светлыми волосами и зелёными глазами. Мэдди.

— Ты выглядишь ужасно... неужели кто-то перепил больше меня?

— Я... просто не выспалась... — пытаюсь соврать я. Но Мэддисон смотрит мне в душу. Терпеть не могу вот такой её взгляд.

— Ну и где ты проснулась? Что-то я тебя не видела в комнате. — Она смеется, и тогда я понимаю — не совру.

— Я проснулась... у какого-то парня.

Подруга начинает хохотать. Я куда-то бегу за ней, ведь так и не запомнила расписание. Она начинает расспрашивать меня:

— Красивый хоть?

Я фыркнула:

— Не помню!

— Как зовут?

— Не знаю.

Она нахмурилась:

— Трахалась с парнем, чьего имени даже не знаешь? Серьезно?

— Серьезно.

Я смеюсь, но внутри очень переживаю.

Мы идем по коридорам. Туда-сюда. Ничего не понимаю. Неужели Мэдди сама запуталась? — Хорошо, что ты наконец ушла из Рейвеншира.

Я тоже счастлива, что наконец не появлюсь там. И что наконец не увижу наглую рожу Дилана.

Он бесконечно писал мне, ревновал к моим друзьям. Вечно ныл о том, что Мэдди плохо влияет на меня, и что она делает из меня шлюху. Дилан частенько контролировал меня, аргументируя это тем, что я могу быть неверна ему, раз хожу по всяким тусовкам. Мне так надоело это, и в один из дней я рассталась с ним.

Не люблю вспоминать это, но наши отношения точно отложились в моей голове. Мы почти опаздываем. Оказывается, Мэдди неправильно посмотрела расписание. Из-за нервов и плохой памяти я подумала не о той аудитории, и мы пошли туда. В последний момент мы находим нужную.

Но преподаватель уже начал занятие.

Мы проходим в аудиторию. Все смотрят. Преподаватель очень даже раздражен. Он говорит:

— Первый учебный день. И уже опоздание.

Чувствую себя удачно. Мало того, что проснулась в кровати с каким-то парнем, так ещё и на пару опоздала. Какой же позор...

Профессор указывает на меня, представляя перед всей аудиторией:

— Вы ведь Анжелика Харрис?

— Да... — слегка неуверенно отвечаю я.

— Отмечу вам опоздание.

Смотрю на занятые места, и вижу, как будущие одногруппники шепчутся. Ну да, они уж точно видели меня вчера на вечеринке, как круто я отжигала, и как продолжаю делать это, опаздывая на занятия. Мне и так сделали одолжение, перевели посередине учебного года. И тут я снова творю приключения...

Мы садимся на свободное место. К счастью, нашлось два таких. Спустя несколько минут, как мы с Мэдди уселись, в аудиторию заходят сразу несколько парней. Оказывается, не мы одни такие смелые.

Спортивные парни выстраивались чуть ли не в линейку. Они были шумные, быстрые и многословные. Последним заходит ещё один парень, только вот лица его я не разглядела. Он тоже опоздал. Из-за него препод злится еще сильнее.

Когда парни расходятся по свободным местам, я буквально цепенею, когда вижу последнего парня.

Этот парень — высокий брюнет со слегка волнистыми волосами средней длины, светлыми глазами и выраженными чертами лица. Кого-то он мне напоминает...

Это он. Тот самый незнакомец. Со вчерашней ночи.

Он тоже замечает меня. Наши взгляды встречаются всего на секунду.

Сука.

Но он почти никак не реагирует на меня. В его взгляде даже ничего не изменилось. Неужели не узнал меня?

Сердце начинает колотиться.

С одной стороны слышу обсуждения о том незнакомце. Кажется, его звали Стивен. Из разговоров я узнаю, что он — капитан хоккейной команды, сердцеед, и что он никогда не заводит отношения. Оказывается, хоккейная команда Веллингтона — самая популярная команда университета.

С другой стороны начинают обсуждать уже меня.

Одна девушка говорит:

— Та самая Харрис из Рейвеншира?

Вторая отвечает:

— Говорили, она даже не целовалась ни с кем.

Третья смеется:

— Ага, конечно.

Мне становится не по себе. Вот это у меня популярность здесь...

Преподаватель объявляет задание. Я не успеваю записать требования. Из-за волнения путаю даты сдачи, и понимаю это только после пары.

Первый день складывается максимально неудачно.

...

После звонка все начинают выходить. Я решаюсь задержаться, лишь бы не пересечься со Стивеном.

Когда мы с Мэдди выходим в коридор, хоккейной команды уже нет.

— Пойдем выпьем кофе. После такого утра оно тебе жизненно необходимо.

Она шутит. Знает ведь, что я терпеть не могу кофе.

— Вот только его мне и не хватает, чтобы этот день стал еще ужаснее!

Я выдыхаю.

Кажется, что худшее уже позади, если только я не выпью кофе.

ГЛАВА ВТОРАЯ | Странная новенькая

«Ваше счастье, что я не ваше

счастье» — Анжелика.

Мне не хватило трёх дней, чтобы освоиться в Веллингтоне.

Теперь я знаю, где находятся нужные корпуса. К общежитию я тоже успела привыкнуть. Ещё я познакомилась с несколькими девушками благодаря Мэдди. Иногда после пар, во вторую смену, я продолжаю работать официанткой в «Мапл». По вечерам шью одежду, но времени стало гораздо меньше.

Несмотря на это, учеба дается мне тяжело.

Все уже получили свои письменные работы. Я уверена, что сделала все идеально. Тема была такая лёгкая. Для неё даже не пришлось бы использовать нейросеть.

Но когда я открываю свою работу, то вижу:

Неудовлетворительно

И множество красных исправлений.

Из комментариев преподавателя только: поверхностный анализ, слабая аргументация, требования выполнены не полностью, и ошибки в оформлении.

Для меня это настоящий удар.

В Рейвеншире я была лучшей студенткой. Я выигрывала столько олимпиад. И преподаватели постоянно ставили меня в пример.

Теперь я чувствую себя обычной студенткой. Возможно, даже хуже — словно я глупее остальных.

После окончания пары я подхожу к профессору переспросить, нет ли ошибки. Ну, это не может быть так плохо! Не может!

Преподаватель отвечает:

— В Рейвеншире вас учили иначе. Здесь требования выше. Придется перестроиться.

Эта фраза сильно задевает меня.

Я забираю свою работу. Слишком долго рассматриваю замечания и задумываюсь над ними. Отхожу назад. Совсем не замечаю человека позади меня, и едва не сталкиваюсь с ним. Чья-то рука удерживает меня за локоть, чтобы я не упала.

— Извини.

Подняв голову, я вижу его. Стивен.

Несколько секунд мы смотрим друг другу в глаза. Неловкость. Ни один из нас ничего не сказал. Чувствую, как хватка на моем локте ослабевает, после я быстро ухожу.

Стивен

Опять она.

В голове проносятся воспоминания той вечеринки. Она тогда исчезла, пока я спал. Даже записки не оставила. Обычно девушки сами пытаются познакомиться со мной. Эта — наоборот. Будто хотела забыть все произошедшее.

Если честно, меня это немного цепляет. Неужели ей не понравилась ночь со мной?

...

Я иду на тренировку.

В раздевалке уже почти весь состав — кроме меня. Парни разговаривали, шутили.

— Блять, я потерял свою защиту! — Ругается Лиам, расхаживая по раздевалке.

— Так сбегай в аптеку. — Джим пожимает плечами, и мы начинаем ржать громче.

Тим без остановки рассказывает смешную историю. А Джим все спорит с Лиамом насчет защиты и её отсутствия.

Через несколько минут мы выходим на лед.

Как только коньки коснулись льда, я почувствовал, как все лишние мысли постепенно уходят. Здесь не существовало ни учёбы, ни разговоров с родителями, ни странной новенькой. Только шайба, скорость и команда.

Свисток тренера разрезал воздух:

— Разминка! Десять кругов. Последние два — на максимум!

Парни сорвались с места. Лёд буквально закипел под лезвиями коньков.

После нескольких кругов дыхание стало тяжелее, но я не думал останавливаться.

— Келли, где голова? — Кричит тренер, но я не обращаю внимания.

Это моя игра.

Некоторые парни замедлились, и тренер снова кричит:

— Быстрее! На соревнованиях вам никто скидку на усталость не сделает!

Следом началась работа с шайбой. Тим, стоящий в воротах, еле успел реагировать.

— Следующий!

Шайба летела одна за другой. Щитки глухо отбивали броски.

— Келли, мать твою!

Я подъехал к стартовой линии.

— Максимальная скорость. Не теряй контроль.

Сам разберусь, и все равно коротко киваю. И через секунду уже летел вперед.

Шайба практически прилипла к крюку. Первый конус. Второй. Третий. Резкий разворот корпуса. Ложное движение. Ещё один рывок.

Удар.

Шайба с громким щелчком попала точно в верхний угол ворот. Тим только усмехнулся:

— Очень смешно.

— Это был легкий бросок! — Говорю я.

— Тогда не хочу видеть тяжёлый. Парни вдруг засмеялись. Но расслабляться времени не было.

Следующее упражнение казалось куда тяжелее. Игра в ограниченной зоне. Пять на пять. Минимум пространства и минимум контакта. Тренер даже чайников позвал.

Я сразу выиграл борьбу у соперника, и отдал передачу Джиму:

— Назад! На правый борт! Не стой!

Мой голос разносился по всей арене. Я постоянно видел площадку на несколько секунд вперед. Если кто-то ошибался — сразу подсказывал. Если кто-то замедлялся — я требовал ускоряться.

Алекс потерял шайбу. Соперники мгновенно убежали в контратаку.

— Миллер, сука! — Резко выкрикиваю я.

Алекс тут же бросился назад, но момент уже был упущен. Шайба оказалась в воротах. Свисток.

— Стоп!

На льду наступила тишина. Мы все выстроились в линейку.

— Что это было? — Спрашивает тренер. Никто не ответил. — Вы собираетесь выигрывать чемпионат вот так? Да вас даже чайники, сука, обыграли!

Он смотрел на каждого.

— Потеряли концентрацию на две секунды — получили гол. На турнире вам этих двух секунд никто не простит. Вы не девчонок трахаете без презика, а в хоккей играете!

Взгляд остановился на мне, представляю, что сейчас будет.

— Капитан.

— Да.

— Если команда начинает рассыпаться, первым это должен заметить ты.

— Понял.

— Тогда покажи.

Свисток прозвучал снова.

На этот раз я буквально завелся. Я первым влетал в силовую борьбу. Первым возвращался в оборону. Закрывал броски, выцарапывал шайбу у борта.

— Джим, открывайся!

...

— Лиам, ближе к синей!

...

— Хантер, смена!

Темп становится все выше. Пот катился по лицу, несмотря на холод. Дышать становилось тяжелее. Ноги начали наливаться свинцом. Но никто не сбавлял скорость.

До конца оставалась минута, счет — четыре четыре.

— Последняя атака! — Крикнул тренер.

Я перехватил шайбу в средней зоне. Ушёл от одного соперника. Отдал передачу Джиму. Получил обратно, и замахнулся.

Все ожидали броска. Но в последний момент я сделал поперечную передачу на свободного Лиама. Тот без раздумий щёлкнул. Шайба влетела в сетку.

Сирена.

Мы радостно закричали, будто уже выиграли матч.

Лиам подъехал ко мне, и стукнул меня по шлему, говоря:

— Красиво придумал!

— Ты был в лучшей позиции.

— Все равно красиво.

Мы начали съезжаться к борту, с тяжестью переводя дыхание. Казалось, тренировка закончилась. Но тренер скрестил руки на груди:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.