Ката Го Птица счастья

И то и другое помещалось в нём одновременно.

Он мог ночью ехать за её лекарством и годами не замечать, чего ей стоит необходимость его принимать. Мог действительно испугаться беременности и при этом заставить беременную женщину выдерживать ещё и его ужас. Мог искренне верить в собственное «потом», а позже просто перестать задавать себе вопрос, наступило ли оно.

Дине хотелось сложить всё в одну правильную картинку.

Не получилось.

Телефон лежал рядом.

Алекс прислал сообщение:

«Спасибо, что выслушала. Я знаю, что половина из сказанного тебе не понравилась».

Дина прочитала.

Начала печатать большой ответ.

Стерла.

Написала:

«Мне тоже не всё во мне нравится».

Посмотрела.

Стерла и это.

В конце концов не ответила ничего.

Годовое обучение начиналось в воскресенье в девять утра.

Дина приехала в восемь сорок две и обнаружила, что почти все уже на месте.

«Психи», - подумала она с уважением.

В зале было человек двадцать. Женщины и мужчины разного возраста, кто-то уже в идеальной форме сидел на коврике с закрытыми глазами, кто-то пил кофе из бумажного стакана, одна девушка у окна пыталась незаметно доесть бутерброд.

Ирина вошла без музыкального сопровождения, белых одежд и выражения лица человека, которому известна тайна Вселенной.

Ей было около пятидесяти. Тёмные волосы собраны сзади, простые чёрные брюки, свободная футболка. Она поставила на пол термос и сказала:

Доброе утро. Сразу предупреждаю: просветление в программу не входит.

Кто-то засмеялся.

Дина тоже.

Зато входят анатомия, практика, наблюдение, методика преподавания и некоторое количество неприятных открытий про собственные привычки. Последнее бесплатно.

Отлично.

Дина окончательно решила остаться.

Они начали с представления.

Люди называли имя, опыт практики и причину, по которой пришли учиться. Кто-то хотел преподавать. Кто-то углубить личную практику. Женщина лет сорока сказала, что пришла «открыть сердечный центр».

Ирина кивнула.

Если найдём крышку, обязательно.

По залу снова прошёл смех.

Когда очередь дошла до Дины, она сказала:

Дина. Практикую давно, нерегулярно. Хочу лучше управлять состоянием.

Ирина посмотрела на неё.

Чьим?

Своим.

Уже легче.

А что не так?

Ничего. Просто сначала посмотрим, кто кем управляет.

Следующие полчаса они ходили по залу.

Дина ожидала асан.

Вместо этого Ирина просила двигаться в обычном темпе, потом медленнее, замечать стопы, положение головы, дыхание, момент остановки. Иногда давала странные задания: изменить направление до того, как появится привычное желание это сделать; выбрать место в зале и потом уйти оттуда; заметить, кого хочется пропустить вперёд.

Дина сначала выполняла.

Потом начала анализировать.

Через десять минут Ирина прошла рядом.

Уже строишь модель?

Дина вздрогнула.

Что?

У тебя лицо человека, который сейчас объяснит группе закономерность.

Я просто наблюдаю.

Прекрасно. Попробуй пока без вывода.

Это оказалось существенно труднее.

После перерыва они работали парами.

Дине досталась высокая женщина по имени Оксана, врач-стоматолог, которая выглядела так, будто ей совершенно невозможно отказать в лечении.

Встаньте друг напротив друга, - сказала Ирина. - Один идёт вперёд. Второй говорит «стоп» там, где ему уже достаточно близко. Никаких причин не надо.

Оксана пошла первой.

Дина наблюдала, как расстояние между ними сокращается.

Два метра.

Полтора.

Метр.

«Наверное, уже».

Оксана продолжала.

«Сейчас».

Ещё шаг.

Ей стало неприятно.

Оксана приблизилась почти вплотную.

Стоп, - сказала Дина.

Ирина, стоявшая неподалёку, повернулась.

Почему так поздно?

Нормально же.

Я не спрашивала, нормально ли.

Дина посмотрела на Оксану.

Та пожала плечами.

Я могу ещё ближе. У меня работа такая.

Все трое засмеялись.

Ирина сказала:

Ещё раз.

Оксана вернулась назад.

Пошла.

На этот раз Дина сказала:

Стоп.

До неё оставалось около метра.

Оксана остановилась.

Вот и всё.

Никто не обиделся.

Не спросил почему.

Не потребовал доказать, что метр физиологически обоснован.

Ирина уже ушла к другой паре.

Оксана улыбнулась.

Удобнее?

Дина прислушалась.

Да.

Значит, отлично.

Потом они поменялись.

Дина шла к Оксане. Та сказала «стоп» почти сразу.

Так далеко? - невольно спросила Дина.

Оксана подняла брови.

Ага.

Дина рассмеялась.

Поняла.

Молчу.

Быстро учишься.

Следующее упражнение оказалось ещё глупее.

Ирина попросила их сказать партнёру несколько обычных фраз и заметить, что происходит с телом.

«Мне надо».

«Я должна».

«Я хочу».

«Я выбираю».

Дина заранее решила, что это лингвистическая эзотерика.

Оксана сказала:

Мне надо завтра позвонить матери.

Плечи у неё едва заметно поднялись.

Потом:

Я хочу завтра позвонить матери.

Она сама рассмеялась.

Вру.

Значит, отличное упражнение, - сказала Дина.

Твоя очередь.

Дина сказала:

Я должна поговорить с Алексом.

Живот сразу напрягся.

Она замолчала.

Оксана ничего не комментировала.

Теперь «я выбираю», - напомнила она.

Дина попробовала:

Я выбираю поговорить с Алексом.

Тело не расслабилось.

Стало даже хуже.

Не выбираешь? - спросила Оксана.

Похоже.

Тогда не мучай язык.

Дина неожиданно засмеялась.

Ирина проходила между парами и услышала.

Хорошо. Фраза не обязана стать приятной только потому, что мы заменили слово. Речь помогает заметить отношение, а не заколдовать реальность.

Дина посмотрела на неё с благодарностью.

Вот это ей подходило больше.

К концу дня тело болело в местах, существование которых офисная жизнь позволяла успешно игнорировать.

Ирина посадила всех в круг.

Последнее на сегодня. Ладонь можно положить на грудную клетку, если комфортно.

Дина положила руку на середину груди.

Если вам близка карта сердечного центра, не представляйте его кнопкой вот здесь, - Ирина коснулась груди. - Тело объёмное. Дыхание движет рёбра во все стороны. Попробуйте почувствовать не только переднюю поверхность, но и пространство внутри грудной клетки, спину, область между лопатками.

Дина закрыла глаза.

Сначала ничего особенного.

Дыхание.

Ладонь.

Спинка спортивного топа касается кожи.

Потом на вдохе рёбра действительно чуть разошлись не только вперёд.

За спиной появилось пространство.

Совсем небольшое.

И неожиданно вспомнилась Птица.

Первый луч.

Золотисто-синие крылья.

Дина открыла глаза.

Ирина как раз говорила:

И не надо сейчас решать, открыт у вас сердечный центр или закрыт. Оставьте диагнозы врачам и дверям. Сегодня достаточно почувствовать, что грудная клетка существует ещё и сзади.

Женщина, которая утром пришла «открывать сердце», засмеялась громче всех.

Дина тоже.

На выходе Ирина догнала её у лестницы.

Дина.

Да?

Можно вопрос?

Дина напряглась.

Можно.

Когда в упражнении партнёр шёл к тебе, ты довольно долго хотела сказать «стоп» раньше, чем сказала.

Откуда вы знаете?

Я смотрела.

А.

Ирина застегнула куртку.

Почему ждала?

Дина подумала.

Не хотелось выглядеть странно. Она же ничего плохого не делала.

Ирина кивнула.

Понятно.

И всё.

Никакого «вот ваша травма».

Никакого объяснения, что Дина плохо чувствует границы.

Ирина уже собиралась уходить.

И это всё? - спросила Дина.

А что ещё?

Не знаю. Вы же преподаватель.

Именно поэтому пытаюсь не портить хороший вопрос быстрым ответом.

Она улыбнулась и пошла вниз.

Дина осталась на лестнице.

Телефон завибрировал.

Алекс.

«Как первый день секты?»

Дина невольно рассмеялась.

Вот такой он тоже был.

Она написала:

«Пока человеческих жертв не было».

Ответ пришёл сразу:

«Разочарован. За годовые курсы могли бы обеспечить хотя бы одну».

Дина уже начала печатать что-то ещё.

Остановилась.

Перед глазами вдруг появилась Оксана, остановившаяся в метре от неё после простого «стоп».

Без вопроса.

Без обиды.

Без необходимости объяснить.

Дина убрала телефон в сумку.

На улице было холодно. Она застегнула пальто и пошла к машине.

Ответить Алексу можно было позже.

А можно было вообще не отвечать.

Оба варианта почему-то впервые ощущались настоящими.