bannerbannerbanner
Человек-вампир

Ник Картер
Человек-вампир

– Покажите мне, пожалуйста, места, где вы находили трупы животных.

– Да почти во всех комнатах, не исключая спальной и столовой, в последней, правда, только один раз. Негодяи не ограничиваются определенным местом, как я уже говорил вам.

Ник Картер прежде всего тщательно осмотрел дверные замки и оконные задвижки, затем при помощи увеличительного стекла рассмотрел подоконники и оконные рамы; однако, нигде он не находил признаков насильственного вторжения посторонних людей.

Он обстукивал стены, но нигде не было слышно глухого звука, по которому можно было предположить существование потайного прохода. Ни на стенах, ни на панелях нельзя было найти скрытых пружин, которые указывали бы на потайные выходы.

Ник Картер отодвигал мебель от стен и снимал картины, словом, обыскал весь дом внутри, не добившись, однако, никакого результата.

Затем он обошел кругом дома по саду, разыскивая на дорожках и газонах следы.

Но и здесь он решительно ничего подозрительного не нашел.

В конце концов он при помощи своего электрического фонаря обыскал и погреб. От его зоркого глаза не ушла ни одна стена, ни одна балка; но и тут осмотр ни к чему не привел.

Вообще получилось впечатление, что в подвальные помещения уже десятки лет никто не заходил. Здесь, как и на чердаке, Ник Картер нашел множество паутины. Уже по одному этому можно было видеть, что в этих местах давно никто не бывал.

В сильном недоумении Ник Картер вернулся в библиотеку, где его ждал полковник.

– Будьте добры позвать сюда обоих китайцев, – попросил он, – я хотел бы задать им несколько вопросов.

Полковник позвонил и, спустя несколько минут, явился один из китайцев и спросил, что угодно.

Ник Картер обратился к нему на его родном языке, чем сильно обрадовал его.

Сыщик предложил ему призвать своего товарища и, когда тот явился, начал подробный допрос:

– Что вам известно о вашем хозяине, у которого вы служите?

– Ничего особенного. Он нанял нас в качестве слуг и мы явились сюда.

– Хорошо ли он с вами обращается?

– Хорошо, – ответили оба китайца в один голос.

– Стало быть, вы довольны вашей службой?

На этот вопрос тоже последовал утвердительный ответ.

– Принимает ли полковник гостей? – продолжал Ник Картер.

– Нет.

– Приходил к нему кто-нибудь после того, как вы поступили к нему на службу?

– Нет, никто.

– Получает ли он много писем?

– Ни одного. Мы ни разу не видели почтальона.

– И телеграмм не получает?

– Никогда.

– Стало быть, за все время вашей службы звонок у парадного входа ни разу не звонил? – спросил Ник Картер.

– Нет, ни разу.

– Чем занимается ваш хозяин в течение дня?

– Он встает по утрам очень поздно, завтракает и идет в библиотеку читать, – заявил один из китайцев, – после завтрака ему подается большая порция крепкого кофе, которую он выпивает до обеда.

– А и котором часу он обедает?

– В три часа дня обед должен быть готов.

– Много ли он ест?

– За обедом да, а так – нет.

– Чем он занимается после обеда?

– Идет гулять.

– А когда он возвращается?

– Всегда до наступления темноты.

– А что он делает потом?

– Потом ему подается виски, за которым он в библиотеке ожидает ужина. После ужина бутылка виски остается на столе, а на утро она всегда оказывается пустой.

– Приходится ли вам видеть хозяина поздно вечером?

– Нет, после обеда мы его уже не видим, а только на другое утро.

– Что делаете вы по вечерам, после окончания работы?

– Иногда мы сейчас же идем спать, иногда болтаем, иногда уходим гулять, – ответили китайцы.

– В какое время вы возвращаетесь?

– Иногда в десять, иногда в одиннадцать часов вечера, бывает и позднее. Но всегда с таким расчетом, чтобы рано утром быть здесь на месте.

– А каким образом вы входите в дом?

– Через черный ход в кухне; ключ от дверей мы берем с собой.

– Видели ли вы иногда свет в окнах, когда приходили домой?

– Очень часто, почти каждый раз.

– В какой именно комнате?

– Иногда здесь в этой, иной раз и в спальной.

– В других комнатах света не было?

– Нет.

– Не приходилось ли вам слышать посторонние голоса ночных посетителей?

– Ни разу.

– Других звуков и шума тоже не слыхали?

– Нет.

– Не приходилось ли вам видеть, что ваш хозяин оставлял в столовой или в другом месте письма, адресованные на его имя?

– Нет.

– Быть может, вы видели какие-нибудь пакеты или свертки?

– Нет.

– Ну что ж, пока мне от вас больше ничего не нужно. Если полковник пожелает узнать, о чем я расспрашивал вас, то придумайте что-нибудь, но только не передавайте ему моих вопросов. А теперь можете идти.

Как только китайцы вышли из комнаты, полковник Пирзаль, все время следивший за допросом, хотя и не понимал ни одного слова, резко спросил:

– О чем это вы, черт возьми, расспрашивали этих желтолицых язычников?

– Я только удостоверился в том, что ни один из них не причастен к делу, – спокойно ответил Ник Картер.

– И теперь вы твердо убеждены в этом?

– Да, – заявил сыщик, – а теперь я вас попрошу еще кое о чем.

– Именно?

– Вы должны предоставить мне право на наступающую ночь распоряжаться в этом доме по своему собственному усмотрению, а сами вы должны переночевать в другом месте. Я должен остаться совершенно один до утра, а вы можете отправиться в гостиницу.

* * *

Полковник ответил не сразу.

Он как-то особенно стал разглядывать Ника Картера, причем зрачки его увеличились до невероятных размеров.

Вдруг он вскочил, весь побагровел, а затем воскликнул:

– Но для чего вам это нужно? Зачем вы хотите меня удалить?

– На это у меня есть весьма веские основания, – спокойно ответил Ник Картер, – я всегда предпочитаю работать один, так как присутствие другого лица мне мешает.

– Неужели вы думаете, что я вам поверю? – насмешливо отозвался полковник.

Не говоря ни слова, Ник Картер взял шляпу со стола и направился к дверям.

Но не успел он сделать и трех шагов, как Пирзаль бросился за ним и стал ему на дороге.

– Куда вы идете? – крикнул он в сильном волнении.

Рот его при этом как-то перекосился и зубы его выступили вперед, что придавало ему поразительное сходство со злым бульдогом.

Ник Картер испытующим взглядом посмотрел на полковника. По-видимому, он был в невменяемом состоянии.

Но когда Ник Картер снова повернулся к двери, полковник умоляющим голосом крикнул ему вслед:

– Не уходите, мистер Картер, прошу вас!

– Что вам еще угодно? – холодно спросил сыщик.

– Прежде всего разрешите извиниться за мои слова и мое поведение.

– Ладно, забудем это, – ответил Ник Картер.

Он в этот момент составил уже другой план.

– Очень вам благодарен. И вы, конечно, возьмете на себя расследование этого дела?

– Крайне сожалею. Но взять не могу.

– Но позвольте!.. – воскликнул полковник.

– Простите, для меня этот вопрос исчерпан. Я покончил с вами и с вашим делом.

– Но, мистер Картер!.. – снова воскликнул Пирзаль.

– Мое решение непоколебимо, – заявил Ник Картер, – для сомнительных личностей я не работаю.

– Что вы хотите этим сказать? – в сильном возмущении крикнул полковник и грозно взглянул на сыщика.

– Я этим только хочу сказать, что я убежден в том, что вы потехи ради издеваетесь над другими и что вы попытались сделать это и со мной. А я на это не пойду. Вот и все.

– Но позвольте, никакого тут издевательства нет, – возразил Пирзаль. – Добрейший мистер Картер, я снова усердно прошу вас, оставайтесь и возьмитесь за это дело. Ведь вы уже выражали согласие.

– Нет. Прощайте, – ответил Ник Картер и направился к двери.

– Чем же можно поколебать ваше решение? – взмолился Пирзаль.

– Ничем.

– В таком случае я могу только предположить, что вы трусите, – насмешливо заметил полковник.

Но в ту же минуту он извинился и взял свои слова обратно.

Ник Картер молча пожал плечами.

– Припишите мои выражения моему волнению, – сказал полковник, – сегодня я больше не буду настаивать, но прошу вас явиться завтра еще раз, когда обдумаете все дело.

– Вряд ли это случится. Мало ли в Нью-Йорке сыщиков? Обратитесь к кому-нибудь другому.

– Но мне хотелось, чтобы именно вы занялись этим делом?

– Я предвидел этот ответ, но, к сожалению, не могу согласиться.

Ник Картер увидел, как полковник чуть не прослезился, когда он, всплеснув руками, воскликнул:

– Обещайте мне, мистер Картер, что вы не оставите меня. Подумайте только, в каком я положении. Я ежедневно должен ожидать, что меня убьют и что я сделаюсь жертвой какого-то невидимого врага. Неужели вы так и оставите меня? Или, быть может, в вашем отказе виновны мои китайцы? Быть может, они наговорили вам на меня глупостей?

– Нисколько. Ну что ж, так и быть. Я буду у вас завтра утром в половине одиннадцатого.

– Сердечно вам благодарен! – воскликнул полковник и пожал сыщику руку.

– Вы снимаете с меня огромную тяжесть. Я постоянно буду упрекать себя в том, что погорячился. Еще раз прошу, извините меня. Я не оставляю надежды, что величайший сыщик мира возьмется за мое дело.

– Спокойной ночи, – остановил полковника Ник Картер.

– Спокойной ночи…

Но Ник Картер уже вышел, прежде чем Пирзаль успел докончить начатую фразу.

* * *

Вернувшись домой, Ник Картер отправился к себе в рабочий кабинет и застал там за книгой своего старшего помощника Дика.

– Жаль, что тебя не было раньше, – заговорил Ник Картер, – мне было бы приятно, чтобы ты увидел того человека, который был у меня часа два тому назад.

– Я видел его, – ответил Дик, – я ведь сидел в кабинете рядом с приемной.

 

– Значит, ты слышал всю нашу беседу?

– Почти все слышал.

– Ну, и что же ты скажешь?

– Его рассказ мне показался более чем странным.

– Я не спрашиваю о его рассказе, а о том впечатлении, которое на тебя произвел сам полковник.

Дик, после некоторого раздумья, ответил:

– Он показался мне немного странным, во всяком случае чудаком. Но, ведь, таких людей много, а потому это еще ничего не говорит.

– Не показалось ли тебе, Дик, что у него, как говорится, не все дома, словом, что он, попросту говоря, сумасшедший?

– Совершенно верно. Во всяком случае в его взгляде и во всем поведении было что-то ненормальное, в особенности в ту минуту, когда он передал тебе жабу. Я уже опасался, что с ним будет буйный припадок. Ты на него в этот момент не смотрел, иначе ты заметил бы, что он помешан.

– Стало быть, ты на это обратил внимание?

– Конечно.

– Впоследствии ты не изменил своего мнения?

– Нисколько. Напротив, дальнейшее только утвердило это предположение.

– Вот как. А именно?

– Я несколько раз заметил в его глазах подозрительное выражение.

– Это видел и я, но, быть может ты заметил еще что-нибудь? Ведь он не мог подозревать, что ты наблюдаешь за ним.

– Особенного я больше ничего не заметил.

– Значит, тебе казалось, что я беседую с помешанным?

– Это слишком резкое слово. Мне кажется, что на него временами, так сказать находит, и что он во время таких припадков становится буйным.

– Когда я был у него, – сказал Ник Картер, – с ним чуть не случился буйный припадок, хотя я не знаю, что именно могло служить этому причиной. Правда, он сдерживал себя, но с большим трудом, и я вынес твердое убеждение, что ему место только в сумасшедшем доме.

– А как обстоит дело с анонимными письмами и всем прочим? – спросил Дик.

– Все это дело показалось мне весьма подозрительным и я положительно не знаю, верить ли этому человеку или нет.

– Зачем же ты не остался там, чтобы добиться разгадки?

– На это у меня было несколько причин, – с улыбкой ответил Ник Картер, – прежде всего то, что я хотел бы обыскать его дом без его ведома. Вообще, ты мог бы вместе со мной отправиться туда.

– Буду очень рад, если ты не предпочтешь справиться с этим делом один. Ведь в последнее время мы, твои помощники, служим так только, как бы для декорации.

– Не волнуйся, друг мой, – улыбнулся Ник Картер. – Надо тебе сказать, что когда я обходил дом, я принял меры, чтобы иметь возможность войти в него в любое время.

– В таком случае, задача не трудна.

– Если только старику не придет фантазия обойти дом после меня и обнаружить все мои приготовления.

– Да, это было бы досадно.

– Вот еще что. Голос полковника показался мне удивительно знакомым. Ты не обратил на это внимания?

– Нет.

– Да оно и мне только в начале так казалось, – продолжал Ник Картер. – Голос его возбудил во мне какие-то смутные воспоминания, но когда и где я его слышал – припомнить не могу.

– Не загримирован ли он? – заметил Дик.

– Быть не может. Волосы, цвет лица и все прочее у него безусловно натуральное.

– Так-то оно так, но кожа у него удивительно бледная.

– Да, но это у него от природы, – возразил Ник Картер.

– Близко я его не видел, – настаивал Дик, – но мне показалось, будто цвет его лица является последствием долговременного пребывания в весьма ненадежном месте.

– Ты хочешь сказать, что бледность эта является последствием малокровия, развивающегося в тюрьме и исправительных домах? Думаю, что ты ошибаешься. Ну так вот, пойдем туда вместе. Должен признаться, что это дело меня весьма интересует.

– Меня тоже, – согласился Дик.

– Я нарочно провоцировал ссору во время моего посещения, – продолжал Ник Картер, – и полковник так рассвирепел, что я наотрез отказался от его дела. Затем он настойчиво стал просить меня взять мой отказ обратно и при этом он мне невольно открыл очень странный факт.

– А именно? – заинтересовался Дик.

– Он хочет передать это дело только мне и никому другому. Не кажется ли тебе это странным? Ведь сыщиками в Нью-Йорке хоть улицы мости.

– Да, это верно. Это очень странно. Но все-таки, раз речь идет именно о тебе, я в этом собственно не вижу каприза помешанного человека. Как бы вся эта история не была попыткой заманить тебя в какую-нибудь засаду? Быть может, за этим скрывается кто-нибудь из твоих давнишних врагов, который хочет тебе отомстить, или же полковник состоит в заговоре с преступниками и только наталкивает тебя на ложный след. Ты говоришь, он настойчиво просил тебя взяться за это дело?

– Да. Он так долго просил, пока я, наконец, не пообещал ему еще раз придти завтра утром в половине одиннадцатого и сообщить ему мое окончательное решение.

– Правильно.

– И я считаю наиболее целесообразным, чтобы мы ночью вдвоем проникли в дом и понаблюдали за полковником. В зависимости от этих наблюдений мы и решим вопрос в окончательной форме. Тебе известно, что полковник держит двух слуг-китайцев? Я допросил их на их родном языке, да так, что полковник не имел возможности заранее внушить им ответы. При этом я тайком наблюдал за полковником, который стоял тут же, дрожал от волнения и охотнее всего запретил бы им отвечать. Глаза его сверкали и он то и дело переводил взгляд с меня на китайцев и обратно.

– А какое впечатление произвели на тебя эти китайцы? – спросил Дик.

– Они не причастны к делу, в этом я уверен, – решительно заявил Ник Картер.

– Быть может, в этом старом доме какие-нибудь врачи тайком производили вивисекцию?

– Я уже думал об этом, но это мало вероятно.

– Но откуда же могли взяться разрезанные трупы животных? Ведь они на улице не валяются! – воскликнул Дик.

– Когда я был у полковника, я осмотрел также сад и заметил вскопанное место, – заявил Ник Картер, – я снова разрыхлил землю и действительно нашел там несколько летучих мышей и дохлую собаку.

Дик в изумлении посмотрел на своего начальника.

Затем они оба погрузились в глубокое раздумье, так как именно последний факт говорил в пользу того, что полковник сказал правду.

* * *

Трудно сказать, что произошло бы, если бы Ник Картер со своим помощником привели свое первоначальное намерение в исполнение и осмотрели дом в эту ночь. Быть может было к лучшему, что они этого не сделали, хотя вследствие этого дело еще больше осложнилось и запуталось.

Рейтинг@Mail.ru