Иван Шаман Граф Суворов. Книга 16

Глава 2

Глава 2

— Слушаю, — коротко ответил Ивель, приподнявшись на локте. Звонок застал его в постели, хоть и в условно рабочее время, после подъёма.

— Таран, — раздалось из трубки.

— Архангел, — улыбнулся граф Рубежный. Раз государь начал с позывного, значит, большую часть официоза можно отбросить.

— Как отдыхается?

— Мало, — искренне ответил Таран.

— Работа тяжёлая?

— Тяжелее некуда.

— Так, может, тебя от неё освободить?

— Ха, да не в жисть! — рассмеялся такой шутке глава штурмового корпуса, и с той стороны тоже раздался смех.

— Тебе с какой новости: с хорошей или с плохой?

— Лучше с плохой, чтоб потом порадоваться, — не задумываясь ответил Таран.

— А не получится. Хорошая — тварь по какой-то причине пока спит. А плохая в том, что она остановилась у города в Северной Америке, хотя могла его сожрать целиком. Понимаешь, к чему я клоню?

— Понимаю, — разом посерьёзнев проговорил бурят.

Несколько минут они ещё говорили, обсуждая детали, а затем, попрощавшись со старым товарищем, император положил трубку.

— Чего он хотел? — натягивая одеяло на крепкую небольшую грудь, спросила Вяземская.

Эта рыжая чертовка, вытворявшая в постели такое, о чём в приличном обществе даже думать не стоило, была его законной супругой. Что не могло не радовать здоровяка в два раза выше неё. А ещё она полностью соответствовала поговорке, что большая грудь греет мужскую руку, а маленькая – душу. Потому здоровяк не удержался и, не смотря на хохот любимой, забрался обратно в кровать и расцеловал её. Пришлось ему снова задержаться.

— Государь звонил? — наконец спросила Ольга.

— Угу, — ответил Таран, облачаясь в привычный китель. Он даже в зеркало мог не смотреться, и так знал, где нужно оправить, до миллиметра. Иногда даже закрадывалась крамольная мысль, что он тоже вполне заслуживал зваться Суворовым, но ему вполне хватало быть и выпускником суворовского училища. Ведь оно открыло непередаваемые перспективы перед вчерашней чернью. Хотя в первую очередь открыл друг и брат по оружию.

— И чего хотел? — продолжала расспрашивать Вяземская, немного обиженная, что из мужа приходится вытягивать всё по капле.

— Говорит, отстаем от графика тренировок, — посерьёзнев сказал Ивель.

— Чего?! — от возмущения княжна вскочила на кровати, совершенно не стесняясь своей наготы. — Да ты сильнейший из его учеников!

— Уже подмастерье, — спокойно, но не без гордости ответил Таран. — А должен стать мастером. Нам нужны новые братья, да и старых нужно подтянуть до приемлемого уровня. Ты же хочешь вновь сесть в катер? Сама?

— Конечно, хочу, — поморщилась Вяземская. Бывшая лучшая закрытой школы. Одна из лучших в военном училище. В высшей академии. Она по праву считала себя если не сильнейшей, то достаточно перспективной, а теперь после коллапса «Перехватчик», которым она крутила словно перышком, превратился в железную гору. — Думаешь, получится?

— Обязательно получится: — застегнув воротник, улыбнулся Таран и взглянул на неё тем особенным взглядом, за который она в него и влюбилась. Уверенный и надежный, словно скала. — Нужно только полностью раскрыть эфир и научиться создавать стихийные конструкты.

— У тебя и так подтверждённый шестой. Был.

— Нужен реальный десятый. Как минимум. У господина две стихии. У его супруг по одной. У регента, немецкого канцлера… У всех есть – так что всё реально. Нужно только постараться как следует, впахивать и не опускать руки.

— Поняла. Всё у нас получится! — тряхнув отросшими, а от того куда более восхитительными волосами, уверенно сказала Ольга. — Ведь в этом мы лучшие!

— Именно, — ещё раз поцеловал любимую Таран и, застегнув пояс с гранатометом, револьвером и кортиком, вышел из командирской квартиры. У них был свой особняк, но граф Рубежный там появлялся только во время официальных приёмов. Остальное время он жил в казармах, привычнее ему так было. И когда его называли сапогом, воспринимал он это исключительно с гордостью.

— Ваше величество, — с достоинством проговорил граф Рублёв, хотя в душе у него скреблись кошки. Хорошо, блин, не лично встретились, по телефону связались. А то знал он старшого – душу вывернет, насквозь посмотрит, и хочешь соврать, да не сможешь.

— Здравствуй Щебет. У тебя всё нормально?

— Абсолютно, всё своим чередом идёт, — легко сказал Алексей.

— Друг… ты же знаешь, — через пару секунд раздалось в трубке, и граф невольно подобрался. Одно дело поставщики, даже из крупных родов, другое – император и… друг. И он знал.

— Нет, так-то у меня всё нормально. В ажуре, отлично всё. — пробубнил Рублев. — Просто есть маленькие жизненные трудности.

— Мне из тебя щипцами вытаскивать или Константина позвать?

— Не надо, — тут же ответил граф. Пусть он и чувствовал, что это всего лишь шутка, но в каждой шутке есть доля… шутки. — Просто, понимаешь, ты всё равно узнаешь, так что тут такое дело… Не получается у нас в срок детали изготовить. Никак.

— И ты вместо этого…

— У китайцев взял, — зажмурившись и вжав голову в плечи, проговорил Рублёв.

С той стороны раздался тихий протяжный вздох. Но не ор или гнев. С друзьями император себя почти никогда не сдерживал, это с посторонними говорил с улыбкой и спокойно, а потом с неугодными разбирался либо сам, либо это делала Мария, что было куда хуже. И сейчас Рублёв с ужасом боялся открыть глаза, вдруг этот выдох значит, что его перевели в категорию посторонних.

— На что сменялся? — прозвучал в трубке тихий вопрос.

— Золото в слитках. Не резонансное, обычное. Деньги они наши не берут, — чуть отмерев, ответил Рублёв.

— Значит так, пройдоха, — сказал император, и у графа отлегло с души. — Золота у нас хватает. Пока им нужно только оно, можешь менять, но торгуйся как не в себя. И за качество бейся до последнего. Каждый грамм по ведомостям прогонять будешь и каждую детальку. Понял меня?

— Понял, — тут же ответил Рублёв, который понял, что ничего не понял. — А что мне на самом деле надо?

— Будешь ездить и проверять, как они эти детали делают. Во имя борьбы за качество. Леонид тебе пару спецов даст, которые и в материалах разбираются, и во всём остальном. Но тебе об этом думать будет не нужно, ты своим делом занимайся.

— Им ещё редкоземельные металлы нужны. Титан, литий, палладий… и нефть с газом, — тут же воодушевился граф.

— Договаривайся о капитальном строительстве, — спустя пару секунд и один хмык, сказал государь. — Можешь требовать подарков, себе. Самолёт частный, чтобы проще к ним летать было. Ясно?

— Так точно, Архангел. Всё сделаю! — ответил довольный Рублёв.

У него всегда была чуйка на доходные дела. Не на власть — нет. Обычно удержанием всех в тонусе занималась дражайшая супруга. Которую он хоть и догнал в мускулатуре, но её природное обаяние и стать даже портовых грузчиков заставляли ёжиться. Да и силой резонанса, он занятия не забрасывал. Но вот Пожарская… После катастрофы она словно с цепи сорвалась, с головой погрузившись в активную молитву.

А уж когда они дошли до совместных занятий вдвоём, о которых им рассказали император с Ангелиной… Да чёрт с ними, со знаниями, каждый раз будто на небеса отправлялись, и энергетика вся словно пылала!

— Пожалуй, сделаю-ка я перерыв, пред командировкой, — улыбнувшись сам себе, проговорил граф и отправился в комнату для тренировок, специально устроенную в поместье.

— Жеглов на аппарате. Слушаю, ваше ве… понял, без чинов. Так точно, отвечаю за программу подготовки младшего состава. Да, как раз на выгоне, вон, поросята, в грязи барахтаются, — выглянув в окно, проговорил Пётр. Там, на полигоне, по брови в грязи, подняв над головой автоматы, перебирались в брод курсанты ордена. — Двести уже готово к строевой, ещё шестьсот на подходе. Никак нет, быстрее не выйдет. В войсках учить тоже, совсем не тот коленкор. Понял, подумаю.

— Какого чёрта вам ещё надо? — раздраженно бросил в трубку Краснов, чуть не сшибив аппарат со стола. — Я и так на пределе работаю, будет когда будет.

— Чего, блин? — он уже хотел бросить трубку, когда в ней раздался знакомый голос. — Максим, ты там совсем охренел от безнаказанности и творческой свободы? Хочешь, чтобы я тебя графом сделал? Или, может, сразу князем? Будешь с умным видом по совещаниям ходить, вместо Демидова о промышленных успехах докладывать, производство на местах организовывать и бумагами заниматься.

— Не надо… — жалобно попросил инженер-изобретатель, для которого это было худшим приговором, чем лишение лаборатории. — Я и так под этими бумагами загибаюсь. То отчёт о практике, то об испытаниях.

— А Гайка чем занимается?

— Дома, борщи варит, — чуть смущенно ответил Максим.

— Блин, рад за тебя дружище. Я как-то совсем это из вида упустил, давно не виделись. Хочешь проверю её? Посмотрю, чтобы всё в порядке было? А то вы оба по программе почти не двигаетесь.

— Да как-то отвлекать целого императора и самодержца всероссийского, чтобы он просто мою жену посмотрел… — замялся Краснов.

— Ну да, ну да. Императора, конечно, зазорно. А вот друга вполне можно. Уж полчаса я на вас выделить смогу. Правда, придётся во дворец приехать, иначе, сам знаешь, мне не вырваться. Техники нормальной нет, усилителя нет.

— Работаю, — с первоначальной интонацией проговорил Максим. — Сделаю как сделаю. Раньше не выйдет. Понятно же?

— Ещё бы не понятно, — хмыкнул голос в трубке. — Значит так, завтра в обеденное время отложишь всё и приедешь ко мне. Не сам, естественно, а с супругой. И посмотрю, и пообщаемся, и тебе мозги вправлю. Во всех смыслах. А то чувствую, ты загоняешься без змеюки.

— Ну тебе он хоть браслет оставил, а со мной теперь только по радио связывается и то крайне редко, когда важные вопросы обсуждаем.

— Браслет? Так он же не работает, валяется у меня в ящике как сувенир… Ладно, решено, придешь, как раз и его тоже посмотришь. До завтра.

— До завтра, старшой, — не успев ответить до того, как в трубке прозвучали гудки, проговорил Краснов. — Ну вот, блин, теперь во дворец переться… Надо ему хоть флаер будет настроить, а то и в самом деле неудобно…

Звонки шли один за другим, какие-то с перерывом в полчаса, другие в течение нескольких минут. Бывает такое, везде срак, мрак, кромешная тьма и рутина. Но стоит появиться настоящей проблеме, и ты понимаешь, что это ещё была светлая полоса. И с Пожирателем, оставившим в живых целый город, была именно такая ситуация.

Кроме звонков были ещё и встречи. Обыденные, неприятные или долгожданные. Хотя сейчас было не до конца понятно, какая нам предстоит.

— Ваше высочество, прекрасно выглядите, — улыбнулся я, поприветствовав Ли Линью. — Надеюсь, хорошо добрались?

— Благодарю, вашими стараниями, — искренне ответила молодая женщина. Активировав третий глаз, я без труда заметил, что она сумела отказаться от имплантов и стимуляторов, что для прошлого её состояния уже гигантское достижение.

— Не могу не похвалить вашу настойчивость и целеустремленность. Не многие в вашей ситуации сумели бы достигнуть столь ощутимого результата. Чего не скажешь о ваших сопровождающих.

— Увы, решение очищения – моё личное, — слабо улыбнулась женщина. — Но народу нужна массовая, проверенная и лёгкая в управлении программа для улучшения жизни. А ваше учение подходит больше для монахов. Даже воинствующих.

— Как вы и сказали, увы, — вернул я улыбку. — Но и результаты они дают такие, которые обычным смертным никогда не достичь. Думаю, вы об этом знаете в том числе и от ваших соседей.

— Мы открыты ко всем философиям и верованиям, что не навязываются нам насильно, — легко согласилась принцесса, и тут я чуть не рассмеялся. Ведь их собственная религия, великое благо с архитекторами будущего, была куда более агрессивна. Правда только на своей территории, к нам они пока не лезли.

— Нисколько в вас не сомневался. Как вам новый континентальный климат?

Разговор шёл ни о чём, и обо всем разом. По этикету, которого приходилось придерживаться и из-за статуса, и из-за сопровождающих, нам нужно было минимум полчаса поговорить таким образом, чтобы войти в общую канву. И мне такое расточительство времени давалось куда тяжелее, чем остальным. Воспитание-с.

— Вы останетесь у нас надолго? — с улыбкой спросил я, когда Ли Линью начала спрашивать о подступающих холодах и максимальной температуре летом.

— Совет народной партии постановил что у МНР должен быть постоянный посол на территории России, и лучше меня кандидата не нашлось, так что я останусь в Петербурге столько, сколько понадобится. — улыбнулась принцесса.

— Отлично, это в самом деле прекрасные новости.

— Тогда, если вы не против, я бы хотела заниматься вместе с вашими учениками. — нисколько не стесняясь, сказала Линью, и я едва сумел сдержать улыбку. Похоже, не до конца, ведь девушка заметила это и нахмурилась. — Я что-то не так сказала? Ошиблась?

— Нет-нет. У вас потрясающее произношение и знание языка. А учитывая вашу превосходную разведку, вы скорее всего в курсе о моём классе принцесс, как мы его в шутку называем. Там уже занимаются ежедневно Тереза Бурбон и Фатима, сестра Амина.

— Прошу прощения, — ещё больше нахмурилась девушка. — Я не понимаю, что за намёки на разведку.

— Никаких намеков. Но, если позволите, я дам вам совет, который вы можете тут же передать вашему начальнику службы безопасности, — проговорил я, и девушка, немного подумав кивнула. — Вы же знаете, что у меня много учеников. А вы единственная страна, которая массово использует импланты у своих служащих. Да ещё и дроны, которые светятся в истинном зрении словно новогодняя ёлка. Мы не против. Если хотите, можем даже открыть вам официальный пост при посольстве. От союзников, которые помогали расправиться с Пожирателем у нас нет секретов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.