Архив, которого нет

1991 год. Москва дышала пылью распада — серой, бумажной, канцелярской. В коридорах Центрального Комитета стояла тишина, не похожая на обычную: не рабочая, не ночная — выжидательная. Такая бывает перед закрытием эпохи.