Ирма Мирова Размышления на больничной койке

Глава 1

«Профессиональный» праздник

Это было обычное больничное утро, когда по оживленному коридору перестали громыхать штативы с капельницами, обретя своих хозяев, врачи закончили обход, медсестры смогли немного выдохнуть после напряженного утреннего забега. Ведь у них, наверное, больше всех забот – каждому измерить температуру, взять кровь на анализ, распределить лекарства на день, установить капельницы.

Так вот, когда все утихло, а мы послушно лежали на своих койках и получали свои лечебные коктейли в капельницах, стараясь при помощи разговоров и шуток отвлечься от непрекращающейся тошноты и головокружения, в палату зашла Анна Михайловна с каким-то прямо торжественным видом и намеренно пафосно произнесла: «Надеюсь, все помнят, какой сегодня день?».

Сказать по правде, в больнице все дни похожи друг на друга и очень быстро вообще забываешь, что существуют числа и дни недели, просто один длинный-длинный «коридор». Так что мы так удивились, словно нас попросили припомнить все футбольные клубы за последние сто лет. «Тааак…» – наигранно возмутилась Анна Михайловна. «Мы тут с ног сбились, готовясь к торжеству, а они лежат, даже не собираются помогать!». Ее ехидная улыбка и игривый тон тут же пробудили в нас детский задор. Я приподнялась на кровати, оглянулась… Мои соседки – Ксюша и Лиза тоже оживились. «Что за праздник? Да еще и такой масштабный» – спросила я. «День борьбы с онкологическими заболеваниями!» – торжественно произнесла Анна Михайловна. У меня по всему телу пробежала судорога. Но я постаралась сделать максимально приветливое лицо. Уж очень хотелось поддержать Анну Михайловну в ее трогательной игре.

Мы все любили Анну Михайловну – нашу Анечку. Совсем еще молодая девушка, она с таким теплом и участием общалась с нами, что мы все ждали ее появления больше, чем своих родных. Анечка была медсестрой, но училась на врача. Поэтому нередко деловито давала нам советы. «Вам лучше воздержаться от сладкого…, а вам следует пить побольше воды…». А ведь мы не были послушными – ели тайком печенье, пили лимонад, пытались удрать на улицу. Анечка никогда не ругалась, только ласково смотрела и уговаривала нас. Вообщем, любили мы нашу Анну Михайловну.

«Сегодня вечером будет праздничный ужин – главврач разрешил. А еще… и салют! Салют, правда, еще не согласовали, но он, конечно, не будет против! Всем отделением выйдем на улицу, ведь ночь – никого не будет! Так что, девочки, дорогие, готовьте праздничные наряды, желания – ведь во время салюта их нужно успеть загадать! Ах, да, масочки не забудьте! До вечера!» – сказала Аня и скрылась за дверью. А мы, забыв про капельницы, стали шуршать в поисках нарядных халатов, косметичек, а Лиза стала звонить мужу, чтобы он привез ей новые красивые тапочки.

Надо сказать, что отделение онкогематологии отличается особой строгостью – маски, диета, режим, изоляция. Это тяжело, но важно для безопасности пациентов.

Праздник на отделении был запланирован на восемь вечера. По словам медсестер, к этому времени они как раз успеют завершить дела на смене. К тому же, начальство точно уйдет и никто не помешает нам как следует отпраздновать.

Так что у нас было достаточно времени, чтобы почистить перышки, нарядиться и даже приготовить друг другу маленькие подарочки на память – привезенные родными, еще не распечатанные зубные щетки, мыло, блокнот для записей – вот такие подарки были доступны нам.

Мы чувствовали себя благородными девицами перед балом. Героически отстояв очередь в душевую – единственную на отделении, не забыв помочь тем, кто не может встать самостоятельно, мы принялись прихорашиваться. Я достала пакет с многочисленными платками и шапочками (волосы я потеряла очень быстро, так что этого добра у меня было много). О, платки у меня были всякие! На все случаи жизни. Девочки облепили меня, выбирая себе подходящий.

Ксюша выбрала себе маленькую белую шапочку-бини, она носила парик и это шапочка чудесно сочеталась с ее смуглой кожей и черными волосами парика. Удивительная внешность у Ксении – смуглая кожа, карие глаза – такая яркая, очень красивая. На тот момент ей было слегка за сорок, но звонкий голосок, чувство юмора и какая-то неисчерпаемая энергия делали ее совсем девчонкой. Она интересовалась наверное всем на свете – косметикой, трендовой одеждой, рукоделием, кулинарией, любила спорт, делала какие-то небывалые букеты из всего, что под руку попадалось – конфет, сухоцветов, даже из мыла. Наверное, благодаря Ксюше я не пала духом, научилась радоваться жизни, своей реальности.

Лиза – это мы ее так называли по ее же просьбе, на самом деле Елизавета Ильинична, была сильно старше нас. Добрый, светлый человек, столь молодая в душе, что мы и не чувствовали разницы в возрасте. Лиза выбрала ситцевую косынку нежно-голубого цвета с мелкими белыми цветочками. Она так освежала ее белое от изнурительного лечения, лицо.

Мы нарядились. Ксюша надела новый спортивный костюм, который ей привезли к выписке, Лиза отыскала штапельное платье, шерстяные носки и пуховую шаль – ведь мы готовились к выходу на улицу после пирушки. Февраль выдался теплым, почти весенним, но наше слабое здоровье было не трудно подорвать. Так что мы решили перестраховаться. Тапочками пришлось обойтись старыми, просто времени было мало. Но Лиза совсем не расстроилась. Уж больно гармонично она выглядела – настоящая русская красавица с аристократически белой кожей.

Сама же я надела любимое платье-бохо цвета графит с серебристыми нитями, – нарядное за счет люрекса, но теплое, черные лосины – больничная альтернатива колготкам и подаренные мне тетей Милисой из восьмой палаты меховые сапожки, похожие на уги, только для дома. Завершала мой необыкновенно праздничный образ вязаная шапочка с сеткой для волос в виде розы. Это роза, представляющая сборку ткани, за неимением у меня волос утратила свою функцию, зато обрела другую – она создавала объем на затылке, благодаря чему моя лысость не бросалась в глаза. Во всяком случае, я себя этим успокаивала.

Около семи тридцати я вышла в коридор. Не то, чтобы по делу, нет. Очень хотелось посмотреть, нет, по-ребячьи подсмотреть, чем заняты наши «соседки и соседи». Прошлась по коридору, в 16 палате медсестры наряжали Ольгу Петровну – немного капризную пожилую женщину. Она не могла ходить самостоятельно и использовала коляску. Несмотря на нелегкий нрав, она охотно согласилась поучаствовать в общем веселии и конечно хотела выглядеть не хуже других. Подругами Ольга Петровна не обзавелась, вот и эксплуатировала безотказных сестричек Милу и Дашу.

Эта праздничная суета не обошла и мужчин. Все приняли душ, побрились. Конечно, они не уделяли такое внимание сценическому образу, как мы женщины, но тоже хотели выглядеть прилично. Особо нетерпеливые крутились у столов в сестринской, агитируя всех не выпендриваться и начать пир немедленно. Анна Михайловна по обыкновению ласково уговаривала их подождать, санитарка Зоя грозилась «намылить шеи» и оставить вовсе без ужина…

Вообщем, таким оживленным наше отделение давно не было.

Вот, наконец подошло время пира. Мы собрались в просторной сестринской. Когда-то это был зал для лечебной физкультуры, но он недавно переехал в другой корпус. И его отдали медсестрам. Девочки медсестры были очень довольны. Это было просторное светлое помещение, даже с двумя небольшими нишами. В них наши "феи" сделали маленькую кухню с холодильником, микроволновкой, чайником и кофеваркой. Вторая ниша сгодилась под гардеробную. А сейчас это был наш местный ресторан. Четыре рабочих стола поставили вдоль каждой стены кабинета, на них положили три большие деревянные панели, неизвестно, где взятые. Сверху постелили нарядные скатерти, которые заботливо приобрела Зоя. Получились праздничные столы, с посадочными местами как с наружной, так и с внутренней стороны.

Угощений было много. И это тоже огромный труд наших дорогих сестричек и Анны Михайловны. Важно было не просто сделать вкусно и красиво – необходимо было соблюсти все требования по питанию пациентов. Пришлось отказаться от всеми любимых суши, пиццы и пирогов – ведь это запрещено.

Так вот, на столе было все, что вкусно, полезно и просто необходимо онкологическим больным: цельнозерновой хлеб, сыр, красная рыбка, огурцы и помидоры порезанные и красиво уложенные на тарелки, яблоки, апельсины, бананы, орехи – грецкие, кешью, кедровые. А на горячее Алевтина Ивановна – больничный повар, принесла тушеную говядину с картофельным пюре.

Вот такой у нас был сказочный стол!

Кроме того, коридор отделения украсили шариками и светодиодными гирляндами. Самый молодой пациент на отделении, Севочка – умный и целеустремленный мальчик, принес колонку. Так что у нас и музыка была. Мы сидели, угощались, «щебетали»… Как будто мы одна большая семья. И… ждали заветного момента, когда все вместе выйдем на улицу, вдохнем ночного воздуха и под яркие вспышки фейерверков загадаем наши самые заветные желания…

Мои мечтания прервал охранник Борис Петрович. Он подошел к Анне Михайловне и что-то шепнул ей на ухо. По тому, как наша Анечка изменилась в лице, я поняла, что случилось что-то очень плохое. Ко мне подошла Ксюша. Ничего не говоря, она потрепала меня по плечу, словно пытаясь растормошить, ободрить. Ах, Ксюша! В самые трудные моменты в жизни я вспоминаю твои добрые руки, и это придает мне сил. Анна Михайловна вышла в коридор. Было слышно, что она с кем-то говорит по телефону. Я не могла разобрать, что именно говорит Аня, но слышала, как меняется ее тон. Голос ее звучал то раздраженно, то умоляюще. Наконец, она зашла в сестринскую.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.