Дважды два

Ирина Калитина
Дважды два

Лучший

Хороший Мужик лечил дома гипертонию и, чтобы заменить заболевшего, в класс вошёл лучший учитель в городе.

Попросил ребят не садиться. Все стояли заинтересованные, ожидая, что будет дальше. Он прошел по проходам, всматриваясь в глаза каждого ученика, настраивая на свой урок, отвлекая от других проблем. Позволил сесть, начал что-то рассказывать, спрашивать весело, легко и свободно, как в дружеской беседе. Маше показалось, что прошло минут пятнадцать, не больше, но прозвенел звонок, учитель поблагодарил класс, вышел, а ученики остались сидеть, ошеломлённые.

– Полечился бы Хороший Мужик ещё немного, – с такой грешной мыслью Маша укладывалась спать вечером.

Урок повторился.

Красивый человек, с одухотворённым лицом, похожий на молодого Блока. Волосы тёмно-коричневые, пушистой копной, карие глаза за очками, лучатся теплом, лёгкий, весёлый, притягательный. До него, так смотреть на учеников умела только Классная, но Классная не была мужчиной…

Лучший предложил решить задачу, хотел показать, как это трудно без знания теоремы, которую собирался изложить. Но Маша знала решение. Со времён кружка Классной она интересовалась книгами по занимательной математике, (мама приносила из библиотеки), сложными заданиями мучилась, размышляла о них, даже, ночью. Иногда, ответ приходил во сне. Над этой пришлось немало потрудиться.

Она подняла руку. Учитель вызвал к доске и получил, к своему удивлению, обстоятельный ответ с объяснением того, как девочка размышляла. Классная учила ребят думать и излагать последовательно цепь рассуждений, а не пытаться угадать.

– Это не тот способ, который я ожидал услышать, ты остроумно обошла щекотливый вопрос, – глаза его вспыхнули, он пожал её руку, державшую кусочек мела, повыше запястья, – обязательно запишу в тетрадь, где собираю интересные решения ребят.

Прежде, чем предложить Маше сесть, он посмотрел на неё как-то задумчиво. И потом, когда представлял классу доказательство теоремы, взгляд несколько раз задерживался на ней.

Следовало, наверное, объяснить, что задачу она решила не сейчас, за несколько минут, а раньше, и на это потратила много времени. Но сделать это не догадалась, потому что, затаив дыхание, ловила каждое слово Лучшего.

Не поняла она, что меньше всего ожидал учитель получить верный ответ, да ещё с подробными объяснениями, от голубоглазой куколки с льняными волосами, капризным выражением лица и слегка надутыми губками, никак не смахивающей на будущего Лобачевского.

Ей же, выросшей без отца, привиделась в пожатии-одобрении нежность мужчины, и ни один человек, для неё, с этого момента, не мог сравниться с Учителем, даже, обаятельный актёр в любимом театре.

К шестнадцати годам Маша ощутила уже внимание противоположного пола. Когда стала старше, солидные мужчины предлагали защиту и помощь «эфемерному» созданию. Но извлекать выгоду из своей внешности не научилась. Во взрослой жизни, слышала:

«Зачем тебе, вообще, работать? Нужно быть, просто, глупенькой нежной девочкой, и мужчины сойдут с ума».

«Нет, притворство ни к чему хорошему не приведёт, – думала она, – дважды два, – четыре при любых обстоятельствах, так учил Хороший Мужик».

Через годы Маше откроется, насколько по-разному выполняют люди простые арифметические действия, особенно, в сфере торговли.

Ей, окончившей ВУЗ по специальности «прикладная математика», придётся устанавливать компьютерную программу по логистике на оптовом складе. Там и услышит она, как считают два продавца высокой категории, не обращая внимания на программистку, принимая её за что-то, сродни компьютеру.

Речь шла о мешках со сгнившим арахисом, затерявшихся на складе, и обнаруженных кем-то случайно. Их надлежало выбросить, как можно скорее, это было очевидно всем, но не торговым работникам. Они обсуждали цену, по которой продадут испорченный арахис кавказцу, хозяину пивного бара, кавказец орехи пережарит, посолит и подаст к пиву пьяным посетителям.

«Выкиньте эту гниль, не травите людей, у вас такой товарооборот, я вижу его в базе данных, два мешка для вас – капля в море!» – хотелось крикнуть, но её пригасили по другому поводу.

Почти, на такой же очевидный вопрос: «Сколько будет дважды два», заведующая оптовым складом, высокая женщина с большим животом, хранилищем батонов с колбасой, запитых крепким, сладким, чёрным чаем, особа с абсолютно бесстыжими, выпуклыми глазами, кокетливо спросила у хозяина:

– А, сколько надо?

– Одиннадцать, – приблизительно так прозвучал ответ.

Женщина картинно, потупила глаза:

– Ну, не знаю, не могу обещать. Может быть, девять или десять получится…

Чтобы так считать, Маше следовало учиться у других учителей.

Это случится потом, а в девятом очевидным было, что Лучший обращал на неё внимание, если они встречались в коридорах или на лестнице.

Эмоциями своими поделилась с Классной, и получила осторожное предупреждение:

– Все ученицы Лучшего переживают влюблённость в учителя, и её дочери, тоже.

И, всё-таки, до восемнадцати лет она дотянула без серьёзного романа со сверстниками.

Рейтинг@Mail.ru