Полная версия:
Ирина Устюгова Не та высота
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
- Да никто не хочет пятницу, эх! Ладно, попробую к Кобре подкатить, может договорюсь за нее отчёт какой накатать? Как думаешь прокатит?
Нина пожала плечами, ее мысли были очень далеко от школы и ее отчётов. Едва дверь за Наташей закрылась, как Нина, оглядев пустой класс тихонечко поинтересовалась:
- Мне надо в лагерь? Эй, ты меня слышишь?
Но голос снова молчал.
- Может это Мишке нужна моя помощь? - подумала она и тут же резко тряхнула головой. - Все, хватит! Так точно с ума сойду.
И Нина во второй раз вытащила фотоальбомы, а за ними и старые стенгазеты, и забытые кем-то учебники, канцелярию и ещё кучу всякого барахла, скопившегося за учебный год.
***
Остаток недели прошел быстро и все это время голос молчал, а в субботу рано утром Нина поехала к сыну. Костя, как и ожидалось, вышел работать за Михалыча, но Нину это уже не слишком беспокоило. Стыдно признаться, однако она больше думала о голосе, хотя и очень старалась не думать. Но едва подъехав к воротам лагеря, сердце матери всё-таки сделало кульбит и о всяких голосах Нина забыла. - Как же я по нему соскучилась, - подумала женщина и, оставив машину за территорией синих, кованых из железа ворот, она зашла в калитку. Отметилась в журнале у охранника и бодро пошагала вперёд.
Как она и рассчитывала, почти никого из родителей ещё не было. Мишка обещал провести экскурсию по территории лагеря и даже познакомить ее с "самыми крутыми тренерами России". Она увидела его издали, ребята как раз вышли из главного корпуса. Чуть ли не вприпрыжку Нина подбежала к группе детей.
- О мам, привет! - Миша тоже заметил ее и приветливо махнул рукой, кивнув тренеру, он подошёл к матери.
- Здравствуйте! - поприветствовал её тренер издали. - Можете погулять по территории лагеря, Мишка вам все покажет, - крикнул ПалПалыч.
- Здравствуйте! Хорошо, спасибо! - крикнула в ответ Нина.
- Если за территорию пойдете, мне скажите! И у охраны отметьтесь! Обратно не позже семнадцати часов. Вечером бассейн!
- Все поняли, в семнадцать будем на месте! - Нина шутливо приложила руку к свое голове, выражая свое почтение тренеру.
Мишка рассмеялся, а потом они пошли гулять по окрестностям лагеря.
- Тут очень круто, мам! -рассказывал он по дороге. - Вот здесь у нас уличные тренировки, смотри поле какое! Здесь вот грузим веса, тут бежим, тут полоса с препятствиями! Мощь! Пока добежишь - весь мокрый до трусов, но такой кайф! Понимаешь?
- Понимаю, - прошептала Нина, вспомнив, как сама обожала тренировки до полного бессилия. Правда ей после этого бессилия ещё предстояло бежать за Ванькой в садик и готовить дома ужин, но это уже мелочи.
- Пошли зал покажу, там тоже круто!
Миша повел ее в корпус, параллельно показывая тренажёрку, актовый зал и столовую. Дойдя до больших створчатых дверей спортзала, он остановился и прислушался - оттуда были слышны голоса.
- Тренировка? - улыбнулась Нина.
- Как будто да, - задумчиво сказал Миша. - Странно, все наши же сегодня свободны, - он слегка потянул дверь на себя и заглянул.
- Кто там шастает? - раздался громкий зычный голос, и Мишка тут же эту дверь захлопнул.
- Точно тренировка, - рассмеялась Нина.
- Ага, девчонки какие-то... Откуда тут девчонки?
- Женская сборная по хоккею? - поинтересовалась Нина, оглядывая коридор.
- Да не! Прыгают через планку, гимнастки похоже.
- Легкоатлетки, - на автомате поправила Нина, почувствовав смутную тревогу внутри.
- А, точно, тут же раньше был центр лёгкой атлетики, ну при СССР, теперь их перебазировали в другой район. Странно с чего это они тут сегодня?
Нина почувствовала холодок по спине.
- Лёгкой атлетики? - эхом повторила она.
- Ну да - это бег, прыжки там всякие, ещё что-то вроде есть, я точно не помню, - пояснил Миша, решив что Нина не знает, что относится к данному виду спорта. - Ну ладно, раз зал занят, пошли тогда покажу тебе лёд. Вот он, кстати, так себе, у нас на арене лучше, - Мишка уже развернулся и бодро зашагал в сторону от спортзала. Нина же с опаской покосилась на большие двери. - Показалось, - подумала она, а затем аккуратно последовала за сыном, прислушиваясь, не шепчет ли чего этот противный голос. Голос не шептал, вместо этого она услышала, как позади распахнулись двери и загомонили девочки, высыпав в коридор. Нина поспешила за Мишей, но было поздно, ОН ее уже заметил.
- Это вы заглядывали на тренировку? Что-то хотели? - спросил тот самый зычный голос.
Нина застыла, как пришибленная. Всё ещё смотря в другую сторону от зала, она была не в силах повернуться к говорившему. На помощь пришел Мишка, ответив за нее.
- Это я! Извините, хотел маме зал показать. Не знал, что тут тренировка!
- Аа, ну ничего, мы тут..., - он осекся, потому что в этот момент Мишка дёрнул Нину за руку и всё-таки развернул ее лицом к мужчине. От неожиданности Нина совсем растерялась и посмотрела прямо в глаза человеку, которого хотела бы не видеть больше никогда. Забыть, также как забыла Тоню. Сейчас он, конечно, был намного старше того, каким его помнила Нина. Волос на голове почти не осталось, а ещё он стал намного тучнее, но на нём привычный спортивный костюм, а на шее все тот же свисток. Мужчина между тем несколько раз моргнул и недоверчиво покачал головой.
- Да быть не может? Исаева ты что ли?
- Уже десять лет как Рожкова... - тихо прошептала Нина. - Здравствуйте, Лев Семёнович!
Глава 3
- Вот так встреча, - нахмурился ее бывший тренер, попеременно переводя взгляд то на Мишу, то на Нину. - А ты значит хоккеист? - спросил он мальчика.
- Да, на сборах. Вы что знакомы? - удивился он.
- На сборах, ну-ну, - хмыкнул Лев Семёнович. - Реализуешь в мальчике, то, за что сама не рискнула побороться, Антонина? Не потянула тебя Гаврилова?
- Мой мальчик сам в состоянии решить, что и где ему реализовывать, - отчеканила Нина и сама удивилась, откуда столько резкости в ее голосе? Она почувствовала подступающий к горлу ком.
- Антонина?! - переспросил Миша, с удивлением глядя на мать.
Нина открыла рот, чтобы ответить, но Лев Семёнович ее опередил.
- Имя матери для тебя секрет? - он приподнял бровь.
- Меня зовут Нина, - тихо сказала женщина, глядя в пол и не решаясь поднять голову. Мужчина присвистнул.
- Чтоб фамилию меняли - понимаю, но имя... Ты Исаева, конечно, даёшь.
- Рожкова. И я не ваша воспитанница, не надо со мной как с девчонкой разговаривать. Миша, нам пора, - она развернулась и, потянув сына за руку, пошла прочь. Лицо горело огнем, мысли путались, она не была готова к этой встрече. Она словно вновь стала той самой девочкой, в которую летит чашка с чаем. Той, которой вслед кричат "предательница, слабачка, трусиха". Той, которая рыдала у реки целый вечер, но так и не решилась на самое страшное. Той, чей шёпот она, кажется, теперь узнала. Тоней.
Лев Семёнович что-то крикнул им вслед, но Нина его уже не слышала. В ушах стоял гул и она, стараясь сбежать от него и от себя, тащила Мишку, сама не зная куда, ровно до тех пор, пока он не остановил ее, на полпути к воротам.
- Маааам? - он вырвал свою руку и ошалело таращился на мать. - Ты что, с ума сошла? Куда ты меня тащишь? Откуда знаешь этого мужика и почему он назвал тебя Антониной?
Нина тяжело дышала и кусала губы. В конце концов ничего страшного ведь не произошло? Ну подумаешь старый тренер... Имя? Ну бывает, сменила и сменила. Что я так запаниковала то? Голос? С чего я вообще связала его с этим лагерем? Нет, об этом сейчас лучше не думать. Она глубоко вздохнула и попыталась улыбнуться.
- Я просто встретила человека, которого очень давно не видела. Эта встреча вызывает... Ну скажем так, не самые приятные воспоминания из моего детства. Она какое-то время помолчала. - А Антониной он меня назвал, потому что это, - Нина запнулась, но все-таки продолжила, - это раньше было мое полное имя, - снова тяжёлый вздох, она почувствовала как сердце ускорило ритм. - Оно мне просто никогда не нравилось, - тут же добавила она и подумала: «Какая ложь!»
Мишка все это время слушал ее скептически.
- Что за воспоминания?
- Неважно, Миш. Я не хочу об этом говорить и вспоминать.
- Надо вспомнить, Тоня. Надо! - нетерпящим возражений тоном, зашептал голос и Нина отшатнулась как будто ее ударили.
- Мам? - снова спросил Миша.
- Ничего, муха просто, - Нина махнула рукой, словно ей действительно мешало летающее насекомое.
- Мм, ну допустим. А мы лед то смотреть пойдем или ты этого Льва Какоевича, - передразнил он отчество, - боишься?
- Льва Семёновича, - машинально поправила она. - Не боюсь конечно, с чего ты взял?
- Ну как бы... - он выразительно обвел руками дорогу, по которой они только что неслись без оглядки.
- Я просто задумалась. Извини. Давай лед посмотрим?
- Ну давай...
Они вернулись обратно к лагерю и зашли в крытое здание за главным корпусом. Там, как и ожидалось было холодно, Нину же, не ожидавшую встречи со своим прошлым, и вовсе била дрожь. Мишка, активно жестикулируя, рассказывал ей о недостатках покрытия, а она, машинально кивая, перенеслась на десятилетия назад. Туда, где как ей казалось, навсегда осталась маленькая Тоня.
1990 год
Она пришла во дворец на следующий день после разговора с матерью. Сразу после школы, как обычно. Вот только в этот раз она не смеялась и не бежала - просто шла, зная, что она должна навсегда поставить точку и оставить мечту.
- Привет будущим чемпионам, - привычно поприветствовал её старенький Евгений Степанович из своей каморки с табличкой "ОХРАНА".
Она, обычно шутившая в ответ, в этот раз прошла молча, как будто ничего не видя и не слыша. Поднявшись в раздевалку, Тоня достала из ранца пакет и сложила туда две пары тренировочных кроссовок. Одни были обычные для разминки и бега, а вторые шипованные непосредственно для прыжков, их Тоне купили родители, с трудом отыскав такую редкость на рынке подержанных вещей. Старенькие и потрёпанные они использовались девочкой для тренировок, кроссовки для выступлений отдала ей девочка из группы постарше. Она из них выросла, и они валялись без дела, увидев однажды в чем Тоня выступает, она вручила их ей сразу после окончания соревнований. Эту обувь Тоня берегла как зеницу ока и хранила дома - каждый кроссовок был завернут в отдельный мешок, чтоб они случайно не поцарапались. А уже завёрнутые в полиэтилен, они лежали в коробке на антресоли, чтоб Ванька случайно не достал и не испортил. Сверху кроссовок Тоня сложила запасную футболку и шорты. Нашла в общей коробке свои бинты и ленты, которыми иногда приходилось пользоваться при интенсивных нагрузках. Они были сильно изношенные и, наверное, уже даже не выполняли своих функций. Тоня подумала, что они вряд ли когда-то ей понадобятся и лучше, наверное, оставить их девочкам, но вспомнив, что и они стоили маме денег, а значит и глаз, и спины, маленькая девочка аккуратно сложила их в пакет. В последний раз оглядев пустую раздевалку, она вздохнула и направилась в тренерскую. Несмотря на то, что ей было всего десять, она знала, что такое ответственность и понимала, что нужно объясниться с тренером - почему после стольких усилий и побед, она решила оставить спорт. У дверей Тоня не колебалась и сразу постучала.
- Да, - раздался зычный мужской голос.
- Можно, Лев Семёнович? - заглянула она внутрь.
- Конечно, Исаева, заходи! Обсудили сборы?
- Обсудили... Лев Семёнович, я больше не буду заниматься лёгкой атлетикой. Пришла забрать вещи, это к сожалению не мое.
- Что? - опешил он. - Как это не твоё? Ты что неудачно прыгнула, упала и головой ударилась? Какие вещи, Тоня? У нас сборы, регион!!! А потом вообще...
- Я знаю, но... Я устала, Лев Семёнович. Я не хочу, мне больше это не нравится, - чуть дрогнувшим голосом соврала она.
Тренер явно был растерян, он мотал головой, не понимая, что произошло.
- Тоня, скажи честно, ты уходишь выступать за другой клуб? - вдруг спросил он и Тоня поняла, что вот оно спасение. Никто не будет знать, что они бедные! Никто не будет знать, что одна из лучших спортсменок города ужасная дочь и сестра! Она просто "уйдет в другой клуб" делов-то!
- Да! Точно, в другой клуб, - просияла она, но заметив, как посерел тренер, замолчала, уставившись себе под ноги.
- Даа... Не ожидал от тебя, Исаева, такого. Вот уж удивила, так удивила. Я ее на сборы готовлю, перед мамой распинаюсь, а вы значит в другой клуб?
Тоня открыла было рот, чтобы что-то сказать, но так и не нашла слов. Она не понимала почему он злится, ведь другой клуб это не значит бросить спорт? Они же в одном городе, в одной стране, какая разница? Дело то общее? - Или догадался, что обманываю? - терзалась девочка. - Наверное догадался, не такая уж она в самом деле и талантливая, чтобы ее вот так сразу и в другой клуб пригласили.
- Ну скатертью дорожка тебе, Исаева, Гавриловой мой большой привет. Вот только кроме привета, ты передай, что переманить готового чужого спортсмена легко, а найти и вырастить - это совсем другое.
Тоня, понятия не имевшая кто такая Гаврилова, покивала головой и пробормотав слова извинения на всякий случай, попятившись, вышла из кабинета. Она думала на этом все закончится, однако через пару дней, девочки, с которыми Тоня раньше тренировалась и участвовала в соревнованиях, пришли к ее школе поговорить. Именно от них она и узнала, что она "предательница, трусиха и слабачка". Они много чего говорили, но это запомнилось маленькой девочке больше всего.
2010 год
- Сыграем? - донёсся до нее голос сына, и Нина заметила, что они стоят у стола с аэрохоккеем.
- Давай! - обрадовалась она и с удовольствием погрузилась в игру.
Мишка проиграл трижды.
- Да как так?! - возмущался он. - Блин! Мам, ты мухлюешь!
- Каким образом? - рассмеялась Нина.
- Не знаю, но ты не можешь выигрывать меня в хоккей! Это неправильно!
- Это же не настоящий хоккей, - хохотала она. - Вот на льду я бы сразу проиграла, сам знаешь, как я катаюсь!
Кататься на коньках Нина действительно не умела, да и откуда ей было научиться.
Они ещё немного побродили по территории, а к двенадцати пришли на открытую площадку, где дети подготовили к приезду родителей концерт. Мишка убежал к ребятам, а Нина присела на скамейку рядом с другими гостями лагеря. Она невольно крутила головой, не мелькнёт ли где Фролов со своими спортсменками? Но бывшего тренера и легкоатлеток нигде не было видно - Нина вздохнула с облегчением.
Концерт начали вовремя - дети показывали сценки, было красочно и весело, Мишка и его команда показывали детский КВН и Нина хохотала до слёз. Затем их сменили мальчики помладше - они читали Рэп и с клюшками на перевес танцевали какие-то современные танцы. Голос себя больше никак не проявлял, а Нина твердо решила, что когда вернётся в город, всё-таки сходит к специалисту. - Ничего страшного в этом нет, - убеждала она себя. - Такой же врач, как и все остальные. Вот только нужно сходить к платному специалисту, чтобы никаких ненужных отметок в медицинской карте ей не поставили.
Льва Семёновича и его воспитанниц она больше не встречала и около четырех часов вернула сына ПалПалычу.
- Как и обещали, до семнадцати часов возвращаю, - улыбнулась она. - И даже раньше!
ПалПалыч улыбнулся и, велев Мишке идти пока в комнату, попросил Нину задержаться.
- Нина Алексеевна, я сам толком не знаю что произошло, но вас просили подойти к директору лагеря, - сказал он после того, как Мишка ушел. - Это никак не связано с Мишей, там какой-то другой вопрос, - поспешил заверить он. - Зайдите пожалуйста, меня очень просили!
- Хорошо, - растерялась Нина. - Это куда мне?
- Вот здесь, - он указал на небольшую лестницу из пяти ступенек по центру коридора, - как подниметесь, сразу направо, вторая дверь. Спасибо большое! - произнес он, уже отвлекшись на запиликавший в его кармане телефон.
Нина в лёгком волнении подошла к двери.
- Надеюсь, директор не Лев Семёнович, - успела подумать она, прежде чем постучать и затем открыть дверь кабинета.
- Здравствуйте, можно? – заглянула она во внутрь. - Я Нина Рожкова, мама Миши. ПалПалыч, то есть Павел Павлович, просил к вам зайти.
Женщина за столом приподняла брови, на мгновение задумавшись.
- Нина? Хм... А Антонина? Антонина Исаева?
- Нина, - ещё раз повторила женщина, не отрицая, впрочем, того, что она и Антонина Исаева тоже. То, что разговор так или иначе будет связан с бывшим тренером стало очевидно - кроме него никто не знал ее как Антонину Исаеву.
Несмотря на это, она вошла в кабинет и присела слева от директора. Это была женщина лет пятидесяти, с красиво уложенным каре и ярко красной помадой на губах, которая ей удивительно шла. Одетая в лёгкое платье, с окантовкой из красных маков, она совсем не была похожа на директора.
- Я по-летнему, - словно прочитав ее мысли, женщина махнула рукой по своему наряду, - жарко, да и гости сегодня. Не думала, что придется решать столь сложные вопросы. Вам Лев Семёнович ещё ничего не сказал?
- Не понимаю о чем вы, - нахмурилась Нина.
- Ох, такая ситуация неприятная! У девочек на носу соревнования, они уже подали заявку, прошли отбор и все такое. И вот несколько часов назад выяснилось, что Тамара Михайловна - второй тренер, попала в больницу, представляете! Она уехала вчера и упала, сломала шейку бедра! Она не может сейчас даже встать бедняжечка! В ее то годы и вот такая травма...
- Я очень сочувствую Тамаре Михайловне, - перебила ее Нина, вспоминая что Лев и Тамара работали вместе ещё во времена ее тренировок. - Но всё ещё не очень понимаю причём тут я?
- Им некем заменить ее на соревнованиях, Антонина Алексеевна! Никто другой бы наверное не понял, но мне сказали, что вы сами спортсменка и...
В этот момент дверь хлопнула.
- Она не спортсменка, - прогремел вошедший Лев Семёнович. - Но я надеюсь, что у нее есть хоть немного благодарности к тому, что когда-то для нее сделал клуб и я лично и она не позволит девочкам запороть карьеру из-за чьей-то глупости!
- Вы с ума сошли? – опешила Нина. - Почему вы со мной так разговариваете?!
- Как? - ничуть не смутился он. - Если бы у меня был другой вариант, я бы ни за что не обратился к тебе! Но варианта нет. Из-за твоего ухода когда-то девочки тоже не попали на сборы, а потом страна распалась и..., - он вздохнул, но продолжать не стал.
- Какие девочки? Наши? Почему?
- Потому что ехать на сборы без тебя не было никакого смысла. Там ждали Тоню Исаеву! Остальные до уровня не дотягивали, но им было бы очень полезно посмотреть и попробовать. Да что сейчас говорить, - он махнул рукой.
Она хотела было возмутиться, но в памяти всплыла сцена у школы. Теперь она поняла, за что именно они ее тогда ненавидели. Потом она хотела сказать, что девочки могли поехать позже или что она не должна была быть пропуском для остальных, но видя, как тяжело и сложно Льву Семеновичу вспоминать об этом, промолчала.
- Мне жаль, что так вышло, - всё-таки сказала она спустя некоторое время. - Но что вы сейчас то от меня хотите?
- Замени Тамару. От тебя ничего не требуется, кроме формального присутствия. Нас без второго тренера не допустят! Соревнования в июле, искать нового времени нет, без этого забот полно, зал этот ещё, - он снова махнул рукой. - Мне сообщили об этом во время тренировки, куда сынишка твой ломился... Я поначалу не подумал, а потом осенило - вдруг это судьба? - на этих словах Нина тяжело сглотнула, чтобы это была судьба ей сейчас хотелось меньше всего на свете. - У тебя же есть спортивный опыт, - продолжал он, - хоть и небольшой, плюс Палыч сказал ты педагог в школе. До тренера, конечно, ты не дотягиваешь, даже до второго, но для разовой замены - подойдёт. Я уже уточнил, тебя согласовали. Выручи, Тонь, жалко если девчонки слетят - им по двенадцать-тринадцать лет, глаза горят! Ну как я их из-за Тамаркиной смородины сейчас подставлю?
- Смородины? - с недоумением уточнила Нина.
- Ну да, она чего отгул то взяла? Смородину свою собирать помчалась, а то говорит жара, сварится на кусту! Тьфу! Я говорил, что дача эта до добра не доведет! Ну и пока бежала с какой-то лейкой, поскользнулась - вот и итог. Тонь? Помоги?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
