- Рейтинг Литрес:5
Полная версия:
Ирина Лежава Никушкины проказы
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
К счастью, никто из взрослых не заболел, зато Ника был весь в зеленых точках - бабушка не жалела зеленки - как настоящий леопард. И строго следила, чтоб он не расчесывал корочки. Несколько дней он температурил, а потом лежал и набирался сил, потому что ослаб и не очень твердо стоял на ногах. Утром, когда он просыпался и хотел одеться, чтоб поиграть на полу с машинками и в солдатики, бабушка требовала, чтоб он показал ей, дрожат у него ноги или нет. Он становился на диван и задирал пижаму до колен. Увы, его сразу начинало шатать, ноги подгибались и тряслись. И ему приходилось снова ложиться и дремать.
Спать весь день было невозможно, у Никушки уже бока болели от лежания на диване. Тогда бабушка решила его развлечь - смастерить куклу, с которой сама играла в детстве. Она открыла старинный кованный сундук, что стоял на кухне, и стала вынимать разноцветные лоскутки. Потом достала оттуда ящик, там лежали старые мамины куклы. У одной не хватало глаза, у другой ноги, у третьей вообще ручки-ножки висели на старых резинках. Наконец она нашла двух пластмассовых голеньких пупсов, оторвала им головы, а туловища спрятала, вдруг еще на что-то сгодятся.
- Ну вот, - сказала бабушка, - сейчас я сошью для них перчатки и у нас получатся две куклы би-ба-бо.
- Что за бибабо, - спросил Ник, он никогда про такую куклу не слышал.
- Посмотришь, - ответила бабушка, села за швейную машинку и стала строчить из лоскутков перчатки.
- Готово, - сказала она и показала две перчатки,
- Ты сшила неправильные перчатки, - крикнул с дивана Никуша, - должно быть пять пальцев, а на них всего три.
- Все правильно, - ответила ба, - эти перчатки для кукол, вот смотри
И она просунула свой указательный палец в средний самый длинный «палец» красно-зеленой перчатки и насадила на него голову одного пупса. А большой и средний пальцы всунула в боковые отверстия – получились «ручки». И вдруг пупс закивал Никуше головой, потом схватился руками за голову, но тут же растопырил руки и запрыгал на месте. Ника глаз не мог отвести от него.
- Бабушка, как ты это делаешь, он совсем как живой! – Ника сел на постели и потянулся к пупсу.
- Это и есть бибабо, - сказала бабушка, давая ему куклу. - Когда-то мне мама почти такую же купила. Но сейчас таких кукол не продают. С такими куклами раньше ходили бродячие кукольники по дворам и давали представления детям. Их еще называли петрушками. Теперь их уже никто не делает.
Ника натянул перчатку на руку, как показала бабушка, то есть посадил голову пупса на указательный палец, а большой и средний растопырил.
- Видишь, бибабо как будто приветствует тебя, - засмеялась она. – А теперь соедини большой пальчик и средний, воот, и еще разок. Получается, будто он хлопает в ладоши. Если средним пальцем потереть глаз пупса – он вытирает слезы…
Нике так это все понравилось, что он совсем забыл, что у него чешется все тело, что нельзя вставать, и что надо съесть противную овсянку. Зато бабушка не забыла, она уже поставила перед ним столик-поднос с тарелкой густой овсянки, стакан молока и печенье с шоколадной глазурью. Печенье с шоколадной глазурью почти примирило его с овсянкой.
Ника вздохнул и отложил куклу в сторону, быстро все проглотил, только дал две ложки каши бабушкиной таксе Польди, которая взобралась к нему на постель и ждала угощения. Когда все было съедено, бабушка разрешила поиграть с бибабо. А сама снова пошла что-то строчить на швейной машинке. На этот раз она вернулась с красным колпаком для первого бибабошки, а для второй головы она сделала из грубых шерстяных ниток «волосы» и наклеила их на его лысину.
Она надела перчатку, сшитую из сине-кремовых лоскутков, и насадила голову «волосатого» пупса на указательный палец, а средний и большой растопырила. Вдруг этот бибабо поклонился Нике и сказал мультяшным голосом:
- Привет, Ника, как дела?
- Да, почти выздоровел, - сказал Ник, - скоро мне разрешат гулять…
Тут из сада зашел в комнату дедушка.
- О, ты сделала ему петрушку, - сказал он, обращаясь к бабушке. – Ну-ка дай посмотреть.
Он осмотрел куклу, потом вторую, и спросил:
- Вы уже дали им имена?
- Не, - ответил Ника, – еще нет.
– Попробуй, вот какие имена тебе нравятся? – сказал дед. - Ты же читал сказку про Буратино? Там много всяких имен… можно и из других сказок
- Из «Буратино» только Пьеро подойдет, - сказал Ника.
- Ну, чудесно. Тем более в переводе с французского Пьер это - Петр, Петрушка, значит. Этих кукол так и называли кукольники в России. Это был задорный забияка, всегда готовый высмеять и наказать жадину, труса, жестокого дурака. Никогда не унывал, - рассказал дедушка. - За это простые люди его любили, а злые, когда показывали представления с Петрушкой на улицах, разгоняли толпу зрителей, ломали ширму, отнимали кукол.
- Да, а кукольники все равно делали новых петрушек, и снова выходили на улицы смешить детей и взрослых, добавила бабушка. – Кстати, во времена Пушкина у Петрушки было полное имя - его называли Петром Ивановичем Уксусовым или Ванькой Рататуем. Панчем в Англии, Полишинелем во Франции, Касперле в Германии, Пульчинелло в Италии
- Ничего себе, даже отчество у него было, - удивился Ника. - Если это Петрушка, почему, бабушка, ты сказала, что это кукла бибабо?
- Одни говорят, что бибабо японская кукла, ее 200 лет назад японцы завезли в Россию, - и добавил, - а в Японию бибабо пришел из Китая. Мол, когда-то бибабошки спасли китайцев от вражеского войска.
- Как это кукла смогла спасти от стрел?
- Есть такая легенда, - сказал дед и сел в кресло, - будто когда-то очень давно какой-то город в Китае окружили враги, жители города остались без воды и еды, стрелы и ядра для пушек закончились, и смола тоже. Они уже готовы были сдаться. Тогда к китайскому императору пришел мудрец и посоветовал поставить кукол на крепостной стене. Император удивился: - Если не помогло оружие, то как кукла спасет мой народ? Мудрец ответил, что надо сделать очень красивых кукольных девушек и богато их нарядить. Сказано - сделано. Как же он удивился, когда уже на следующий день враг снял осаду и увел свое войско.
Ника спросил: - Чудо что ли произошло?
- Нет, никакого чуда не было, - засмеялась бабушка. – Просто, у полководца вражеского войска была некрасивая и ревнивая жена, увидев прекрасных девушек на крепостной стене, она закатила ему такой скандал – на весь лагерь было слышно. Вот он и приказал своему войску собрать шатры. Так по легенде куклы спасли город.
Тут дед продекламировал:
Жили-были три китайца:
Як, Як-цидрак, Як-цидрак-цидрони;
жили-были три китайки:
Ципи, Ципи-дрипи, Ципи-дрипи-лям-помпони;
и женился Як на Ципе, Як-цидрак на Ципи-дрипи,
Як-цидрак-цидрони на Ципи-дрипи-лям-помпони.
- Надо же, ты помнишь этот стишок, - рассмеялась бабушка. – Недавно я где-то прочла, что в начале ХХ века, в год, когда родилась твоя прабабушка, Ник, один француз, скульптор, якобы вырезал из дерева куклу и назвал ее Би-ба-бо, и будто бы это означает «две руки». Но по-французски две руки - deux mains, ничего общего. Словом, ерунда какая-то.
Вдруг она сдвинула два стула перед креслом, в котором сидел дедушка, получилась ширма. Потом взяла у него одного бибабошку:
- Давай покажем ему как доктор лечит Петрушку, - сказала она и села на низкую табуретку возле деда.
- Ну, попробуем, - согласился дед и надел на руку вторую куклу.
И тут же над сиденьями взвился красный колпак Петрушки. Он схватился за голову и заголосил:
- О-ой как мне плохо, у меня болит голова, наверное, у меня температура.
Над стулом появился второй бибабо с белым колпаком из салфетки и сказал голосом дедушки:
- Кто тут больной, сейчас я дам ему микстуру, и он сразу вылечится.
- А это кто? - спросил Ника.
- Это доктор Пилюлькин, - сказал дед и выглянул из-за стула, - ты же помнишь, был такой в сказке о Незнайке.
- Эй, Пилюлькин, давай таблетку, я хочу бегать и прыгать как раньше., - закричал Петрушка. – А если не вылечишь, то берегись!
- Не волнуйтесь, больной, - сказал Пилюлькин, - вот вам таблетка, а если не поможет, я сделаю укольчик.
Пилюлькин дал таблетку Петрушке, тот взял в обе ручки и отправил в рот.
- Фу, какое горькое, - сказал он. – Оно быстро подействует?
- Конечно, это же иностранное лекарство, - сказал Пилюлькин, и взял большой шприц. Ника узнал в нем бабушкин шприц, она из него выдавливала на торт крем. Потом Пилюлькин насадил на него иглу. Это была толстая и длинная игла для штопки носков. Ника даже поежился, такой иглой можно целого мальчика проткнуть, не то, что Петрушку. А Пилюлькин подскакивая над стулом, «шел» к нему с этим большим шприцем и уговаривал:
- Не бойтесь, больной, это совсем не больно.
Петрушка подпрыгнул и схватил толстую палку - бабушкин крючок для вязания:
- Ах ты шарлатан, вот тебе, вот я тебя!
И нахлопал дубинкой Пилюлькина так, что у того слетел докторский колпак и сам он убежал.
На этом представление закончилось, бабушка поставила стулья на место, и пошла на кухню. Постучали в дверь, дедушка впустил приятеля Никуши. Это пришел Сандрик, внук дяди Илюши, соседа и старинного приятеля дедушки. Он тоже недавно переболел ветрянкой, теперь же его карантин закончился и ему разрешили навестить Нику. Ника похвастался своими бибабошками, показал, как надо оживлять кукол. Сандрик надел на руку Петрушку, а Ник - Пилюлькина. Потом Пилюлькин превратился уличного торговца, а Петрушка в покупателя. Они так вопили, торгуясь за каждую сливу и вишенку, что у дедушки разболелась голова и он ушел в кабинет. В конце концов Ник стал лупить Пилюлькиным Петрушку, тот давал сдачу и … кукольные головы отвалились и разлетелись в разные углы. Никуша заревел и погрозил кулаком Сандрику, а Сандрик подошел к дивану, вцепился в рукав Ника, стащил его на пол, и они покатились по полу, пока не прибежала бабушка.
- Ну все, на сегодня хватит дурака валять, - сказала она. – Немедленно пожмите друг другу руки, а то я не дам вам пирожное с кремом.
Ника встал, у его пижамы оторвался один рукав и разодралась штанина. У Сандрика один глаз заплыл и распух. Но оба любили пирожные с кремом, поэтому долго трясли руки в крепком мужском рукопожатии, исподлобья поглядывая на бабушку. Мир был восстановлен. Довольная бабушка принесла чай и блюдо с пирожными. Недавние враги сели за стол и стали принялись за лакомство. Скоро они весело смеялись, глядя как кончили их носов и щеки измазались в креме.
Глава 4
Ника-кулинар
Была поздняя осень. Листья с деревьев облетели, урожай на бабушкином огороде собрали, землю дедушка вскопал. В саду было пусто и сыро, моросил мелкий дождь. По мокрым комьям земли прыгали пестрые вороны, выискивая червячков, а толстые черные дрозды облепили виноградную лозу и клевали сморщенные ягоды. В такую погоду ни в футбол поиграть, ни на велосипеде покататься. Ника сидел перед телевизором, смотрел мультфильмы и грыз орешки. Вдруг погас свет.
- Видать, авария, - сказал дедушка, - через часок-другой дадут, вот и досмотришь.
Он надел куртку и крикнул:
- Марта я к Илюше, в шахматы поиграть. Скоро приду.
- Мне за молоком надо и еще курочку купить, - откликнулась бабушка, - может до моего прихода с внуком посидишь? Не хочется его дома одного оставлять.
Дедушка со вздохом снял куртку, посмотрел в окно и сел рядом с Ником на диван, грустить вдвоем не так скучно. За бабушкой захлопнулась дверь.
- Чем займемся, Ник, – спросил дедушка. - Может в нарды?
- Не хочу, все равно ты проиграешь, не интересно, - ответил Ника и погладил старую таксу Польди, которая сидела у него на коленях.
Раздался звонок в дверь, дедушка пошел открывать. На пороге стоял мокрый Сандрик.
- Можно? - спросил он и не дожидаясь ответа вошел. – У нас света нет. А у вас?
Пока он стаскивал с себя мокрую курту, с ботинок натекла лужа. Дед схватил ботинки и куртку Сандрика, и отнес сушить в ванную комнату,
- И у нас нет света, - обрадовался Ника приходу приятеля.
А уж как обрадовался дедушка!
- Ну, вы играйте, только не шумите, - сказал он и скрылся у себя в кабинете. Скоро оттуда раздался мощный храп.
- Ничего себе, - отреагировал Сандрик.
- Ну так, мой дед чемпион по храпу, - рассмеялся Ника.
- А где бабушка?
- Пошла в магазин, за курицей.
- Света нет, телевизор не включишь, сидеть и ничего не делать скучно, - помолчав сказал Сандрик.
- Что ты предлагаешь?
- Давай устроим бабушке и дедушке сюрприз.
- Какой еще сюрприз, - спросил Ник, - они не любят сюрпризы.
- Я недавно помогал маме делать печенье. Делается просто, а получается вкусно.
- Никогда не делал печенье, - сказал Ника. – И что для этого нужно?
- У твоей бабушки точно есть тетрадка с рецептами, у моей мамы есть, сам видел. Ищи давай.
Ника прошел на кухню, и стал выдвигать ящики, в самом нижнем действительно лежала толстая коричневая тетрадь с рецептами. Он подумал, что сюрприз, конечно, хорошее дело, но если не получится, то от бабушки так попадет, что месяц придется куковать дома взаперти. А Сандрик не сомневался, что все получится замечательно. Он открыл тетрадь, и друзья стали искать подходящий рецепт. Ух, чего там только не было! И медовик, и «сигареты» с орехами, и тарталетки с малиной и кремом, и пончики, и пирог с яблоками.
- Надо выбрать такой, чтоб долго не возиться, - сказал Ник, и добавил, – и чтоб дед не проснулся.
- Вот то, что нам нужно – эклеры, - закричал Сандрик и ткнул пальцем в замасленный рецепт. – Ты любишь эклеры?
- Кто же их не любит-то.
- Ну тогда доставай миксер, миску, масло, яйца и сахар.
- Какой миксер, ты обалдел? Света же нет, - сказал Ник.
- Ну и не нужно, у твоей бабушки наверняка есть взбивалка, это такая железная пружина на палке.
Ника вынул из холодильника масло и яйца, из кухонного шкафа муку, сахар, большую миску. Потом открыл ящик и нашел взбивалку на палке:
- Учти, молока нет, бабушка как раз пошла его покупать.
- И не нужно, мы вместо молока нальем воду. Тем более мама говорит, что теперь молоко не то, одна вода. Ну, теперь приступим, - важно сказал Сандрик и повязал бабушкин фартук с уточками.
- Моя бабушка тоже самое говорит, - подвердил Ник. Он тоже надел фартук, с грибочками, и закатал рукава рубашки.
- Жаль нет белых колпаков, мы бы выглядели как настоящие повара.
Ник подумал, что может это к лучшему. Сандрик, который уже помогал своей маме с печеньем и воображал себя знатным кулинаром, принялся диктовать Никуше, что делать.
- Надо зажечь духовку, - сказал он, - сможешь?
- Чего там уметь, - ответил Ник, - вон специальная зажигалка-пистолет с длинной ручкой, мама открывает духовку, нажимает на «язычок» и огонек загорается, вот и все.
- Тогда давай, зажги духовку, она должна прогреться, - сказал Сандрик. – Ой, чуть не забыл, вытащи противень пока он холодный, его надо смазать маслом и посыпать сухариками или мукой, чтоб эклеры не прилипли, так всегда делает моя мама.
- А ты чего будешь делать? Только и знаешь, что указывать… - недовольно сказал Ника.
- Потому что у меня уже есть опыт, можно сказать, я почти профессионал! Читай, что там в рецепте написано.
- Тут написано налить в кастрюлю воду, добавить немного соли и полстакана подсолнечного масла, и поставить все на огонь, - прочитал Ника. – Миска не нужна, и сливочное масло тоже. Только напрасно достали.
- Потом спрячем, и что дальше? – сказал Сандрик.
- Что-что, надо чтоб вода с подсолнечным маслом вскипела и сразу всыпать муку.
- А сколько?
- Стакан, и размешать, чтоб стало как тесто, - сказал Ник.
- Ну, это просто. Бери большую деревянную ложку и мешай.
Когда ложка застряла в тесте, Сандрик сказал:
- Теперь надо туда бросить яйца, 5 штук, теперь моя очередь мешать тесто, а ты разбивай яйца. Тут написано по одному, а не все сразу, ясно?
Ну, подумал Ника, это несложно, он видел, как мама делает яичницу, надо взять нож и трахнуть по яйцу, а скорлупу отложить в сторону, на тарелку, делов-то. Сандрик взял ложку и приготовился мешать тесто по мере поступления яиц. Первое яйцо Ника разбил неудачно, яйцо раздавилось, скорлупа смешалась с белком, а сам он вымазался в желтке, даже на нос попало. Пока он вытирал руки о фартук, Сандрик его торопил – быстрее, быстрее, чего ты возишься. Второе и третье яйцо Ник разбил удачно, Сандрик стал крутить ложкой, чтоб они хорошо размешались в тесте. Но потом удача изменила ему, он с такой силой стукнул ножом по яйцу, что оно раскололось и нож поранил палец. Пошла кровь. Ника заорал, Сандрик закрыл ранку салфеткой и сказал, что надо ее смазать йодом или залить перекисью. Перекись была в ванной комнате, в шкафчике у зеркала. Пока они заливали ранку перекисью, искали бинт, чтоб перевязать палец, до них донесся запах гари. Они понеслись на кухню, а там из кастрюли клубился густой дым. Они же не выключили газ, тесто сгорело и превратилось в головешку. На запах горелого из кабинета вышел дедушки. Он появился на кухне и вытаращил глаза:
- Что вы наделали, сорванцы эдакие, вы что тут пожар вздумали устроить?
Он подбежал к печке и выключил газ. Схватил кастрюлю и бросил с криком в раковину – ручка была горячая, а он забыл взять «хватушку». Теперь он стоял и дул на красные пальцы и по его виду видно было, что ему очень хочется сказать пару крепких неприличных словечек, но он вовремя одумался. В это время открылась дверь и вошла бабушка. Почуяв запах гари, она вбежала на кухню, и увидев всех троих в дыму, только всплеснула руками:
- Ну, с этими все ясно, а ты-то куда смотрел! Тоже мне кулинары, только продукты испортили.
- Не сердись, ба, мы хотели тебе сюрприз сделать, - промямлил Ника.
- Да, эклеры, мы нашли рецепт, самый легкий… - добавил Сандрик. – Но Ник поранился, когда разбивал яйца. А пока мы бинтовали палец, тесто и сгорело.
Дедушка только хмыкнул.
- Вот что, я купила фарш, вместо эклеров мы сделаем пельмени, - сказала бабушка. – Все вместе. А пока я буду заправлять фарш и готовить тесто, дедушка вас выкупает, потому что вы в муке, яйцах, воняете гарью, выглядите просто ужасно. И я думаю, Сандрик, если мама увидит тебя в таком виде, больше никогда к нам не пустит.
Скоро чистенькие мальчики вместе с дедушкой помогали бабушке на кухне. Дед раскатал тоненько тесто на большой доске, мальчики перевернутыми стаканами вырезали на тесте кружочки. Бабушка, зачерпнув чайной ложкой фарш, раскладывала его в эти кружки, а потом они с дедом ловко соединяли края. На огне уже стояла большая кастрюля с кипящей водой, осталось только накидать туда пельмешек. Дедушка взял это на себя. И вот уже дымящиеся пельмени выложили в глубокую миску, которую дедушка поставил на середину стола, а бабушка поставила рядом банку сметаны. Ника и Сандрик набросились на пельмени так, будто они месяц голодали. Дедушка подмигнул бабушке и усмехнулся:
- Нагуляли аппетит, шалуны. Теперь будут спать без задних ног.
- Ну и хорошо, и на здоровье, - ответила бабушка и засмеялась. – Может, они вырастут и действительно научатся вкусно готовить, будут потом нас угощать настоящими эклерами, а не головешками.
Тут дали свет. Дед включил мальчишкам приключенческий фильм. Так они под фильм и уснули на диване, пока за Сандриком не пришел его дедушка Илья. Бабушка его угостила пельменями, а дед рассказал о неудавшемся кулинарном сюрпризе.
- Марта, а помнишь свое первое пирожное? Я помню, - и дед Илья засмеялся.
- Помню, конечно, - отозвалась бабушка. – Я тогда хотела угостить вас тарталетками с кремом и красной смородиной. Тарталетки пригорели, зато крем со смородиной спас положение.
- Да, это правда. Ну, друзья, пора и честь знать, спокойной ночи, - сказал дед Илья, взял сонного Сандрика на руки и отправился домой.
Глава 5
В музее
Ника сидел на полу и гладил старую таксу Польди, которая растянулась на ковре, подставляя ему то белое брюшко, то спинку.
- Завтра учительница ведет нас в музей на выставку.
- Что за выставка? – спросила ба.
- По истории у нас средневековье, - ответил Ник, - учительница сказала, что в музее открылась выставка о том, как в те времена наказывали нехороших людей. Там будут всякие интересные орудия пыток.
- Даа, - протянул папа, - а не рано ли детям об этом рассказывать?
- Самое время, надо с детства внушать, что закон нельзя нарушать, - безапелляционно сказала ба, - очень полезная выставка.
Она засобиралась домой, потому что ее ждал дедушка. Он уже пару раз звонил, мол, куда она запропастилась. Поцеловав Нику в макушку и взяв за поводок Польди, бабушка исчезла за дверью.
Утром мама отвезла Никушу в школу, во дворе стояли ребята из его класса, ждали учительницу. Мама еще раз напомнила, чтоб он слушался Нелли Ивановну, не баловался, словом, вел себя прилично. Ника пообещал, что будет паинькой и побежал к друзьям. Мишка грыз яблоко, Андрей доедал бутерброд с ветчиной, Виталик запихивал блокнот в карман, словом, каждый по-своему готовился к выставке.
- Зачем тебе блокнот? - спросил Ник.
- Хочу записать все, что увижу, - сказал Виталик, - вдруг пригодится.
Только Ника хотел спросить, где это его писанина может пригодиться, как подошла учительница. Она сообщила, что скоро подъедет автобус и надо держаться вместе.
- Какие вы все нарядные и красивые, - сказала она, - надеюсь вы будете вести себя хорошо и не опозорите меня и школу. Запоминайте все, что расскажет экскурсовод, потом напишете сочинение.
- Можно я буду снимать все на телефон, чтоб потом все в сочинении описать, - спросил Виталик.
- Я думаю, экскурсовод не будет против. Вот и автобус. Залезайте и не шумите, а то я вас высажу, будете сами добираться до дома.
Конечно же, учительница никого не высадит, это знали все, но угроза подействовала, ребята на всякий случай притихли. Наконец они доехали до музея, в вестибюле их ждала симпатичная экскурсовод. Она поздоровалась с классной руководительницей, оказалось, они давние приятельницы, вместе учились. А потом Елена Владимировна, так звали гида, провела ребят по широкой лестнице на второй этаж, где располагалась выставка.
- А вопросы задавать можно, - спросил Саша.
- Можно, только в конце, после моего рассказа, - сказала экскурсовод, - я буду рада ответить на все ваши вопросы.
В большом зале, где были экспонаты, чего только не было, даже удивительно, как люди при таких орудиях пыток, умудрились дожить до ХХ1 века, подумал Никуша. В начале стояли не самые страшные орудия пыток. Ника привлек позолоченный василиск, небольшая змея с вытянутым острым длинным хвостом и изящно выточенной головкой с рубиновыми глазами. Оказалось, этим хвостом палач выкалывал глаза, а голова змеи служила рукояткой. Безобидным орудием этого василиска назвать было нельзя, зато оно было красивым.
Из безобидных, как назвала их экскурсовод, были колодки, позорный столб и маски позора. Эти орудия не калечили, а придуманы были, чтоб унизить человека, чтоб запомнил, как это неприятно сидеть или стоять без движения весь день. А Нелли Ивановна напомнила недавно прочитанного на внеклассном чтении «Принца и нищего», тот момент, когда одного бедного рыцаря посадили в колодки, а толпа потешалась над беднягой на базарной площади, да еще и все, кому не лень швыряли в него гнилой капустой, помидорами, картошкой, словом, всем, что под руку попадалось. Похожая сценка есть и в «Дэвиде Коперфильде», сказала гид. И это происходило уже не в темные времена средневековья, а в середине 19 века, в центре Лондона. Относительно легкое наказание порой перерастало в жестокое, когда чернь, которой нужны были зрелища, беззащитную жертву поджигала, била и наносила увечья.
Далее экскурсовод показала маски позора. Они были заржавленные, железные, у одной вместо носа был пятачок хрюшки, у другой – длинный нос как у буратино, у третьей – из прорези, где рот, высовывался железный язык, еще у одной на месте рта был намордник с кляпом. Маски надевались на тех, кого обвиняли в грубости, пьянстве, любопытстве, сварливости. Например, мужчину, который попался на пьянстве, приговаривали носить в людных местах маску свиньи, любопытную женщину - маску с длинным носом, а ворчунью - маску с длинным языком. Еще у одной маски во отверстие, где рот, была воткнута воронка. Туда вливали воду, чтоб заставить человека признать вину, а может быть и оговорить себя. Это называлось пытка водой.
- Я видел такую пытку в «Пришельцах», - закричал Ник, это был его любимый фильм, - там в воронку, вставленную в рот шута, вливали из бурдюка воду, пока у него не раздувался живот.
- Ты прав, - заметила гид. – И у человека либо лопался желудок, либо он мог умереть от заражения, потому что вода в то время кишела всякими кишечными палочками и даже чумными.