Ирина Черненко Прекрасные перемены

Глава 1. Октябрь

– Ну что ж, – сказала Лера, бросив взгляд на экран телефона, – всё как всегда.

Она произнесла это без раздражения, скорее с тем особым оттенком усталого предвкушения, какое появляется у человека, заранее знающего исход ситуации. Лера положила телефон экраном вниз, словно закрывая тему ожидания.

– Пятнадцать минут опоздания, – добавила она после паузы. – Угадайте, кто вновь решил, что пунктуальность – категория сугубо условная.

Настя подняла чашку, сделала маленький глоток и лишь потом ответила:

– Ева никогда не опаздывает. Она просто выбирает правильный момент для появления.

Кристина чуть приподняла бровь и едва заметно улыбнулась:

– И желательно с эффектом неожиданности.

– А я соскучилась по ней, – тихо сказала Даша, глядя в чашку. Ложечка звякнула о фарфор, и она торопливо убрала руку. – И по вам всем тоже…

Их было шестеро. Шесть школьных подруг, связанных общим прошлым и большим количеством воспоминаний. После окончания школы им удавалось собраться полным составом всего пару раз – по важным поводам, на которых было много людей и слишком мало времени для настоящих разговоров. Жизнь развела их по разным маршрутам, но их связь не исчезла. И вот теперь они снова собрались, чтобы, как раньше, в старших классах, поговорить о жизни честно и без необходимости делать вид, что всё в порядке.

Пятеро подруг уже сидели за столиком в кафе – взрослые, разные, с собственными историями, победами и трещинами. Они осторожно возвращались друг к другу через шутки, взгляды и узнаваемые интонации, будто примеряя старые роли и одновременно узнавая друг друга заново.

Они ждали шестую. Ту, которая как обычно опаздывала. И, как и прежде, была той самой, без которой эта встреча не могла начаться.

Даша мельком посмотрела на дверь и перевела взгляд на подруг – таких взрослых и уже совсем других.

Подруги сидели в любимом кафе – уютном, тёплом месте с запахом свежей выпечки и кофе, тихой джазовой музыкой и мягким светом ламп под плетёными абажурами. За окном моросил октябрьский дождь, а капли неспешно стекали по стеклу, будто отсчитывая минуты до чьего-то появления.

Лера откинулась на спинку стула. Высокая, стройная, с идеально уложенными светлыми волосами, в строгом тёмно-синем костюме и светлой блузке, она выглядела так, будто только что вышла с важной встречи. Серо-голубые глаза смотрели иронично и внимательно, а губы, сложенные аккуратным бантиком, намекали на привычку держать эмоции под контролем. В её позе читалась уверенность человека, который умеет ждать и точно знает, когда стоит вмешаться.

И только внимательный взгляд мог заметить расхождение между внешним и внутренним. Внутри Лера была куда более ранимой, чем позволяла себе признать, и потому так тщательно выстраивала броню из контроля, со всеми держа дистанцию. Она казалась сильнее, чем чувствовала себя на самом деле, – и, возможно, именно это делало её по-настоящему притягательной.

Рядом сидела Настя – тихая, почти незаметная на первый взгляд. Серый свитер и простые джинсы делали её частью фона, будто она намеренно выбирала роль наблюдателя, а не участника. Тёмно-русое каре аккуратно обрамляло её лицо, не отвлекая внимания от главного – спокойного, ясного взгляда голубых глаз, наблюдательного и точного. В ней ощущалась привычка больше замечать, чем говорить. А за её внешней простотой скрывалась внутренняя сила и тихая готовность быть рядом, когда это действительно нужно.

Напротив неё сидела Кристина – уверенная в себе брюнетка с острыми выразительными чертами лица. В чёрном платье простого кроя и с идеально выверенной осанкой, Кристина держалась так, будто находилась на невидимой сцене. Казалось, у неё всё под контролем. По крайней мере, так это выглядело со стороны. В ней была профессиональная собранность, которая давно стала частью её самой. Её серо-зелёные глаза внимательно скользили по подругам, незаметно подмечая детали: жесты, паузы, интонации, – всё то, что другие обычно упускают.

В её голосе звучала ироничная строгость – мягкая, почти деликатная, но достаточно ощутимая, чтобы задать границы. И только внимательный слушатель смог бы уловить за ней другое: тёплое, искреннее участие, которое она предпочитала не выставлять напоказ.

А Даша была совсем другой. Хрупкая, рыжеволосая, в светлой футболке и мягком кардигане, она казалась почти девочкой – с россыпью веснушек на лице и глазами цвета летнего неба. Она смущённо теребила ложечку, иногда прикусывала губу, словно подбирая слова, и всё время будто собиралась сказать что-то важное и доброе, но каждый раз откладывала это – не из робости, а из привычки сначала слушать.

В ней было что-то редкое и трогательное: светлая наивность, не утраченная с возрастом, и удивительная подлинность, которая чувствуется сразу даже без слов.

– Ладно, пока ждём нашу мисс мистику, – сказала Аня, мягко улыбаясь, – предлагаю коротко: кто чем живёт и что нового.

Она чуть придвинулась ближе к столу, словно собирая всех в один общий круг.

Аня была самой миниатюрной из всех – невысокая шатенка с мягкими карими глазами и тихой, искренней улыбкой. В блузке оттенка тёплого янтаря её взгляд казался особенно живым, а светлая кожа была почти прозрачной. Она не любила говорить о себе и словно не придавала этому значения, но удивительным образом всегда знала, что сказать другим. Рядом с Аней не искали решений и не ждали советов – к ней тянулись за простым и редким чувством: быть услышанным и принятым безусловно.

– Я начну, – продолжила Аня. – У меня без перемен: я всё там же, в бухгалтерии – цифры, отчёты, налоги. Муж, работа, дома ремонт. Всё вроде бы идёт своим чередом. Хочу ребёнка – пока не получается, но я стараюсь не терять надежду. Всё, следующий!

Аня улыбнулась мягко, с едва заметной усталостью. Даже когда она говорила о сложном, от неё исходило спокойное тепло. В её словах не было ни жалости к себе, ни надрыва – лишь тихое умение принимать жизнь такой, какая она есть.

– Коротко и без отчаяния, – подбодрила Кристина. – Так держать.

– Коротко – это ключевое слово, – заметила Лера, улыбнувшись краем губ. – Значит, теперь я. Я юрист, наконец-то хорошо устроилась “по блату”, спасибо маме. Работаю у молодого, красивого, умного и… недоступного Влада. Ну, как недоступного, до недавних пор.

– То есть интрига есть, – хмыкнула Аня. – Уже интересно. Как придёт Ева, хочу подробностей!

– Пренепременно, – хихикнула Лера.

– А ты, Настюш? – спросила Аня, переводя взгляд на подругу.

– Я, как всегда, спасаю женщин от мужчин и мужчин от женщин, – вздохнула Настя. – Гинекология – не работа, а сериал. Но я счастлива, правда. Хоть и личная жизнь на паузе.

– Ну хоть у кого-то стабильно, – вставила Кристина. – А мне иногда кажется, что я живу в бесконечном повторе. Клиенты меняются, истории – нет. Всё те же тревоги, та же тоска по любви, просто в разных джинсах и с новыми айфонами. Психология – штука вечная, как поиск счастья.

Она улыбнулась чуть грустно.

– А я всё ещё одна. И, честно говоря, не страдаю. Для меня это не трагедия, а скорее – рабочая пауза между чужими драмами.

– Ага, не страдаешь, – усмехнулась Лера. – Просто контролируешь эмоции по Фрейду.

– Ну хоть кто-то это делает, – заметила Аня.

Все рассмеялись – негромко, искренне, как смеялись когда-то в юности. В этом смехе отозвались школьные годы, их лёгкость и беззаботность. На короткий миг прошлое и настоящее сошлись, напоминая, как просто когда-то было чувствовать себя вместе.

Настя задумчиво посмотрела на подруг – глаза её светились, словно в них отражалось что-то далёкое и тёплое. Потом она слегка тряхнула головой, будто отгоняя воспоминания юности, и, переведя взгляд на Дашу, сказала:

– Даша, твоя очередь. Рассказывай.

– Я… – Даша слегка смутилась. – У меня ничего особенного. Работаю в салоне красоты мастером по маникюру. В личной жизни всё печально… снова одна.

Она говорила тихо, опуская взгляд на чашку с кофе, а её веснушки будто становились ярче от смущения. Девушки переглянулись и улыбнулись – в каждой из них проснулось что-то тёплое, почти сестринское.

В этот момент дверь распахнулась, и в кафе ворвался влажный осенний воздух с запахом листьев и дождя.

На пороге стояла Ева.

Высокая, стройная, с тем особым внутренним светом, который делает присутствие человека ощутимым ещё до слов. Её длинные светлые волосы мерцали мягкими переливами – от тёплого мёда до холодного жемчуга, а зелёные глаза смотрели живо и внимательно – с тем переменчивым оттенком, который зависит от настроения. Когда Ева улыбнулась, на лице появились лёгкие ямочки, а маленькая родинка на левой щеке придала её улыбке особый шарм.

На ней было длинное пальто цвета топлёного молока и шарф, небрежно перекинутый через плечо. Она вошла легко, уверенно, будто не просто открыла дверь, а сменила в помещении воздух – наполнив его светом и жизнью.

– Ну вот, без меня и начали! – воскликнула Ева, направляясь к столу.

Подруги одновременно обернулись. Ева шла к ним, размахивая рукой, будто только что получила титул «Мисс Возвращение Года». Она двигалась с какой-то лёгкостью, будто не шла, а скользила – вся из света, запаха духов и уверенности.

– А я думала, вы встретите меня с аплодисментами, – сказала она, снимая пальто и озорно подмигивая подругам. – Нет? Ну ладно, я сама себе похлопаю.

– Мы просто не знали, можно ли – вдруг ты снова с новым духовным уровнем, – сказала Кристина, подмигивая в ответ Еве.

– Ага, и с новым уровнем терпимости к сарказму, – добавила Лера.

– Девочки, – Ева рассмеялась, снимая пальто, – я вас так люблю, что даже ваши шуточки не обижают. Соскучилась страшно!

Она крепко обняла каждую из подруг.

– Вы уже заказали? – спросила она, глядя на стол. – Отлично!

Ева улыбнулась и села за стол. На ней было простое, но изысканное платье цвета шампанского. Она всегда умела выглядеть так, будто за ней стоит целая команда стилистов.

– Вы знаете, – тихо сказала она, – я так соскучилась. Мы ведь в последний раз все вместе виделись когда? На школьном выпускном?

– Потом ещё на Аниной свадьбе, – напомнила Настя.

– И всё, – кивнула Ева. – А потом жизнь… понеслась. Работа, дела, кто-то замуж, кто-то – в поисках, кто-то – с детьми. А я вдруг поняла: мы ведь почти перестали видеться. Поэтому я хочу вернуть нас. Хочу, чтобы у нас было место. Только наше. Без посторонних, без алкоголя и без масок. Чтобы мы могли просто быть собой и откровенничать друг с другом.

– Как раньше, – прошептала Даша.

В её голосе прозвучало что-то почти детское, искреннее. Она глядела на подруг с лёгким восхищением, словно не верила, что все они и правда снова вместе.

– Точно, – подмигнула Аня. – Кстати, мы уже начали круг откровений.

– И? – Ева заинтересованно оглядела всех. – Кто самый интересный?

– Пока Лера, – сказала Настя. – У неё служебный роман намечается.

– Отлично, – улыбнулась Ева. – Тогда я добавлю огня. Я была на ретрите с шаманом из Перу. Девочки, я всё поняла. Вселенная реально работает!

– Да ну! – закатила глаза Кристина. – Только, пожалуйста, не начинай снова про чакры. Мы смотрели серию твоих сторис о чакрах и энергии кундалини.

– Про чакры и кундалини – чуть позже, – Ева подмигнула, явно наслаждаясь эффектом. – А сейчас главное: шаман сказал, что у каждой из нас в этом году случится поворот судьбы. У всех шестерых, я специально про каждую спросила!

Она говорила с неподдельным воодушевлением, как человек, уверенный в том, что впереди начинается что-то важное. Глаза её сияли, а руки двигались так, будто она уже вычерчивала в воздухе траектории грядущих перемен.

***

– Девочки, у меня кое-что для вас есть, – торжественно сказала Ева после короткой паузы.

Подруги переглянулись. Настя приподняла бровь – едва заметно, по-врачебному внимательно:

– Интригующе…

– Главное, чтобы не погремушки для очищения кармы, – проворчала Кристина, но уголки её губ предательски дрогнули.

Ева ответила ей многозначительным взглядом и, не спеша, достала из сумки бархатный мешочек сиреневого цвета.

– Что это? – не удержалась Даша и подалась вперед, словно боялась пропустить момент.

– Подарки, – просто сказала Ева.

Она развязала шнурок и бережно высыпала содержимое на стол.

Шесть браслетов легли на деревянную поверхность стола, едва слышно звякнув камнями. На первый взгляд – одинаковые: тонкая работа, тёплые оттенки минералов и серебристая бусина с символом, на котором взгляд задерживался сам собой.

– Красиво… – почти шёпотом сказала Аня, осторожно коснувшись одной из бусин кончиками пальцев, будто проверяя, настоящая ли она.

– Я заказала их в Перу, – сказала Ева спокойно. – У шамана, у которого делала талисман для себя.

Она сделала паузу.

– И в какой-то момент поняла, что хочу сделать подарок каждой из вас.

– Но мы же все разные, – заметила Лера, уже держа браслет в руках и внимательно его разглядывая. – Почему они одинаковые?

– Ох, Лерочка, – Ева мягко улыбнулась, – внешне – да. Но внутри они разные, как шесть дорог, начинающихся в одной точке. Шаман сказал, что браслет подстраивается под того, кто его носит. Он словно дверь: выглядит одинаково, а вот куда ведёт – зависит от хозяйки.

– А для чего он? – спросила Аня.

– Для перемен, – просто ответила Ева. – Шаман сказал, что у нас впереди год, который расставит многое по местам. И что эти браслеты помогут пройти его мягче и мудрее.

На секунду за столом стало тише. Даже музыка будто ушла на второй план.

Кристина взяла один из браслетов и задержала взгляд на серебристой бусине с символом.

– Что это?

– Это руна Райдо. Руна пути. Она про движение и развитие. Райдо помогает выстроить правильный ритм жизни и подталкивает туда, куда давно пора было сделать шаг. Она помогает отпустить отжившее и запускает процессы, которые застряли.

– Это мне надо, – тихо сказала Настя. И сама удивилась, что сказала это вслух.

Ева легко улыбнулась и продолжила, касаясь бусин:

– Теперь камни. Их три. Они одинаковые в каждом браслете, но будут работать по-разному – в зависимости от вашей энергии, характера и запроса.

Она говорила негромко, почти буднично – и от этого её слова звучали ещё убедительнее.

– Аметист – камень внутренней гармонии. Он помогает не терять опору даже тогда, когда жизнь ведёт себя непредсказуемо. Это про состояние: аметист поддерживает ясность мысли и спокойствие изнутри.

– Мой вариант, – вздохнула Даша, и подруги невольно улыбнулись: она всегда переживала больше, чем требовала ситуация.

– Цитрин, – сказала Ева, указывая на следующий камень в браслете, – это уверенность и цель. Он помогает не сворачивать, продолжать движение к результату, держать границы и не сомневаться в себе.

– И последний камень – тигровый глаз. Защита. От чужих эмоций, зависти, негатива и давления. Он помогает оставаться в своём центре и не позволять окружающим влиять на ваше состояние.

Каждая взяла свой браслет. На несколько секунд за столом стало тихо – редкая, почти интимная пауза, в которой слышно было только дождь за окном и далёкий звон чашек у барной стойки.

– Защита от чужих эмоций мне точно пригодится, – задумчиво сказала Кристина.

Лера подержала в ладони свой браслет и удивлённо покачала головой:

– Он как будто вибрирует в руках. Не знаю почему, но… будто оживает. Это нормально?

Ева улыбнулась:

– Значит, точно твой. Шаман же говорил: каждый браслет сам выберет себе хозяйку. Еще он сказал, что у всех нас впереди важный год. Не простой, но судьбоносный. Он принесёт перемены, которые уже давно назрели.

– А какие? – спросила Лера, улыбаясь.

– Скоро узнаем, – загадочно улыбнулась Ева.

– Я готова, – заявила Даша. – Если уж перемены – так пусть будут!

– То есть перемены неизбежны? – уточнила Аня.

– Конечно! – воскликнула Ева. – Руна Райдо не терпит стоячей воды. Она двигает вперёд даже тех, кто упирается. Это не про «может быть». Это про «пора».

– А если я не хочу двигаться? – уточнила Кристина.

– Тогда она подвинет обстоятельства, – пожала плечами Ева. – Очень мягко, но так, что игнорировать уже не получится.

Подруги рассмеялись, и только на секунду каждая задумалась о том, что же ждёт именно её.

Никто из них ещё не знал, что перемены уже совсем рядом, и что каждой осталось сделать лишь один шаг, чтобы впустить их в свою жизнь.

За окном медленно темнело, дождь тихо стучал по стеклу, отражаясь в огнях улицы. В кафе было тепло и спокойно – так бывает только в начале чего-то нового. Этот вечер казался обычным, но именно с него для каждой из них начиналась новая глава.

– Знаете, – тихо сказала Кристина, глядя в стекло, где отражались их лица, – мы ведь правда снова вместе. Не в переписках чата, а вот так. По-настоящему.

– И пусть так будет, – откликнулась Ева, поднимая чашку. – Просто потому что можем.

Девушки потянулись к своим чашкам.

И в этот момент телефон Леры коротко завибрировал.

Она машинально посмотрела на экран – и на секунду её привычно собранное лицо изменилось.

– Всё нормально? – спросила Настя.

Лера медленно перевела взгляд на подруг, затем снова на телефон.

– Да… – сказала она после паузы. – Просто… странное совпадение.

Она перевернула телефон экраном вниз. Браслет на её запястье тихо коснулся чашки.

***

– Ну что, – сказала Ева, поставив свою чашку на стол, – Кто первая делится своими новостями?

Кристина чуть улыбнулась – так, будто собиралась рассказать что-то и трогательное, и немножко забавное.

– Девочки, давайте я вам сначала историю расскажу, которая недавно у меня в школе произошла с одним из учеников. А Лера пока пусть собирается с духом, – шутя сказала Кристина, подмигивая подруге. – Вы же знаете, я работаю в школе психологом. И вот на прошлой неделе ко мне пришёл один восьмиклассник. Назову его Тимур, профессиональная этика, сами понимаете. Вы бы его видели – спокойный, собранный, думающий мальчишка. Обычно он приходит по привычным школьным поводам: тревожность или самооценка. Но в этот раз он сел, выдохнул и выдал: “Кристина Сергеевна, мне нужна консультация. Но не школьная. Жизненная”.

– Жизненная? – приподняла брови Ева. – Вот это уровень.

– Ага, – кивнула Кристина. – И, главное, так серьёзно попросил: “Только давайте без ваших педагогических формулировок. Просто… как человек человеку”.

Ну хорошо, думаю. Восьмой класс, а уже запросы как у клиентов сорока плюс.

Она убрала за ухо выбившуюся прядь волос и продолжила:

– Я говорю ему: “Хорошо, Тимур. Слушаю”. А он начинает мяться и говорит: “Мне кажется, что мне нравится одна девочка. Но я не уверен, что это вообще то самое… чувство”.

Девушки все невольно улыбнулись – каждая на секунду вспоминала свои школьные «нравится», переписки на листочках и сердечки на полях тетрадей.

– Я спрашиваю: “И что тебя смущает?”. И тут он такое начал рассказывать, что я чуть не рассмеялась – но сдержалась. Тимур говорит:

“Я думал, любовь – это чтобы ток по пальцам, бабочки в животе, мурашки… как в фильмах. А у меня не так. Мне просто рядом с ней очень спокойно и хорошо. Она не самая красивая, не самая яркая в классе. Но когда я сажусь с ней рядом – у меня будто день выравнивается. Даже если он был ужасным. И я теперь не понимаю: это любовь? Или что это может быть за чувство? Вдруг это всё неправильно или я что-то не так понимаю?”

– Вот зачем мы нужны подросткам, – заметила Ева тихо. – Чтобы сообщить им, что любовь – это не спецэффекты.

– Да, – согласилась Кристина. – Я смотрю на него и думаю: “Господи, если бы взрослые так умели анализировать свои отношения, половина разводов отменились бы”.

– И что ты ему сказала? – мягко спросила Лера.

Кристина улыбнулась и продолжила рассказ:

– Я сказала: «Спокойствие рядом с кем-то – это не отсутствие эмоций, а их зрелость. Это не пустяк, а большая редкость. Ведь спокойствие – одна из самых редких форм близости. Если тебе с человеком становится легче, – это не просто хороший знак, это очень сильное чувство».

Он слушал меня очень внимательно.

Кристина чуть наклонилась вперёд, словно снова видела того мальчишку:

– А потом он выдал фразу, которой меня окончательно обезоружил:

“Но почему тогда в фильмах никто спокойно не любит? Почему они всё время бегут, кричат, страдают и целуются под дождём?”.

Даша прыснула от смеха.

– Я ему отвечаю: “Потому что дождь проще снять, чем спокойствие”.

– Чистая правда, – заметила Настя.

– Он кивнул и спросил: “Значит, если мне с ней спокойно – это хорошо?”.

Я сказала: “Очень”.

И знаете, он так серьёзно это принял… будто я дала ему разрешение на какое-то важное чувство.

Кристина слегка пожала плечами:

– Он ушёл со словами: “Я ей завтра скажу спасибо за то, что она есть. Это нормально? Не странно?”.

Я ему сказала: “Если от чистого сердца – никогда не странно”.

– И что? – Аня даже наклонилась ближе.

Кристина улыбнулась уже шире, почти по-матерински:

– На следующий день он пришёл снова – с пакетом печенья. Сел и сказал: “Она улыбнулась. И сказала, что ей со мной тоже спокойно. Кристина Сергеевна… это, наверное, самый лучший день в моей жизни”.

Подруги растроганно улыбнулись – каждая по-своему, по-взрослому. Кто-то вспомнил первую симпатию, кто-то – первое глубокое чувство с кем-то важным.

– А потом? – мягко спросила Даша.

– А потом он сказал: “Я решил, что когда у меня будет семья, я хочу, чтобы в ней было так же спокойно”.

Кристина слегка пожала плечами и продолжила.

– И знаете… я сидела и думала: иногда подростки понимают про отношения больше, чем взрослые, которые всё ищут фейерверки чувств, взрывы эмоций и страстей … А они – нащупывают самое главное. Простейшее человеческое тепло. То, на чём вообще всё держится.

– Как красиво, – сказала Настя, – наивная детская Душа, стремящаяся к прекрасному.

– Как всё же важно в любом возрасте, чтобы тебя кто-то услышал и поддержал, – сказала задумчиво Лера. – Без лекций, нравоучений и оценок. А ты, Кристина умеешь очень точно прочувствовать детскую Душу. Это великий дар!

– Да ладно тебе, – немного смущённо сказала Кристина.

– Вот! – подхватила Ева. – То же самое я говорю и про эзотерику. Главное – чувствовать.

– Ева, – вздохнула Кристина, – чувствовать – это полдела. Вторую половину делает мозг.

– Мозг иногда мешает Душе, – парировала Ева.

– А Душа иногда мешает логике, – ответила Кристина.

– Девочки, ну вы прям как на шоу “Психология против звёзд”, – рассмеялась Настя. – Давайте лучше послушаем любовную историю Леры.

Все взгляды обратились к Лере. Та театрально вздохнула, закатила глаза и, не спеша, сделала глоток капучино. Взгляд её стал задумчивым, но в уголках губ мелькнула улыбка.

***

– Ну, – сказала Ева, прищурившись, – не томи.

– Да-да, выкладывай, – подхватила Аня. – Нам нужны подробности.

– Девочки, – простонала Лера, пряча лицо в ладонях, – ничего такого…

– Мы тебе не верим, – почти хором ответили все.

Лера вздохнула, взяла ложечку и начала медленно размешивать пенку в капучино, будто там можно было спрятаться от расспросов подруг.

– Девочки, это такая длинная и запутанная история… – наконец начала Лера. – Влад – мой начальник. И он идеальный: умный, красивый, спортивный.

Она сделала паузу.

– А ещё у него есть невеста.

– Классика, – сказала Ева. – Мужчина мечты всегда занят.

– Именно! – усмехнулась Лера. – Поэтому я, как взрослая и разумная женщина, решила просто работать и не страдать.

Она снова помешала кофе.

– Но потом кое-что случилось. И началось всё с корпоратива…

– Ну вот! – оживилась Аня. – После таких слов половина страны выходит замуж. Рассказывай давай, что дальше было?

– Ну, как я и сказала, недавно у нас на работе был корпоратив. Влад – мой шеф – пришёл позже всех, без невесты, кстати. И вот… в какой-то момент он подходит ко мне, улыбается и говорит:

«Лера, вы сегодня как-то по-другому светитесь».

– Ну всё, – сказала Кристина. – Началось.

– Подожди, подожди, – сказала Ева. – А ты что?

– Я? – Лера чуть смущённо улыбнулась. – Сказала, что во всём виновато моё платье, на котором слишком много блёсток.

– Господи, – простонала Аня, – это худший флирт в истории.

– Я нервничала! – оправдалась Лера. – Но он засмеялся. И потом… как-то весь вечер не отходил от меня.

Она говорила спокойно, но в её голосе слышалась та едва уловимая дрожь, которая появляется, когда произносишь имя человека, от которого сбивается дыхание. Лера машинально провела пальцем по краю чашки, и в её глазах мелькнула смесь надежды и осторожности.