- Рейтинг Литрес:4.9
Полная версия:
Инна Мис Отчаянный разум
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– Именно так, – подтвердил мексиканец.
– Парни готовы, ждут в зале и на парковке.
– Партию доставят к часу. Сегодня будет немного, а в пятницу больше. Нам бы не хотелось привлекать лишнее внимание, увеличим объёмы постепенно.
– Понял, – отозвался парень с бритыми висками и снова развалился на диване. – За сегодняшнюю плачу. О следующих хотел бы договориться лично с партнером.
– В следующий раз мой босс обязательно будет на месте. Он просил передать свои извинения.
– Не стоит, – коротыш поднял ладонь. – Пусть лучше сосредоточится на товаре. Дерьмо я покупать не собираюсь.
После этих слов он кивнул напарнику. Тот достал из пиджака белый конверт и бросил на стол.
– Считай, – обратился мексиканец к Алексу.
Все пристально посмотрели на парня, пока он пытался перевести дыхание и хоть немного прийти в себя.
– Не могу… Посчитай сам, – ответил мажор, изо всех сил подавляя нахлынувшие чувства. Он не знал, выдержит ли такой удар, нанесённый отцом, поступки которого всего несколько часов назад ещё пытался оправдать.
***
Вечерняя суета общежития затихла за дверью. Лиза опустилась на смятую постель, торопливо перевернув подушку с влажными пятнами, поджала колени к груди и обняла их руками. Её белые волосы были растрёпаны, а на столе беспорядочно лежали бумаги.
– Привет, – шагнув в комнату, блондин протянул руку. – Я Кирилл. Очень приятно.
Лиза неторопливо поднялась и ответила на рукопожатие. Парень занял место на стуле, а Алина нерешительно устроилась на краю кровати, стараясь не потревожить подругу. Её не покидало чувство, что она появилась не вовремя, привела с собой незнакомца, и была уверена, что Лизе сейчас это совсем ни к чему. Но вдруг блондинка наклонилась вперёд, протянула руки и крепко обняла Алину.
– Прости… – прошептала она, и её глаза заблестели от слёз.
– За что? Ты ни в чём не виновата, – ответила Лиза, хотя её голос всё ещё дрожал.
– Я не хочу всего этого без тебя.
Блондинка нахмурилась, но вскоре её лицо смягчилось.
– Мы столько трудились, чтобы оказаться здесь, – сказала она с лёгкой улыбкой. – Ты будешь учиться у профессора, помогать людям и строить карьеру. Поняла? А я продолжу учёбу. Всё-таки из университета меня ещё не выгнали.
Алина кивнула. Наступила пауза, и Кирилл решил, что пора оживить обстановку.
– Ну что, выпьем? – предложил он. – Устроим весёлый вечер.
Алина уже собиралась возразить, но Лиза, похоже, решила окончательно её удивить.
– Я за.
– Что? Ты серьёзно? А кто говорил, что выпивка, клубы и веселье – это зло? – с лёгкой насмешкой спросила Алина, и блондин тут же расплылся в улыбке.
– Надоело постоянно делать всё правильно. Может, в конечном итоге это вообще бессмысленно. Нужно перезагрузиться, – сказала подруга.
– Отлично, я угощаю, – сообщил Кирилл, вставая.
Он вернулся не только с алкоголем, но и с полной сумкой еды из ближайшего кафе: с тремя овощными салатами, большой сырной пиццей и запечённым картофелем. Девушки взяли на кухне тарелки и стаканы, и парень разлил всем красное вино.
Алина с нежностью смотрела на его радостную улыбку. Поставив пустую чашку на стол, она удивилась, как быстро допила горький напиток. Если бы здесь был Юра, он наверняка устроил бы истерику. Представив эту сцену, девушка невольно улыбнулась. Когда Лиза покинула комнату, Кирилл решился обнять её за плечи.
– Всё в порядке? – спросил он. – Ты злишься на меня?
– Ты спаиваешь мою подругу.
– И тебя, – усмехнулся блондин. – Хочешь домой?
– Нет. Странно, но мне стало легче. Надеюсь, Лизе тоже.
– Утром она придёт в себя, – уверенно сказал Кирилл. – Я умею ставить людей на ноги.
– Как? – недоверчиво нахмурилась девушка.
– Хочешь поспорить?
– Давай. – сразу согласилась Алина.
– На что спорим? – парень внезапно оказался очень близко к её лицу. – Может, на поцелуй?
– Хорошо. – хохотнула она. – А если это ей не поможет, то ты расскажешь, откуда знаешь вахтёршу.
Кирилл тяжело вздохнул.
– Если хочешь узнать обо мне больше, просто спроси. – его слова звучали печально, а яркая улыбка лишь прикрывала боль в голосе.
– Ты имеешь какое-то отношение к университету? – поинтересовалась она.
Блондин пристально всмотрелся в лицо Алины. Его глаза, сверкающие золотым светом, что падал от тусклой лампы, притягивали словно магниты. От этого гипнотического взгляда невозможно было оторваться. Улыбка с глубокими изгибами была столь необычной, что сердце Алины забилось чаще. Блеск в глазах и хриплый смех опьяняли сильнее любого вина. Они долго смотрели друг на друга, пока неловкость не стала ощутимой. Студентка уже готова была покраснеть и отвернуться, но парень нежно взял её за руку, переплёл пальцы и положил её ладонь на свои колени.
– Хочу остаться здесь навсегда, – тихо сказал он.
Эти слова заставили Алину покрыться мурашками.
– Почему?
Он опустил голову.
– Потому что… Я заряжаю всех вокруг, а сам заряжаюсь от тебя. И иногда я могу быть другим, – продолжил он, избегая её взгляда. – Но с тобой я забываю об этом.
– Все люди меняются под влиянием обстоятельств, – заметила Алина. Её сердце сжалось. Захотелось прикоснуться к блондину, ощутить вкус его губ, почувствовать дыхание. Она уже потянулась к парню, но в этот миг Лиза распахнула дверь в комнату.
Блондин много шутил и немного рассказал о жизни в интернате. Лиза почти молча сидела за столом, а Алина, лёжа на мягкой подушке, пыталась заснуть. Парень говорил уже около часа, и временами они не успевали следить за ходом его мыслей.
Внезапно она очнулась от приглушённого шёпота. Перед глазами предстали край стены и подоконник с тонкой занавеской, сквозь которую пробивались первые лучи утреннего света. Голова была тяжёлой, как мешок с гвоздями. Алина медленно перевернулась на спину и встретила две пары глаз. Кирилл сидел на соседней кровати, прислонившись к стене, а Лиза устроилась на полу, опираясь о кровать спиной.
– Доброе утро, Соня, – улыбнулся парень. – Мы тебя ждали.
Алина села, свесила ноги и посмотрела на часы, сверкавшие на запястье.
– Пять часов? Почему вы так рано встали?
– Просто болтали и не заметили, как рассвело, – ответила Лиза.
– Вы что, всю ночь не спали? Вы сумасшедшие…
– А твой парень ещё успел приготовить завтрак, – блондинка протянула подруге тарелку с яичницей и салатом. – Ты его энергетиками отпаиваешь? Отравишь ведь.
Алина улыбнулась, взглянула на Кирилла и быстро отвела глаза, когда он ей подмигнул.
– Пойду умоюсь, – сказала она.
– Я с тобой, – спохватилась Лиза. – Вдруг заблудишься и попадёшь в мужской душ.
– В мужской не стоит, – бросил Кирилл им вслед.
Девушки пошли по узкому коридору.
– Алина, спасибо тебе большое, что пришла. Вчера мне было очень плохо.
– Ты правда не злишься?
– Да брось. Ты же не виновата, что меня не взяли в исследование. Никто не виноват. Надо это забыть и идти дальше.
У двери душевой Алина остановилась.
– Вижу, тебе уже лучше.
– И всё это благодаря твоему парню, – блондинка вошла в душевую. Подруга последовала за ней и остановилась у раковин. – Мы всю ночь разговаривали. Он столько всего рассказал. Знаешь, он удивительно позитивный человек. Что бы ни случилось, он никогда не унывает. А в его жизни происходило действительно многое…
– Да… знаю…
– И я подумала… – Лиза закрыла кран, стряхнула воду с рук и уступила место Алине. – Это всего лишь неудача. Не стоит так переживать. Нужно извлечь уроки и идти дальше. Слезами делу не поможешь. Я справлюсь.
Алина вымыла руки, сполоснула лицо и взглянула на подругу. Подруга выглядела уставшей, но её глаза лучились решимостью и оптимизмом. Лучшая подруга снова была готова к борьбе за свою мечту.
– Я рада. Ты молодец.
– А я рада, что ты познакомилась с Кириллом, – блондинка обняла Алину за плечи. – Он потрясающий. Честно, он красавчик, умный… – Алина почувствовала, как её щеки заливает румянец. – И он такой позитивный. После разговора с ним мне стало гораздо лучше, будто он поделился со мной своим хорошим настроением.
– Лиза, ты опять выпила? Всё-таки тебе нужно было поспать.
– Ладно, забудь, что я сказала, – подруга взяла Алину за руку и повела её по коридору. – Он действительно классный парень, поздравляю. Я полностью одобряю твой выбор.
После завтрака блондин предложил проводить Алину до университета. Он уверенно распахнул дверь, словно бывал здесь множество раз, и спокойно шел по коридорам к ректорскому корпусу, лишь изредка опуская голову при встрече с преподавателями. В голове Алины роилось множество вопросов, но она не решалась их озвучить. Девушка пристально следила за каждым его движением и шагом.
Блондин поднялся по боковой лестнице учебного корпуса и провёл её через преподавательский холл. Это место было ей знакомо лишь по редким визитам: сюда студенты приходили, чтобы обсудить личные вопросы с преподавателями или сдать индивидуальный экзамен.
Она медленно читала таблички с именами на дверях, пока он не остановился перед большим портретом, освещённым прямоугольной лампой. На картине был изображён седовласый мужчина с добрыми карими глазами. Алина бросила взгляд на Кирилла и почувствовала, как у неё пересохло в горле. Его глаза были устремлены на портрет, словно он увидел что-то, что глубоко тронуло его душу.
– Что с тобой? – Этот вопрос вобрал в себя все мысли, которые кружились в голове всю дорогу до холла.
– Посмотри… – парень указал на портрет их сцепленными руками.
Алина перевела взгляд на чёрную табличку под изображением мужчины.
Сударев Андрей Архипович
Профессор психотерапии и нейропсихологии
1968 – 2010
– Это… твой отец? – Алина едва не задохнулась, осознав. Как она сразу не узнала эту ровную улыбку, которая, несмотря на морщины, излучала чистоту и молодость души?
– Да, – выдохнул Кирилл.
– Он был профессором здесь?
– В детстве я часто бывал в университете. Знаю здесь каждый уголок. А после его смерти… Перестал приходить. Да и подходящего момента не было, – Кирилл погладил деревянную рамку свободной рукой. – Хотя, возможно, я просто не хотел. Здесь даже запах остался прежним. Вот почему я знаю Раису Ивановну и многих преподавателей, – Кирилл огляделся, а затем посмотрел Алине в глаза. – Не хотелось бы с ними сталкиваться.
Студентка кивнула и неохотно отпустила его руку.
– Тогда увидимся после занятий.
Г
лава 7
На грани
Звуки клуба гулким эхом отдавались в голове Кирилла, заставляя его вздрагивать от особенно резких электронных ритмов. Он с завистью смотрел на курильщиков, выходящих на улицу. Как же хотелось вдохнуть глоток свежего воздуха и ощутить долгожданную тишину, но, как всегда, на протяжении всей ночи, ему приходилось следить за звуком.
Показатели на ноутбуке были в норме, и Кирилл всё чаще поглядывал на дверь. Рядом Герман уверенно орудовал шейкерами, успевая за толпой, жаждущей ещё больше алкоголя. Блондин устало оперся на стойку, не сумев в очередной раз скрыть от бармена тяжёлый выдох.
– Иди, я присмотрю, – сказал Герман. – Подыши, а то скоро закипишь.
– Нет. Если что-то пойдёт не так… Макс и так злой, как волк.
– Не драматизируй. Макс тебя загонял.
– Мне за это платят.
– Но это не значит, что ты не имеешь права на свежий воздух. Иди.
Бармену пришлось подтолкнуть парня, чтобы тот наконец вышел из-за стойки. Кирилл напоследок убедился, что на экране всё в порядке, мельком взглянул на Макса, который танцевал за пультом, и направился вверх по железной лестнице. Выйдя на улицу, он глубоко вдохнул ночной воздух, пропитанный выхлопными газами машин, проезжающих мимо клуба. Голова закружилась, и он привалился спиной к стене, но, постояв так несколько минут, понял, что дым сигарет, которыми у боковой двери затягивались парни, раздражает его гораздо сильнее духота внутри.
Он прошёл вдоль стены и свернул за угол. У другого конца здания его встретил тёмный переулок, едва освещённый одиноким фонарём на противоположной стороне улицы. Из клуба всё ещё доносились приглушённые звуки музыки. В любом случае было пора возвращаться, пока мелкие перебои не привели к непоправимым последствиям. Повернувшись, чтобы уйти, блондин услышал за спиной шуршание, будто что-то скользнуло по асфальту, и громкий шлепок, будто на землю упал тяжёлый предмет. Он невольно отступил назад, а затем, сделав пару шагов, выглянул за угол – на задворки здания. Сначала могло показаться, что на земле, прямо у мусорного контейнера, лежит обычный набитый мешок, но с каждым шагом всё отчётливее становились видны очертания раскинутых ног.
– Эй! – Кирилл несколько раз толкнул человека в плечо, озираясь по сторонам. В переулке, на противоположной улице и на парковке не было ни души. Он снова похлопал мужчину по спине, но тот оставался безучастным. Тогда Кирилл потянул его в сторону и, приложив усилие, перевернул на спину. Торопливо полез в карман за телефоном, но, даже без фонарика, уже понял, кто лежит перед ним. Сердце вдруг забилось сильнее, и когда свет от экрана осветил лицо незнакомца, парень застыл.
– Алекс! – очнувшись от оцепенения, блондин похлопал парня по щекам, потряс за грудки, но тот не выражал никакой реакции.
Посветив фонариком в лицо мажора, Кирилл замер от ужаса: кожа бледная, как мел, синие губы, впалые глаза. Дрожащей рукой он поднёс телефон ко рту, подержал несколько секунд, отчего экран слегка запотел, затем снова стал изо всех сил трясти Алекса и хлопать по щекам. Парень слабо застонал. Его рот судорожно втянул воздух, но вскоре тело снова обмякло, а голова бессильно склонилась на бок. Страх сковал Кирилла. Собираясь позвать на помощь, он понял, что у входа, где толпилась курящая молодежь, шум музыки заглушил бы даже бомбёжку. В голове мелькали самые страшные сценарии для Алекса, но, подавив все сомнения, блондин начал набирать номер скорой. Пальцы дрожали не переставая, как и голос, но он сумел быстро назвать диспетчеру адрес, после чего приложил ухо к груди Алекса. К счастью, в переулке было достаточно тихо – иначе он бы не услышал это едва уловимое сердцебиение.
Теперь руки Кирилла действовали автоматически, выполняя привычные движения. Мозг словно отключился, уступая место инстинктам, которые пытались удержать беднягу в этом мире. Он без устали нажимал на грудь, делая массаж сердца, и поочерёдно вдувал воздух ему в рот. Кирилл потерял счёт повторений, пока за его спиной не раздался вой сирены. Только тогда он осознал, как занемели его руки.
Двое крепких врачей оттеснили его в сторону и окружили бездыханное тело. Блондин сидел на грязной земле, часто дыша и ощущая, как прохладный воздух обжигает лёгкие.
Бригада скорой помощи быстро начала приводить Алекса в чувство. Женщина-фельдшер подложила под голову парня резиновую подушку, приложила пальцы к его пульсу и следила за временем на своих часах. В это время санитар закатал его рукав, разорвал футболку и начал прикреплять к груди датчики. Женщина ловко обернула ослабленную руку тонометром. Они постоянно обменивались фразами и цифрами, а Кирилл застыл в полнейшем шоке, ожидая результата. Широкоплечий мужчина с бородой ввёл шприц в руку больного, и через несколько секунд Алекс тяжело, со стоном, втянул воздух. А когда врач перевернул парня, его тут же вырвало на землю. Теперь даже издалека было видно, как плечи Алекса поднимаются от сбившегося дыхания.
Только сейчас блондин смог оторвать взгляд от происходящего. Доктор отошел в сторону, тяжело переводя дыхание, а санитар с водителем тем временем принесли носилки. Кирилл медленно поднялся на ноги. Его брюки были полностью испачканы, и, пытаясь очистить их руками, он только усугубил положение – теперь и руки были в грязи. Возвращаться в клуб теперь совсем не хотелось.
– Вы в порядке? – Кирилл обернулся. Он даже не заметил, как сзади подошла женщина-фельдшер. – Нужна помощь?
– Мне? Нет…
Женщина окинула его взглядом, и мигание проблесковых маячков скорой помощи осветило её чёрные волосы и опущенные губы, словно она не улыбалась уже целую вечность.
– Вы можете поехать с нами и привести себя в порядок в больнице.
Блондин взглянул ей за спину. Носилки с сыном губернатора уже загружали в машину скорой помощи.
– Как он?
Женщина обернулась, задержала взгляд и, помедлив, сказала:
– На этот раз, думаю, выживет. Но кто знает, сколько ещё таких случаев будет…
– Я поеду с вами. С ним можно будет поговорить?
– Это решит дежурный врач. Его ещё нужно стабилизировать. Как раз успеешь почистить штаны. У нас в больнице есть свободная уборная и фен, – предложила женщина, бросив взгляд на брюки Кирилла.
Ему ничего не оставалось, кроме как скрыть свой ужасный вид в карете скорой помощи. Он устроился справа от Алекса. Голова больного была повернута в сторону, и Кирилл не мог понять, улучшился ли цвет его лица, но напряжение немного спало, когда он заметил ровное дыхание пациента. Женщина заняла место рядом с блондином. Некоторое время они ехали под звук сирен. Она первой прервала молчание.
– Ты его знаешь?
Кирилл недолго помолчал, глядя на безвольно подпрыгивающую на кочках голову.
– В детстве знал.
– Ты спас ему жизнь, – тихо произнесла женщина. – Ты молодец.
Кирилл усмехнулся. Он не был уверен, что этот поступок что-то изменит для Алекса. Возможно, он даже усугубил ситуацию, но его подсознание, похоже, решило ввязаться в ещё большие проблемы. Сейчас он чувствовал только это.
Тихий больничный коридор будил неприятные воспоминания. Пожалуй, это место никому не приносит ничего хорошего. Кирилл смотрел на белые стены, увешанные изображениями человеческих органов – розовых, гладких, лишенных крови – таких, какими они не бывают в действительности.
Ожидание новостей от доктора, обследовавшего Алекса, с ясным осознанием того, что по-настоящему помочь ему он не сможет, порождало новые тревоги в голове.
Женщина-фельдшер разрешила слегка промыть брюки водой и подсушить их феном в подсобке, благодаря чему теперь было не так стыдно появляться перед людьми.
Сидя на кушетке в коридоре, блондин размышлял о друге, которого оставил в клубе, о второй бессонной ночи, которой стоило избежать, и о том, зачем ему этот проклятый мажор, из-за которого он оказался среди белых стен, пропахших спиртом. Он пытался найти объяснение своим недавним поступкам и понять, как умудрился втянуть себя в этот водоворот событий, но в глубине души осознавал: он сам ведёт себя к пропасти.
Мысли Кирилла прервала хлопнувшая дверь в конце коридора. Из реанимации вышел невысокий доктор – седовласый мужчина в очках, прикрывающих тёмные круги под глазами.
– Ты приехал с Александром Гордовым?
– Да. Как он?
– Стабилен. Ты родственник?
– Нет. Я нашёл его у клуба…
Кирилл осёкся, не желая углубляться в подробности, но, кажется, доктор уже всё понял – он несколько секунд внимательно смотрел на блондина.
– Если бы не твои действия, парень сейчас лежал бы в морге. – Кирилл сглотнул горький комок. – Ты удерживал его достаточно долго, но едва не сломал ребро. Оно треснуло. Лёгкие тоже пострадали. Первое время ему будет тяжело дышать, но он выживет.
– Спасибо, – машинально произнёс Кирилл, ощутив долгожданное облегчение.
– Это он должен говорить тебе «спасибо». – Кирилл замялся, впервые растерявшись от чьих-то слов. Он вовсе не ощущал себя спасителем. Просто оказался рядом в нужный момент – обычная случайность. Или, возможно, он пытается убедить себя, что всё происходит само собой, а не он сам постоянно втягивает себя в неприятности. – Его отец приедет? – спросил доктор. Кирилл пожал плечами, ощущая, как холодная дрожь разливается по телу. – Хоть бы не приехал сегодня. Его мне под конец смены только не хватало, – пробормотал мужчина, устало прикрывая глаза.
– Он в сознании? Можно с ним поговорить?
– Попробуй. Только быстро. Ему нужен сон.
В небольшой палате со светло-зелёными стенами блондина встретил равномерный сигнал монитора пациента. Этот визит вряд ли может быть желанным, но цель была простой – увидеть более-менее живое лицо бывшего приятеля, чтобы ночами не вспоминать предсмертное выражение из переулка.
Блондин медленно подошёл к кровати. Над головой больного мягко светилась люминесцентная лампа, освещая спокойное лицо на пухлой подушке, с едва подрагивающими веками. Оно оставалось бледным, но губы больше не выдавали синеву, хотя всё ещё казались пересохшими. Кирилл попытался запомнить это умиротворённое выражение лица и уже собирался уйти, когда голова Алекса медленно повернулась.
– Зачем пришёл? – прохрипел болезненный голос.
Блондин остановился, слегка шаркнув подошвой по рыхлой плитке. Монитор продолжал монотонно пикать, действуя на нервы. Мутно-серые глаза Алекса, открытые на бледном лице с пожелтевшими белками, отражали всю беспомощность его существования.
– Уже ухожу.
– Если ждёшь… благодарности… то… не дождёшься… – Алекс говорил медленно, с хрипом, прерываясь после каждого слова.
– Не жду. Хотел увидеть твоё здоровое лицо, но, похоже, оно у тебя страшное с рождения.
– Пошёл ты… – Кирилл едва заметно улыбнулся. Внутри пробудилось облегчение от живого и такого давно забытого голоса Алекса. Сын губернатора медленно вдохнул, явно собираясь продолжить говорить. – Ну и зачем ты это сделал?
– Да так… Скучно стало, решил людей из подворотен пособирать.
– Может, я сдохнуть хотел… – раздражённо выдавил Алекс.
– Ты не хочешь умирать.
– Сказал тот, кто не раз пытался сделать то же самое…
– Я – другое дело.
– А-а-а, ты же у нас особенный.
Алекс вложил в эту фразу всю свою злость, и ему понадобилась передышка. Он прикрыл глаза, и блондин заметил, как его ресницы стали мокрыми.
– Ты сознательно себя губишь, хотя у тебя есть все возможности жить нормально.
– Заткнись… Что ты вообще обо мне знаешь?
– Это тебе сейчас лучше заткнуться. Но ты прав… – Кирилл с грустью опустил голову. – Теперь я не знаю ничего. Не думал, что ты так изменишься, станешь таким уродом. А ведь ты сильный. Это я точно помню. – Мажор ничего не ответил, лишь надолго замолчал, прикрыв мокрые глаза. – Я пойду, – сказал блондин, охваченный яростью. Он не мог понять, как его приятель оказался в таком состоянии, довел себя до тупика и утратил даже надежду на самостоятельный выбор. Кирилл больше не хотел ничего добавлять – все слова, что приходили на ум, были наполнены жалостью и болью.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
