Полная версия:
Инна Инфинити Тест на измену
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Должна, а не хочу.
Потому что знаю: через пять минут Рома уйдет в комнату и начнет писать Вере. Спросит, как ее дела, как прошёл день, чем занимается. Проговорит с ней до ночи, а потом придёт ко мне спать. Может, я сама в этом виновата. Может, это я довела мужа до сайта знакомств. Говорят же, что хорошим жёнам мужья не изменяют. Не знаю. Но что я точно знаю — у меня полная и абсолютная демотивация.
Рома вжимает меня в кухонный шкаф, его лицо близко к моему. Наверное, поцелует, проскальзывает мысль, попробует возродить нашу угасшую страсть. Но громкий рингтон моего мобильного в кармане пиджака не дает Роме это сделать. Вырываюсь из его захвата, отхожу на шаг в сторону и достаю телефон.
«Паша».
Глава 19. Комплимент
На секунду меня парализует. Я пялюсь на экран, не зная, что делать: принять вызов или сбросить. Я не ждала, что Паша будет звонить мне так поздно, да еще и в присутствии моего мужа. Зачем он это делает? Разве не понимает, что неуместно звонить замужней бывшей в столь поздний час? Даже несмотря на то, что ты теперь ее начальник.
— Это новый генеральный, мне нужно ответить, — поясняю Роме, опускаю телефон экраном вниз и стремительно выхожу из кухни. — Алло, — тихо говорю, закрывая за собой дверь спальни.
— Привет, извини, что поздно. Я по поводу комментария на согласование.
Пашин голос расслаблен и мягок. На заднем фоне слышны тихая музыка и легкий шум. Он едет в машине, догадываюсь.
— Да, слушаю.
А вот я, наоборот, напряжена. Боюсь, что Рома войдёт в спальню и догадается, с кем именно я разговариваю.
— Последний абзац убери, пока рано сообщать об этом общественности. Лучше потом отдельно сделать пресс-релиз и разослать СМИ.
— Хорошо.
— Ну тогда отправляй журналисту.
— Это все?
— Да.
«Вы для этого мне позвонили, Павел Александрович?, — хочется спросить. — Нельзя было написать это в сообщении?».
— Хорошо, отправлю.
— Секретарь сказала, что ты искала меня сегодня.
Я уже готовилась положить трубку, поэтому не сразу поняла, о чем Паша. Ах да, я же звонила ему вечером по рабочему телефону, а секретарша сказала, что он уехал в четыре часа и больше не возвращался.
— Я по этому вопросу вас искала. Когда секретарь сказала, что вас нет, написала сообщение.
— Это было почти в девять вечера.
— Наверное. Не помню время.
— Почему ты так сильно задерживаешься на работе?
Я аж теряюсь от такого вопроса. Несколько мгновений хлопаю ресницами, глядя в стену напротив.
— Эээ, — недоуменно тяну. — Много работы, Павел Александрович. А что, нельзя задерживаться?
— Дело не в этом. Просто восьмичасового рабочего дня вполне достаточно для того, чтобы сделать все дела. Если сотрудник задерживается, значит, он не успел сделать все необходимое за рабочий день. А раз не успел, то он плохо самоорганизован. Скорее всего, такой сотрудник слишком долго обедает и слишком часто пьет кофе с коллегами, поэтому вынужден задерживаться после окончания рабочего дня.
Что? Это намек на то, что я в течение дня ничего не делаю? Да я уже не помню, когда последний раз обедала! Перебиваюсь бутербродами на ходу. Кофе пью, да. Но одна в своем кабинете, параллельно звоня и печатая на компьютере.
— Вы можете поднять записи с камер видеонаблюдения в столовой и увидеть, что я была там последний раз недели две назад, — строго говорю. — Ваши претензии необоснованны, Павел Александрович. Я задерживаюсь, потому что действительно много работы. Предыдущий гендиректор не хотел публичности, а вы, наоборот, хотите. Мне нужно выстраивать отношения с прессой почти с нуля. Это не так легко, как может показаться на первый взгляд.
Я возмущена. Как он вообще мог подумать, что я прохлаждаюсь на рабочем месте? Да я пашу как лошадь. Вон даже с Ромой проблемы из-за этого начались.
— Хорошо-хорошо, — тут же дает заднюю. — Я ни в коем случае не обвиняю тебя в том, что ты ничего не делаешь.
— А мне показалось, что обвиняете.
— Нет. Просто чаще всего сотрудники задерживаются как раз потому, что у них отсутствует самоорганизация.
— Ко мне это не относится! — рявкаю.
— Я верю.
— Спасибо.
Мое «спасибо» звучит так, будто огрызаюсь. Мне все равно. Пускай мой тон будет не совсем корректным для разговора с начальником. Я оскорблена подозрениями Паши в том, что вместо работы распиваю кофе. Я действительно стараюсь и хочу, чтобы Севастьянов был мною доволен. А он думает, что я прохлаждаюсь!
— Арина, извини, я ни в коем случае не хотел тебя обидеть, — произносит примирительным голосом. — Мне нравится, как ты работаешь.
Возникает пауза. Мне понравилось, какой интонацией Паша сделал мне комплимент.
Комплимент же?
Медленно смягчаюсь, словно сливочное масло на солнце. Еще секунду назад я была обижена и оскорблена, а теперь уже нет. Закусываю губу, чтобы не начать улыбаться в трубку как дурочка.
— Спасибо, Павел Александрович, — тоже говорю примирительной интонацией. — Я правда стараюсь.
— Я вижу. Но все-таки попрошу тебя не переусердствовать, иначе быстро возникнет эмоциональное выгорание. Если ты не успела что-то сделать до конца рабочего дня, то ничего страшного, доделаешь завтра. Работа не волк, в лес не убежит, — на последней фразе он слегка смеется, и я заражаюсь его хорошим настроением.
— Спасибо, Павел Александрович. Думаю, до эмоционального выгорания мне еще далеко.
— И все же, Арина. Береги себя.
Последняя фраза до мурашек пробирает. Рвано выдыхаю. Наверное, Паша это слышит. Снова пауза, лишь тихая музыка из его машины слышна. Я не знаю, что сказать. Паша, наверное, тоже.
— До завтра, Арина, — наконец, прерывает затянувшееся молчание.
— До завтра, Павел Александрович.
Быстро сбрасываю звонок и перевожу дыхание. Почему-то разговор с Севастьяновым тяжело мне дался. Паша сказал «до завтра». Означает ли это, что мы завтра лично встретимся? Или это просто выражение, которое пришлось к слову? Так-то мы за неделю можем всего один раз увидеться воочию.
Ладно… Главное, что Паша заметил, как я стараюсь. Я правда хочу быть ценным сотрудником в его глазах.
С этими мыслями я открываю дверь спальни, хочу сделать шаг в коридор, но врезаюсь в каменное тело Ромы.
Глава 20. Все сложно
— С кем ты разговаривала? — сходу спрашивает. Его голос строг, напряжен.
— С начальником.
— Как его зовут?
Недоуменно гляжу на злого Рому, соображая, что ответить. Он подслушивал под дверью?
— Павел Александрович, — решаю сказать правду. Раз подслушивал, то наверняка слышал.
И в эту секунду я вдруг радуюсь тому, что Паша обязал меня называть его по имени-отчеству. Если бы я сейчас обращалась к нему просто «Паша», то Рома бы все понял.
Вообще, имя Павел для Ромы — как красная тряпка для быка.
— Что-то не так? — спрашиваю слегка агрессивно. Лучшая защита — это нападение. — Я правильно понимаю, что ты подслушивал? — упираю руки в бока.
Вряд ли Рома знает, какое у Паши отчество. А имя Павел очень распространённое. Так что, думаю, я сумею выкрутиться.
— Он молодой?
Неожиданный вопрос. Я полагала, что Рома начнет развивать тему с именем, интересуясь не бывший ли жених теперь мой начальник.
— Не знаю, средний, — неопределённо веду плечами.
— Сколько ему лет?
— А это важно? — повышаю тон.
— Да, важно, — тоже повышает. — Я не хочу, чтобы ты работала с молодым начальником.
— А какая разница между молодым и старым? Думаешь, если я захочу тебе изменить, то не смогу сделать это со старым, толстым и лысым?
В былые времена ревность Ромы бы мне польстила. Я бы сделала вид, что обижаюсь, но на самом деле радовалась бы, что муж меня ревнует. Сейчас же его ревность мне кажется абсурдной. Меня раздражает этот абсурдный допрос и необходимость оправдываться. Уж точно не Роме предъявлять мне претензии.
— Я хочу закончить этот глупый разговор, — продолжаю, пока опешивший Рома не придумал, что еще сказать. — Я не буду увольняться. Но обещаю, что постараюсь реже задерживаться.
Раз для Паши так важно, чтобы сотрудники уходили вовремя, то мне, наверное, лучше именно так и делать. А вообще странно, что руководитель возмущён тем, что работники задерживаются. Обычно начальство наоборот недолюбливает тех, кто уходит домой строго по часам.
Рома молча разворачивается и отправляется обратно за компьютер, а я так и остаюсь стоять в проходе из спальни в коридор. Настроение окончательно испортилось, пропал аппетит. В горле нарастает тугой ком, глаза застилают слезы. Наш брак трещит по швам, и уже непонятно, кто виноват и почему это произошло.
Виновата я, потому что была плохой женой? Или виноват Рома, потому что его тянет на приключения? Или виноваты мы оба, потому что не умеем честно разговаривать друг с другом?
Одно я понимаю точно: не хочу разводиться, не хочу расставаться с Ромой.
Но как тогда реанимировать наш брак?
Муж ревнует меня. Это хороший знак. Значит, я небезразлична Роме. Вот только почему его ревность скорее тяготит меня, чем радует?
Следующие два часа я провожу с телефоном в руках в ожидании, когда Рома напишет Вере. Но он почему-то не пишет. Даже удивительно. Я, наоборот, ожидала, что он станет строчить Вере после нашей маленькой ссоры.
Если Магомед не идет к горе, тогда гора идет к Магомеду. Захожу на сайт знакомств и пишу Роме:
«Привет! Как дела? Почему не пишешь?»
Муж не спешит отвечать. Сообщение от него приходит только минут через двадцать.
«Привет! Нет настроения с кем-то общаться»
Как интересно.
«Даже со мной?)»
«С тобой всегда высокоинтеллектуальные беседы с порцией юмора. А у меня сейчас нет настроения ни на то, ни на другое»
«Что-то случилось?»
«Ну так»
Я давно заметила, что Рома не очень любит откровенничать с Верой о личном. Он общается с ней как с подругой, но предпочитает делать это на отвлеченные темы.
«Дай угадаю. Поругался с женой?)»
«Ты как всегда проницательна»
«Не расскажешь из-за чего?)»
Рома читает сообщение сразу, но долго на него не отвечает. Я прямо вижу, как он задумался, глядя на экран мобильного, рассказывать или нет.
«Если честно, из-за какой-то ерунды. Я сам не понял, как это получилось»
О как. Надо ли полагать, что Рома уже раскаялся в своем необоснованном наезде на меня?
Следом от Ромы приходит новое смс:
«Мне иногда кажется, что наши отношения изжили себя. Хотя мы вроде бы любим друг друга»
По телу пробегает неприятный холодок. Отношения изжили себя — вот что Рома думает про наш брак. Будет ложью сказать, что я не думала о том же самом. Неужели это так? Неужели наши отношения изжили себя?
Нужно собраться с мыслями и что-то ответить. Важно не спугнуть Рому. А то он может начать рассказывать Вере что-то важное, а потом резко передумать.
«Я думаю, у всех пар бывает такое. Главное, что у вас сохранены чувства друг к другу»
«Не знаю. Мне иногда кажется, что жена больше меня не любит. А иногда кажется, что и я ее не люблю. А потом понимаю, что нет, люблю, и она меня любит. В последнее время таких колебаний все больше»
А вот это уже интересно. Почему Рома думает, что я его не люблю? Разве я когда-то дала повод усомниться в своих чувствах? И… почему он думает, что разлюбил меня?
«Почему ты думаешь, что жена тебя не любит?»
«Например, потому что она до сих пор хранит свадебное платье, предназначенное для свадьбы с бывшим»
Я натягиваюсь как струна. Откуда Рома знает?? Он заглядывал в мой шкаф у родителей? Пока я судорожно размышляю, муж присылает еще одно сообщение.
«И я знаю, что она вспоминает своего бывшего и думает о нем»
Чувствую себя так, будто Рома поймал меня на измене. Да, вспоминаю и думаю. Особенно теперь, когда Паша вернулся в мою жизнь. Ну а как тут не думать? Паша был очень важным человеком в моей судьбе. Он был без пяти минут моим супругом. Если бы не случайная встреча с Ромой, то я бы была Ариной Севастьяновой. Вполне себе счастливой, кстати. Да, я не испытывала по отношению к Паше такой бешеной любви и страсти, как к Роме, но все же мне было с ним хорошо и комфортно.
Рома всегда ревновал меня к Павлу. Странно, что его ревность сохраняется до сих пор, спустя семь лет брака. Выбирая между Пашей и Ромой, я выбрала Рому. Так к чему ревновать?
«Мало ли о ком мы думаем», пишу Роме.
«Ну, в принципе, да) Я вот о тебе думаю все чаще и чаще»
Эти слова прилетают мне звонкой пощечиной, причиняют боль. Неприятно, обидно. Хочется закрыть переписку и разрыдаться, но я заставляю себя написать новое сообщение. Я должна задать главные вопросы.
«Почему ты думаешь, что ваши с женой отношения изжили себя?»
«Сложно объяснить словами, просто я это чувствую. Нас, по сути, ничего не связывает»
В последнее время я тоже задаюсь вопросом, а что нас с Ромой связывает. Мне бы хотелось сказать, что нас связывает любовь, но теперь я уверена в этом все меньше и меньше.
«У вас нет детей?»
«Нет»
«Почему?»
Интересно, что Рома скажет на это.
«Она не хочет»
Вот, значит, как. Я не хочу. Горло колючей проволокой стягивает. Рома знает, как тяжело я переживала два выкидыша. Ему известно, как мне было больно, как я страдала, как слезы из глаз брызгали при виде маленьких детей на улице. И так равнодушно говорит: «Она не хочет».
Печатаю со злостью:
«Ну тогда и правда вас совершенно ничего не связывает. Может, вам лучше развестись?»
«Я не хочу с ней разводиться»
«А что ты хочешь?»
«Не знаю… сложно все»
Эта короткая переписка оказалась слишком тяжёлой для меня. Хочу отбросить телефон в сторону, как от Ромы приходит еще одно сообщение:
«Давай встретимся, Вера?»
Глава 21. Сейчас или никогда
Недоуменно пялюсь на экран. Предложение Ромы настолько неожиданное, что сходу не могу сообразить, что ответить. Блокирую экран смартфона и откладываю его в сторону.
В груди вновь зарождается ноющее чувство. Мой муж предлагает личную встречу девушке с сайта знакомств. Ощущаю ли я себя преданной? Да, ощущаю. Еще совсем недавно Рома ревновал меня к новому начальнику, а сейчас сам предлагает встречу незнакомке. Обидно. До слез обидно.
Я до последнего надеялась, что он не решится на это, не назначит Вере личную встречу. Все-таки это своего рода пересечение черты. Одно дело переписываться в интернете, а другое — увидеться воочию за спиной у жены.
«Ну так что?)», новое сообщение Ромы отрывает меня от мыслей.
Надо что-то написать. Пальцы дрожат, поэтому разблокировать телефон удаётся только со второго раза.
«Ты все-таки решился на секс без обязательств?)»
Мне страшно получить ответ Ромы на это сообщение. Боюсь опускать глаза в экран, когда мобильный вибрирует входящим. Но все-таки приходится это сделать.
«Нет. Просто хочу познакомиться с тобой лично»
Не знаю, радоваться такому ответу или нет. Рома не намерен изменять мне, но при этом зачем-то хочет лично визуализироваться с Верой.
«Зачем?)»
«Мне кажется, мы бы подружились в жизни)))»
«Ты веришь в дружбу между мужчиной и женщиной?)»
«Какой интересный вопрос))) Никогда об этом не задумывался. А ты?»
Я тоже никогда не задумывалась. Но друзей-мужчин у меня нет.
«Думаю, в дружбе между мужчиной и женщиной имеет место хотя бы на подсознательном уровне симпатия кого-то одного к другому»
«Хм, возможно. Ну я не буду скрывать, что ты мне симпатична)))»
Мне снова становится больно, как будто тысячи маленьких ножей летят в меня и вонзаются в сердце. Прямым текстом мой муж признаётся в симпатии девушке из интернета. Это ли не предательство?
«Ты упорно не отвечаешь на мой прямой вопрос о встрече», напоминает Рома.
Да, не отвечаю. Потому что в шоке и в ужасе. Ну и еще потому что не знаю, соглашаться или нет. Прийти на встречу — означает раскрыть мужу правду. А что будет после нее? Развод? Я не хочу…
Однако и дальше вот так переписываться — бессмысленно. Я планировала узнать, что не устраивает мужа в нашем браке, исправить это, но за время переписки ясности не прибавилось. Ну, кроме того, что Рома тоже считает, что наши отношения изжили себя.
Еще есть вариант загримироваться под актрису, фотографии которой я поставила…
Бред.
Нужно принять решение.
«Не хочешь(((»
Как Роме не терпится увидеть Веру. Аж расстраивается, что она отмалчивается.
У меня ни идеи, что делать дальше. Гляжу немигающим взглядом в стену напротив, со всей силы сжимая телефон в руке. Я стою у пропасти в неизвестность. И пока не прыгну, не узнаю, что там.
«Я согласна»
Сама не понимаю, как получилось напечатать эти два слова. Вышло по инерции. Уже через секунду жалею о написанном, но поздно — Рома прочитал.
«Отлично! Как насчёт завтра?)»
Завтра будний день, но Роме очень не терпится. Интересно, какую отговорку придумает для меня. Впрочем… Я же так сильно задерживаюсь на работе, что, по мнению мужа, и не узнаю о том, что он вернулся домой не вовремя.
«Давай завтра», соглашаюсь все так же по инерции. На самом деле мое согласие еще ничего не значит. Я не уверена, что приду.
«20:00 подойдёт?»
«Да»
«Давай здесь», присылает геолокацию своего любимого кафе в центре.
«Хорошо»
«До завтра, Вера»
«До завтра»
Рома выходит из сети. Из-за стенки до меня доносится негромкий голос ведущего шоу на ютубе. Я плетусь в душ и долго стою под струями горячей воды, размышляя о следующих действиях. Но в голову так ничего и не приходит. Только понимаю: вот он — решающий момент, после которого жизнь не будет прежней.
Очень удобно поддерживать видимость того, что все хорошо, когда второй человек не знает, что тебе известны его скелеты в шкафу. Это вот как у меня сейчас на работе с Леной. Я больше не могу дружить с ней, как раньше, потому что она знает про моего мужа. Это как будто бы стоит между нами. Лена делает вид, что это не Рома был на сайте знакомств, а у меня так и крутится на повторе: «Лена знает, Лена знает».
То же самое будет и у нас с Ромой, если я приду на его встречу с Верой. Сейчас только мне известно, что Рома хотел изменить. А потом и Рома будет знать, что я знаю. Боюсь, что это всегда будет стоять между нами и однажды разрушит наш брак.
Уже стало традицией — притворяться, что я сплю, когда около двух часов ночи Рома входит в комнату, чтобы лечь спать. Я лежу к нему спиной, но чувствую, что он не спит. Смотрит в потолок и размышляет. Наверное, о Вере. Понимает, что встреча с ней будет своего рода пересечением важной черты. Пересечением двойной сплошной.
Утром мы собираемся на работу как обычно. Я второпях готовлю незамысловатый завтрак, Рома на ходу ест сэндвич и одевается.
— До вечера, — бросаю ему, обуваясь в прихожей.
— Я могу сегодня задержаться, — отвечает, застегивая ремень на джинсах.
Замираю на секунду, схватившись за дверную ручку.
— Ничего страшного. Все равно я буду поздно.
Выбегаю в подъезд быстрее, чем муж успевает сказать что-то еще. Неужели все-таки пойдет на встречу с Верой? Неужели не передумает?
Целый день я жду, что Рома напишет Вере об отмене встречи. Сочинит, что не успевает, что не может, что умерла бабушка или собака.
Но Рома не пишет.
В 18:00 заканчивается мой рабочий день. Я не ухожу, а остаюсь сидеть в своем кабинете, рискуя навлечь на себя гнев Паши. Сейчас мне все равно. Я сжимаю в ладони мобильный и жду сообщения от Ромы. Жду, что он передумает знакомиться с Верой лично.
В 19:15 я понимаю, что мне пора выходить, если я не хочу опоздать на встречу Ромы и Веры. Медленно тащусь по пробкам в нужное место. Так же медленно ищу место для парковки. Поставив машину, несколько минут сижу, уставившись в одну точку на лобовом стекле. У меня нет ответа на вопрос, что я тут делаю, зачем приехала. Я понятия не имею, что с нами будет потом.
Но я выхожу из машины, ставлю автомобиль на сигнализацию и, не торопясь, подхожу к кафе. Задумчиво разглядываю Рому в панорамном окне заведения. Он сидит за столиком в центре зала и что-то смотрит в телефоне.
Может, пишет Вере, что передумал? Может, вскочет сейчас со стула и скроется через запасной вход?
Но Рома продолжает сидеть на месте, продолжает смотреть в телефон. Тогда я захожу на сайт знакомств, чтобы проверить, не там ли он. Нет. Был онлайн вчера вечером, когда мы переписывались. Сегодня на сайт не заходил.
Не отдавая себе отчета в действиях, распахиваю дверь кафе и на деревянных ногах направляюсь к мужу. Идти недалеко, но это расстояние кажется мне бесконечным. Я успеваю вспотеть от нервов, затем замёрзнуть, затем снова вспотеть. Замираю в метре от Ромы, чтобы сделать глубокий вдох кислорода и набраться побольше смелости. Чувствую, как по позвоночнику стекает капелька пота.
Сейчас или никогда.
Одним большим шагом преодолеваю оставшееся расстояние и громко говорю:
— Привет, Ром.
Глава 22. Точка невозврата
Муж сначала дергается как от удара током, затем вскидывает на меня изумленное лицо. Несколько секунд глядит в недоумении, явно не зная, что сказать.
— Арина?? — спрашивает так, будто увидел привидение.
— Да, а ты кого ждал?
Рома хлопает удивленными глазами. Открывает рот что-то сказать, но быстро захлопывает его.
— Я могу сесть? Здесь же не занято? — указываю на стул напротив него.
Молчит. Тогда я опускаюсь без разрешения.
— Эээм, — выдаёт нечленораздельное мычание и замолкает. — А что ты тут делаешь? — спрашивает через пару мгновений тишины.
— А ты что тут делаешь?
— У меня встреча… — неуверенно отвечает.
— С кем?
Молчит. Смотрит на меня и молчит. Интересно, о чем думает? Боится, ч
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
