Игорь Тарасов Планета Перерождённых

— Этот здоровяк из Испании, Хорхе, он хоть и брюзжит иногда, но добрый. А это… — Алёна принялась знакомить друзей с командой, называя имя каждого и кратко, в шутливом тоне описывая характер, что вызывало всеобщий одобрительный смех и поднимало всем настроение.

— А здесь ваши места, рядом с моим. Других свободных нет, — добавила Алёна, указывая на свою кровать, по обе стороны которой стояли две заправленные кровати с аккуратно сложенными полотенцами сверху.

— А меня ты к себе поближе не пустила, — язвительно заметил Хорхе.

— Ты не в моём вкусе.

— Значит, русский с японцем в твоём?

— Балабол ты, Хорхе, лучше помолчи. Ладно, ребята, располагайтесь, а я в душ, а то малость вспотела на тренажёрах.

— Давай я тебе спинку потру, — шутя предложил невысокий крепкий чуть смуглый парень европейского вида, видимо бразилец, которого Алёна ранее представила как Лукас.

— Пойди вон Хорхе потри, он оценит, — парировала Алёна.

Снова раздался дружный смех, смутивший неудачного шутника.

Друзья сложили часть своей экипировки в шкафы. Тадао повесил меч у изголовья. В тумбочках оказались комплекты туалетных принадлежностей и бритвенные приборы.

— Послушайте, парни, — обратился к друзьям коренастый индус по имени Махит, с редкой бородкой и усами, чья кровать располагалась ближе всех к Виктору, — как вам удалось так быстро достичь цели, словно вы точно знали, где её искать?

— Да так, случайно получилось, повезло, — скромно ответил Виктор.

— Расскажите это в другом месте, только не здесь. Все пары первые трое суток, а кто-то и больше, сидели на месте. А вы уже за полтора дня дошли до цели. Как? Если вы не знали, что искать, где искать и нужно ли вообще искать? Не иначе как вам кто-то помогал, — сделал вывод Хорхе.

— Ты прав, Хорхе, русским верить нельзя, – заявил лёжа на своей кровати Барка, чернявый парень с перебитым носом и жидкими усиками. – Их всегда все поддерживают, выдвигают вперёд, дают все права и привилегии.

Тадао не понравилось это высказывание, и он поднялся со своего места.

— Тебя, Барка, наверное, кто-то из русских обидел или обманул?

— Не найдётся такой русский, который попытался бы меня обмануть, —прорычал парень в ответ.

— Да его просто один боец из Росси, в первом же раунде по рингу размазал, ха-ха-ха, — с дальнего угла кубрика чуть хрипловатым голосом произнёс, названный Арсланом, монгол, крупный, атлетичный, скуластый, с раскосыми глазами, короткой стрижкой и маленькой косичкой на затылке. – А я-то думаю: «Где я тебя видел?». По телеку – точно! Я помню тот бой.

Барка зло зыркнул в его сторону.

На выручку другу и напарнику пришёл Марку, худощавый, среднего роста парень.

— Ну, во-первых, то был не русский, а чеченец. А во-вторых, Барка правильно говорит, почему такая привилегия, что русских у нас двое?

— Ну тебе грех жаловаться, — в шутливом тоне подал голос Оби, — вы с Барка оба с США, да к тому же, у вас ещё и имена почти одинаковые.

— Но я родом из Румынии, а он из Мексики, — возразил Марку.

— Да если так смотреть, то у русских больше национальностей, чем в любой другой стране мира, — настаивал на своём Оби.

— Да ладно вам, не о том речь, — махнул рукой Хорхе, — Суть в том, что не могли русские сами так быстро найти путь.

— Э… — Возмутился Тадао, — вообще-то я был с Виктором, и я японец.

— Ну что вы пристали к ребятам, — вышла из душа уже успевшая переодеться Алёна, — конечно, им Бог помогал, вот и порадуйтесь за них.

— Нет, ну… — не успел договорить Махит, как в громкоговорителе, расположенном над дверью, раздался голос сержанта:

— Всем прибыть на обед!

Люди бросили свои дела и потянулись на выход. Виктор обратил внимание, что никто не стал убирать неаккуратно лежащие вещи и заправлять кровати. Просто встали и ушли, что было не присуще Виктору. Он же, привычным движением разгладил покрывало, скосив взор на Тадао – тот занимался тем же. Распрямившись, оба удовлетворительно взглянули друг на друга и не сговариваясь поспешили за остальными.

Столовая располагалась в отсеке за дверью с изображением скрещенных ложки с вилкой. Это было небольшое помещение со столиками вдоль стен и с двумя стульями возле каждого. Все, видимо, уселись на свои привычные места по парам, остался один свободный столик, куда и сели Виктор с Тадао. Здесь же был сержант, который указал на электронный циферблат на стене и предупредил:

— У вас 15 минут на приём пищи, через двадцать минут жду вас в учебном классе. Время пошло! — скомандовал сержант, и в ту же секунду прозвучал сигнал, и электронный циферблат на стене, до этого времени показывавший нули, начал отсчёт времени. Все приступили к приёму пищи. Сержант ушёл.

— Что-то новенькое, — жуя, подытожил Хорхе, — обычно обедали спокойно, без всяких ограничений по времени.

Ему никто не ответил, все были заняты едой.

"А что, неплохо здесь готовят, довольно всё вкусно", — отметил про себя Виктор. Он привык есть быстро, даже когда никуда не надо было спешить. Видимо, привычка, выработанная за многие годы учёбы, тренировок, когда каждый день был насыщен мероприятиями и нужно было везде поспеть. Мать часто возмущалась: «Витя, ну куда ты летишь, ешь спокойно, сегодня выходной».

Вот и теперь Виктор управился с едой первым. Тадао, глядя на него, старался не отставать:

— Слушай, как у тебя так быстро получается?

— Не обращай внимания. Есть быстро — это один из моих недостатков.

— Хороший недостаток, полезный в этих местах, — заметил Тадао, вытирая губы салфеткой, — Ну что, идём?

— Да, — встал Виктор из-за стола.

Поднялся и Тадао. Столик тут же заехал в стену в открывшийся лючок и вернулся назад уже пустой. Несколько человек также поднялись со своих мест и вышли из столовой вместе с Виктором, в том числе и Алёна с Оби.

Войдя в спальное помещение, Виктор обратил внимание, что все кровати были заправлены, выглажены, а вещи аккуратно висели на своих местах. В дальнем конце помещения орудовал робот-уборщик, формой напоминающий человека, но, выполненный из металла, лишь кисти рук его были изготовлены из пластичных материалов. Движения его были быстрые, точные и выверенные.

— А, Макс, спасибо тебе, чтобы мы без тебя делали, — обратилась к роботу Алёна.

— Это моя работа, — сухо мужским голосом ответил робот и вышел в коридор.

— Робота зовут Макс? — спросил Тадао.

— Ну вообще-то у него нет имени, а на груди лишь логотип фирмы MX, ну я и решила – значит Макс. Так и назвала, а он откликается на это имя, видимо, ему нравится, — объяснила Алёна.

Учебный класс располагался за дверью, украшенной символикой книги, что отражало характер предстоящего обучения. Ни один из участников не задержался в спальном помещении, прозванном казармой, с лёгкой подачи Алёны, случайно брошенным словом и подхваченным остальными. Все направились в учебную аудиторию, где их ожидал сержант.

На столе перед ним лежали жетоны с цепочками, в которые были вмонтированы накопители с модулями искусственного интеллекта, представляющими собой плоский прямоугольный предмет, размером с две средние зажигалки.

Сержант, не дожидаясь, пока все зайдут в класс, начал давать указания:

— Разбирайте свои жетоны и занимайте места. Каждый жетон пронумерован, и эта нумерация будет вашей уникальной идентификацией. Искусственный интеллект, встроенный в жетон, станет вашим цифровым двойником. На данный момент он является чистым, но обладает потенциалом для обучения и адаптации к вашим индивидуальным особенностям. В процессе нашего взаимодействия искин уже начинает анализировать и фиксировать информацию. Для общения с ним вы будете использовать портативные наушники, которые найдёте на своих кроватях по возвращении. В дальнейшем ваш искин будет интегрирован с вашим летательным аппаратом и с вами, посредством специального микрочипа, что позволит осуществлять обмен данными посредством мысленного интерфейса. Он станет вашим постоянным помощником в обучении и в ходе предстоящей экспедиции.

Сержант также сообщил, что продолжительность обучения составляет один год, в течение которого из двадцати участников останется только десять. Отбор будет проходить по строгим критериям. Учитывая, что все участники являются бывшими спортсменами и имеют высшее образование в различных областях, им будут предоставлены унифицированные знания. Обучение носит секретный характер, и те, кто не пройдёт отбор, будут возвращены домой с изъятием всех связанных с этим процессом данных.

— Извините, сержант, — поднял руку Жан, француз, с правильными чертами лица, с лёгкой небритостью и аккуратно уложенными, густыми, тёмно-русыми волосами. – А что означает: «Изъятие всех данных?»

— Человек забудет всё – буквально от начала приземления в аэропорту. И больше никогда не вспомнит. Вернее, ему подменят воспоминания. По возвращении домой, он будет уверен, что в одностороннем порядке разорвал контракт с нанимателем, так-как условия в контракте не соответствовали действительности, — сержант сделал паузу. — Я понятно объяснил?

И не дождавшись ответа, продолжил:

— Ну вот и хорошо, что все такие понятливые. Оставшиеся участники будут отправлены в космическую экспедицию на суперсовременном космическом корабле, оснащённом челноками с ядерными двигателями, способными функционировать как в атмосфере, так и в космосе, а также в надводном и подводном режимах. Челноки также оборудованы ракетными установками, плазменными и лазерными системами вооружения.

Эти челноки в данный момент находятся в ангаре, и именно на них вы будете проходить обучение.

Бразилец Лукас поднял руку.

— Сержант, какие риски безопасности нас ожидают в космосе? Ради чего мы это делаем? Я понимаю, что серьёзное вооружение предполагает значительные риски. Каковы же преимущества для тех, кто пройдёт отбор?

— Отвечая на вопрос Лукаса, я поясню, что те, кто пройдёт отбор, войдут в элитный отряд, оснащённый по последнему слову техники. С момента подписания договора на счёт тех, кто пройдёт отбор, будет перечислена значительная сумма, которая обеспечит вам безбедную жизнь до конца дней. После завершения задания, вам дополнительно будет назначено ежемесячное денежное содержание, независимо от ваших дальнейших планов. Это можно рассматривать как пенсию. Вы также сможете продлить контракт с нашей компанией, что приведёт к значительному увеличению вашего содержания.

В настоящее время наши земные космические аппараты способны перемещаться только в пределах Солнечной системы. Хотя теоретически они могут достигать и более удалённых объектов, но технические характеристики не позволяют сделать это в течение человеческой жизни.

Для преодоления этого ограничения необходимы либо принципиально новые аппараты, разработка которых ещё не завершена, либо альтернативные решения.

Недавно нашими учёными было обнаружено искривлённое пространство, известное как червоточина. Автоматические зонды с биологическими организмами, предварительно отправленные туда, вернулись без повреждений.

Ваша задача — исследовать это неизвестное пространство. Выяснить, что за гранью. Какой там мир. Куда ведёт этот путь. Одним словом, провести полную космическую разведку.

— Скажите, сержант, почему такая секретность? Ведь раньше тоже проводились исследования, и никто не делал из них тайны, — задала вопрос Алёна.

— То, что я сейчас скажу, может показаться вам фантастикой, но нам точно известно, что среди людей уже давно существуют инопланетные гуманоиды. Они искусно маскируются и практически неотличимы от нас. Мы их называем «Метаморфы».

По аудитории прокатился гул удивлённых восклицаний. Сержант продолжил:

— Они не выходят на контакт с землянами, только наблюдают и контролируют, думая, что остаются незамеченными. Но мы создали прибор, который выявляет таких существ. Некоторых нам удалось захватить и изучить. Под воздействием нейрофлоудинговой камеры мы выяснили их мотивацию.

Руку поднял Карим – иранец, крепкий темноволосый парень, с приятным улыбчивым лицом с прямым носом и карими глазами.

— Сержант, вы постоянно говорите «мы», «нас». Кто вы? Какая организация курирует эту миссию?

— Мы - агентство земной и космической безопасности, или АЗКБ. Нам поручена разведывательная миссия по изучению пространства за червоточиной. Почему именно мы? Инопланетяне считают нас примитивной и агрессивной расой, а им, с таковыми, запрещено вступать в контакт. Они следят за нашим развитием, сдерживают технический прогресс и не допускают сближения землян с другими цивилизациями глубинного космоса. По нашему мнению, червоточина — это как раз путь к такому сближению.

Если метаморфы прознают о нашей экспансии, то предпримут всё, чтобы этого не случилось, вплоть до военного вмешательства. Мы, Земляне, не должны допустить, чтобы у нас кто-то встал на пути. Человечество созрело до нового витка развития, и мы вправе сами решать – какое направление нам избрать.

Поэтому, наша миссия не просто разведка глубин космоса, а возможно, силовое приобретение нового ярчайшего пути развития землян.

— Если гуманоиды так хорошо маскируются, может тогда и среди нас есть такие существа? — с сарказмом спросил Остин, высокий белобрысый канадец, с глубоко посаженными глазами.

— Не переживайте, — сержант достал из кармана устройство, похожее на плоскую улитку. — Это как раз тот прибор, о котором я упоминал. Он улавливает любые ДНК-отклонения от человеческих на расстоянии до 200 метров.

Виктор задал свой вопрос:

— Я никогда не видел инопланетян, но думаю, что среди их видов могут быть очень близкие к человеческим. К тому же, возможно предположить, что некоторые из форм инопланетных существ способны полностью скопировать и повторить ДНК человека. Как в таком случае, вы можете быть уверены, что ваш прибор улавливает все формы?

— Мы тщательно прорабатывали этот вопрос. Возможно, вы правы. Но здесь их точно нет. Каждый из вас досконально проверен и отобран. Прослежен весь путь от рождения. Мы длительно наблюдали за вами ещё задолго до вашего появления в этих стенах.

— Вы хотите сказать, что мы здесь не случайно? – выкрикну Томас, мощный норвежец, с тщательно зачёсанными назад светлыми волосами, широкими бровями и лёгкой небритостью.

— Именно так. Это вынужденная мера. Именно поэтому, все мы здесь – люди. И такая секретность не от людей, а от иных сущностей.

Внезапно у Виктора в голове появилась чёткая картина: «Профессор-психолог, всё время учёбы в университете, направлял его подсознание в нужное русло. И он же был в комиссии по распределению, хотя его там не должно было быть, не его это предназначение».

Это заставило задуматься: «Кто он – «профессор-психолог»? Анита – разорвала отношения накануне распределения, её характер резко изменился, хотя если размышлять логически, ни что не предвещало этому. Значит, её заставили сделать так, чтобы я принял «нужное» решение. Кто она? Действительно ли была моей избранницей, или подсадной уткой? Всё это могло указывать на то, что меня направили сюда».

Виктор почувствовал себя пешкой в чужой игре. В груди возникло нехорошее чувство, которое он тут же отогнал: «Но… Возможно, это и к лучшему. Теперь, хотя бы, знаю о существовании инопланетян и могу, в перспективе, путешествовать не только по Земле. Об этом я раньше даже и не мечтал». Он мысленно печально усмехнулся и вернулся в аудиторию.

Задавались ещё некоторые вопросы, но все они в основном сводились к одному и тому же.

Наконец, сержант хлопнул ладонью по столу:

— Всё, время вопросов и ответов вышло. Остальное вы узнаете и изучите в процессе. Сейчас перед вами лежат планшеты. Они ваши. В них вы найдёте информацию о ваших наставниках, режим обучения, расписание теоретических, практических занятий и испытаний. Там же, схема расположений всех помещений нашего объекта, карты, вооружение, всё об устройстве и управлении ваших летательных аппаратов и многое другое. Всё это вы будете осваивать под руководством лучших наставников, но дополнительно можете изучать самостоятельно в любое время, если, конечно, оно у вас будет, — усмехнулся сержант.

— Да, общаться с искином вы можете и с помощью планшета, — сержант взглянул на часы. — Теперь самое главное, с этой секунды у вас начинается отбор: нарушил распорядок – залёт, нарушил дисциплину – залёт, не освоил вовремя знания – залёт, не прошёл испытание – залёт. Отчислить могут как за несколько мелких, так и за один крупный. Как, кто и где принимает решение об отчислении, вас не касается и не оспаривается. Дальнейший механизм разрыва контракта вы знаете.