Полная версия:
Игорь Таланов Встретимся во сне
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Что шесть секунд между вспышками маяка — просто цифра, которую она придумала сама в детстве, и он просто воспроизвёл её из её же памяти, и всё это — только она, только её мозг, никакого второго источника нет, просто аномалия, просто ошибка системы.
Она смотрела на монитор.
Два источника. Стабильно. Воспроизводимо.
Она сохранила данные. Сняла датчики. Начала собираться домой.
Уже у двери остановилась.
Вернулась к столу. Открыла новый документ. Напечатала быстро, пока не передумала:
«Поиск второго участника. Методология: анализ доступных баз данных, сопоставление с параметрами зарегистрированного сигнала. Начало: завтра».
Сохранила.
Вышла.
В коридоре было темно и тихо. Её шаги отдавались эхом — она всегда была здесь одна в такое время, привыкла к этому эху.
Сегодня оно звучало немного иначе.
Как будто кто-то шёл рядом — чуть позади, чуть в стороне. Невидимый, неслышимый — но присутствующий.
Марина не обернулась.
Просто шла по тёмному коридору и думала: завтра начну искать. Буду искать методично, аккуратно, как учёный. Данные, параметры, верификация.
Она сказала себе: я делаю это как учёный.
Потом вышла на улицу, вдохнула ночной воздух — прохладный, с запахом дождя — и честно добавила про себя:
Нет. Не только.
За домами — невидимое, воображаемое, совершенно реальное — мигнул маяк.
Раз, два, три, четыре, пять, шесть.
Глава 3. Донор
Поиск начался в среду утром и занял восемь дней.
Марина работала методично — без спешки, без интуитивных прыжков, без «у меня есть предчувствие». Только данные, только последовательность, только то, что можно проверить и воспроизвести. Именно этому она учила аспирантов на первом семинаре каждого года: наука — это не вдохновение. Вдохновение — это когда задаёшь вопрос. Наука — это когда проверяешь ответ.
Вопрос у неё был.
Ответ она шла проверять.
Первые два дня она занималась тем, что называла «чисткой периметра» — убирала невозможное, чтобы осталось возможное, пусть и невероятное.
Технический сбой — первая и самая очевидная версия. Система зафиксировала второй источник, потому что сломалась. Марина проверила оборудование дважды, потом попросила Сашу — под предлогом планового обслуживания — проверить ещё раз независимо. Саша проверил, пожал плечами: всё работает штатно. Сбоя нет.
Артефакт собственного сигнала — вторая версия. Её мозг каким-то образом генерировал поток, который система считывала как второй источник. Марина потратила день на анализ: нет. Потоки слишком различались по структуре. Это были два разных человека.
Внешнее подключение через сеть — третья версия, самая технически сложная. Кто-то намеренно или случайно подключился к системе извне. Марина проверила все протоколы доступа, все входящие соединения за последние три недели. Ничего. Система была изолирована — старый принцип, который она отстояла ещё при запуске проекта: никаких внешних сетей, только локальная работа.
К концу второго дня у неё осталась одна версия.
Кто-то находился рядом. Не в лаборатории — физически там никого не было, это она знала точно. Но рядом — в каком-то смысле, который её приборы регистрировали, а её теория пока не объясняла.
Кто-то с аномальной мозговой активностью, попавшей в резонанс с её системой.
Кто-то, кто спал — или находился в изменённом состоянии сознания — в радиусе действия сигнала.
Марина открыла карту и начала чертить круги.
Радиус действия нейроинтерфейса — экспериментальный, непроверенный в таком контексте — она оценила в пятьсот метров, с погрешностью плюс-минус двести. Это было грубо. Это было почти ненаучно. Но это было что-то.
В радиусе семисот метров от лаборатории находилось: три жилых дома, два общежития, административный корпус университета, студенческая поликлиника, отделение банка, две кофейни, булочная и — Марина обнаружила это на четвёртый день, когда расширила поиск в базах данных медицинских учреждений — небольшая частная клиника неврологии.
Она смотрела на адрес клиники.
Четыреста двадцать метров от лаборатории.
База данных клиники была закрытой — разумеется. Но у Марины был официальный запрос от кафедры на доступ к анонимизированным данным о пациентах с нестандартными показателями мозговой активности — запрос, который она подала три месяца назад для другой части проекта и который удовлетворили в стандартном режиме, без особого интереса.
Она воспользовалась этим запросом.
Анонимизированные данные пришли на шестой день. Марина читала их вечером, после того как все ушли, при свете среднего монитора — который снова моргал, и она снова не позвонила техникам.
Пациентов с аномально высокой мозговой активностью в нестандартных состояниях было трое.
Первый — женщина семидесяти двух лет, постинсультное состояние. Марина изучила распределения. Не совпадали по структуре.
Второй — мужчина девятнадцати лет, последствия черепно-мозговой травмы. Распределения были близки, но возрастные маркеры не совпадали с тем, что фиксировала система.
Третий - мужчина, тридцать восемь лет. Находится в клинике несколько месяцев. Состояние стабильное, но без существенной динамики. Мозговая активность — аномально высокая, необъяснимая на текущем этапе наблюдений. Лечащий врач отметил в карте: «Пациент демонстрирует поток активности, нехарактерные для данного состояния. Природа феномена не установлена».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
