Улица Кроусфилд 2

Молчание перестало быть реакцией. Оно стало стратегией. Оружием. Религией. Оно метастазирует — из подвалов в кабинеты, из страха в цинизм, из реальности в городскую легенду. Вторая книга саги — это диагноз обществу, где самое страшное преступление — не крик, а согласие ничего не слышать.