современная русская литература

современные детективы

триллеры

Виктор Степанович Колесников двадцать лет строил транспортную компанию из одного старого «Мерседеса», взятого в кредит: пятьдесят машин, два склада, семьдесят человек. Двадцать пять лет прожил с женой Галиной, которая вела ему всю бухгалтерию. Отдал дочь замуж — свадьбу играли двенадцатого сентября в ресторане «Прибой», сто гостей, живая музыка, цветы, подобранные матерью невесты.
За неделю до свадьбы он нашёл в её забытом телефоне одно уведомление.
Так он узнал, что измена — не главное. Что его бизнес годами готовили к отъёму, что поддельные кредиты на сорок миллионов уже оформлены его собственной подписью, которой он никогда не ставил, что подполковник, двадцать лет бравший с него «за спокойствие», давно играет на другой стороне. И что о его дочери в переписке сказано коротко: *убрать из уравнения*.

атомная энергетика

будущее и технологии

Доверие --- лучшая уязвимость.

У Анны есть всё: умный дом, дети, муж-бизнесмен и безупречная жизнь, которую можно листать, как чужую ленту. Нет только воздуха. Поэтому, когда появляется Артур — мужчина, от которого пахнет риском и чужими деньгами, — она срывается в падение, не думая о тормозах.
Но первый же запретный жест запускает механизм, который не остановить: второй телефон, фейковая геолокация, полмиллиона рублей с общего счёта любовнику под комментарий «За молчание». А потом — осознание, что Артур не случайный, а профессиональный хищник, доящий жён одних и тех же бизнесменов.
Чтобы выжить, ей придётся заключить союз с единственным, кто знает о ней всё. Союз, скреплённый не чувством, а чужой кровью.
«Резервная копия» — психологический триллер и эротический нуар о том, как страх разоблачения сильнее страсти; о цифровых следах, которые не стираются; о браке, который можно переустановить только через вину. И о том, что у каждой тайны — даже мёртвой — есть привычка плодить резервные копии.

детская проза

Резервная копия

попаданцы

У Анны есть всё: умный дом, дети, муж-бизнесмен и безупречная жизнь, которую можно листать, как чужую ленту. Нет только воздуха. Поэтому, когда появляется Артур — мужчина, от которого пахнет риском и чужими деньгами, — она срывается в падение, не думая о тормозах.
Но первый же запретный жест запускает механизм, который не остановить: второй телефон, фейковая геолокация, полмиллиона рублей с общего счёта любовнику под комментарий «За молчание». А потом — осознание, что Артур не случайный, а профессиональный хищник, доящий жён одних и тех же бизнесменов. И что её муж всё это время слышал и видел гораздо больше.
Чтобы выжить, ей придётся заключить союз с единственным, кто знает о ней всё. Союз, скреплённый не чувством, а чужой кровью.
«Резервная копия» — психологический триллер и эротический нуар о том, как страх разоблачения сильнее страсти; о цифровых следах, которые не стираются; о браке, который можно переустановить только через вину. 

юмористические стихи

юмор и сатира

руководства

домашние животные

хобби / увлечения

В три часа ночи он нашёл ошибку, которую не увидел ни один алгоритм: 0,0004 копейки — след идеального преступления. Восемьсот двенадцать миллионов исчезли со счетов, и только Сергей заметил. А всю жизнь ловил чужие запятые и верил, что цифры не лгут.
Но разгадка оказалась ближе, чем он готов признать. Идеальные кредиты подписывал человек изнутри — его жена. Чтобы спасти её, он уничтожает улики. Чтобы защитить ложь — лжёт сам. Охотник становится дичью. И лишь когда рушится всё, на чём держалась его жизнь, он находит улику, которая переворачивает картину.
Нуар-триллер о двойной измене, цене правды и человеке, который впервые решается сделать ход не из страха, а из совести. Даже если этот ход утопит его самого.

городское фэнтези

детективное фэнтези

азиатские новеллы

Идеальный кредит

Алексей и Ирина жили обычной жизнью инженера и учительницы. 
Приступ бронхиальной астмы у сына становится точкой отсчёта. Базовый ингалятор от государства вызывает тремор, а эффективный стоит четверть зарплаты. Попытка записаться к врачу превращается в квест с зависшими сайтами и бесконечными гудками. Семья вступает в войну на истощение, где враг невидим, но его оружие — чеки из аптеки, ценники в супермаркете и замороженная индексациЭта повесть — о тихой трагедии одной семьи, перемолотой шестерёнками системы. Здесь нет громких скандалов, есть только глухое раздражение за ужином. Нет подвига, есть лишь ежедневный выбор между мясом для сына и новыми ботинками для себя. Это история о том, как финансовый дефицит высасывает воздух из отношений, оставляя после себя звенящую пустоту. Как выживание вытесняет жизнь, заставляя завидовать больным детям, вокруг которых суетятся родители.

зарубежные детективы

Тихий дом

иронические детективы

легкая проза

Всё началось с жаркого полдня, когда Алексей почувствовал запах измены раньше, чем увидел экран телефона жены. Двадцать три года брака, трое детей, дом с яблоней под окном — всё это Ирина променяла на правильную квартиру, машину и бизнесмена Виктора, который говорил о женщинах как об инвестициях. Она ушла легко, почти без сомнений, уверенная, что впереди ждёт жизнь достойнее той, что была.
Впереди не оказалось ничего.
Повесть о цене свободы, которую легко взять и трудно оплатить. О том, что дом — это не стены, а люди, которые ставят чайник с вечера. И о том, что потеряв всё чужое, можно однажды обрести своё.

Полет бумеранга

Егор Лохов — тихий парень с синей тетрадью стихов и вечно разбитым носом — каждый день проходил сквозь школьный коридор, как сквозь строй. Пока однажды февральским вечером не нашел на дверях сырого полуподвала на Первомайской объявление о наборе в секцию бокса. За ним стоял старый тренер с прокуренными пальцами, драный мешок, ведро с хлоркой и три километра ледяной утренней дороги вокруг детского сада. «Три километра до себя» — история о мальчике из рабочей окраины, который учится держать удар там, где заканчиваются слова: на товарной станции, в торфяном болоте, на взрослом ринге Вологды и на помосте Софии. Он не станет мстить. Он просто пройдет свою дистанцию до конца.

биографии и мемуары

Три километра к себе

Каждую ночь в 4:47 Кирилл Морозов просыпается от одного и того же толчка. Пульс 52, кислород 99%, качество сна 92% — показатели идеальны. Кроме одного: его собственной жизни. Двадцать лет он оптимизировал себя — тело, брак, календарь, эмоции — и получил безупречный механизм, в котором не осталось человека. Жена стала частью интерьера. Сын записывает его в стрим. Дочь перестала говорить при нём. А падчерица Мила, вернувшаяся из Лондона без диплома и с презрением ко всему, что он построил, задаёт вопросы, от которых не спрятаться за EBITDA. Одно сообщение — «Ты тоже не спишь, симулякр?» — и всё рушится по правилам, которых он не писал.

young adult

руманга и рукомиксы

Синдром 4:47

опера / балет

Доверие — лучшая уязвимость

У каждого города есть дом, в котором что-то случилось. В панельке на улице Мира за семь минут до трагедии знали: в сорок пятой квартире неладно. Слесарь Вадим молчит, глядя на чужие мужские ботинки в прихожей. Его жена Марина, зомбированная глянцем и обещаниями «другой жизни», считает доллары, готовясь к побегу в Америку.
Но чужая жадность входит в дом с чёрного хода. Это история не о маньяке в плаще, а о тихом предательстве, мороке чужих денег и финском ноже, который стал единственным выходом из молчания.

Борис Грань