Крещение Руси

Анатолий Фоменко
Крещение Руси

Предисловие

Настоящая книга является полностью новой, в основном, посвящена реконструкции ключевого для мировой истории события второй половины XIV века. Речь идет о ПРИНЯТИИ АПОСТОЛЬСКОГО ХРИСТИАНСТВА В ИМПЕРИИ.

В ошибочной «миллеровско-романовской» версии русской истории оно соответствует крещению Руси Владимиром Святым якобы в X веке н. э. (хронологическая ошибка – около 300 лет). В ошибочной «скалигеровской» версии истории Рима – это знаменитое крещение Римской Империи императором Константином Великим якобы в IV веке н. э. Здесь хронологическая ошибка составляет уже более тысячи лет. Оказывается, в обоих случаях речь идет об одном и том же крещении Великой = «Монгольской» Империи. Оно, согласно нашей реконструкции, произошло при царе-хане Дмитрии Донском в конце XIV века. То есть около 600 лет тому назад. Именно русский князь Дмитрий Донской известен нам как Константин Великий римских хроник.

Крещению Империи предшествовала великая битва. Это КУЛИКОВСКАЯ БИТВА 1380 ГОДА, она же битва Константина Великого с Максенцием. Теперь становится понятным то огромное значение, которое придавалось Куликовской битве ее современниками и потомками. Понятно и разнообразие ее отражений, обнаруженных нами на страницах летописей разных стран Запада и Востока. Причина в том, что это была битва, положившая начало новой, ХРИСТИАНСКОЙ эпохе истории человечества. А точнее – ЭПОХЕ АПОСТОЛЬСКОГО ХРИСТИАНСТВА.

Крещение Империи оказалось крупнейшим событием. Оно разделило собой две существенно различные исторические эпохи. Ею закончилась эпоха старого родового христианства XII–XIII веков (объявленного затем «язычеством», см. нашу книгу «Царь Славян»). Началась новая эпоха апостольского христианства, то есть христианства в обычном современном понимании.

В Куликовской битве, по-видимому, впервые было применено ОГНЕСТРЕЛЬНОЕ ОРУЖИЕ. На полях сражений появились ПУШКИ. Важно понимать, что с точки зрения современников битвы (и последующих летописцев), первые пушки были «ХРИСТИАНСКИМ ОРУЖИЕМ». Именно они принесло победу апостольскому христианству. Более того, огнестрельное оружие, скорее всего, было изобретено в христианских монастырях. Как мы обнаружили, изобретателем первых пушек (а значит, скорее всего, – и пороха) был, вероятно, знаменитый русский святой СЕРГИЙ РАДОНЕЖСКИЙ.

Куликовская битва поразила воображение современников. В ней столкнулись две силы: сторонники старого порядка, то есть родового христианства с его обожествлением императоров, и сторонники гонимого в те времена апостольского христианства. Одних возглавлял император Максенций, он же хан Мамай, он же Иван Веньяминов (Вельяминов). Других – император Константин Великий. В русских летописях – это князь Дмитрий Донской. На стороне хана Мамая были отборные, закаленные в боях войска, не знавшие поражений. На стороне Дмитрия – спешно собранное ополчение и пушки. Битва произошла на месте современной Москвы, на московских Кулишках – Куликовом поле русских летописей. Дмитрий победил.

Исход битвы обеспечил принятие апостольского христианства во всей огромной «Монгольской» Империи. Повторим – именно этим объясняется то значение, которое придавалось Куликовской битве и ее многочисленным отражениям на страницах летописей. В нашей книге «Казаки-арии: из Руси в Индию» мы показали, что Куликовская битва отразилась, например, в «древне»-индийском эпосе «Махабхарата». В настоящей книге мы рассказываем о том, как она отразилась в Библии. Речь идет о знаменитом сражении Давида с Голиафом.

* * *

Книга начинается с двух очень интересных новых астрономических датировок старинных зодиаков. Первая – датировка гороскопа, обнаруженного нами на знаменитом ковре из Байе. На нем, как считается, изображено завоевание Англии норманнами якобы в конце XI века н. э. Оказалось, что гороскоп, включенный в число изображений на ковре из Байе, несет в себе дату 15 марта 1495 года н. э. А сам ковер, судя по всему, описывает отнюдь не завоевание Британских островов, а Крестовые походы конца XII – начала XIII века, направленные на Царь-град (Константинополь). То есть ТРОЯНСКУЮ ВОЙНУ.

Вторая датировка относится к зодиаку, обнаруженном нами на золотом копенгагенском роге. Историки датируют его V веком н. э. Но зодиак, присутствующий на роге, указывает на совсем другую эпоху. Дата его гороскопа – 1166 год н. э. Поэтому и рог не мог быть сделан ранее того времени. Интересно, что зодиак с копенгагенского рога имеет египетское происхождение. Как мы выяснили, в его основе лежат астрономические наблюдения, выполненные в Египте, в окрестностях Луксора. По-видимому, дата, записанная на роге (1166 год), была знаменита тем, что относилась ко времени Христа. Напомним, что в книге «Царь Славян» мы вычислили датировки Рождества Христова и распятия: 1152 и 1185 годы н. э. Дата зодиака на золотом копенгагенском роге попадает в точности между ними.

В Приложении 2 перечислены (в виде обширных таблиц) хронологические соответствия между основными «древними» империями, описанными в скалигеровской версии истории, и Великой = «Монгольской» Империей XIV–XVI веков. С помощью предлагаемых таблиц можно легко определить какому именно русско-ордынскому царю-хану соответствует тот или иной фантомный «античный император» скалигеровской версии. В частности, из приведенных в Приложении 2 таблиц вытекает, что пресловутый «античный Рим» скалигеровской версии (ошибочно перемещенный «на бумаге» в Италию) явлется отражением Великой = «Монгольской» Империи XIV–XVI веков.

Важное напоминание. В наших книгах мы неоднократно говорили о том, что в древности тексты часто писались или вообще без гласных или опуская большинство из них. Известно, что в арабской письменности, например, гласные практически исчезали. Но и в других языках гласные, особенно в именах, весьма ненадежны. См. подробности в [МЕТ1]. В настоящей книге читатель встретится с нашими попытками прочтения старых имен на основе лишь их костяка согласных. Иногда это может показаться ему не обоснованным. Конечно, в наше время уже давно выработалась привычка к одинаково четкому воспроизведению гласных и согласных на письме. Но здесь речь пойдет не о современных, а о старых текстах. В которых костяк согласных слова был намного устойчивее окружающих его гласных.

Подчеркнем наконец, что все приведенные в книге лингвистические параллели являются вторичными. Сами по себе они ничего не доказывают и приобретают смысл лишь как дополнение к нашим строгим хронологическим результатам.

Авторы благодарят Т. Н. Фоменко за ценные идеи, замечания и дополнения – особенно в разделы, посвященные Куликовской битве и золотому копенгагенскому рогу.

Благодарим Н. Д. Гостева за помощь в поиске источников.

А. Т. Фоменко, Г. В. Носовский

Москва, 2006 год,

Московский Государственный Университет им. М. В. Ломоносова

Глава 1
АСТРОНОМИЧЕСКАЯ ДАТИРОВКА ГОРОСКОПА, ОБНАРУЖЕННОГО НАМИ НА ЗНАМЕНИТОМ КОВРЕ ИЗ БАЙЕ ЯКОБЫ XI ВЕКА, ПОКАЗЫВАЕТ, ЧТО ОН СДЕЛАН НЕ РАНЕЕ XV ВЕКА Н. Э. КРОМЕ ТОГО, НА НЕМ ИЗОБРАЖЕНО НЕ ЗАВОЕВАНИЕ АНГЛИИ, А ТРОЯНСКАЯ ВОЙНА И ПОГРЕБЕНИЕ ХРИСТА

1. ЧТО ТАКОЕ «КОВЕР ИЗ БАЙЕ»?

«Ковер из Байе» – известный памятник средневековья. Он постоянно привлекал к себе пристальное внимание. Его история окутана многочисленными легендами, и даже само происхождение считается загадочным. Считается, что на ковре представлена в лицах история завоевания Англии Вильгельмом Завоевателем в XI веке н. э. (по скалигеровской хронологии). Исследователи полагают, что и сам ковер был создан в ту же эпоху. То есть – якобы в XI веке н. э. Однако, как показал наш анализ, ковер из Байе допускает независимую астрономическую датировку, которая дает совсем иную дату. Дело в том, что на ковре нами был неожиданно обнаружен астрономический гороскоп, который – наряду с другими изображениями, присутствующими на ковре, – представляет исключительный интерес с точки зрения новой хронологии.

Воспользуемся подробным описанием ковра из Байе в фундаментальном издании [138], с. 10–12. В нем дано полное цветное, а также черно-белое воспроизведение ковра, его научное описание и комментарии. Издатель и комментатор [138] – сотрудник Британского Музея Давид М. Вильсон.

Мы полностью воспроизводим ковер из Байе на рис. 1.1 – рис. 1.22. В издании [138] ковер разделен на 73 листа, каждому из которых отведен полный разворот книги. Номера листов, заимствованные из [138], мы проставили на приводимых здесь рисунках. Расположенные вверху и внизу надписи на рисунках сделаны нами. Их смысл станет понятен из дальнейшего. Оказывается, на ковре изображен среди прочего астрономический гороскоп, который указывает, вероятно, на дату изготовления ковра. В любом случае, ясно, что дата изготовления ковра могла быть только ПОЗЖЕ даты, записанной на нем с помощью гороскопа.

Рис. 1.1 Ковер из Байе. Листы 1, 2, 3. Взято из [138], с. 174–175.


Рис. 1.2 Ковер из Байе. Листы 4, 5, 6. Взято из [138], с. 174–175.


Рис. 1.3 Ковер из Байе. Листы 7, 8, 9, 10. Взято из [138], с. 176–177.


Рис. 1.4 Ковер из Байе. Листы 11, 12, 13. Взято из [138],с.176–177.

 

Рис. 1.5 Ковер из Байе. Листы 14, 15, 16, 17. Взято из [138], с.178–179.


Рис. 1.6 Ковер из Байе. Листы 18, 19, 20. Взято из [138], с. 178–179.


Рис. 1.7 Ковер из Байе. Листы 21, 22, 23, 24. Взято из [138], с. 180–181.


Рис. 1.8 Ковер из Байе. Листы 25, 26, 27. Взято из [138], с. 180–181.


Рис. 1.9 Ковер из Байе. Листы 28, 29, 30, 31. Взято из [138], с. 182–183.


Рис. 1.10 Ковер из Байе. Листы 32, 33, 34. Взято из [138], с. 182–183.


Рис. 1.11 Ковер из Байе. Листы 35, 36, 37. Взято из [138], с. 184–185.


Рис. 1.12 Ковер из Байе. Листы 38, 39, 40. Взято из [138], с. 184–185.


Рис. 1.13 Ковер из Байе. Листы 41, 42, 43, 44. Взято из [138], с. 186–187.


Рис. 1.14 Ковер из Байе. Листы 45, 46, 47. Взято из [138], с. 186–187.


Рис. 1.15 Ковер из Байе. Листы 48, 49, 50, 51. Взято из [138], с. 188–189.


Рис. 1.16 Ковер из Байе. Листы 52, 53, 54. Взято из [138], с. 188–189.


Рис. 1.17 Ковер из Байе. Листы 55, 56. Взято из [138], с. 190–191.


Рис. 1.18 Ковер из Байе. Листы 57, 58, 59, 60. Взято из [138], с. 190–191.


Рис. 1.19 Ковер из Байе. Листы 61, 62, 63. Взято из [138], с. 192–193.


Рис. 1.20 Ковер из Байе. Листы 64, 65, 66. Взято из [138], с. 192–193.


Рис. 1.21 Ковер из Байе. Листы 67, 68, 69, 70. Взято из [138], с. 194–195.


Рис. 1.22 Ковер из Байе. Листы 71, 72, 73. Взято из [138], с. 194–195.


Предисловие к труду [138] открывается следующими словами Давида М. Вильсона: «Ковер из Байе (The Bayeux Tapestry) является ОДНИМ ИЗ САМЫХ ЗАГАДОЧНЫХ ПАМЯТНИКОВ ЕВРОПЕЙСКОЙ ИСТОРИИ» [138], с. 8.

Ковер из Байе вовсе не является ковром в обычном смысле. Это – вышитое цветными нитками льняное полотно, подобное старым русским рушникам или полотенцам, но гораздо длиннее. «Ковер» составлен из восьми сшитых между собой льняных полотнищ различной длины (но приблизительно одинаковой ширины). Общая длина ковра составляет около 70 метров, а точнее, 68 метров и 38 сантиметров. Ширина колеблется от 45,7 сантиметра до 53,6 сантиметра. Первоначально ковер был длиннее, но на сколько именно – неизвестно. Оба его конца утрачены. Семь соединительных швов на ковре сохранились в своем первозданном виде и практически незаметны. В одном месте (см. лист 15) видно, что вышитая верхняя граница неровная. Д. Вильсон считает, что здесь части ковра были сшиты уже после того, как каждая из них была расшита рисунками.

Ковер из Байе считается высокохудожественным и весьма качественным изделием. Единогласно отмечается, что в его изготовление был вложен огромный труд. Исследователи обратили внимание, что на полотне нет следов прорисей, по которым делалась вышивка. В то же время считается, что «предварительные рисунки почти наверняка существовали и каким-то образом были перенесены на льняную основу» [138], с. 10.

Первоначально рисунки на ковре были вышиты в основном пятью цветами: терракота (цвет обожженной глины – желтый или красный), зелено-голубой, золотой, оливково-зеленый и голубой. Кое-где использовались глубокий синий или черный цвета. «Многие из позднейших реставраций использовали в основном ярко-желтый, оранжевый и яркий зеленый» [138], с. 10.

Отмечается, что весь ковер вышит в едином стиле, как будто по замыслу одного художника (что, кстати, было бы вполне естественно).

2. ИСТОРИЯ КОВРА ИЗ БАЙЕ

Историки считают, что ковер был изготовлен на юге Англии в интервале от 1066 до 1082 года. Более точных сведений – где именно и кем был создан ковер, кому он первоначально принадлежал, – нет. Более того, указанная датировка целиком и полностью покоится на скалигеровской дате битвы при Гастингсе якобы в 1066 году. Последняя дата известна по письменным источникам и не является независимой. Если скалигеровская хронология неверна, то и дата битвы при Гастингсе должна быть исправлена. Считается, что именно битва при Гастингсе изображена на ковре и является его главной темой. Поэтому ход рассуждений историков был, по-видимому, предельно прост. Раз на полотнище вышита битва якобы 1066 года, следовательно, и ковер (по их мнению) был создан примерно в это время.

На самом же деле НИКАКИХ ДОСТОВЕРНЫХ СВЕДЕНИЙ О СУЩЕСТВОВАНИИ КОВРА ИЗ БАЙЕ РАНЕЕ XV ВЕКА НЕТ. Как сообщают сами историки, «ПЕРВОЕ УПОМИНАНИЕ О КОВРЕ ОТНОСИТСЯ К ПЯТНАДЦАТОМУ СТОЛЕТИЮ, возможно самое раннее около 1463 года, когда в счетах кафедрального собора в Байе упомянута починка ковра. Однако вполне определенно ковер упомянут в 1476 году, в инвентарном списке кафедрального собора Нотр-Дам в Байе как очень длинная и узкая драпировка (гобелен, гардина), на которой вышиты фигуры и надписи, содержащие сведения о завоевании Англии» [138], с. 12. Считается, что ковер висел в соборе не постоянно. Его вывешивали на всеобщее обозрение лишь в определенные, отведенные для этого дни. Причем полотнище вешали так, чтобы оно окружало неф храма. Отсюда видно, что в XV веке полотнище высоко чтили не только как светскую, но и как религиозную святыню. Предполагается, что основную часть времени ковер хранился в свернутом виде, смотанным в рулон. Этим объясняют его относительно хорошую сохранность на протяжении якобы около тысячи лет. Не исключено, впрочем, что именно неплохая сохранность ковра вызвала к жизни теорию, будто его много столетий хранили в свернутом виде. На самом деле, может быть, ковер не такой уж старый. А тогда его хорошая сохранность (несмотря на бурные пережитые им события, см. ниже) становится более понятной.

После упоминания 1476 года ковер из Байе вновь погружается в небытие БОЛЕЕ ЧЕМ НА ДВЕСТИ ЛЕТ. В следующий раз он всплывает на страницах хроник лишь в 1724 году [138], с. 12. То есть УЖЕ В ВОСЕМНАДЦАТОМ ВЕКЕ! В это время с него были сделаны аккуратные цветные рисунки, которые и сегодня хранятся в Кабинете Эстампов Национальной Библиотеки (Fol. Ad. 102) во Франции. На основе этих рисунков Монфокон (Bernard de Montfaucon) в 1729 году подготовил первую публикацию начальных сцен ковра. «Однако в то время НИКТО ИЗ УЧЕНЫХ НЕ ЗНАЛ, ГДЕ НАХОДИТСЯ КОВЕР и в действительности Монфокон не был уверен в аккуратности рисунков; при изготовлении гравюр он трансформировал изображения в духе вкусов раннего восемнадцатого столетия» [138], с. 12.

Таким образом, выясняется, что первая публикация изображений ковра в 1729 году была не только неполной, но и искаженной «под дух и стиль XVIII века».

«В конце концов Монфокон обнаружил место хранения ковра и послал Антуана Бенуа (Antoine Benoit) в Байе с заданием сделать аккуратные копии недостающих частей ковра» [138], с. 12. Гравюры были изготовлены и опубликованы в 1730 году. Далее сообщается, что на протяжении многих лет гравюры Бенуа служили стандартным источником сведений о ковре. Ковер из Байе был ранее известен (по причинам, не очень понятным историкам) как «ковер королевы Матильды». Под таким названием он достаточно часто упоминается и сегодня. Однако какая именно Матильда имелась в виду, историки точно не знают. Выдвигаются несколько версий. По одним это императрица Матильда, дочь Генриха I. По другим – Матильда, жена Вильяма (Вильгельма) Завоевателя. Последняя точка зрения более распространена [138], с. 12.

Во время Великой Французской Революции ковер претерпел много приключений. Он был конфискован. Потом его извлекли из кафедрального собора Байе и использовали в качестве брезента для покрытия военных повозок (wagon cover). Позднее он был даже разрезан на куски для украшения праздничной колесницы богини Разума на карнавале. Тем не менее, в какой-то мере ковер все-таки уцелел, и в 1803 году был перевезен в Париж по приказу Наполеона, где был выставлен в музее. Выставка планировалась как пропагандистская акция в связи с подготовкой французского вторжения в Англию. Экспозиция имела огромный успех, как политический, так и артистический. После провала наполеоновских планов вторжения, ковер был возвращен в Байе. В 1812 году полотнище намотали на два цилиндра, якобы «для удобства». В результате ковер был заметно поврежден. Это обстоятельство специально отметил в 1819 году Чарльз Стотхард (Charles Stothard), который посвятил два года изготовлению крайне тщательного изображения полотнища для Общества Древностей (Society of Antiquaries). Первоначально считалось, что Стотхард создал достоверную реконструкцию УТРАЧЕННЫХ ЧАСТЕЙ КОВРА. Однако позднее утвердилось мнение, что подчас он ошибался [138], с. 13.

В 1842 году полотнище было перенесено с публичную библиотеку в Байе и помещено за стеклом в отдельной комнате. В 1870 году ковер вывезли в связи с франко-прусской войной, однако затем вернули обратно на прежнее место в библиотеке, где ковер находился до 1913 года. В 1871 году полотнище было впервые сфотографировано. Именно эти фотографии долгое время служили важным источником сведений о ковре. Дальнейшая судьба реликвии уже достаточно хорошо документирована и сейчас мы не будем на ней останавливаться.

Подведем итог. Впервые полотнище из Байе появляется на страницах письменной истории не ранее XV века. Затем, более двухсот лет, судьба ковра покрыта мраком. Лишь в XVIII веке он вновь всплывает из тьмы. Переживает много приключений, порч, утрат, реставраций. Во второй половине XIX века его фотографируют. Таким образом изображения на ковре были впервые надежно зафиксированы лишь в середине XIX века. Что происходило с ними до этого мы, строго говоря, точно не знаем.

Надо сказать, что обычай вешать длинное вышитое «полотенце», рушник, внутри церкви, вдоль ее стен, как бы окружая тем самым внутренность всего храма, в древности бытовал на Руси. Сегодня в церквях рушники вдоль стен уже не вешают, однако память об этом старинном русском обычае сохранилась. На внутренних стенах многих старинных русских храмов, на уровне человеческого роста, можно увидеть опоясывающее изображение длинного рушника-полотенца. То есть вместо того, чтобы вывешивать настоящее «полотенце», его, начиная с XVII–XVIII веков, стали просто РИСОВАТЬ КАК ФРЕСКУ на стенах церкви. На рис. 1.23, рис. 1.24, рис. 1.25, рис. 1.26 и рис. 1.27 мы приводим примеры подобных изображений «опоясывающих полотенец» в храмах Московского Кремля. Так что ковер из Байе прекрасно вписывается в этот старинный ордынский обычай. Его, – как длинное полотенце-рушник, – вывешивали вокруг нефа храма по праздникам. По-видимому, так раньше поступали по всей территории Великой = «Монгольской» Империи. В том числе и в Западной Европе.

Рис. 1.23 Церковь Ризположения в Московском Кремле. «В нижней части стен храм опоясывают белые «полотенца», украшенные тонким орнаментом» [111], с. 92. Причем, полотенце нарисовано как бы висящим на гвоздях, «вбитых» в стену храма.

 

Рис. 1.24 Благовещенский Собор Московского Кремля. Изображение длинного полотенца-рушника, опоясывающего внутреннее помещение храма, а также его колонны. Взято из [142].


Рис. 1.25 Успенский Собор Московского Кремля. Его колонны украшены изображениями полотенца-рушника, опоясывающего колонны на уровне человеческого роста.


Рис. 1.26 Грановитая Палата Московского Кремля. Изображение длинного полотенца-рушника, опоясывающего внутренние помещения Палаты. Взято из [33].


Рис. 1.27 Грановитая Палата Московского Кремля. Изображение длинного полотенца-рушника, опоясывающего внутренние помещения Палаты. Взято из [33].

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32 
Рейтинг@Mail.ru