Глеб Давыдов Пламя Бессмертного Знания. Сердце Адвайты
Полная версия:
Глеб Давыдов Пламя Бессмертного Знания. Сердце Адвайты
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Глава Вторая
2.1 Мо́лод, необразо́ван, зави́сим от удово́льствий, рабо́чий, домохозя́ин — всё э́то совсем нева́жно. Разве алма́з без опра́вы теря́ет це́ну? Или стано́вится гря́зью, если его́ запа́чкать? 2.2 Даже не ну́жно ничего́ изуча́ть, распозна́й Естество́ и держи́сь за Него́. Ведь е́сли ты не покра́сишь лодку, она всё равно́ переплывё́т через ре́ку. 2.3 Не дости́чь уси́льем Того́, что и дви́жется, и́ неподви́жно, но при э́том всегда́ в поко́е — словно я́сное не́бо, Осо́знанность. 2.4 Безуси́льно дви́жет недви́жное, и при э́том — недви́жно и дви́жется. Вездесу́щее как поде́лится? Есть Одно́ лишь, ясне́е не мо́жет быть. 2.5 Я есть вы́сшая Су́ть, Я Ши́ва вне прихо́дов и вне ухо́дов. Я свобо́ден от всех разли́чий и от все́х беспокойств свобо́ден. 2.6 Для Меня́ никаки́х нет часте́й: если Мне́ поклоняются бо́ги, Я насто́лько един, что не ви́жу меж собо́ю и ими разли́чия. 2.7 Даже е́сли игра́ет де́ланье, Я — сомне́ньями не захва́чено. Эти во́лны ума — пузыри́ от дождя́ на пове́рхности мо́ря. 2.8 В мире ра́зные вещи предста́влены — горько-сла́дкие, твёрдые, мягкие. Мной прони́заны все эти вещи, есть лишь Я́, больше не́т ничего́. 2.9 Чистота́, теку́честь, прохла́да — это ка́чества чи́стой воды́, точно так же ду́х и мате́рия — лишь Одно́, Единое Це́лое. 2.10 За преде́лами все́х назва́ний, за преде́лами наитонча́йшего, и ума́, и чу́вства, и ра́зума Безупре́чный Влады́ка вселе́нной. 2.11 Где есте́ственность царствует, там есть ли место для «я» и для «ты»? Есть лишь Це́лое вне разделе́ний, непрерывная Су́ть, Одно́. 2.12 Говорится не зря́ о Е́стьности, что Она словно небо чи́стое, — безупре́чное Осознава́ние, всеобъе́млюще полное, Це́лое. 2.13 Его ве́тер не но́сит, не мо́чит вода, по земле́ Оно не скита́ется. Оно я́сно и́ неподви́жно — в самом це́нтре сияния чи́стого. 2.14 Естество́ прониза́ет простра́нство, но само́ Естество́ непрони́зано. Оно е́сть и внутри, и снару́жи — недели́мое и́ непрерывное. 2.15 Не уви́деть Его, не пойма́ть, качеств не́т у Него, и йо́гин понача́лу не видит опо́ры в Нём, — обрета́ет её постепе́нно. 2.16 Практику́я настойчиво, но́ без успеха, отдаёт себя по́лностью Богу, избавля́ет себя понемно́гу от поро́чных пристра́стий к земно́му. 2.17 От смерте́льной отравы мирско́го, омрача́ющей ум челове́ка, есть одно́ лишь противоя́дие: Естества́ бессме́ртное Знание. 2.18 Формы можно уви́деть глазами, взором вну́тренним — то́нкие образы, но что видит и то́, и другое — как увидеть Э́то и че́м? 2.19 Мир проя́вленный — это вовне́, проявле́ния сила — внутри́, за всем э́тим — Исто́чник всего, молоко́, сердцеви́на коко́са. 2.20 Знанье вне́шнее — скорлупа́, знанье то́нкое — мя́коть кокоса, но позна́й сердцеви́ну себя́ — глубину́, само́ молоко́. 2.21 Если взгля́д твой не́ затума́нен, ты узна́ешь: луна́ полна́. Так Реа́льность, Единое Це́лое взору це́лостному видна́. 2.22 Лишь Одно́ существует. Уму́ недосту́пное двойственному. Тот, кто му́дрость эту пости́г, благодарности преиспо́лнен. 2.23 Между те́ми, кто глу́п и умён, Милость Гу́ру не зна́ет разли́чий. Но самса́ру покинет лишь то́т, кто откры́лся и устремлён. 2.24 Ни к чему́ не привя́зан и не зна́ет вражды́, всем живы́м существа́м бескоры́стно он слу́жит, он напра́вил внима́ние к са́мопозна́нию — вот тако́му откро́ется Истина. 2.25 Расколо́лся кувшин, и простра́нство кувшина́ со всем ми́ром слива́ется — так и йо́г в Естестве́ растворя́ется, в своей Су́ти, покинув те́ло. 2.26 Тем, кто бы́л погруже́н в мирско́е, мысль предсме́ртная даст рожде́ние. Но для йо́га, единого с Е́стьностью, ничего́ не решает мысль. 2.27 Переда́ть возмо́жно слова́ми судьбу те́х, кто подве́ржен ка́рме, но судьба́ утверди́вшихся в йо́ге неподвла́стна слова́м никаким. 2.28 Никако́му пути́ йог не сле́дует, просто он не живёт в мире грёз. Его у́м отпа́л сам собо́й — соверше́нный откры́лся поко́й. 2.29 Где бы йо́г ни обре́л свою сме́рть — в месте си́лы или в сто́чной кана́ве, — не узре́ет утро́бу ма́тери, растворя́ется в Бра́хмане о́н. 2.30 Тот, кто еди́н с Естество́м, — вне рожде́ний, непостижи́мый, са́мо-осо́знанный, свобо́ден от ка́рмы, беспоро́чен, прозра́чен, спонта́нно-аскетичен, ни к чему́ не привязан. 2.31 То́т, кто еди́н с Естество́м — всемогу́щ, но О́н вне иллюзии сравне́ний и нужд, за преде́лами формы и потре́бностей тела, вне стра́ха, вне дво́йственности и́ вне желаний. 2.32 То́т, кто еди́н с Естество́м — всеве́дущ, но О́н вне Вед, посвяще́ний и мантр. Не гу́ру, не и́щущий и́ не мона́х Он, вне а́сан и мудр, вне́ подношений. 2.33 То́т, кто един с Естество́м — всё ви́дит, но О́н вне виде́ний Ши́вы и Ша́кти, ему́ не явля́ются ра́зные бо́ги, и О́н не стреми́тся «подня́ть кундали́ни». 2.34 То́т, кто един с Естество́м — вездесу́щ, Он Су́ть, из кото́рой рожда́ется ми́р, Океа́н, на пове́рхности пе́ну творя́щий. Твори́т и хра́нит. И́ растворя́ет. 2.35 То́т, кто един с Естество́м — неподви́жен, Он не де́лает йо́гу и́ праная́му, не фикси́рует у́м на конкре́тном объе́кте, не стреми́тся прочи́стить на́ди-кана́лы. 2.36 То́т, кто един с Естество́м — вне сравне́ний, Он не ве́дает множества и́ли единства, Он не ви́дит «другого», для не́го нет «отдельного», и Он неделим на объе́кт и субъект. 2.37 То́т, кто един с Естество́м — вне усло́вий, сосредото́ченным быть не обя́зан, и́ли не име́ть никаки́х ощуще́ний, и́ли отка́зываться от де́йствий. 2.38 То́т, кто един с Естество́м — запреде́лен, за преде́лами разума, чу́вств и мыслей, за гра́нью тонких и гру́бых материй, за преде́лами эго и эфи́рного тела. 2.39 Превзойдя́ все условности, О́н — Естество; пу́ст Его ум, он не зна́ет различий. Ни чи́ст, ни нечист, ни поро́чен, ни свят, О́н вне запретов и о́граниче́ний. 2.40 Слова́ не спосо́бны яви́ть Естество́, но ка́к тогда И́стину Гу́ру доносит? Гу́ру не у́чит то́лько слова́ми, Суть сия́ет в е́го Бытии́.Так заканчивается вторая глава Указателей Мудрости Естества, которую пропел Шри Даттатрея
Глава Третья
3.1 «С ка́чествами»/«без ка́честв» — Шива вне́ подобных разли́чий. Он вне привя́занностей и́ вне свободы, Он вне фо́рм соверше́нно. Он вне ка́честв, но ка́чества в Нем, Он — Исто́чник всего на све́те. Ко́му же прославить этого Шиву? Ведь Он вне всего́, даже вне́ пустоты́. 3.2 Ши́ва вне цве́та — Он ни бе́лый, ни же́лтый. И причи́на, и сле́дствие — высший Ши́ва — одномоме́нтно. За преде́лами движения мы́сли — Естество-Шива. Если всё — Естество́, то кому признать Его превосхо́дство? 3.3 У Меня нет нача́ла и́ нет конца; Я — Све́т, который не га́снет. Я не сокры́т и Я не откры́т; Я — Све́т, который не га́снет. Не освеща́ю, но всё — во Мне́; Я — Све́т, который не га́снет. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.4 Я́ вне желаний, но все жела́ния — Я, ка́к мне сказать об этом? Я́ не привязан, но всё́ же привязан, ка́к мне сказать об этом? Я́ вне веществ, но Я́ — вещества, как говорить об этом? Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.5 Недели́мое целое, но во мно́жестве форм Я; ка́к говорить об этом? Я — отде́льные формы, но во всё́м только Я; ка́к говорить об этом? Ве́чен Я и при этом не ве́чен; ка́к говорить об этом? Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.6 Ни ма́ленький, ни вели́кий, не прихожу́ и не ухожу́ Я. Нет у Меня середи́ны, нет нача́ла и нет конца́. То, что Я говорю́ здесь — всё пра́вда, реа́льность. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.7 Зна́й, что все чу́вства, по приро́де своей, пусты́. Зна́й, все объе́кты, явле́ния — соверше́нно пусты́. Знай, Я ниче́м не затро́нут, Я не свя́зан и не свобо́ден. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.8 Я за преде́лами интелле́кта. Недостижи́м для него Я. Восприя́тию Я недоступен. И са́м не воспринима́ю. Свобо́ден Я от конце́пций, и ни в одну́ из них не вмеща́юсь. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.9 Я тот ого́нь, который сжига́ет ка́рму, и Я́ от нее свободен. Я тот ого́нь, который тоску́ сжигает, и Я́ от нее свобо́ден. Я тот ого́нь, который сжига́ет те́ло, и Я от те́ла свобо́ден. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.10 Я тот ого́нь, который грехи́ сжигает, и Я́ совершенно безгре́шен. Я тот ого́нь, который дела́ сжигает, и Я́ от всех дел свобо́ден. Я пла́мя, которое всё́ сжигает, и Я́ от всего свобо́ден. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.11 Существу́ю-не существу́ю — ко Мне э́то не́ примени́мо. Еди́ный или отде́льный? Ко Мне э́то не́ примени́мо. Сознаю́ или не сознаю́ — это не́ применимо ко Мне́. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.12 Заблужде́ние-знание и́ между ними — для Меня́ нет разли́чий. Ра́дость-печаль и всё́ между ними — для Меня́ нет разли́чий. Стра́сть-равнодушие и́ между ними — всё это то́же мимо. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.13 Погруже́нность в самсару на Меня́ не влияет. Удово́льствия мира на Меня́ не влияют. Око́вы неведения на Меня́ не влияют. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.14 Ра́джас самсары Меня ника́к не меняет. Страда́ния та́маса Меня ника́к не меняют. Пра́ведность са́ттвы Меня совсем не меняет. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.15 Пробле́мам ума Меня́ не затронуть. Пробле́мы ума — не Мои́ проблемы. Отде́льное «я» для Меня́ нереально. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.16 Тишина́ или шу́м — всё равно́ — мысли или отсу́тствие мыслей. Сновиде́ние-бде́ние — всё еди́но — не хорошо́ и не плохо. Движе́ние или нет — нева́жно, Я — сама́ неподвижность. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.17 Я не то́т, кто знает, и зна́ть Меня невозможно, Я вне ре́чи, вне ло́гики и вне́ рассуждений, Я — Реа́льность, кото́рая слова́м неподвла́стна. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.18 Ни еди́на, ни разделена́ Абсолютная Суть. Ни внутри́, ни снару́жи Абсолютная Суть. Вне причи́ны и сле́дствия и бе́з основа́ния, Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.19 Я от ско́рби пристра́стий свобо́дная Су́ть. Я от ско́рби судьбы́ свобо́дная Су́ть. Я от ско́рби самса́ры свобо́дная Су́ть. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.20 Вне тре́х состоя́ний ума́ Я. И вне четве́ртого. За преде́лами трех време́н, Я соверше́нно вне вре́мени. Я прозра́чность и я́сность, Я Абсолю́тная Суть. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.21 «Коро́ткий» и «дли́нный» — ко Мне не отно́сится. «Широ́кий» и «у́зкий» — не́ примени́мо. «Углова́тый», «окру́глый» — не́ применимо. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.22 Не́т для Меня ма́тери, нет отца́ и дете́й нет, нет рожде́ния для Меня и нет сме́рти, нет ума́ для Меня, Я поко́й Абсолютной Сути, Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.23 Вне поня́тий «чи́стый-нечи́стый», вне грани́ц-представле́ний, вне поня́тий «свя́зан-несвя́зан», вне грани́ц-представле́ний, вне поня́тий «отде́льный-еди́ный», вне грани́ц-представле́ний, Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.24 Как мо́гут пребыва́ть во Мне Бра́хма и сви́та? Как мо́жет пребыва́ть во Мне ра́й со святы́ми? Ведь Я́ — вне разли́чий, Я — Абсолю́тная Суть, Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.25 Несравне́нное. Не «то́» и не «э́то». Как о Нём говори́ть? Несравне́нный субстрат всего́ — как Его описа́ть? Несравне́нный вне о́бразов о́браз как описать? Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо… 3.26 Свобо́ден от де́йствий, но всё де́лаю Я́. Свобо́ден от свя́зей, но наслажда́юсь всем Я́. Я свобо́ден от те́ла, но во все́х телах сча́стлив. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.27 Иллю́зия мира, ма́йя — Меня ника́к не меняет. Горды́ня и пошлость ми́ра Меня ника́к не меняют. Правди́вость и лживость люде́й Меня никак не меняют. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.28 Я вне но́чи, вне дня́ и су́мерек, Я просто це́льный. Я вне сна́ и вне я́ви, не глу́х и не не́м Я. Никогда́ не решаю быть чи́стым Я или нечи́стым. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.29 Не слу́жащий Я, но и не́ Господин, Я неподви́жная ясность. Нева́жно — с умо́м или бе́з ума, Я неподви́жная ясность. Зна́й, что Я вне всего́ совершенно, Я неподви́жная ясность. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.30 В пусты́не Я есть и в хра́ме, ка́к мне сказать об этом? Прои́грываю, но побеждаю, ка́к мне поведать об этом? Во всё́м и всегда одина́ков, Я неподви́жная ясность. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.31 Живо́й-неживо́й — Я вне э́того, Я про́сто сия́ю извечно. Вне причи́н и вне сле́дствий, вне э́того, Я про́сто сияю извечно. Вне око́в и нирва́ны, вне э́того, Я про́сто сияю изве́чно. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.32 Неограни́чен творением, Я сия́ю извечно. Неограни́чен движением, Я сия́ю извечно. Неограни́чен распадом, Я сия́ю извечно. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.33 Тебя ника́к не назвать, даже когда́ Ты проявлен, Тебя нельзя́ разделить, ведь во всём — Ты́ проявлен! О бессо́вестный ум, бродя́га! Зачем себя утомля́ешь? Ты бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Ты везде́, словно небо. 3.34 Ну что́ же ты плачешь, мой друг? Нет ста́рости для Тебя и нет сме́рти. Что́ же ты плачешь, мой друг? Травме рожде́ния Ты не подве́ржен. Что́ же ты плачешь, мой друг? Ведь Ты́ — сама неизменность. Ты бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Ты везде́, словно небо. 3.35 Ну что́ же ты плачешь, мой друг? Ты соверше́нно вне формы. Что́ же ты плачешь, мой друг? Деформа́ции Ты не подвержен. Ну что́ же ты плачешь, мой друг? Ведь во́зраста нет для Тебя. Ты бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Ты везде́, словно небо. 3.36 Ну что́ же ты плачешь, мой друг? Ты никогда́ не утратишь свежесть. Что́ же ты плачешь, мой друг? Сойти с ума́ для Тебя невозможно. Ну что́ же ты плачешь, мой друг? Ведь Ты соверше́нно вне ощущений. Ты бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Ты везде́, словно небо. 3.37 Ну что́ же ты плачешь, мой друг? Ведь Ты вне́ вожделений. Что́ же ты плачешь, мой друг? Жа́дности Ты не подвержен. Ну что́ же ты плачешь, мой друг? Для Тебя не́т слепой страсти. Ты бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Ты везде́, словно небо. 3.38 Заче́м ты стремишься к богатству? Ведь Ты совсе́м не «бедняк». Заче́м ты стремишься к богатству? Ведь для Тебя́ нет «жены». Заче́м ты стремишься к богатству? Ведь не́т ничего «твоего». Ты бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Ты везде́, словно небо. 3.39 Мимоле́тный проя́вленный ми́р не каса́ется нас совсе́м. Лишь бессо́вестный ум пыта́ется Це́лое разделить на ча́сти. Но деле́ния эти ника́к на Меня́-на Тебя не влия́ют. Ты бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Ты везде́, словно небо. 3.40 Никакого бесстрастия не́т в природе Твоей и в поми́не, но и стра́сти нет никако́й в приро́де Твоей соверше́нно, никакого желания не́т в природе Твоей и в поми́не. Ты бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Ты везде́, словно небо. 3.41 Медита́тор не в Сердце и́ не в самадхи, о́н — в мире майи. Медита́ция вовсе не в Се́рдце, она в проя́вленном мире. Не ведё́т медитация в Се́рдце, Оно вне времени и простра́нства. Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я́ везде, словно небо. 3.42 Сказа́л тебе всё как е́сть Я о то́м, какова Реа́льность. Но не́т ни тебя, ни меня́ в ней — не́т ученика и нет гу́ру, Я — про́сто есте́ственность, необъя́тность Всевышней Су́ти, Я бессме́ртное Знание, ве́чность блаженства, и Я везде́, словно небо. 3.43 Как мо́жет Всевышняя Су́ть быть, по су́ти своей, блаже́нством? Как мо́жет Всевышняя Су́ть, по су́ти, не бы́ть блаже́нством? Как мо́жет Всевышняя Суть быть по́знана или сокры́та? Ведь всё́ это — Высшее Я́, подобное не́бу, простра́нству. 3.44 Не огонь и не воздух Э́то; распозна́й Его прямо сейча́с! Ни земля, ни вода́, ни простра́нство, распозна́й Его прямо сейча́с! Ни прихо́дит Оно, ни ухо́дит; распозна́й Его прямо сейча́с! Ведь Оно — везде́, словно не́бо; распозна́й Его прямо сейча́с! 3.45 Не «пустота́» Я, не́ «полнота́» Я, не «чистота́» или «не́-чистота́». Я вне фо́рмы и Я́ во всех фо́рмах. Я Всевы́шняя Су́ть всех фо́рм. 3.46 Отпусти́, отпусти́ самса́ру, отверни́сь от всего́, отда́й — отдаю́щего то́же, в нём я́д. И оста́нется то́лько бессме́ртие.Так заканчивается третья глава Указателей Мудрости Естества, которую пропел Шри Даттатрея
Глава Четвертая
4.1 Вне́ поклоне́ний Я, вне́ простира́ний, вне́ подноше́ний цвето́в и даро́в, вне́ медита́ций и ма́нтр повторе́ний, Я Ши́ва Еди́ный, Оди́н без второ́го. 4.2 Не то́лько свобо́ден от око́в и свобо́ды; не то́лько свобо́ден от чистоты́ или гря́зи; не то́лько от слия́ния и́ли разла́да, — но са́м Я — Свобо́да, и Я везде́, словно не́бо. 4.3 Реа́лен ли ми́р, Меня́ не волну́ет. Нереа́лен ли ми́р — Меня́ не волну́ет. Всё э́то совсе́м для Меня́ нева́жно. Моя приро́да — нирва́на, и майи не́т для Меня́. 4.4 Для Меня́ нет греха́, но и свя́тости то́же, нет «нача́ла» во Мне́, как и не́т «продолже́ния». Соверше́нное Я́ вне подо́бных констру́кций. Моя приро́да — нирва́на, и майи не́т для Меня́. 4.5 Со Мно́й никогда́ темнота́ не случа́лась, и зна́ние то́же со Мно́й не случа́лось, «неве́дение»/«зна́ние» — для Меня́ всё еди́но. Моя приро́да — нирва́на, и майи не́т для Меня́. 4.6 Не пра́веден Я́, не поро́чен однако. Не привя́зан к око́вам, свобо́дой не ско́ван. На Меня́ эти ве́щи ника́к не влия́ют. Моя приро́да — нирва́на, и майи не́т для Меня́. 4.7 «Благоро́дное», «ни́зкое» — для Меня́ всё еди́но. У Меня́ нет друзе́й и не́т врагов то́же. О «добре́» и о «зле́» Мне сказа́ть-то и не́чего. Моя приро́да — нирва́на, и майи не́т для Меня́. 4.8 Не сла́влю Я Бо́га и не сла́влю Себя́. Не учу́ никого́ и пра́ктик не де́лаю. Самозна́ние Су́ти Я — как описа́ть Себя? Моя приро́да — нирва́на, и майи не́т для Меня́. 4.9 Не́ наполня́ю, не наполня́юсь Я. Не́ проявля́ю, не проявля́юсь. «Пустота́»? «Полнота́»? О чё́м говори́шь ты? Моя приро́да — нирвана, и майи не́т для Меня. 4.10 Для Меня́ нет отде́льных веще́й, нет «друго́го»; за преде́лами Я всех причи́н и всех сле́дствий. Обо Мне́ невозмо́жно сказа́ть и помы́слить. Моя приро́да — нирвана, и майи не́т для Меня. 4.11 Ничего́ не делю́ Я. Разве е́сть что дели́ть? Ниче́го Я не зна́ю, вне позна́ния Я́. «Разруша́ю»? «Творю́»? Что сказа́ть мне об этом… Моя приро́да — нирвана, и майи не́т для Меня. 4.12 Не отде́льное те́ло Я, всё же — вот те́ло. Для Меня́ нет ума́, нет ра́зума, чу́вств. «Отречё́нный»? «Привя́занный»? О чё́м говоришь ты? Моя приро́да — нирвана, и майи не́т для Меня. 4.13 Естество́ — это во́все не что́-то «друго́е», недосту́пное, скры́тое, спря́танное, как о нё́м говори́ть, что Оно́ «вот тако́е»? Моя приро́да — нирвана, и майи не́т для Меня. 4.14 Не держу́ в узде чу́вства, но и́ми не свя́зан, вне пра́вил совсе́м Я и совсе́м вне запре́тов. «Побе́да», «прова́л» — друг, о чё́м говори́шь ты? Моя приро́да — нирвана, и майи не́т для Меня. 4.15 Вне фо́рмы, вне о́браза, вне рожде́ния-сме́рти. И жи́зни Я то́же совсе́м не «име́ю». «Молодо́й» или «ста́рый»? Друг, о чё́м говори́шь ты? Моя приро́да — нирвана, и майи не́т для Меня. 4.16 Бессме́ртие-сме́рть, вре́дно-поле́зно — вне́ подо́бного ро́да веще́й Я, дитя́. «Чи́стый», «нечи́стый» — о чё́м говори́шь ты? Моя приро́да — нирвана, и майи не́т для Меня. 4.17 Сновиде́ния, я́вь и йоги́ческий тра́нс, ночь и де́нь — для Меня не быва́ет такого. Я вне все́х состоя́ний, мой дру́г, пойми́. Моя приро́да — нирвана, и майи не́т для Меня. 4.18 Зна́й, дорого́й, миром Я́ не затро́нут, ма́йя-не-ма́йя — для Меня́ всё равно́. «Ритуа́лы», «обря́ды» — о чё́м говори́шь ты? Моя приро́да — нирвана, и майи не́т для Меня. 4.19 Зна́й, дорого́й, всё еди́но в сама́дхи, но да́же в сама́дхи Я́ не нужда́юсь. «Еди́нство», «отде́льность» — о чё́м говори́шь ты? Моя приро́да — нирва́на, и майи не́т для Меня́. 4.20 Дура́к ли Я? Не́т. Но всё ж не уче́ный.
