bannerbannerbanner
Зов ангела

Гийом Мюссо
Зов ангела

Полная версия

© Нечаев С., Нечаев К., перевод на русский язык, 2013

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2015

* * *

Берег надежнее, но я люблю бороться с волнами.

Эмилия Дикинсон

Пролог

Мобильный телефон?

Поначалу вы не видите особой от него пользы, но, чтобы не казаться совсем допотопным, начинаете пользоваться самой простой моделью с обыкновенным базовым пакетом функций. В первое время вас еще иногда удивляют те, кто слишком громко говорит в ресторане, поезде или на террасе кафе. Но это правда оказывается весьма удобно – ведь можно всегда держать семью и друзей в зоне слышимости.

И вот, как и все остальные, вы уже научились писать эсэмэски, набирая их на крошечной клавиатуре, и теперь то и дело отовсюду их отправляете. Как и все, вы отказались от своего ежедневника, заменив его электронной версией. Освоив приложения, вы ввели в каталог телефонные номера ваших друзей, членов вашей семьи и любовника. Там же вы закамуфлировали имена ваших бывших, а также пин-код кредитной карты, который вы постоянно забываете.

Вы теперь используете мобильник даже для того, чтобы делать фотографии, правда, не очень хорошего качества. Это же так здорово – всегда иметь при себе смешную картинку, чтобы показать ее коллегам.

Все вокруг поступают точно так же. Мобильник стал предметом эпохи, стирая грани между личной, профессиональной и общественной жизнью. Ведь в повседневной действительности все стало таким срочным, таким подвижным, и это требует постоянного жонглирования вашими планами и графиками.

* * *

А недавно вы сменили свой старый аппарат на более продвинутую модель: на маленькое чудо, позволяющее не только получить доступ к вашей почте, но и просматривать интернет-сайты и скачивать сотни нужных приложений.

И вот так вы стали подключенным. Мобильник стал как бы вашим продолжением, сопровождая вас даже в ванной комнате или в туалете. Вы редко выдерживаете хотя бы полчаса, чтобы не бросить взгляд на экран, не проверить пропущенные вызовы, не ответить на интимное или дружеское послание. И если ваш почтовый ящик пуст, вы все равно нажимаете на кнопки, чтобы убедиться, что почта не стоит в режиме ожидания.

Телефон оберегает вас, подобно тому, как в детстве оберегало одеяло: его экран такой мягкий, такой успокаивающий, как снотворное. Он дает вам уверенность в любых ситуациях, дарит способность мгновенно установить нужный контакт, что открывает перед вами массу возможностей…

* * *

Но однажды вечером, возвращаясь домой, вы, обшарив все карманы и сумки, вдруг понимаете, что ваш мобильник исчез. Потерян? Украден? Нет, вы отказываетесь в это поверить. Вы проверяете все еще раз, но безуспешно, а потом начинаете убеждать себя, что просто забыли мобильник в офисе, но… Нет, вы же прекрасно помните, что пользовались им в лифте, уже уйдя с работы, и – вероятно – в метро тоже, и в автобусе.

Черт!

Сначала вы злитесь из-за потери телефона, а потом хвалите себя: ведь вы застраховались от «кражи/потери/поломки», а значит, уже завтра сможете получить новую высокотехнологичную игрушку.

Тем не менее в три часа утра вы понимаете, что так и не смогли заснуть…

Черт!

Вы сидите, согнувшись, на стуле. Вам холодно: пришлось оставить окно открытым, чтобы выветрился запах сигарет.

Вы пытаетесь вспомнить, что было в утерянном телефоне: видео, около пятидесяти фотографий, сообщения, ваш адрес (включая код от входной двери здания), адрес ваших родителей, номера людей, которые необязательно должны были там находиться, сообщения, по которым можно предположить, что…

Не надо быть параноиком!

Новая затяжка и еще один глоток алкоголя.

По-видимому, там нет ничего действительно компрометирующего, но вы прекрасно знаете, что внешние представления обманчивы.

А беспокоит вас то, что ваш аппарат мог попасть в недобрые руки.

И вот вы уже жалеете о некоторых фотографиях, нескольких письмах и разговорах. Прошлое, семья, деньги, секс… Хорошо поискав, тот, кто захочет вам навредить, найдет то, чего будет достаточно, чтобы сломать вашу жизнь. Вы сожалеете, но эти сожаления бессмысленны.

Вас пробирает дрожь, и приходится встать, чтобы закрыть окно. Прижавшись лбом к стеклу, вы наблюдаете за редкими огнями, которые еще сияют в ночи, говоря вам о том, что на другом конце города находится человек, просматривающий ваш телефон и с восторгом копающийся в вашей частной жизни, методично пытающийся отыскать в недрах аппарата ваши маленькие грязные секреты.

Часть первая
Кот и мышь

1. Обмен

Есть существа, которым суждено пересечься. Где бы они ни находились. Куда бы они ни шли. Однажды они встречаются.

Клод Галле

Нью-Йорк

Аэропорт имени Джона Кеннеди

За неделю до Рождества

ОНА

– И что потом?

– Потом Рафаэль подарил мне бриллиантовое кольцо от Тиффани и попросил меня стать его женой.

С телефоном, словно приклеенным к уху, Маделин шла вдоль высоких витрин, доходивших до самого асфальта. В пяти тысячах километров от этого места, в своей квартирке на севере Лондона, ее лучшая подруга слушала, полная нетерпения, подробный отчет о ее романтических приключениях в Большом Яблоке[1].

– Он тебя действительно втянул в большую игру! – заметила Джулиана. – Выходные на Манхэттене, номер в «Уолдорф-Астории», поездка в карете, предложение в лучших традициях…

– Да, – ответила Маделин. – Все было прекрасно, как в кино.

– Может быть, немного даже слишком идеально, нет? – поддразнила ее Джулиана.

– Можешь мне объяснить, как что-то может быть «слишком» идеально, госпожа скептик?

Джулиана неуклюже попыталась исправиться:

– Я имела в виду, что в этом не было неожиданности. Нью-Йорк, Тиффани, прогулка под снегом и каток в Центральном парке… Это ожидаемо, можно даже сказать, что это клише!

Маделин не осталась в долгу:

– Если я правильно помню, Уэйн попросил тебя выйти за него замуж, когда вы возвращались из паба, после выпивки. Паб был набит, как в метро в час пик, а его вырвало в туалете сразу после того, как он попросил твоей руки, не так ли?

– Хорошо, ты выиграла этот раунд. – Джулиане было нечего возразить.

Маделин улыбнулась, приблизившись к зоне прилета, пытаясь найти Рафаэля посреди толпы. В начале рождественских праздников тысячи туристов собрались в терминале, который гудел, как растревоженный улей. Некоторые торопились к своим семьям, другие спешили на другой конец света, в райские уголки, подальше от серости Нью-Йорка.

– Слушай, – продолжила Джулиана, – но ты не сказала мне, каков был твой ответ.

– Ты что, шутишь? Я сказала «да», конечно же!

– И ты даже не помучила его немного?

– Помучила? Джул, мне почти тридцать четыре года! Тебе не кажется, что я и так достаточно долго ждала? Мне нравится Рафаэль, мы с ним вместе уже два года и сейчас пытаемся завести ребенка. Через несколько недель мы переедем в свой дом, который выбрали вместе. Джулиана, первый раз в моей жизни я чувствую себя защищенной и счастливой.

– Ты говоришь так, потому что он находится рядом, не так ли?

– Нет! – воскликнула Маделин, смеясь. – Он пошел регистрировать наш багаж. Я говорю так, потому что я действительно так думаю! – Она остановилась у газетного киоска. Плотно сложенные пачки газет щетинились картинами мира, несущегося по течению: экономический кризис, безработица, политические скандалы, социальные конфликты, экологические катастрофы…

– Ты не боишься, что с Рафаэлем твоя жизнь будет предсказуемой? – нанесла удар Джулиана.

– Это не проблема! – ответила Маделин. – Мне был нужен кто-то твердый, надежный, верный. Ведь вокруг нас все так неустойчиво, хрупко и шатко. Я не хочу подобного в моем браке. Я хочу возвращаться вечером домой и быть уверенной, что найду там мир и спокойствие. Ты понимаешь?

– Хм… – отозвалась Джулиана.

– Никаких «хм», Джул. Иди лучше, начинай обход магазинов, выбирай платье – тебе быть подружкой невесты!

– Хм, – тем не менее повторила молодая англичанка, но на этот раз больше для того, чтобы скрыть свое волнение, чем для того, чтобы продемонстрировать свой скептицизм.

Маделин посмотрела на часы. У нее за спиной, на взлетно-посадочной полосе, серебристые самолеты ожидали своей очереди на взлет.

– Хорошо, я оставлю тебя в покое, мой рейс отправляется в 17.30, а я еще не получила моего… моего мужа!

– Твоего будущего мужа, – поправила ее Джулиана. – Когда ты приедешь ко мне в Лондон? Почему бы не в этот уик-энд?

– Как бы мне хотелось! Но это невозможно, мы приземлимся в Руасси слишком рано. У меня едва хватит времени, чтобы принять душ у себя дома перед открытием магазина.

– То есть ты не прекращаешь работу, ведь так?

– Я флорист, Джул! А в Рождество у меня больше всего работы!

– Постарайся хотя бы поспать во время перелета.

– Ладно! Я перезвоню тебе завтра, – пообещала Маделин.

ОН

– Не настаивай, Франческа, не может быть и речи, чтобы мы увиделись!

– Но я всего лишь в двадцати метрах от тебя, внизу, у самого эскалатора…

 

С телефоном, словно приклеенным к уху, Джонатан нахмурился и подошел к балюстраде, выходившей на эскалатор. Внизу стояла молодая брюнетка, которая говорила по телефону, держа за руку ребенка в слишком большой для него куртке. У нее были длинные волосы, джинсы с заниженной талией, дутая пуховая куртка, а также дизайнерские солнцезащитные очки с широкой оправой, которые, словно маска, скрывали часть ее лица.

Джонатан махнул рукой в сторону своего сына, робко ответившего на его приветствие.

– Отправь ко мне Чарли и уходи! – приказал он.

Каждый раз, когда он видел свою бывшую жену, его охватывал гнев, смешанный с болью. Это было сильное чувство, которое он не мог контролировать и которое делало его одновременно и злым, и подавленным.

– Ты не можешь продолжать разговаривать со мной так! – запротестовала она. В ее речи слышался небольшой итальянский акцент.

– Не смей даже пытаться учить меня! – взорвался он. – Ты сделала свой выбор, и теперь тебе придется мириться с последствиями. Ты предала свою семью, Франческа! Ты предала нас, Чарли и меня.

– Оставь в покое Чарли!

– В покое? В то время как он как раз и есть тот, кто платит за разбитую посуду? Это из-за твоей выходки он видит своего отца всего лишь несколько недель в году!

– Я сожа…

– А самолет! – перебил он. – Ты хочешь, чтобы я напомнил тебе, почему Чарли боится летать на самолете один, и из-за этого я должен ехать через всю страну во время любых школьных каникул? – спросил он, повышая голос.

– Все, что произошло с нами… это жизнь, Джонатан. Мы взрослые люди и должны понимать, что нет только черного и только белого.

– Но судья почему-то решил не так, – заметил он и вздохнул, вспомнив про развод, который был решен в пользу его бывшей жены.

Задумавшись, Джонатан посмотрел вниз. Было всего 16.30, но ночь должна была вот-вот наступить. На освещенных взлетных полосах стояла целая вереница больших широкофюзеляжных лайнеров, ожидавших сигнала на взлет в направлении Барселоны, Гонконга, Сиднея, Парижа…

– Ладно, хватит болтать, – сказал он. – Занятия в школе начнутся третьего января, и я привезу тебе Чарли накануне.

– Ладно, – согласилась Франческа. – И еще одно: я купила ему мобильник. И я хочу иметь возможность поговорить с ним в любое время.

– Ты что, шутишь? Об этом не может быть и речи! – взорвался он. – В семь лет нет надобности в телефоне.

– Спорный вопрос, – возразила Франческа.

– Если спорный, то ты не должна была принимать решения в одиночку. Мы поговорим об этом, может быть, но сейчас ты заберешь эту штуковину и отпустишь Чарли ко мне!

– Хорошо. – Франческа сдалась.

Джонатан наклонился через перила и прищурил глаза, чтобы убедиться, что Чарли передал Франческе маленький яркий чехол, потом мальчик поцеловал мать и неуверенно шагнул на эскалатор.

Джонатан толкнул нескольких пассажиров, чтобы подхватить наверху своего сына.

– Привет, пап.

– Привет малыш. – Он сжал его в объятиях.

ОНИ

Пальцы Маделин на огромной скорости бегали по клавиатуре. С телефоном в руке она прошла мимо витрин магазинов зоны беспошлинной торговли, составляя почти вслепую эсэмэску в ответ на эмэмэску Рафаэля. Ее спутник зарегистрировал багаж, но теперь надо было отстоять очередь, чтобы пройти контроль безопасности. Маделин написала ему, что они могут встретиться в кафетерии.

– Пап, я немного голоден. Можешь купить мне панини, пожалуйста? – вежливо попросил Чарли.

Положа руку на плечо сына, Джонатан пересек лабиринт из стекла и стали, который вел к выходу на посадку. Он ненавидел аэропорты, особенно в это время года, в Рождество, ведь терминалы напоминали ему об ужасных обстоятельствах, при которых он два года назад узнал об измене своей жены. Но, радуясь встрече с Чарли, он подхватил его, оторвав от пола.

– Один панини для молодого человека! – весело сказал он, входя в ресторан.

«Небесные врата», главное кафе терминала, располагались вокруг атриума, в центре которого различные стойки предлагают широкий ассортимент блюд.

«Шоколадный торт или кусочек пиццы?» – спросила себя Маделин, глядя на одну из стоек. Конечно, какой-нибудь фрукт – это было бы более разумно, но ей очень хотелось есть. Она поставила на поднос пирог, а затем вернула его на место, практически мгновенно, как только ее «Джимини Крикет» шепнул ей количество калорий, содержащихся в этом искушении. Немного разочарованная, она поковыряла яблоко в плетеной корзинке, заказала чай с лимоном и пошла оплачивать все это на кассу.

Чиабатта, песто, маринованные помидоры, пармская ветчина и сыр моцарелла: Чарли пускал слюнку, глядя на свой панини. С раннего возраста он сопровождал отца по кухням ресторанов, и это развило у него вкус к хорошим вещам и любопытство ко всевозможным ароматам.

– Будь осторожен, не опрокинь свой поднос, хорошо? – посоветовал Джонатан, оплатив покупки.

Мальчик кивнул, осторожно стараясь сохранить хрупкое равновесие между своим панино и бутылкой воды.

Ресторан был переполнен. Помещение овальной формы было вытянуто вдоль стеклянной стены, выходившей прямо на взлетно-посадочные полосы.

– Куда мы сядем, папа? – спросил Чарли, потерявшись в потоке пассажиров.

Джонатан озабоченно посмотрел на плотную толпу, толкающуюся между стульями. Очевидно, клиентов было больше, чем свободных мест. А потом, словно по мановению волшебной палочки, освободился столик возле окна.

– Поворот на восток, приятель! – объявил он, подмигивая сыну.

И в тот момент, как они ускорили шаг, посреди всеобщего гула вдруг раздался звон телефона. Джонатан замешкался. Руки у него были заняты (чемодан на колесиках он толкал одной рукой, а в другой держал поднос), но он все же попытался извлечь мобильник из кармана пиджака, как тут…

«Что за сутолока!» – подумала Маделин, глядя на армаду пассажиров, захвативших ресторан. А она-то надеялась расслабиться на мгновение перед полетом, но не тут-то было: ни одного свободного столика!

«Ай!» – она еле сдержалась, чтобы не закричать, когда какой-то подросток наступил ей на ногу, даже не подумав извиниться.

«Маленький паршивец», – подумала Маделин, бросив на него строгий взгляд, на который какая-то девчонка ответила незаметным жестом, смысл которого не оставлял никаких сомнений.

У Маделин даже не было времени, чтобы рассердиться на этот акт агрессии, – она увидела свободный столик возле большой стеклянной стены и ускорила шаг, боясь упустить драгоценное место. Буквально в трех метрах от цели мобильник вдруг завибрировал в ее сумке.

«Как же не вовремя!»

Она решила не отвечать, но потом передумала: наверняка это ее искал Рафаэль. Она неуклюже взяла поднос одной рукой. «Черт, этот чайник такой тяжелый», – Мадлен рылась в сумке, пытаясь достать мобильник, засунутый между связкой ключей, ежедневником и романом, который надо было дочитать. Она изогнулась, стараясь поднести аппарат к уху, но тут…

* * *

Маделин и Джонатан столкнулись лоб в лоб. Чайник, яблоко, сэндвич, бутылка кока-колы, стакан вина – все полетело в воздух, а потом оказалось на полу.

Испуганный Чарли тоже уронил свой поднос и принялся плакать.

«Какая идиотка!» – раздраженно подумал Джонатан и закричал:

– Что, нельзя смотреть, куда вы идете?

«Какой кретин!» – со злостью подумала Маделин, приходя в себя.

– Ах! Так это еще и моя вина? Не надо путать, дружище! – ответила она, принявшись подбирать с пола свой телефон, кошелек и ключи.

Джонатан наклонился, чтобы успокоить сына, а потом поднял его панини, защищенный пластиковой упаковкой, бутылку с водой и телефон.

– Я увидел этот столик первым! – заявил он с негодованием. – Мы уже практически сели, когда вы налетели на нас, словно лавина, и даже не…

– Вы что, шутите? Я заметила этот столик раньше вас!

Ярость Маделин лишь подчеркнула ее английский акцент, до того незаметный.

– Во всяком случае, вы одна, а я с ребенком.

– Красивое оправдание! Не вижу, каким образом факт наличия малолетки дает вам право налетать на меня и портить мне блузку! – Маделин рассердилась еще больше, заметив винное пятно у себя на груди.

Потрясенный, Джонатан покачал головой и закатил глаза. Он собрался было возразить, но Маделин опередила его.

– И вообще, я не одна! – заявила она, увидев Рафаэля.

Джонатан пожал плечами и взял Чарли за руку.

– Пойдем в другое место. – И, покидая ресторан, крикнул напоследок: – Тупица несчастная…

* * *

Рейс «Дельта 4565» вылетел из Нью-Йорка в Сан-Франциско в 17 часов. Радуясь встрече с сыном, Джонатан не замечал времени. После развода родителей Чарли очень боялся полетов. Для него было невозможно путешествовать в одиночку или спать во время перелета. Из-за этого все семь часов перелета они рассказывали друг другу анекдоты, всевозможные истории, посмотрели в двадцатый раз «Красавицу и Чудовище» на экране ноутбука, отвлекаясь на поедание мороженого. Это лакомство было зарезервировано для бизнес-класса, но понятливая стюардесса, уступив молящему взгляду Чарли и неуклюжему обаянию его отца, все же решилась нарушить правила.

Самолет рейса «Эр Франс 29» вылетел из аэропорта имени Джона Кеннеди в 17.30. В приглушенном комфорте бизнес-класса (конечно, ведь Рафаэль знал свое дело) Маделин включила свой фотоаппарат и принялась просматривать кадры с их приключениями в Нью-Йорке. Словно приклеенные друг к другу, влюбленные радостно наслаждались лучшими моментами своего медового месяца. Затем Рафаэль уснул, а Маделин в энный раз с восторгом посмотрела «Магазинчик за углом», старую комедию Эрнста Любима, предлагавшуюся для просмотра на борту.

Из-за разницы во времени не было и девяти вечера, когда самолет Джонатана приземлился в Сан-Франциско.

Измученный своими страхами, Чарли заснул на руках у отца, едва они сошли на землю.

В зале прибытия Джонатан стал искать взглядом своего друга Маркуса, вместе с которым они держали небольшое французское бистро в самом центре Норт-Бич, – тот должен был приехать встретить их на машине. Он встал на цыпочки, чтобы посмотреть поверх толпы.

– Я буду удивлен, если он приедет вовремя! – проворчал Джонатан.

Устав искать, он решил посмотреть в мобильнике, нет ли там каких сообщений. Как только он отключил режим «самолет», тут же на экране появилось текстовое сообщение:

Добро пожаловать в Париж, моя дорогая! Я надеюсь, что ты смогла отдохнуть во время полета и что Рафаэль не сильно храпел :-) Прости меня: я действительно рада, что ты выходишь замуж и что ты нашла человека, который может сделать тебя счастливой. Я обещаю сделать все возможное, чтобы со всей серьезностью и торжественностью справиться с ролью подружки невесты!

Твой друг на всю жизнь, Джулиана.

«Что это за ерунда?» – подумал Джонатан, еще раз перечитав эсэмэску. Тупая шутка Маркуса? Он задумался на несколько секунд, пока проверял аппарат: та же модель, того же цвета, но… это был не его мобильник! Беглый взгляд на приложение к электронной почте позволил ему узнать имя владелицы: некая Маделин Грин, которая жила в Париже.

– Блин! – взревел он. – Это телефон той девки из аэропорта!

Маделин посмотрела на часы, борясь с зевотой. Половина седьмого утра. Полет продолжался чуть более семи часов, но с учетом разницы во времени самолет приземлился в Париже в субботу утром. Аэропорт Руасси просыпался в ускоренном темпе. Как и в Нью-Йорке, наступление рождественских праздников чувствовалось в аэропорту, несмотря на ранний час.

– Ты уверена, что хочешь сегодня идти на работу? – спросил Рафаэль, когда они стояли у ленточного конвейера для багажа.

– Конечно, дорогой! – ответила Маделин, включая свой мобильник, чтобы проверить почту. – Бьюсь об заклад, у меня уже есть несколько отложенных сообщений.

Сначала она решила прослушать автоответчик, и там некий сонный и растягивающий слова голос, совершенно ей незнакомый, вдруг выдал:

– Привет, Джон, это Маркус. Э-э… У меня тут небольшая проблема с машиной: утечка масла и… Короче, я объясню тебе позже. Я это говорю для того, чтобы сообщить, что буду немного позже. Прости…

«Кто этот извращенец? – подумала она, отключив сообщение. – Кто-то ошибся номером? Хм…»

Маделин удивленно осмотрела свой мобильник: он был той же марки, той же модели… но он был не ее.

– Дерьмо! – выпалила она вслух. – Это же телефон того чокнутого из аэропорта!

1Big Apple – самое известное прозвище Нью-Йорка. – Здесь и далее, за исключением специально оговоренных случаев, примеч. пер.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru