Мир Трех Лун

Гай Юлий Орловский
Мир Трех Лун

Глава 11

На меня остро взглянули серые холодные глаза, сам глерд источает спокойную уверенность человека, который командует всем на свете.

Я поклонился, не ставя ведро на землю.

– Глерд…

Он оглядел меня с головы до ног, спросил резко:

– Рассказывай, откуда все это знаешь.

Я вытаращил глаза.

– Все это… это че?

– Как откалывать мрамор, – сказал он с нажимом – как сделать так, чтобы веревка не перетиралась, откуда узнал, как подковывать коней…

Я хотел всплеснуть руками, но в правой тяжелое ведро, я взглядом выбрал ровное место, чтобы не пролилось, опустил на землю и только тогда всплеснул, хотя получилось, признаюсь, как-то уже не совсем.

– Ваше глердство, – сказал я с почтением, – а я откуда знаю? Оно само! Ага, приходит. Или прилетает, но как-то так, не очень заметно. Говорят, есть бабы такие с крыльями, толстые, сочные, аппетитные, с вот такими, музами зовутся. Как посмотришь, откуда че и берется!.. Сразу как бы видишь, что сделать лучше. Но зато, как говорит господин Карнар, вот он стоит так красиво, не понимаю каких-то простых вещей, а здесь их каждая свинья знает. А то и куры, хотя куры совсем вон там за оградкой, но такие умные куры, вы даже не представляете…

Карнар сказал поспешно:

– Умолкни! И слушай, что высокий глерд изволит тебе, глупой скотине, говорить.

– Так он же спрашивает, – объяснил я, – а я ответствую со всем нашим дикарским прилежанием и как бы кротостью, если смотреть сбоку, но сверху.

Карнар торопливо поклонился глерду.

– Простите, высокий глерд, но он дурак. Ему дано нечто, чего нет у других дураков, но взамен отняли кое-что важное, что есть у нас! Так что у него не больше нашего, только другое.

Глерд оглядел меня критически, я старался стоять с тем же тупым видом и полуоткрытым ртом.

Он вздохнул, махнул рукой.

– Уберите этого идиота.

Карнар скомандовал мне резким голосом:

– Юджин, быстро неси воду Терде!.. Быстро, я сказал!

Я ухватил ведро за дужку, втянул голову в плечи – ох как боюсь, как боюсь, – и помчался бегом к зияющему входу нашей дворовой.

Через двор идут трое глердов в бирюзовых кафтанах с золотым шитьем, двое смотрятся серьезно и даже скучно, но третий, краснорожий толстяк с выпирающим брюшком, рассказывает взахлеб и живо жестикулирует:

– Я вчера такого кабана заполевал! Громадный, толстый, как если бы глерда Финнегана поставить на четвереньки, вот с места мне не сойти!.. И взгляд такой же, а это сами понимаете!.. Он как помчится на меня, куда там скаковой лошади!.. Я смотрю, куда отпрыгнуть, но справа дерево, как стена, а слева кусты гойру, всю одежду изорвет…

Я опустил ведро и сделал вид, что смертельно запыхался, даже ухватился за стену.

– А глерд Финнеган, – спросил другой глерд и тут же поправил себя, – я имею в виду кабана?

Толстяк воскликнул с жаром:

– А глерд Финнеган… тьфу, этот проклятый кабан метнулся быстрее стрелы из лука!.. Я скакнул, он пронесся мимо, а я выбрался из кустов и, как только он начал разворачиваться, к-а-а-к всадил копье глерду кабану в левый бок… Тот на спину, дергает копытами, ну вылитый Финнеган, тут подоспели остальные мои люди, с ними глердессы Алания и Тесса, я поставил ногу глерду кабану на ухо, голова слишком огромная, а тут только вижу, что совершенно голый…

– Кабан?

– Кабану можно, – возразил толстяк, – у кабанов так принято, но мне… перед дамами?

– Если на охоте, – сказал первый рассудительно, – то можно. К тому же вам, глерд Тархантер, можно и перед дамами, вас любят…

Второй добавил с сочувствием:

– Мне тоже как-то пришлось пробираться через заросли гойру. На ту сторону вышел без единой ниточки на теле. Зато в сапогах! Хоть и поцарапали, но съесть не успели.

– Кожу едят медленно, – сказал первый глерд авторитетно, – если правильно рассчитать время, сапоги получаются как бы чуточку пожеванными, самый шик, сами понимаете! Некоторые щеголи нарочито там ходят, но мы, люди серьезные, до такого не опускаемся. Я, к примеру, отдаю своему кожевнику, он так умело расцарапывает, будто жена Джоэла спину…

– Да, – согласился второй глерд и мечтательно воздел глаза к потолку, – жена глерда Джоэля – это что-то…

Толстяк, который Тархантер, возопил в праведном возмущении:

– Да что вы за люди? Я про кабана, а вы про каких-то баб! Вырождаются герои!

Я тихо взял ведро и понес в людскую. В самом деле, вырождаются государственные деятели. Даже они про баб, как простолюдины, а могли бы про кабанов.

Оранжевое солнце, крупное и солидное, неподвижно и надолго застыло в зените, а на востоке резко заискрился горизонт, быстро выскочил белый слепящий диск, резко покарабкался по высокой стене небосвода, стремясь взобраться под самый купол. Мои плечи сразу ощутили добавочный жар, двор начал пустеть, а огромные цветы под стеной здания поспешно сложили роскошные лепестки и замерли.

Разгуливающие по дорожкам огромные, безобразно прекрасные жуки поспешно спрятались под листьями, огромные бабочки сложили крылья и повернулись так, чтобы не отбрасывать тени, только блещущие слюдяными крыльями стрекозы начали носиться стремительнее, охлаждая в полете вертолетообразные тела.

Белое солнце ринулось к горизонту, словно падающий в воду камень, темная линия даже прогнулась, нещадный блеск исчез, мои глаза целую минуту приспосабливались к изменившемуся освещению, что сперва показалось потускневшим, но затем снова засияло светло и радостно.

Жуки выбрались из-под листьев и снова важно зашагали по уложенным камнем дорожкам, предпочитая их блужданию в траве, бабочки перелетели на быстро раскрывающиеся цветы, уже на лету высовывая длинные языки-трубочки, свернутые в спиральки.

– Кр-р-расотища, – проговорил я смятенно, привыкая, что у меня снова одна тень, – как это Господь уравновесил все эти гравитационные составляющие? Гений, настоящий гений…

Поздно вечером, когда переделали все работы: их вообще-то не так уж и много, часть выполняет магия самого дворца, – все дворовые отужинали из деревянных мисок, правда, баранья похлебка просто чудо, улеглись на лавках, но некоторые все же смылись потихоньку, что и понятно: мы не единственные, есть дворня и в других местах, где-то женщин больше или же доступнее наших приевшихся.

Я спросил Карнара шепотом:

– А где маги?.. Если тут чуть ли не все на магии?

Он пробормотал:

– Маги?.. У нас их два. Настоящих. Рундельштотт, этот в башне, и Строуд, что в подвале. Остальные мелкие, все работают на Строуда.

– А кто из двух… сильнее?

Он пожал плечами:

– Они разные. У Строуда работы больше, потому занимает весь подвал. Ему подчиняются двенадцать магов и учеников, не считая полусотни слуг. Королева требует, чтобы на землях королевства не было засухи, иначе, дескать, начнутся волнения, а ей необходимо спокойствие. Еще желает, чтобы вовремя замечали нашествие саранчи и, если не удается справиться, чтобы перенаправляли на соседей… Если где начинают пересыхать колодцы, Строуд поспешно отправляет туда магов пониже уровнем, чтобы отыскали подземные ключи и вывели наверх, иначе королева осерчает…

Я пробормотал:

– А она государственница. Приумножает свое богатство и свою власть, но и народу что-то перепадает… А что Рундельштотт?

Он поморщился.

– От этого никакого толку. Однако королева к нему почему-то благоволит. То ли пообещал средство от морщин, то ли продлить молодость… но у него и средств больше, и вообще как бы в фаворе. Хотя да, работает один, если не считать трех слуг. Или чуть больше, не знаю.

– Но учеников нет?

Он окинул меня критическим взглядом.

– И не надейся.

– Почему?

Он ответил уклончиво:

– Есть такие работы, когда двум делать уже нечего. Хватит расспросов, ложись спать! Завтра работы много.

Я лег на указанное мне место, все старался как-то систематизировать, что здесь происходит. Итак, правит королева Орландия, в то время как ее сестра лишена, как проскальзывает в разговорах, всяких прав. Однако некоторые лорды предпочли бы на троне тихую и справедливую Андрианну. Одни – потому, что она честна и справедлива, другие попросту надеются влиять на нее настолько, чтобы фактически править вместо нее.

Высшие глерды вообще-то желают выдать и Орландию замуж: в стране должен править мужчина, в то же время часть опасается, что король отстранит их и заменит своими людьми. Здесь тоже боевая ничья…

В лесах накапливается армия мятежников, их вождь призывает свергнуть узурпаторшу и передать трон младшей сестре. Хотя злые языки поговаривают, что трон присмотрел для себя, но вряд ли решится, раз уж его цель – восстановить справедливость в королевстве и вернуть трон младшей дочери короля.

Но Орландия почему-то медлит с подавлением мятежа, и тем самым в королевстве растет напряжение. До взрыва, как мне кажется, недалеко. Но каким он будет и к чему приведет…

Заснул я незаметно, одни видения перешли в другие, а когда пришел в себя, все еще ночь, с трех сторон храп, но не слишком жуткий, пусть я нервный, но в меру.

Почти в полной темноте кто-то поднялся, бесшумный как призрак, я только увидел, как нечто прошло мимо залитого лунным светом окна.

Некоторое время лежал, глядя в потолок. Мысли все те же – как выбраться. Вполне возможно, коллайдер забросил сюда потому, что отсюда был некий сигнал, который посчитал за направляющий? Дикая идея, конечно, но разве не дикость, что я здесь и сейчас?

Сердце стучит, сон выветрился, а когда я осторожно встал и тихонько вышел, никто не остановил ни в холле, ни на крыльце, даже не обратил внимания. Даже окаменевшие звери только покосились, но не повернули голов.

Осторожно притворив за собой дверь, я медленно вдыхал свежий ночной воздух. Во дворе тихо, безлюдно, только вдали у главного дворца, где глерды и сама королева, поблескивают в лунном свете медные доспехи и наконечники копий стражи.

 

В небе проплыло нечто огромное, затмевая звезды, бесформенное, но двигается явно по своей воле. Я отступил на шаг, вжавшись спиной в стену, – это летящее нечто вперило в меня тяжелый взгляд, чувствую всем телом, но продолжало неслышное движение, и чувство оцепенения постепенно отпустило.

Луна пока одна, значит, неопасно. Звезд много, я вообще-то слышал про невероятных умников, что посмотрят на небо и говорят знающе, что это не наше небо, но для меня просто небо, где днем солнце, а ночью луна. Хотя солнце каждый день, а луна то есть, то нет.

Но здесь и солнце не солнце, а что-то вообще, и луны будто и не луны, а жуть какая-то. Ходи и боись, что вдруг выскочит из-за горизонта и обязательно укусит, как собака злая, если не спрячешься.

На крыше кузницы присела и, сильно оттолкнувшись голенастыми лапами, взметнулась в воздух огромная птица.

Я проследил взглядом, как, часто-часто взмахивая крыльями, пошла по крутой кривой в темное небо и там растворилась в черноте. Я попытался вспомнить, как выглядят устраивающие гнезда на крышах журавли и аисты, но те вроде бы намного мельче.

Глава 12

Проснулся утром свеженький, будто и не таскал вчера мешки с зерном. Некоторое время прислушивался, как тяжело поднимаются слуги, бормочут и сопят, еще не выйдя из сна, протяжно зевают, потягиваются, хрустя суставами.

Карнар поднялся первым, бодрый и подтянутый. Я под его взглядом вскочил, помахал рукой, дескать, готов к труду и обороне.

Он кивнул, на его лице тут же появилось сомнение, всякий раз такое выражение, когда смотрит на меня.

– Пойдем, – велел он, – остальные знают, кому что делать.

– А мы?

– Мы тоже знаем, – ответил он кратко.

Я вышел за ним на крыльцо, во дворе птичий гам, прибыли телеги с клетками, полными кур, гусей и уток. Наше здание, где слуги и придворная челядь, ближе всех к задним воротам дворца. Вообще-то правильно, но это значит, что пригнанный из сел скот забивают под нашими окнами, частенько и разделывают прямо на месте, по крайней мере сдирают шкуры, подвесив туши на огромные крюки.

Карнар посматривал на все это хозяйски равнодушно, все идет своим чередом, а я кивнул в сторону кузницы.

– Слушай… а что там за птица летает ночью? Громадная, крылья длиннее моих рук.

Он хмыкнул:

– Да разные. А что?

– Видел ночью просто громадную, – объяснил я, – а вылетела не то из самой кузницы, не то соскочила прямо с крыши.

Он поморщился:

– Какая ж то птица?

– Вот и мне так показалось, – сказал я осторожно. – А что было?

Он посмотрел с насмешкой в глубоко посаженных глазах.

– Дык самому кузнецу и приходится… Не понял? Ему нужны всякие травы к металлам, что тут непонятно?.. Рвать их можно только ночью, к тому же успеть, пока роса не легла, иначе все пропало.

Я протянул ошалело:

– А-а-а… так бы и сказали, мастер Карнар! Если кузнец, тогда да… А я подумал было на колдуна, но чего колдуну с кузни летать? Он может, думаю, и со своей башни, хоть и боязно прыгать с краю. Я бы ни за что.

– Ты что, совсем дурак?

– А кто из ваших колдунов главнее?

– Да кто их знает, – ответил он равнодушно. – Им виднее, а со стороны и не разберешь. К ним никто приближаться не хочет: вдруг порчу наведут.

– Оба такие злые?

Он пожал плечами:

– Да кто их знает? Но раз могут навести, от таких лучше подальше. Хотя могут и не навести. Но я вот точно ни на кого не наведу, понял?

– Понял, – ответил я с восторгом. – Потому у вас столько друзей, мастер Карнар! И потому вы всегда пьяный в доску!

Он пророкотал довольный, как большой сытый слон:

– Ну вот видишь, как хорошо быть беспорчевым… Я все думаю, куда бы тебя приспособить, и пока ничего не идет в голову. Это Полипу или Кенгару всегда найду работу, а вот тебе… вдруг в самом деле умеешь больше, чем они? Не по-хозяйски тебя использовать на простых работах, если умеешь что-то посложнее.

Я сказал почтительно:

– Как скажете, мастер Карнар!

– Походи пока так, – рассудил он, – посмотри сам. Вдруг что-то найдешь более сложное, чем таскать мешки с зерном или воду из колодца. А потом решим.

Я сказал с восторгом:

– Мудро!.. Мастер Карнар, вам управляющим бы! Вы так хорошо всем даете работу, чтобы от каждого получить наибольшую, так сказать, отдачу. А то глерда Риана и не видно вовсе…

Он польщенно улыбнулся:

– Иди-иди.

Стараясь не привлекать внимания, а то скажут, чего это он без работы, чем лучше нас, а то как глерд какой ходит, я все-таки делал вид, что чем-то занят, бесцельно не слонялся, а всегда с деловым и озабоченным видом, позаглядывал во все подсобные помещения, наговорил хороших слов кузнецу, польстил оружейнику, чья работа заключается в мелком ремонте, а мечи, доспехи и все остальное привозят из мастерских в городе, посмотрел, как растирают зерно в ступках, сорок человек трудятся, не разгибаясь, хотя проще бы одну мельницу…

Все так же озабоченно-деловито начал заходить и на ту сторону нашего здания, оттуда видно главное, а там кроме мага и часто мелькающего управителя несколько раз видел глерда Руперта Картера, начальника охраны, как объяснили вскоре. Я удивился бы, окажись он кем-то иным: высокий и суровый с худым костистым лицом, где два заметных шрама, и несколько едва различимых, постоянно в кирасе и кожаных доспехах, с широко раздвинутыми плечами и с длинными мускулистыми руками.

При его появлении подтягиваются не только стражники, но и слуги, что-то есть в нем такое, что может заставить броситься в бой любого, если вдруг на дворец нападут.

В полдень во двор вышел очень высокий и статный мужчина в длинной черной мантии, украшенной золотом и драгоценными камнями, настолько статный и величественный, что такой может быть только королем, а то и вовсе дворецким.

Ко мне сзади незаметно подошел Карнар, сказал почти шепотом:

– Церемониймейстер Френсис Гальтон. Кого-то ждет…

С другой стороны к Карнару мелкими суетливыми шажками и пригибаясь, как при обстреле, подбежал Фрийд. На меня посмотрел зло, проговорил пискляво:

– Это только нашему варвару непонятно, кого…

На залитые солнцами плиты двора пала двойная тень. С неба медленно и по-королевски величаво опускается гондола на длинных веревках, а сам огромный шар почти не двигается, яркий и праздничный, как на карнавале.

– Из Пограничья прибыл, – сказал Карнар тревожно. – Его милкнер черного цвета.

Мое сердце заколотилось чаще – это уже не магия, а настоящее воздухоплавание, – торопливо огляделся, ухватил с телеги мешок поменьше и с самым деловым видом понес к главному дворцу.

Оттуда выбежали слуги, из гондолы выбросили мотки веревок, внизу ухватили и дружно потащили вниз.

Из корзины, не дожидаясь, когда откроют дверцу, выпрыгнул через край человек в темной одежде и кирасе из черной бронзы, что, как я слышал, самая прочная на свете. Плотно сбитый, высокий, с властными манерами, я сразу ощутил исходящую от него ауру силы и могущества.

Меня торопливо догнал испуганный Карнар.

– Ты что?

– Просто пройду мимо. Это кто?

– Сам Роднер Дейнджерфилд, – прошептал он. – Что-то стряслось…

– Иди рядом, – сказал я тихо. – Можешь взять за край… Это кто, командующий?

Он взялся за край мешка, но на меня быстро зыркнул с подозрением.

– Угадал… или знал?

Я мотнул головой так энергично, что уши вроде бы хлопнули по затылку.

– Откуда? Просто выглядит так.

Он пробормотал:

– А ты непрост. Выглядит, говоришь, как другие главнокомандующие?

К Дейнджерфилду подбежал от главного входа роскошно одетый глерд, но в кирасе поверх цветных тряпок, отвесил короткий поклон.

– Высокочтимый глерд, – сказал он тихо, но мы с Карнаром как раз идем вблизи, я услышал. – Только скажите…

– Сегодня решим, – ответил командующий тихо. Он прошел мимо нас с Карнаром, словно мы трава у дома, глазом не повел и вообще не заметил, да мы и старались стать незаметными, – сегодня!

Глерд, который в кирасе, пошел с ним рядом, то и дело чуть склоняясь, словно отвешивает почтительные поклоны.

Мы донесли мешок почти до ступеней дворца, там стражи взялись за копья покрепче, готовые выставить нам навстречу.

Я хлопнул себя по лбу.

– Ох, что это я?.. Нужно было не сюда!

Карнар с облегчением повернулся, не выпуская мешка. Когда мы шли обратно, спросил шепотом:

– Зачем это тебе нужно?

– Озарение, – ответил я твердо. – Еще не знаю какое, но что-то заставило сделать вот так и добавило с пафосом, что это на пользу королеве и отечеству! Иди, мол, и твори.

Он молча помог нести мешок, а когда я забросил его обратно на телегу, покачал головой:

– Только бы войны не было.

– А что, – спросил я, – этот хочет войны?

– Жаждет, – ответил он невесело, – но королева пока против. Женщины трусливее.

– Но прибыл неспроста, – сказал я, – что-то будет. Ох, что-то будет… Этот Роднер, который еще и Дейнджерфилд, выглядит настоящим ястребом.

– Ястребом?

– Поджигателем войны, – объяснил я. – Что и понятно, только он будет на виду. А война хоть хорошая? За идеалы, свободу, демократию, освобождение угнетенных масс трудящихся… Или как?

Он смотрел на меня очень внимательно.

– Варвар, говоришь?

– Из леса, – подтвердил я гордо, хотя вообще-то попался, – у нас та-а-акой лес!.. Но с озарениями. Озаряет нас, значит. Спасибо, Карнар!

– За что?

– Даешь осмотреться, – ответил я.

Он пробормотал:

– Не на свою ли голову?

– С меня причитается, – пообещал я.

– Клочок твоей шкуры разве что, – буркнул он. – Ты здоровый, с тебя на два барабана хватит. Еще клочок и останется…

– Он твой, – заверил я. – Карнар, а что мне тут вообще можно?

Он посмотрел на меня внимательно, но на лице отразилась нешуточная борьба, наконец сказал в нерешительности:

– У тебя странное положение… Непонятное. Ты не глерд, просто слуга, но и не совсем просто, потому что хоть и простолюдин, но Улучшатель. В нашем королевстве, как и в соседних, есть либо глерды, либо простолюдины. Агерцери все, если верить легендам, были только из глердов… причем высших. Потому здесь еще не решили, как к тебе относиться. Но ты пока держись тихо. Понял?

– Понял, – ответил я покорно.

Он хлопнул меня по плечу и удалился, и почти сразу ко мне подошел человек в длинном плаще и с надвинутым на лицо капюшоном, я инстинктивно насторожился, руки сами приподнялись для защиты.

Он подошел совсем близко.

– Господин, – произнес так тихо, что почти прошептал, – не желаете ли купить зуб молодого дракона? Правда, малость поискрошился…

Я охнул:

– Фицрой! Ну ты даешь… Извини, что исчез так неожиданно. Меня забрали…

Он чуть приподнял голову, из-под края капюшона блеснули хитрые глаза.

– Знаю, в каменоломне только о тебе и говорят. И стражи, что наверху. А я выбрался на другой день. Слушай, а ты можешь так улучшить, чтобы у них рога повырастали?.. А хвосты, как у коров? Жаль… Эх, если бы я был Улучшателем, я б им, гадам, такого наулучшал!..

Я сказал счастливо:

– Как ты выбрался?

Он ухмыльнулся:

– Да ерунда, просто выбрался!

– И то верно, – сказал я поспешно. – Сейчас где остановился?

Он посмотрел в недоумении.

– Остановился?.. Я?.. За кого ты меня имеешь?..

– Понял, – ответил я. – Тогда давай так. Если не спешишь прямо сейчас куда-то бежать, давай переговорю насчет тебя. Встретимся здесь завтра в это же время. Хорошо?

– Хорошо, – согласился он, – только здесь со стены все видно, в стражи подобрали глазастых, а вон за теми палатками… Заходи с той стороны, там дорога все время по мертвой зоне. И знаешь, предложи вашему колдуну зуб дракона!

– Он с тобой?

– Конечно!

Я спросил на всякий случай:

– А это точно зуб дракона?

Он посмотрел на меня в великом изумлении.

– Ну ты даешь!.. А я откуда знаю?.. Может быть, даже зуб самого короля драконов!

Я сказал со вздохом:

– Ну да, конечно. Это вполне может быть его зуб. Драконов же здесь как воробьев.

Он хлопнул меня по плечу.

– До завтра, Юджин!.. Смотри, вон птичка!

Я повернул голову, – никакой птички, откуда она тут возьмется, если сад далеко, – а когда хотел спросить, где он такое узрел, его уже ни передо мной, ни поблизости.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24 
Рейтинг@Mail.ru