Галина Кочергина Из разных миров

Глава 1

Над городом с самого утра повисла тяжёлая серо-сизая огромная туча, из которой сыпалась сначала мелкая снежная крупа, которая ближе к обеду превратилась в большие пушистые хлопья, лёгкие как лебединые пёрышки. Люди было обрадовались, ведь снег прикрыл сырую грязь и выбелил город, который теперь смотрелся сказочно и красиво. Но потом начались проблемы с расчисткой улиц, и вот уже народ ругался и на зиму, и на снег и спешил укрыться в тепло магазинов, кинотеатров, ресторанов, домов…

Миловидная девушка, одетая явно не по погоде: в демисезонной лимонной курточке с накинутым на голову капюшоном, тонких синих джинсах и высоких сапогах на тонкой шпильке, спешила домой, ловко лавируя между сугробами, стараясь не провалиться в пушистый снег, сдвинутый снегоуборочными машинами на тротуары.

Утром, выходя из дома, она была так поглощена мечтами о первом рабочем дне и планами после него, что не посмотрела прогноз погоды в интернете. Ну, снежная крупа… Подумаешь. В первый раз, что ли…

Дом-то вот он (где четверть цокольного этажа брат выкупил на деньги, оставленные им обоим погибшими в авиакатастрофе родителями, по дешёвке у владельца дома, и сам оборудовал там для себя фотостудию и комнату, крошечную гостиную, совмещённую с кухней, комнату для сестры, мини прихожую и санузел), рядом с телестудией, где работал фотокорреспондентом её родной брат (в данный момент находившийся в другой стране в командировке) и куда после окончания школы телеведущих взяли и девушку.

***

Дело в том, что девушка с рождения была немой, хотя слухом обладала прекрасным. «Аномалия, – врачи разводили руками, назначали кучу анализов и обследований, но по получению результатов печально вздыхали, – в целом, не считая немоты, вы здоровы. Ничем не можем помочь».

Однако девушка была упрямая, упорная и целеустремлённая. Она с блеском закончила среднюю школу, где ей разрешили в силу физического непреодолимого недостатка на всех уроках и экзаменах отвечать письменно. А с индивидуальным преподавателем девушка выучила язык глухонемых. Потом с первого раза сдала вступительные в школу телеведущих на отделение «Сурдоперевод», и после четырёх лет обучения ей поступило предложение работать в той же телекомпании, где как раз уже пять лет трудился ее брат. Девушка подозревала, что без его участия и протекции не обошлось: уж слишком известной была та телекомпания, слишком много желающих рвалось пополнить ряды телеведущих различных программ. Но… теперь немота сыграла девушке на руку, ведь немногие знали язык глухонемых, а значит, тут ей не было равных.

Первый эфир прошёл великолепно. Юка, а именно так и звали девушку, не волновалась совершенно и вела себя так спокойно и непринуждённо, словно работала телеведущей не первый день, а год – как минимум. Она ни разу не ошиблась при переводе новостей, не отстала и не задержала передачу ни на секунду. Когда эфир закончился, коллеги устроили для неё небольшую вечеринку-сюрприз с шампанским, тортом, хлопушками и тёплыми поздравлениями и пожеланиями дальнейшей успешной работы.

И вот сейчас Юка спешила домой, чтобы и согреться, ведь температура стремительно падала; и наконец облегченно выдохнуть, ведь первый блин оказался не комом; и поесть, так как утром из-за волнения смогла впихнуть в себя только чашечку крепкого кофе, а торт и шампанское едой не считались, ведь так?!

Уже подбегая к подъезду и предвкушая, как залезет под горячий душ, потом, завернувшись в тёплый длинный банный халат и надев любимые тапочки-зайчики, она сварит себе какао и наберёт видео-вызов брату, Юка с удивлением обратила внимание на странный сугроб, образовавшийся около входа на их цокольный этаж. Этот сугроб словно повторял очертания лежавшего человеческого тела и слегка дёргался. Может, там грелись или дрались бродящие животные?

Девушка перешла на шаг и осторожно приблизилась к сугробу. Странно! Не слышно ни возни, ни рычания, ничего. Нет, постойте! Её чуткие ушки уловили приглушённый стон. Там человек! Видимо, какой-то то ли алкаш, то ли бомж упал в сугроб и медленно замерзал. Девушке стало жалко беднягу, и она приняла решение его раскопать, осмотреть и вызвать скорую помощь. Решительно шагнув к сугробу, она наклонилась и начала руками в тонких, тут же промокший перчатках разгребать снег.

Первое, что бросилось девушке в глаза, были чёрные очки на лице довольно молодого парня, который, видимо, почувствовав присутствие человека рядом, попытался хотя бы сесть, а когда у него это не получилось, то резко схватил Юку за руку и с надрывом пробормотал:

– Только не вызывайте скорую. Нельзя. А лучше… Уходите! – и снова упал спиной в снег.

Девушка наклонилась ещё ниже, чтобы помочь парню снова сесть, а затем и встать (плевать она хотела на его указания, у неё самой есть голова на плечах, которая очень даже неплохо варит), и тут заметила, что снег с левого бока незнакомца был красным от крови, а в чёрной куртке виднелось небольшое отверстие, из которого продолжала сочиться кровь. Юка сразу поняла, как образовалось такое отверстие. Брат несколько раз ранее брал её с собой в тир, где они развлекались тем, что на спор – кто точнее и быстрее – стреляли по мишеням из пистолетов.

Становилось ясно, почему парень был против и помощи от девушки, и приезда неотложки. Но если его не вытащить из сугроба и не перевязать, то он умрёт или от переохлаждения, или от потери крови, или одновременно и от того, и от другого.

Юка решительно дёрнула парня за руку, мол, давай пошевеливайся и вставай. Он попытался отмахнуться от неё, словно от назойливой мухи, но девушка была очень упряма и… укусила раненого за руку. Заорав, мол, ты что кусаешься, с ума сошла, тот, шатаясь, поднялся и навалился на девушку. Юка, достав из кармана куртки ключи, с трудом, ведь парень весил немало, приблизилась к входной двери и, открыв её, помогла незнакомцу зайти в прихожую. Там она стащила с него куртку и свитер, под которым осталась только майка, вся пропитанная кровью.

Усадив гостя прямо на пол прихожей, так как ноги у того подкашивались, девушка забежала в санузел и принесла оттуда аптечку. Из книг и фильмов она знала, что сначала надо вытащить пулю, потом промыть рану, если большая – надо зашить, если нет – то заклеить пластырем. Но это в теории, а чем в реальности вытащить пулю?!

Юка скинула с себя куртку и снова побежала в санузел. Она вспомнила, что надо помыть руки и… В голове родилась блестящая идея – найти пинцет, которым брат брал мокрые фотографии, чтобы повесить их на верёвку для просушки.

Когда девушка вернулась, парень так и сидел у стены, куда его усадили, и кусал губы, видимо, от боли. Юка решительно опустилась на колени, осторожно сняла с незнакомца майку, невольно залюбовавшись обнажившимся поджарым сильным торсом, и ощупала входное пулевое отверстие. Парень застонал. Девушка погладила его по руке и начала доставать из аптечки и ставить в пределах досягаемости на пол пузырьки со спиртом и йодом. Взяв в руки пинцет и склянку со спиртом, которую предварительно открыла, опустила кончики пинцета прямо в спирт.

Обмазав вокруг раны йодом, Юка осторожно раздвинула пинцетом края раны и сразу увидела пулю. Помогая себе ногтями, девушка зацепила ту пинцетом и потянула. Парень старался не дышать, чтобы не мешать ей. Но ясно, что ему было очень больно, по вискам катились капельки пота, а нижняя губа была прикушена так сильно, что на ней показалась кровь. Наконец пуля была извлечена, Юка залила рану перекисью, чтобы остановить кровь; затем смазала специальной заживляющей мазью и заклеила пластырем.

Девушка встала и уже в третий раз пошла в санузел. Там она, намочив полотенце тёплой водой, вернулась к незнакомцу, и, опустившись перед ним на колени, обтерла мягкой влажной ткань его лицо, шею, руки и торс, стараясь не потревожить рану. По дыханию, девушка поняла, что незнакомец в сознании, но слаб. Она встала на ноги и, как и ранее, потянула его за руку. Он с трудом, ноги дрожали, дыхание сбивалось, но встал. Юка, поддерживая его за талию, повела в гостиную и помогла сначала сесть на диван, а потом, сняв с раненого берцы, лечь на спину. Когда тот умостился, девушка накрыла его пледом, оставленном в кресле братом перед отъездом.

– Почему ты молчишь? – неожиданно тихо спросил незнакомец. – Ты боишься меня?

Юка схватила с журнального столика, притулившегося вплотную к дивану, всегда находившиеся там записную книжку и ручку и, быстро написав: «Я немая», – показала листок парню.

– Но ты слышишь? – уточнил он.

Юка кивнула головой.

– Ты здесь живёшь одна?

Юка написала: «С братом. Но он в командировке. Тебя никто не потревожит».

Незнакомец уже спокойнее вытянулся на диване и, повернув голову, не отрываясь, смотрел на девушку сквозь очки. Потом, поморщившись, произнёс:

– Там кровь осталась. Кто-то может увидеть.

Юка кивнула и пошла в прихожую. Там, надев куртку, взяла небольшую лопатку, которую использовала при пересадке цветов, и вышла из квартиры. На улице она постаралась максимально плотно закидать снегом место с натёкшей кровью. Снег продолжал идти.

«Это хорошо, – подумала Юка. – К утру это место еще сильнее занесёт, и никто ничего не узнает». С этими приятными мыслями девушка вернулась в квартиру, в которой было очень тихо.

Юка, сняв куртку и сапоги, прислушалась. С дивана доносилось мерное спокойное дыхание. Видимо, незнакомец, намучавшись, уснул.

Девушка, как и хотела, приняла горячий душ, но оделась не в халат и любимые тапочки, а в спортивный костюм и тёплые носки. Пройдя на кухню, она включила электрический чайник. Пока тот закипал, она достала две большие кружки, засыпала в них быстрорастворимое какао и нарезала несколько бутербродов с ветчиной, сыром и колбасой, разложив их красиво на овальном блюде. Залив кипяток в кружки и хорошо размешав какао, она поставила и кружки, и блюдо на поднос и понесла его на журнальный столик. И ей, и незнакомцу следовало поесть и согреться.

Подумав, что очки парню мешают, Юка после того, как опустила поднос на столик, подошла к дивану, протянула руку и осторожно сняла очки. Глаза незнакомца тут же открылись, очень красивые зелёные глаза, в которых не отражался свет и зрачки не расширялись и не сужались. Раненый оказался слепым.

***

Одни называли его бастардом, другие господином. Он не обижался ни на одно прозвище. Так было даже лучше: и загадочно, и стрёмно, и именно это отличало его от всех остальных. Так и рос: он, особенный, недосягаемый, неподражаемый и… остальные людишки, которых он, нет, не ненавидел, терпел, но никого никогда не приближал к себе. Ведь при его работе это было опасно для жизни, как для его, так и для близких.

***

Малыша кто-то, пожелавший остаться неизвестным, оставил на пороге роддома. В пелёнках, грязных, старых и рваных не оставили ни записки, ни денег (как довольно часто бывало в этом городке). Однако на шее упитанного розовощёкого младенца висела золотая цепочка с медальоном, на котором был выгравирован чей-то герб (в последствии ни один антиквар так и не сумел определить, чьей семье принадлежал этот герб, на котором был изображён вставший на дыбы ягуар, с его оскаленной морды капала слюна, а у его лап друг на друге громоздились черепа).

Когда врачи осматривали младенца, то удивлялись тому, что после пребывания в такой грязи он остался здоровым, весёлым и спокойным. Однако через неделю медперсоналу стало ясно, почему его подкинули: ребёнок оказался слепым. Видимо, его родители или одна мать, что скорее всего, не захотели обременять себя заботой о калеке.

Пока позволяли инструкции, мальчика оставили в роддоме и заботились о нём всем коллективом. Особенно полюбился он уборщице, которая уже давно работала в больнице, никогда не была замужем (ходили слухи, что она до сих пор девственница), но очень хотела ребёнка. Вот она-то и заметила совершенно случайно, что мальчик может видеть, если ему надеть чёрные очки.

А случилось это так. Мари, так звали уборщицу, в очередной раз мыла полы в детском отделении. Погода в этот день стояла солнечная, даже через оконные стёкла глаза слепило, и женщина весь рабочий день проходила в тёмных очках. В них-то она и подошла, что взять мальчика на руки и потетешкать. Ребёнок потянулся ручками к ней и, случайно задев очки, потащил их на себя. Очки закрыли ему лицо, и, посмотрев на его глазки, Мари показалось, что он смотрит на неё осознанно.

Поиграв с мальчиком, она пошла к окулисту и поделилась своими мыслями. Старенький врач внимательно ее выслушал и полез в свои многочисленные стоявшие на полках в его кабинете талмуды. Он копался минут двадцать, а потом, вскрикнув, мол, нашёл, показал женщине статью в старинной книге, где описывался подобный случай, когда ребёнка признали слепым, но его отец додумался приложить кусочки закопченной слюды к глазам сына, и тот смог увидеть окружающий мир.

На следующий день окулист ещё раз обследовал мальчика и вынес вердикт, что тот может видеть мир через черные очки. Так у ребёнка еще в роддоме появились первые очки.

Вторые и последующие ему покупала Мари, которая выправила все документы с помощью поддержавшей ее администрации роддома забрала мальчика к себе домой, где они и жили до того момента, как Тану (так его назвали в роддоме) или маленькому господину (как звала его Мари) исполнилось двенадцать лет. В этот день его приемная мама просто не вернулась со смены в больнице. У неё случился инсульт, и реанимировать женщину не смогли. Мальчику помогли похоронить мать и уже собирались оформить его в детский приют, но в ночь перед переездом туда парнишка исчез.

Глава 2

Тан путешествовал сначала по стране, а потом и по миру, прибиваясь то к группам туристов, то к попрошайкам, то к странствующим монахам, то к бродячим циркачам, и везде чему-то учился. Так к своим шестнадцати он свободно говорил на немецком, английском, французском; мог объясниться на греческом и испанском; был отличным стрелком и умел обращаться с холодным оружием. Благодаря своей комплекции и систематическим тренировкам, в которые включил и йогу, он стал гибким, сильным и непобедимым. За словом в карман не лез, нравился женщинам но мог осадить их, если чересчур приставали) очень грубо и виртуозно. Сам же ни на кого не обращал внимания, понимая, что, где чувства, там рядом боль, предательство и смерть.

Однажды вечером, возвращаясь с пляжа в Испании, он заступился за хрупкого юношу (как этот ангел оказался на улице один в столь позднее время и в таком неспокойном районе, было непонятно), которого четыре громилы хотели, видимо, или ограбить, или захватить и продать. Как потом оказалось, этот паренёк был сыном сестры местного главаря мафии, и тот, пригласив к себе Тана, спросил, что тот хочет получить в качестве благодарности за спасение своего любимого племянника. Юноша подумал и ответил, что хотел бы работать в своё удовольствие, но не подчиняться никому. Мафиози захохотал и, покачав головой, сказал, что так не бывает.

– Но у меня будет, – пожав плечами, ответил Тан и растворился в ночи. А утром мафиози сообщили, что все четверо нападавших, до этого крепко избитые и доставленные в полицейский участок, умерли в камерах. При вскрытии в их телах нашли следы кураре, но как он туда попал, было не ясно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.