Victoria Fuentes Art Café. Кофейные истории одной неловкой художницы

Глава 1

Что делает жизнь живой?

Это сборник-исповедь.

Он – про моменты. Про те, что даже нельзя назвать событиями. Но в которых ты понимаешь, что мир не просто красив, но ещё и забавен, отзывчив, полон вкусов, запахов и разных сюрпризов.

И они не связаны ни с чем грандиозным. Это не амбициозные проекты, не повышения по службе, не крупные покупки, и не достижения намеченных целей.

Всё проще.

Гуляешь в парке – и вдруг попадаешь под тёплый летний дождь. При этом не пытаешься драпануть в укрытие, а просто подставляешь ладони и лицо под упругие струи небесной влаги.

Или ждёшь прибытия своего поезда. Приезжаешь на вокзал заранее, слушаешь шорох чьих-то шагов по перрону… И вдыхаешь запах шпал. А это предвкушение от поездки!

Долго гуляешь по улочкам города. Понимаешь, что проголодался - и набредаешь на маленькую кофейню с уличным щитом-штендером, где мелом начертаны всего два слова: "Кофе здесь!"

Встречаешь рассвет, и в голове возникает мысль: «Я единственный "неспящий" в этом городе?» Небо начинает светлеть, и где-то там рождается солнце…

Идёшь по весенней улице, чувствуя, как ветер играет с волосами, а воздух пахнет свежей землёй и немного дымком от костра. И ты понимаешь, что уже совсем скоро лето.

Просыпаешься в купе поезда ночью. Мягкое покачивание вагона, уютный приглушенный свет ночников, мерцающее свечение фонарей на полустанках. И кажется, что время едет вместе с тобой, но иногда будто замедляется. А ты взбиваешь подушку, и снова уютно засыпаешь под мерный звук колёс.

Купаешься в море в лучах заката. Кожа светится под угасающим солнцем, а вода - мягкая и золотисто- голубая.

Забегаешь в супермаркет ночью. Ловишь тишину, разбавленную тихим жужжанием холодильников и позвякиванием продуктовой тележки. В которую ты кладешь спелый ананас, упаковку жареных кофейных зёрен, булочки к завтраку и коробочку камамбера.

Первый день в новом городе. Кажется, что весь мир как на ладони - и ты его часть. Вдыхаешь незнакомый воздух и предвкушаешь новые открытия.

Смотришь сериал или читаешь книгу, от которой невозможно оторваться. Слушаешь при этом шелест дождя за окном и прихлебываешь горячий чай. А может быть, похрустываешь чипсами. Которые вредные, но такие, зараза, вкусные!

Июль в разгаре - и ты набираешь в ведёрко первую клубнику со своей грядки. Надкусываешь крупную ягодку, обсыпанную ароматной золотистой пыльцой и зажмуриваешься от удовольствия.

Я приглашаю вас в мир моментов.

Здесь не будет скучной поэтики, но будет много иронии, и всего такого, что – я уверена! – случается с каждым из вас. И здесь мы как бы на одной волне.

Кстати, какие-то зарисовки из жизни я буду сопровождать своими рисунками.

Собственно, свой сборник рассказов я так и назвала: Art Café. Кофейные истории одной неловкой художницы.

Глава 2

О кофемолках

Случилась неприятность - накрылась кофемолка.

Жужжит, крутится, но зёрна не мелет.

Причём в тот самый момент, когда все мысли в предвкушении: уже засыпала два вида кофе, добавила несколько лепестков апельсиновой цедры, приготовила вазочку с тростниковым сахаром и смесь специй.

Я её выключила и снова включила.

На всякий случай.

Ну, вдруг? Вдруг она очнётся и выдаст мне ароматную горсть тонкого помола?

Не очнулась и не выдала.

Помните, в фильме "В джазе только девушки" была такая Красотка Сью? Фактурная барышня-дирижер девчачьего оркестра? Которая чуть что - закатывала глаза и вопила: "Би-и-инсто-о-ок!"

Прибегал менеджер группы Бинсток, и улаживал все проблемы и нюансы.

Вот. Я вошла в образ Красотки Сью и набрала номер мужа, который в этот момент был на противоположном конце Москвы.

Я ведь свято верю, что если что-то сломалось, то сломанную вещь надо отдать в руки мужчины. И я не знаю, как у мужчин это получается, но они всё и всегда приводят в божеский вид и всему возвращают рабочий режим. Словно родились с плоскогубцами в руках.

Ну, а пока, он летит домой к нам с кофемолкой, игнорируя красные светофоры (мне так представлялось) и включив синий проблесковый маячок (который я тоже придумала) - хотелось что-то немедленно предпринять.

Потому что на кофе я настроилась прямо сейчас и прямо здесь.

Придумала. Поскольку лопасть крутилась, то я попробовала смолоть зёрна, наклоняя кофемолку горизонтально. Кульбиты сработали. Помол был – чего уж там! – грубый и крупный. Но это лучше, чем ничего.

В общем, к приезду мужа кофе я таки выпила. А он разобрал кофемолку при мне и констатировал, что придётся всё же заменить её новой. Я деликатно всплакнула (нет).

И вот что интересно. Буквально на днях я, как соловей пела брату, что моя кофемолка – машина-зверь; безотказная и неубиваемая.

Что ей много лет, и я мелю на ней всё! От крупных орехов до мелких специй. И вот... такая незадача. Сглазила что ли? Я прямо физически увидела такую картину: мой брат читает этот рассказ и заливается хохотом Мефистофеля.

Следующие пару дней – пока муж выбирал новую кофемолку, я ходила кругами, вздыхала, а потом внезапно вспомнила: год назад я купила ручную кофейную мельницу.

Причем, купила я её из чисто эстетических соображений. Тяжёленькая такая, керамическая, с деревянной отделкой и корпусом цвета сливочного пломбира.

Я полюбовалась на новую посудинку, поплавилась от счастья обладания, убрала её в коробку... и благополучно забыла.

Возникла мысль: а что, если поэксплуатировать вот эту декоративную вещицу?

И знаете... Ручная кофейная мельница – это медитация.

Вроде бы, алгоритм прост. Достаёшь зерна. Засыпаешь в мельницу. А потом – смотришь так мечтательно в окно и крутишь ручку.

Мысли текут, кофе мелется, по кухне плывёт аромат.

Главное, вовремя очнуться и не намолоть лишку. У меня несколько раз так и было. Ну очень залипательное занятие! Из разряда – жизнь идёт своим чередом, спешить некуда, ну а я...

Я сейчас буду пить кофе.

Глава 3

О специях, хлебе и внезапной спонтанности

Существует бытовая притча о том, что сходить в супермаркет за хлебом ещё никому не удалось.

В смысле — никто ещё не ушёл из магазина просто с хлебом. Как правило, к хлебу присовокупляется пара-тройка пакетов, набитых снедью.

А вот мне удалось. Я покинула супермаркет именно с хлебом.

Вообще-то, я пришла туда за специями для кофе. Причём, за особыми, которые я покупала только там.

Незадолго до этого крестового похода муж меня предупредил, что конкретно здесь они с продажи сняты.

Разумеется, я не поверила. И разумеется, я их там не нашла. Хотя искала. И не просто искала - я методично обошла магазин раза четыре в надежде, что специи где-то здесь.

Просто, наверное, неугомонные мерчендайзеры сделали очередную рокировку продуктов – у них такое регулярно бывает.

И вот.

Ищу, значит, специи. На третьем круге променада приходит озарение, что ищу я зря. Но опыт прошлых покупок смириться с этим не позволяет.

Поэтому, громыхая пустой тележкой, захожу на четвёртый круг. Вдруг я чего просмотрела?

Очередное начало маршрута совпало с хлебным развалом. Который выглядел так, словно здесь прошел конкурс на пекаря года.

Если кратко, то маршрут завершился по-гусарски:

Две чиабатты (к обеду)

Пара круассанов с миндалём (к утреннему моциону с кофе)

Кленовый пекан (для дочки)

Какая-то сдоба, пышностью и размером напоминающая кирпич из пенобетона (умопомрачительно пахла ванилью)

Пластиковая канистра с бисквитным печеньем с вишенками (просто красиво выглядели)

Потом я решила, что этого как-то недостаточно.

И присовокупила к своему "улову" ещё два полуфабриката для выпечки апельсинового кекса. И упаковку мюсли. До кучи.

Уже забирая пакет с булками на кассе, я оценила масштаб и ужаснулась. Куда столько? Зачем?

Затем. Захотелось же, ну!

Дома сочувственно уточнили:

— Психанула что ли? Бывает.

Глава 4

Кошачий кульбит

Пью кофе.

Наблюдаю картину "кошка прыгает со стула на подоконник". Собственно, сама картина заняла доли секунды.

Плюс финал.

Зато подготовка выглядела долгой и многообещающей.

Несколько минут зверь играл боками. Припадал на передние лапы. Бомбардировал взглядом предстоящую траекторию полёта. Хлестал себя по бокам хвостом.

Я прямо физически ощущала, как в кошачьей голове создаётся план глиссады: вспыхивают графики, попеременно чередуются квадратные корни с интегралами, мысленно замеряются углы атаки и все виды ускорений и торможений.

Включая экстренное.

Перед прыжком кошка подбодрила себя протяжным "Муррррллллык", типа, давай, ты можешь.

Момент взлёта был красив – ну как и все моменты, когда кто-то или что-то взлетает. А потом случилась ситуация на тему "Когда что-то пошло не так."

Может в расчетах была допущена ошибка, я не знаю. Или какие-то факторы не учтены. Например, влияние массы собственного зада на полёт.

В-общем, подоконника достигли только передние лапы. На какое-то мгновение. Остальные же части кошки не смогли противостоять гравитации и неизящно плюхнулись на пол.

Кульбит сопроводился шкрябаньем когтей по подоконнику и лёгким "мняяя" от неловкого приземления.

Повторять попытку кошка не стала. Вылизала лапку и утекла спать на стул.

Надеюсь, следующий полёт пройдет менее бездарно. Точнее, верю в неё. Она это может, я знаю. Просто...ну действительно, что-то пошло не так.

Глава 5

Кофейный шмель

Впервые я попробовала бамбл-кофе пару лет назад.

Хотелось бы написать, что я сидела на открытой террасе кафе в лучах заката, и смуглый красавец-официант в сомбреро и с мартышкой на плече поставил передо мной высокий бокал экзотичной расцветки.

Но всё было менее поэтично. Был жаркий и влажный летний день, в разгаре которого я маялась в очереди в МФЦ.

Вокруг сновали смуглые «красавцы», явившиеся туда же за временной пропиской или регистрацией. Наверное.

Куковать в очереди всегда веселее с каким-нибудь напитком, поэтому я отправилась в соседний с МФЦ закуток-кафетерий.

Среди ассортимента кофеёв я обратила внимание на некий "бамбл". С жвачкой что ли? Ах, нет. Жвачка - это "bubble", то есть бабл.

«С апельсиновым соком!» - отчеканила мадам на кассе.

«Вкусный?» - я решила уточнить.

«Кому как!» - важно ответствовала мадам.

Ну, логично. Я всегда за что-то новенькое, поэтому кивнула ей: давайте бамбл. Последующие 20 минут я усиленно пыталась распробовать этот самый "бамбл".

Водянистый от большого количества льда кофе + апельсиновый сок из пакета.. ну вы поняли.

"Вау, как вкусно!" не случилось. Во всяком случае, там.

Но. По своему опыту я знаю, что сочетание кофе и апельсина бомбически вкусное. Ибо уже несколько лет перед тем, как смолоть кофе – я добавляю в зёрна свежую апельсиновую шкорочку.

Так может, взять нормальные ингредиенты и попробовать приготовить настоящий и вкусный "Бамбл-би кофе"?

Оказывается, это наш, национальный напиток. И придумал его бариста Роман Гордеев в начале 2000-х.

Впервые, бамбл появился в "Кофемании" и получил своё название из-за полосатого окраса. Bumblebee – шмель.

Если по классике, то рецепт такой:

100 мл свежевыжатого апельсинового сока

60 мл эспрессо

15-20 мл сиропа карамели

лёд

Пропорции сока и кофе следует всегда соблюдать, в остальном – на усмотрение. В общем, хотя лето уже и кончилось, да и лёд уже не к месту, но… Сезон бамбл-кофе объявляю открытым круглый год!

Глава 6

О кисточках и упрямстве

Заказ кистей на маркетплейсе – лотерея. Потребовалось сделать это три раза, чтобы укрепиться в этой мысли.

Время от времени я люблю наблюдать за творчеством коллег на их авторских YouTube-каналах. И вот приметила, что многие художники пишут картины изящными кисточками с тонким кончиком и петелькой на ручке.

Чувствуется, что творить такой кистью – огромное удовольствие. Которое, буквально, переливается через экран. Акварели получаются изящными, воздушными, ажурными от игры света и тени.

Я загорелась мыслью о приобретении такой же кисти. Потому что я тоже хочу писать с удовольствием, утончённо и… как бы нехотя, но чтоб в итоге – шедевр.

Полезла гуглить.

Оказалось, что это кисти для каллиграфии. Тонким кончиком удобно прописывать мелкие детали. Зачем нужна петелька на ручке, я до сих пор не выяснила.

Пошерстив интернет, я нашла несколько сайтов, где продавались эти самые кисти. Несколько раз порывалась заказать там, но заказ из 1-2 кистей... Несолидно как-то.

Вспомнила про старый добрый Озон и заказала кисти там. Причём. По виду они абсолютно такие, как надо. Тонкий кончик, петелька, вот это всё.

Решила, что средний размер самое оно. В размерной линейке акварельных кистей средний – это «пятёрка". Или "шестёрка" – разница невелика.

Когда кисть прибыла, я уставилась на неё с немым вопросом. Возникло чувство, что на складе перепутали художественный инструмент с реквизитом для дворника. Длиннющая деревянная палка, увенчанная волосяным пучком, которым можно было мести улицу.

Озадаченная, я водрузила это изделие в банку для кистей, рассудив, что "когда-нибудь пригодится". Не выбрасывать же?

Выждав примерно месяца три, я решила испытать судьбу повторно. Эти кисти для каллиграфии всё ещё не давали мне покоя.

Заказала сразу две. Поменьше. "Четверку", если быть точной. Думала – ну, эти то! – наверняка, подойдут.

Пришли. Размером обе напомнили мне павлиньи хвосты, которые выдрали и примотали к длиннющим учительским указкам. С петелькой на конце.

Меня охватил азарт.

Вместо того, чтобы остановиться и купить нормальные кисти в магазине для каллиграфии, я снова отправилась на Озон. К тому же поставщику.

Заказала уже "двойку". "Двойка" для кисточки - это очень маленький размер, с тончайшим кончиком. Если в классическом исполнении.

Я не надеялась, что моя "двоечка" будет крошечной, но хотя бы не огромной!

Кисточка приехала. При взгляде на нее возникло ощущение де жавю. Это была очередная метла для тротуара.

Недавно я услышала фразу: "На граблях, как на батуте". Вот, это про кисти с Озона.

В общем, я присовокупила новую кисточку к прежним. Пусть стоят пока. Возможно, когда я возьму лист формата 50х70 см, я себя еще похвалю. За то, что когда-то их купила.

А недавно увидела у дочери офигенную кисть. Правда, для макияжа. Какая же это вещь! Аккуратная, объёмная, шелковистая, раскрашенная разными цветами, как хвост единорога. Может, попробовать ею написать картину?

Судя по всему, дочь в моих восторгах определила подобные намерения. Потому что предупредила – посягательство на кисть для макияжа в художественных целях будет расценено как эскалация.

Вот, креплюсь.

Глава 7

Как я стала художником обложки журнала

Ввиду начавшегося учебного года, вспомнила одну историю.

Как-то, ещё на первом курсе универа, я нарисовала шарж на препода по информатике на обложке журнала нашего факультета.

Журнал являлся обязанностью и привилегией старосты, которая чинно ходила с ним туда-сюда, палила там посещаемость группы и относила его в деканат.

Надо сказать, что препод по информатике — ПЭВМ-щик, как его называли — был личностью малосимпатичной в принципе. И не в последнюю очередь из-за своего желчного характера.

И его внешность характеру вполне соответствовала.

Он напоминал чёрта, внезапно выскочившего из табакерки: со всклокоченной бородёнкой, в неизменно засаленном пиджаке, глазами в кучу, и лысиной, которую он старательно прикрывал остатками волос. Из-за этой причёски казалось, будто препод выглядывает из зарослей укропа.

В общем, это был колоритный персонаж, и рисовать его было весело!

Когда шарж был закончен, я ткнула локтем в бок подругу, дремавшую рядом и кивнула на журнал. Подруга мгновенно проснулась и слегла от смеха.

Сидевшие рядом с нами одногруппники скосили глаза на моё творчество и тоже рухнули под стол.

Столам, стоящим рядом, стало любопытно, с чего это нам так весело. В общем, журнал пошёл гулять по аудитории.

Поднялся хохот.

Препод, стоя за кафедрой, как обычно, нудил лекцией и внимания на шелест веселья не обращал. Сначала не обращал.

Потом, видимо, вышел из собственного транса и сообразил, что аудитория ржёт — и вряд ли над лекцией. Ибо ничего остроумного он в принципе никогда не говорил. И сейчас специально тоже никого смешить не собирался.

Чтобы прибавить своим окулярам зоркости, ПЭВМ-щик сдвинул их ещё больше в кучу, собрал губы куриной попкой и наморщил лоб. Приняв сей грозный вид, он начал этим взглядом громовержца сканировать аудиторию.

Журнал мгновенно исчез под какой-то партой, а студенты приняли подобающий всем школярам вид: уважительный, усердный и сосредоточенный. Казалось, порядок был восстановлен.

Препод расфокусировал взгляд обратно и вернулся к обычному бубнёжу на тему информатики. А журнал попутешествовал дольше.

После чего веселье возобновилось.

Несколько раз ПЭВМ-щик снова принимал грозный вид Зевса, пытаясь углядеть причину турбулентности, но ничего из ряда вон выходящего не обнаружил. Со всех рядов на него просто глядели весёлые физиономии и широкие улыбки.

Наконец, журнал доплыл до старосты нашей группы.

Она взглянула на него, и выражение её лица стало каменным. После лекции она решительно направилась ко мне. Ибо кто же ещё мог такое изобразить?

Гневным голосом она поинтересовалась, как теперь она понесёт этот журнал в деканат? Как она его будет сдавать в таком виде?

Когда я рисовала препода, то, конечно же, об этом не думала. В семнадцать лет вообще думают мало. А даже если и думают, то явно не о приличиях.

Народ погалдел на эту тему, и было решено оставить журнал на столе в аудитории.

Типа, забыли.

В любом случае, он никуда не денется, и в деканат его передадут. Разумеется, "невзначай" мы оставили его там же, где всё еще пребывал наш гуру ПЭВМ. Так что, в итоге, он тоже этот журнал увидел. Его реакции мы уже не увидели, так как срочно сделали оттуда ноги.

А когда староста забрала журнал из деканата на следующий день, то при нём уже красовалась новая обложка.

Сразу скажу, что никого не трепали, к декану не вызывали и определить, чьих это рук дело – не пытались. Может быть, в деканате даже поржали по этому поводу. Возможно ещё и потому, что ПЭВМ-щик не только у студентов, но и в учебной части тоже – в списках фаворитов не числился.

Правда староста пригрозила, что если я ещё раз пущусь в подобные художества, то она напрямую сообщит в деканат, кто автор.

Так что с тех пор я воздерживалась от наскальных росписей. А преподов и одногруппников рисовала исключительно на полях тетрадок с лекциями.

Глава 8

Аргентинская история (но не про танго)

Вспомнился тут мне Буэнос-Айрес и приключения, которые там случились.

Точнее, приключение. То есть, впечатлений там было достаточно, но вот именно приключение – слава Богу, одно.

Несколько лет назад я гостила у своей родной тётки Ольги в Буэнос-Айресе. Ольга с семьёй эмигрировала в Аргентину в начале 2000-х. Собственно, там она благополучно и пребывает по сей день.

Ехать туда я никогда не собиралась, но поездка состоялась – спонтанно и внезапно. Южное полушарие Земли мне понравилось. Всё было не только новым, но и выглядело и ощущалось совершенно непривычно и иначе! Даже воздух пах по-другому.

Единственное, что роднит нас с Буэнос-Айресом – это сеть магазинов «Ашан» с одним и тем-же набором продуктов. Ну, с местными вариациями – папайя, авокадо разного калибра и всех оттенков зеленого, местные вина и сыры. Это как раз не удивляло.

Больше всего в Буэнос-Айресе я любила утренние часы. Время кофе и пробежек в парке. А сам латинский город пахнет жареным хлебом, мокрым асфальтом и солёным ветром.

Собственно, эта история и произошла как раз утром.

Ольга с мужем отправились в парк на утренний моцион. Я же предпочла поспать подольше и неторопливо позавтракать со своей маленькой дочерью.

И вот.

Сижу, значит, на кухне. Дочка поела и убежала играть в комнату. А я сижу. Подливаю себе в чашку кофе из кофейника и наслаждаюсь атмосферой.

Балкон распахнут! С высоты 11-го этажа видно, как солнце заливает город. Ветер слегка раздувает лёгкие шторы. Идиллия и покой.

Отвлеклась я, буквально, на секунду. Отвернулась к тостеру. Потом откидываюсь обратно на спинку стула и столбенею.

В проёме балкона стоит огромный негр и смотрит на меня. Я тоже таращу глаза на него… и молчу.

В груди ширится ужас и полное непонимание происходящего.

Мало того, что я никак не могу объяснить появление человека на своем балконе на 11-м этаже.

Ситуация усугубляется ещё и осознанием того, что я сижу тут перед этим парнем практически неглиже – с голыми ногами и в лёгком халатике, наброшенном на плечи после душа.

И с чашкой кофе в руках.

Негр, видя, что на нем, наконец-то сфокусировали взгляд, начинает махать руками и что-то орать. Разумеется, по-испански.

Испанский я знала, примерно, как китайский или корейский – то есть, никак. И даже если бы я собралась с духом и вынырнула из состояния шока – вряд ли я могла бы объясниться с визитёром по-английски. В Аргентине на английском практически не говорят.

Негр, видимо, усёк, что его не понимают и начал жестикулировать в два раза энергичнее.

Я в свою очередь, немного придя в себя, начала озираться в поисках чего-нибудь тяжёлого, ибо под рукой у меня были только чашка с кофе и кофейник.

Парень, видимо, прочёл это намерение по моему виду, замахал руками и сделал шаг вперед.

У меня перед глазами пронеслась вся жизнь и все совершенные когда-либо грехи. В общем, я схватилась за кофейник и уже приготовилась запустить им в негра.

Но не успела.

Негр вихрем пронёсся мимо меня, в пару прыжков оказался у входной двери, отщёлкнул замок-собачку, выскочил за дверь и захлопнул её за собой.

Минут 10 я тупо таращилась на дверь, силясь понять, что это, чёрт возьми, все значит.

А ещё через четверть часа с пробежки вернулись Ольга с мужем. Нашли они меня там же – на кухне, с кофейником.

Ольга выслушала мой рассказ и потащила меня вниз. Надо сказать, что первые этажи подъездов в домах Буэнос-Айреса напоминают гостиничные лобби. Стойка, пара консьержей-портье, куча камер, вот это всё.

Один из ребят в форме, стоящих за стойкой выслушал наш рассказ. Говорила, разумеется, Ольга, по-испански.

Консьерж с каменным лицом выслушал вводные и уточнил:

- Сеньорита уверена, что она видела негра на балконе?

Ольга перевела вопрос.

Блин, такое можно придумать?

Консьерж почесался и задал следующий вопрос:

- Сеньорита была трезвая?

Он серьёзно, что ли? Вместо ответа я просто дыхнула на него.

Третий вопрос был прекрасен.

- Сеньорита ведь из России?

Я заорала на Ольгу, что если он и дальше будет задавать тупые вопросы, то мы не продвинемся никуда! Пусть смотрят камеры!

Откуда-то вынырнул третий консьерж, в форме и с усами. Он снова выслушал нас, покивал и заверил, что пересмотрят всё, отснятое камерами за это утро.

Предложение вызвать полицию энтузиазма не вызвало. Пострадавших ведь нет? Нет.

Я опешила: то есть как это – нет? А я?

Консьерж авторитетно уточнил: так вы же не пострадали? Он же вам ничего не сделал?

Ну, конечно, не сделал. Я чуть головой не приехала от шока!

А если бы на моём месте оказался человек со слабым сердцем? А вторжение на приватную территорию – не преступление разве?

Консьержи выслушали, вновь покивали и пообещали просмотреть все камеры и вычислить прохвоста самим. Обещали держать в курсе.

До вечера они колбасились с видеозаписями... и ничего подозрительного не обнаружили.

На камерах сновали туда-сюда только жильцы дома. Одни шли на работу, кто-то выгуливал собаку и возвращался с ней. Кто-то провожал детей в школу. Ничего из ряда вон происходящего в записях не было.

Вечером они так и отчитались. И развели руками. Мол, сделали, что смогли.

Естественно, что для нас это ничего не проясняло.

Негр был? Был.

В квартиру через балкон проник? Проник!

Напугал до смерти, и вообще – что это такое? В следующий раз на балконе окажется слон или летающая тарелка – нам опять скажут, что всё норм, все свои?