- Рейтинг Литрес:5
Полная версия:
Fite ReTret Грани Грез.
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Школьные занятия закончилась уроком физкультуры. Вышибалы! Любимая игра Мун. Когда играешь в вышибалы на выживание твоих рук против круглых кусачих монстров, быстро научишься уворачиваться. А после нескольких таких испытаний станешь асом в игре. Тут главное лупить в неполную силу, иначе обученный Избранник мимо ходом переломает кости всем одноклассникам.
Мун ловко отбивала мячи и, стараясь сдерживать удар, отправляла их обратно. Голдон, друг Алис и теперь уже Мун, на пару с Хатсон уворачивался от каждого летящего снаряда. Он был высоким и худеньким парнем. Синие волосы все время сбивались в кучу, орлиный нос удлинял и без того вытянутое лицо. Но собранности Голдона завидовала даже азартная Мун. Она старалась изо всех сил, чтобы в тело не попала и пылинка с мяча. Но увидев удивление и увлечение тренера, Мун неохотно позволила попасть в себя. Хотя, это произошло и под самый конец, когда Ловец сделала вид, что отвлеклась на непослушный шнурок. Но ты и я знаем, что удивительная ловкость Мун не пронесётся мимо незаметно.
Казалось, в этот день не могло произойти ничего удивительного. Но всего один видеоролик смог перевернуть всю школу с ног на голову. Эту судьбоносную запись сделал один из ведущих журналистов города Вэйт Клайдис, который всегда в курсе последних новостей и даже опережает телевидение.
Видео началось со слов Вэйта, стоящего за кадром своей камеры. Информацию в видео передавали забавные анимации и фото, показывающие то город, то главное здание, то нарисованного представителя известной киностудии.
– Привет, дорогие потенциальные зрители и участники конкурса, о котором я случайно узнал, пока проходил мимо совсем не подозрительного здания. У меня для всех вас важная новость! Городская администрация, в паре со знаменитой киностудией Лайн объявляют конкурс короткого кино.
В этот момент на фоне вылезли актеры, загримированные под зомби, а журналист, продолжая оставаться за кадром, подбежал к массовке.
– Как известно, темой конкурса видеороликов будет хоррор или же комедийный ужас. Вашей задачей будет не просто напугать или рассмешить зрителя пародиями, но и затронуть все ниточки их эмоций! Не забывайте, короткометражки должны передать целый мир за пару минут. Хэй, ребята, не поделитесь со мной тем, что вы планируете сделать?
Один из зомби, кривляясь и мыча посмотрел в сторону камеры. В объективе сверкнули кислотно – зеленые глаза. Затем он сначала медленно поковылял в сторону журналиста, а после галопом бросился прямо на камеру. Остальные последовали примеру своего товарища. Вэйт выхватил камеру и сделал вид, что пытается убежать от настоящих монстров. Но притворство улетучилось, когда в кадре объявились разгневанные охранники с командой гримеров.
– Ой-ой, у нас могут возникнуть технические проблемы. Удачи в начинании, друзья. Зарегистрируйте коллектив и отправьте видео на почту, указанную внизу экрана… Техник же ее вывел, верно? Ну, надеюсь на это. Ох, если я выживу, не забудьте позвать меня посмотреть на ваш шедевр.
На этом видео обрывается, а на экране высвечивается извинительная запись о неполадках с журналистом.
Школа Инока воодушевилась. После объявления официальной новости, директор одобрил участие в конкурсе. Школьный совет принял решение доверить организацию съемок одному из членов кино-кружка. Это была старшеклассница Кристина Коль, которая в тот же час организовала сбор всех тех, кто хотел бы поработать со сценарием. Мун в число писателей не входила, поэтому весь процесс разработки сюжета она пропустила. Хатсон не планировала участвовать в съемках, поэтому постаралась как можно скорее покидать пределы школы всю оставшуюся неделю.
В очередной беспокойный день – четверг, шестого числа, Мун в коридоре встретил директор Иноки. Вид у Норсона Верли был многообещающий. Казалось, что при нем Ловец нарушила с десяток правил, за что без промедлений получит строжайший выговор. Но заметив волнение Мун, Норсон поднял голову и расслабил плечи.
– Как дела на новом месте? Может, есть жалобы или же хочется чем-то поделиться? – Верли встал так, что Мун могла избежать разговора, только повернувшись к директору спиной и быстро побежав к выходу.
– Все в полном порядке, я уже начинаю запоминать имена преподавателей и учеников. – Мун в надежде высматривала знакомые лица, способные ее забрать, но безуспешно.
– Хорошо. Тогда, как насчет выполнить одну мою маленькую просьбу? Почувствовать в жизни общества? В команде Коль дефицит кадров, им не хватает актеров на роль призраков. Вот, по ее просьбе, я и брожу по школе в поисках подходящих людей.
– Разве участие не должно быть добровольным? Это не совсем достойно поведения главы школы. – На ответ Мун, Верли недовольно покачал головой. Его волосы доходили почти до плеч, поэтому при каждом движении головы они чуть пушились, натираясь о край пиджака.
– Хатсон, я что тебя сейчас схватил за руку и принудительно увожу в команду? Просто напомню, что те, кто участвует в съемках временно освобождаются от занятий и домашних заданий. Ты, как и другие маленькие призраки, могла бы получить бесценный опыт. Но если отказываешься, то так тому и быть. Набор актерской труппы ведется в главном зале, если все же надумаешь сходить, проверить свой актерский талант.
Верли размеренным шагом направился в сторону кабинетов естественных наук. Мун проводила его взглядом до конца коридора. Только после того, как директор заговорил о схожей просьбе с другими учениками, Мун, со спокойной душой отправилась вперед.
Путь в класс, как назло, пролегал через актовый зал Иноки. Из него доносилась то классическая, то живая музыка кантри. Но Мун не смогла пройти мимо, когда после мелодичного отступления, вдруг на весь коридор заиграл тяжелый металл. Ловец приоткрыла дверь и просунула голову, в надежде глянуть, что происходит на прослушивании.
Классическое представление тендера разрушилось в один миг. Внутри актового зала происходило настоящее безумие. Актеры внизу безуспешно пытались собрать рассыпанные по полу глаза, мишуру и разлитую краску. Пришедшие на пробы дети оказались в затруднительном положении. Страховочные тросы, благодаря которым создавался эффект полета, притянуло к потолку. А все из-за того, что люди, натягивающие их, поскользнулись на искусственной крови, затем случайно отпустили канат. На этот случай внизу постелен большой надувной матрас. Но вместо ожидаемого падения, трос запутался в сценических проводах и намертво застрял в двух метрах от сотрудников. Музыка же играла различные мелодии, потому что один из учеников просто оставил в проигрывателе свой телефон. Посреди хаоса стояла высокая девушка, в темно – зеленом берете, теплом красном свитере, больших черных шортах, под которыми порвались как колготки, так и чулки. Казалось, она просто обдумывает план, как всех успокоить, но во взгляде считывалась еще большая паника, чем у любого присутствующего сейчас здесь ребенка.
Мун решила войти и попытаться пробраться к проводам. Это оказалось даже проще, чем она ожидала. В беспорядочной беготне на Мун никто и не обратил внимания, до того момента, пока школьница не приблизилась к сцене. Один взрослый работник подбежал к Мун и попросил подержать лестницу. Его коллега потянул ногу, поэтому сейчас спасти детей может только один из них. Хатсон охотно согласилась. Волнение за незнакомых людей охватило девушку до такой степени, что она еле удерживала лестницу. Ее разрывало от желания самой вскарабкаться по тросу и спасти бедолаг или же использовать власть Грез, чтобы просто разрезать канат. Но сотрудник вовремя распутал узел и пленники высоты с шлепком упали на матрас.
Мун выглянула из-за сцены. Кажется, ребятам удалось собрать весь мусор с пола и остановить проигрывание случайных песен.
– Вот так еще до сьемок кадры получатся. Ты превзошла саму себя, Кристина. Уверена, что после такого нам необходим материал? – в углу стоял невысокий кудрявый белокурый мальчик четырнадцати лет. В руках он сжимал камеру, чудом уцелевшую, после взрыва краски.
В ответ девушка в берете только швырнула в сторону оператора комок слипшейся мишуры. Она осмотрела всех, а потом громко стукнула по полу ногой.
– Я сделала выбор, дорогие участники! Нам идеально подойдешь ты – Кристина направила палец в сторону темноволосого мальчика, всего покрытого розовой краской – и ты! – второй жертвой оказалась Мун, которая только наполовину выглядывала из-за кулис.
Пока Мун приходила в себя, как и половина толпы в зале, сотрудник, повредивший ногу, спокойно встал, собрал лестницу и пошел. То же самое сделали трое застрявших на потолке ученика. Часть людей эффектно поклонилась и громко захлопнула за собой дверь. До Мун сразу дошло, что здесь происходит, правда причина столь экстравагантного испытания, для нее, как и для всех участников, оставалась загадкой.
– И так, я объясню вам, что вы только что пережили. – начала Кристина – Эти изумительные члены театральной труппы помогли мне выявить тех, кто испытывает подходящие по сценарию эмоции и готов справиться с возложенной на него миссией!
Кристина схватила мальчика и подтащила поближе к себе ошалелую Мун.
– Вы такие героические натуры! Я чувствовала в вас страсть, желание и главное не отчаяние, а смелость рвать все вокруг ради цели! Поэтому вы станете идеальными антагонистами в нашей постановке! Полагаюсь на вас, мстительные призраки героев!
Часть 2 «Продадим же побольше марок»
Объявление видео-конкурса затронуло сердца не только детей школ, но и многих взрослых. Некоторые уже планировали посмотреть творения своих коллег, а кто-то упорно составлял графики съемок на выходные. Ведь главным призом было финансирование настоящего полнометражного фильма с полным составом группы победителей. Ну конечно, кто упустит возможность сняться рядом с любимой актрисой или же оказаться в кадре знаменитого режиссёра.
Одной из компаний, решившей принять участие была известная на всю страну почтовая сеть Аэроплан. Что же выделяло ее из общей толпы? Нет, вовсе не знак бумажного самолетика со следом из трех бирюзовых листьев. Во-первых – их ответственность. Не важно шторм за окном или землетрясение, но письма и даже самые крупные посылки приходили целые и точно в срок. А во-вторых, владелец Аэроплана был популярен не только в обществе людей, но и уважаем среди беспощадных Кошмаров.
При свете дня Гроф Хэнг выглядел куда более привлекательно, чем ночью посреди леса. Как всегда, на рыжеволосой макушке красовалась новая светлая плетеная шляпа. На плечи было накинуто легкое белое пальто, под которым не менее светлая хорошо отглаженная рубашка. А вот аксессуар на шее, кажется мне, оставался неизменным. Смог носил розовый шарф даже в жаркие летние дни. Он скрывал некоторые значительные дефекты в районе головы и глубокие неприятные шрамы, оставленные хозяином тела. И лишь при свете дня некоторые люди могли увидеть истинно удивительное явление – мохнатые розовые остроконечные уши торчащие прямо из-под шляпы! На самом деле эти уши ничто иное, как символ смертельного проклятия. Вот только, из-за удачи и быстрой реакции Смога, оно всегда сходит на нет или даже приносит пользу.
В центральном штабе прозвучал сигнал пожарной тревоги. Звук, который мог запросто вывести из себя толпу людей с ужасающим скрежетом оповещал работников. Те, в свою очередь, старательно игнорировали происходящее. Очередные учения? Нет, все куда хуже, и каждый знал об этом.
– И так, я объявляю общий сбор! Начнем же наш мозговой штурм. Нам необходимо попасть в десятку лучших, чтобы прорекламировать нашу почтовую сеть. – как и ожидалось, на зов Смога никто не откликнулся. Не удивительно, что сотрудники стерпевшие шумовые пытки хотели бы только закопать своего начальника. – И никакой реакции? Печально. Хорошо, тогда поступим иначе. Если мы не попадем в десятку лучших работ, я лишу некоторых членов оплачиваемого отпуска.
Последняя фраза прозвучала как заклинание, на которое пришли трое главных сотрудника офиса Аэроплана Монс Понтиса. Собрание проводилось за столом, стоящим посреди темного склада, который часто переполнен всякими бумажками, пакетами и разбросанным наполнителем. Поэтому нетерпеливое дыхание каждого участника приводило в движение ту или иную стопку бумаги.
– Хэй, погоди секундочку, ты не можешь так поступить с самыми верными тебе работниками! – В основном, условием была недовольна только одна сотрудница – Беки Шолд.
Беки, как и Смог являлась Кошмаром. С самого детства девочка развивалась в человеческом обществе, поэтому ее назначили разносчиком писем. В скорости Шолд превосходила большинство людей, а усталости почти не чувствовала. Из-за удивительной выносливости и внимательности, ей приходилось одной разносить почту по всему городу всего за два часа. Бывало, Смог помогал ей, но только во время циклона или более крупномасштабного катаклизма. Почти все сотрудники Аэроплана считали Бэки дочкой Хэнга. Она повторяла как цвет волос, так и оттенок глаз, тон кожи и даже частичную мелазму Смога. Единственным отличием были объемные курчавые волосы, несносный характер и маленький круглый нос.
– Конечно, вы настолько верны своему делу, что не смогли оторваться от телевизионного шоу, когда я вас дважды позвал. – Смог растаял в фальшивой улыбке, от чего у остальных пробежали мурашки.
Напротив владельца компании стоял недовольный парень в длинной салатовой кофте, капюшон которой накрывал почти половину лица. Его и без того темные серо-карие полузакрытые глаза казались под тканью более мрачными и безжизненными, чем у кукол на витрине. Этой недавно проснувшейся личностью было самое настоящее Проклятие по имени Некорил. Верно, Нек – воплощение самых смертельных проклятий, которые он все время применял на людях. Жертв Нека можно легко отличить от других неудачливых проныр, ведь каждый меченый смертник носит такие же, как и у него, остренькие пушистые ушки. Вот только, в отличие от цели, уши Нека видны любому человеку, поэтому он всегда их прячет под специальными, пришитыми к капюшону зелеными чехлами, повторяющие форму ушей.
– Если ты собрался прервать мой сон очередной бесполезной информацией, я нашлю на тебя проклятие утопления под зонтиком… – пробубнил Нек, протирая глаза.
– Э-эй, прекрати так шутить! В прошлый раз из-за такого же проклятия на Понтис налетел недельный шторм. Не прибавляй мне работы и не лишай благ человечества! – Бэки недоверчиво посмотрела в сторону Смога, который тихо посмеялся с ее фразы. Злость переполняла девочку и, чтобы не разбить окружающую мебель, Шолд со всей силой сжала рукав Нека.
– Спокойно, Бэк. Нас же просят подумать над чем-то… эм… конкурсном видео, помнишь? Про него еще Вэйт бубнил сегодня. – Нек разговаривал спросонья очень лениво и медленно, что еще больше раздражало Беки.
Группа задумалась. Муза все никак не могла посетить ни одной присутствующей головы. Тишину нарушил резкий выкрик Шолд. Она ударила ладонями о стол и, выделяя свой статус, подняла голову вверх.
– Нам же нужно сделать фильм ужасов? Так просто заснимем Фоба, а после он спроецирует для каждого зрителя свой страх! Ха, да мою гениальность надо продвигать в массы!
– Не хочу огорчать тебя, глупый ребенок, но если мы каким-то чудом заснимем этого Кошмара, то это никого не напугает, кроме нас самих. Он же просто покажет наши страхи. Например, твое любимое пережаренное безе. – От слов Нека, Шолд перекосило от охватывающего ужаса.
– Тогда, почему бы не использовать пример человека, который пугает не хуже вашего… Существа? Ведь люди будут бояться больше того, что может произойти с ними в любой момент. – Наконец, заговорил новый член команды.
Несколько дней назад в главном почтовом отделении появился загадочный работник. Он не мог ничего о себе рассказать и, кажется, ничем не интересовался, кроме как о частой боли в руках. А все дело в том, что совсем недавно эта личность за один день, дважды чуть не отправлялась на тот свет. В первый раз молодой мужчина пережил удар током, а во второй раз настоящим чудом справился с серьезным смертельным сквозным ранением.
Смог рассказал узкому кругу знакомых, знающих о мире Грез, о том, что новый сотрудник – Клавис Хэнг или же существо Армелхейд. Он старый знакомый Смога, однако недавно с ним приключилась беда, из-за чего Клавис постоянно теряется в мыслях и не может вспомнить почти все моменты из жизни. Но есть у Армелхейда одна особенность, превосходящая многих Иллинтов, за которую Смог и привел юношу в Аэроплан. Он назвал ее подобием бессмертия. Именно поэтому, в ту ночь, когда Клависа разъело снайперским снарядом, он лишь временно потерял сознание, а не умер.
– Это может сработать. Убийца, который давно промышляет в Монс-Понтисе, уже не сенсация. Но если мы добавим немного остроты в сюжет, сможем сделать так, что прямо в кинозале люди начнут подозревать и друг друга. – Нек схватил листок, с рядом стоящей полки, и принялся быстро вычерчивать какие-то картинки.
Спустя пять минут упорной работы тупым карандашом, Нек наконец-то продемонстрировал товарищам свой замысел. Раскадровка, не хуже профессионального комикса, рассказывала историю убийцы, который нацелился на девочку: «Он заманивает ее на горные озера, а затем, окрашивая воду в красный медленно раздирает жертву на части. Вину злодей спихивает на участника культа, который является еще одной легендой города. Несмотря на то, что убийцу могут заподозрить в любой момент, он нацеливается еще на одного человека. Медленно водя рукой по различным фотографиям, он придумывает очередной изощренный способ насилия. На последнем наброске был изображен довольный человек, который сидит в зале и смотрит кино про себя же.» Сценарий очень понравился Бэк. Смог и Клавис хотели было попробовать доработать сюжет в более реалистичную сторону, но отказались от этой идеи, увидев убийственный взгляд автора сценария.
Самым сложным этапом подготовки к съемкам стал поиск подходящего маньяка. Кандидатуру взялся подбирать Смог, озадачив при этом Нека и Клависа поисками главной героини. Без лишних промедлений Иллинт захватил сумку и маленькую камеру, а затем, предварительно распахнув дверь пинком, вбежал из Аэроплана. Повезло, что в тот момент не было никого, чтобы пришибить металлическим препятствием. Клавису оставалось только удивляться странному поведению нового босса. А вот Некорила и Беки заботила совсем другая ситуация.
– Почему ты не можешь сделать меня хоть раз центральным героем? – крикнула Бек, пытаясь схватить коллегу за тканевые уши. Тот же с легкостью уклонялся от ее выпадов.
– Главная героиня моей истории должна быть нежная, уверенная в себе девушка. Актриса должна уметь передавать не только ужас, но и вызывать доверие, симпатию к ее смертельному будущему. Словно она под проклятием, которое сама же и наложила на себя. – Нек говорил так воодушевленно, что его голос стал нежен и высок, как у задуманной героини. Тот, кто видел множество смертей, живо представлял каждый элемент предначертанной судьбы жертвы.
– У меня и так есть все эти качества, так еще и умноженные на сногсшибательную мимику и красоту! – прорычала Бек, готовая свернуть ножку шкафа, лишь бы достать длинное оружие.
– Ага, ты своей мордой кого угодно заставишь упасть. Или заставишь подняться и сбежать от испуга каждого зрителя еще до презентации антагониста. Постой, ох неловко, но разве работа Пэззла не состоит в том, чтобы не дать человеку встать? – после этих слов Бэк окончательно впала в бешенство. Теперь преграда в виде башен из коробок для нее казалась ничтожной галькой.
Бек разом перепрыгнула преграду и свалилась прямо на макушку Проклятия. Тот без сопротивления принял захват Кошмара. Все для того, чтобы поскорее успокоить девочку. Собрав все силы, Нек с осторожностью встал. Бек нависала на его голове и плечах, продолжая балансировать даже когда ее заложник выпрямился в полный рост и стал разминать спину. Зная свою маленькую коллегу, Нек решил переждать, пока обессиленная Беки сама не соскользнет с тела.
– Слушай, а ты не пришибла там Клависа? – спросил Нек, когда обнаружил безлюдный разгромленный склад.
– Нет, уж его лицо я бы запомнила при ударе. Но даже из любопытства ни за что не трону Армелхейда. Ты же понимаешь, он и сам жуткий, а наш глава еще хуже… – Шолд огляделась и тоже поняла к чему клонит существо под ней. – Когда он успел улизнуть мимо меня?!
– Ты задаешь неверный вопрос. Если склад пуст, нам бы знать куда он направился и где сейчас. К счастью, на нем нет нашей эмблемы, а то у некоторых жителей могут возникнуть нежелательные вопросы.
Пока Некорил и Беки воевали на складе, Клавис решил самостоятельно поискать подходящего актера. Хэнг детально запомнил, как должна выглядеть героиня, ее повадки, голос и взгляд. Именно поэтому Клавис неспеша прогуливался по округе, заглядывая во дворы и окна каждой встречной машины. Если успевал, то даже останавливал прохожих и просил поговорить с ним, чтобы проверить тембр голоса. Некоторые девушки действительно рассказывали мужчине о своих домашних делах или о чудной солнечной погодке. Но каждый раз он бесцеремонно закрывал рот собеседницы ладонью и просто уходил, когда понимал, что голос не подходит героине. Когда же Клавис заприметил автобус, то ворвался в него на остановке и щупал лица каждой, хоть немного подходящей девушки. Не сложно догадаться, что уже через пару часов беспризорник был задержан, с красным от множества пощечин лицом.
Сдавливающий черный салон полицейского автомобиля еще больше заставлял чувствовать на кистях наручники. Заслужил их наш спокойный и уравновешенный друг, когда спутал со спины сотрудника полиции с девушкой. Его искала не одна бригада, но из-за быстрого передвижения мало кто запомнил приметы безобразника. Счастливый случай предоставился дорожной полиции, которая только узнала о странных домогательствах. Клавис схватил сзади блондинистую голову стража порядка и, ощупывая его шею, не на шутку напугал второго напарника.
Клависа задержали и усадили на заднее место полицейского автомобиля. Нарушитель не переживал о том, что его сейчас ждет. Основная причина этого было очевидное незнание ни законов, ни что следует за их нарушением. Один из представителей порядка Кортот – высокий молодой мужчина с короткими черными волосами и хорошо ухоженной бородкой, хотел было завести машину и отправиться в участок, как вдруг к окну подбежал взволнованный от радости Смог. Он нагло открыл водительскую дверь и заглушил двигатель автомобиля.
– Вениамин! Наконец-то я тебя нашел. Поверить не могу, весь город оббегал в поисках твоей хитрой душонки. Хочу предложить одну роль… – Смог вдруг притих, распознав в лице нарушителя своего подчиненного.
– Черт бы тебя утопил, Гроф, ты в своем уме?! Не знаю, для чего я тебе так срочно понадобился, но перестань задерживать нас и подожди конца смены. А еще лучше, сделай милость и прибавь мне работы своей пропажей. – недовольный мужчина попытался вытащить рыжую голову наглеца, но Смог упорно продолжал осуждающе всматриваться в невинные глаза Клависа.
– Прости, отступим на шаг. Веня, тот человек на заднем сидении… Что он натворил?
– Не твое дело, Хэнг. Если продолжишь, я и тебя захвачу с собой. Там мы о многом поговорим.
– Какая славная идея! – Кошмар еще глубже залез в салон, чтобы нажать на разблокировку задних дверей. В ходе этой операции, Смог разлил кофе на форму служащих, к тому же поцарапал щеку напарника Вениамина полем шляпы. После того как он вытащил голову, запрыгнул к своему названному другу, закинул шляпу в середину салона и комфортно уселся на оставшемся сидении.
Лев Полиа – напарник Вениамина – хотел вышвырнуть хулигана прочь, но его приковал взгляд коллеги. Кортот вопреки обстоятельствам, стал счастлив, после того, как Смог избавил его от лишней беготни за Кошмаром. Он довольно улыбнулся и заблокировал двери, в попытке запереть обоих Хэнгов в салоне.
Машина с максимально допустимой в городе скоростью помчалась на базу. Оба заключенных не знали, везут их на оформление штрафа или во второй участок, где размещают задержанных. Смог хладнокровно молчал и лишь сверлил взглядам Клависа. Тот же, сидя скованным законом, продолжал поиски лучшей актрисы. Игнорируя окружение, он внимательно разглядывал пешеходов. Особенно везло на светофоре, регулирующем перекресток. Там, вместе с ними стояли горожане, среди которых мог оказаться подходящий персонаж. Но, постепенно тротуары становились все безлюдней, дома просвечивались сквозь ели все реже. Только когда город остался совсем позади, Армелхейд решился повернуться назад, чтобы посмотреть, как далеко они от знакомой улицы. Смог схватил Клависа за руку и утянул обратно вниз, намекая всем своим видом сидеть тихо и не делать лишних движений.
Смог аккуратно постучал по наручникам, крепко скрепляющим кисти Хэнга. Затем взял указательный палец приятеля и направил в то место, где только что клацал сам. Клавис решил не спрашивать, что за странные телодвижения его принуждают делать. Ведь не сложно постучать по металлу, да и долгая поездка уже совсем наскучила. Если раздражающий динамический звук выведет из себя впереди сидящих, это можно считать маленьким торжеством мести.
