Фис Фис Не герой

Глава 1

Глава 1. Как я стал Фисом

Зовут меня Фис. Позывной такой. Нормальный, без всяких выебонов. Мне сейчас двадцать три года, родом из Брянска. Самый обычный парень, до контракта ничем особенным не выделялся. Работал, жил обычной жизнью, встречался с друзьями, помогал родителям по дому, иногда ходил на рыбалку. Ничего героического.

25 августа 2023 года я подписал контракт. На тот момент мне было двадцать один. Решение пришло не внезапно. Я долго думал, смотрел новости, читал, слушал рассказы знакомых и в итоге понял — надо ехать. Не из-за громких лозунгов по телевизору и не только ради денег. Просто внутри что-то щёлкнуло, появилось чёткое понимание, что нужно делать именно это. Собрал спортивную сумку, сказал родным, что еду служить по контракту, попрощался и поехал в Москву.

Прибыл в 45-й инженерный полк. И вот тут я очень быстро понял, что реальность сильно отличается от того, что показывают в красивых роликах и репортажах. Сразу скажу честно и прямо, без прикрас: если кто-то сейчас читает эту книгу и думает заключать контракт именно в этот полк — максимально не советую. По крайней мере, по состоянию на 2023–2025 годы там было очень тяжело и неприятно.

Платили мало. Реально мало, особенно если учитывать тот объём требований и нагрузки, который на тебя вешали каждый день. Постоянные наряды, строевая подготовка, подгон формы по сто раз на дню, куча бумажной волокиты, отчёты, рапорты, объяснительные. А самое неприятное и выматывающее — очень много молодых и неопытных командиров. Многие из них только вчера закончили военное училище, но уже пытались показать свой характер и власть. Часто ставили задачи, которые сами толком не умели выполнять, а потом орали или наказывали, если что-то шло не так.

Служба в 45-м была тяжёлой в первую очередь морально. Подъём в шесть утра, зарядка на улице, потом бесконечные занятия по матчасти. Инженерное дело — это целая наука: разминирование, установка мин и растяжек, строительство укреплений разного типа, работа с подрывными машинками, маскировка объектов, инженерная разведка местности. Мы таскали тяжёлое железо, копали траншеи в полный профиль, учились правильно ставить заряды, работали с разными видами взрывчатки. Руки были постоянно в мозолях, спина болела, а вечером ещё надо было зубрить теорию и сдавать зачёты.

Кормили по-разному. Иногда нормально — каша с тушёнкой, макароны по-флотски, суп, хлеб. А иногда совсем плохо: еда холодная, пересоленная, недоваренная или просто несъедобная. В казарме условия тоже были далеки от комфорта: двухъярусные кровати, теснота, постоянный шум. Кто-то до глубокой ночи сидел в телефоне, кто-то храпел так, что стены тряслись. Горячий душ — это вообще лотерея. Зимой в Подмосковье особенно тяжело: холодно, сыро, ветер пронизывает до костей.

Особенно сильно бесили моменты чистой показухи. Молодой лейтенант мог заставить весь взвод по десять-двенадцать раз переделывать одно и то же инженерное укрепление только потому, что «не по уставу выглядит». Стоишь в минус двадцать градусов, снег за шиворот сыплется, руки мёрзнут так, что пальцы не гнутся, а он стоит в тёплой куртке в сторонке и умничает. Такие вещи очень сильно выматывали и отбивали всякое желание стараться и служить с душой.

Но были и положительные моменты. Сослуживцы попадались самые разные: кто-то из маленькой деревни, кто-то из большого города, кто-то с опытом, кто-то совсем зелёный. С кем-то быстро находили общий язык, вместе смеялись, травили армейские байки, подкалывали друг друга по-доброму. Юмор в армии — это реально святое. Без него в таких условиях можно было легко сойти с ума от рутины и постоянного давления.

Я старался держаться спокойно, выполнять приказы, не выёбываться по пустякам, но и молча терпеть всю бессмысленную хуйню тоже не собирался. Иногда спорил с командирами по делу, получал замечания, наряды вне очереди. Ничего серьёзного, обычная солдатская жизнь.

Ещё очень хорошо запомнилось, сколько времени и сил уходило на полную ерунду: покраска бордюров в идеальный цвет, уборка территории до блеска, бесконечные проверки внешнего вида, формы одежды и документов. Иногда складывалось чёткое впечатление, что главная задача полка — не реальная боевая подготовка, а чтобы всё красиво выглядело для проверок и фотографий сверху.

Через два года я окончательно понял, что в этом полку дальше оставаться нет никакого смысла. Подал рапорт на перевод и ушёл в Кандалакшу, в другую бригаду. Там уже началась совсем другая, более серьёзная, взрослая и настоящая служба.

45-й полк стал для меня первой жёсткой, некрасивой и очень честной школой контрактной службы. Именно там я увидел армию такой, какая она есть на самом деле изнутри — со всеми плюсами, огромным количеством минусов, бюрократией, показухой и нормальными мужиками, которые просто тянут свою лямку.

Это был мой первый настоящий опыт. Тяжёлый, злой, поучительный и без всякого романтического налёта.

Продолжение следует...