Полная версия:
Фарра Мурр А.И.С.Т.
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Хочу доверить тебе секретную информацию, о которой никто, кроме нас, не должен знать.
— Не беспокойтесь. Я — могила, как любят говорить ваши соплеменники, — с невозмутимым видом ответила Тельма, хотя Ильдару почудился легкий сарказм в ее словах.
— Ты мне все больше нравишься! Молодчина! А теперь серьезно. Дело в том, что в вашем институте появился призрак. Он ночью несколько раз активировал компьютеры Питера и директора, заходил в архив, копировал секретные файлы. Именно для разгадки этой тайны мы с Де Жаном и были приглашены сюда. Однако никто об этом не должен знать!
— Обо мне можете не беспокоиться. Я не передам никому. Даже директору, раз он сам не посвятил меня в эти дела. Чем могу помочь?
— Расскажи нам все, что знаешь о Питере, — тут в голове Ильдара мелькнула мысль, и он поспешил воплотить ее в вопрос: — Например, не был ли он любителем розыгрышей, переодеваний?
— Не знаю. Одевался он по последней моде, всегда ярко, сочно, с блеском, я бы сказала, чем отличался, конечно, от большинства сотрудников института. Кроме того, возможно, повышенным либидо.
— Судя по секс-компаньонам, которых он часто менял, да.
— А откуда тебе это известно?
— Заказы на доставку шли через меня, — коротко ответила Тельма, и только теперь Жюстен понял, что речь шла о секс-игрушках. Сам не зная почему, он засмущался. Хотя пользоваться моделями андроидов для сексуальных утех стало вполне приемлемым, даже представители религий считали это не слишком греховным делом, относящимся скорее к разряду мастурбаций. По крайней мере, заповедь «Не измени жене и мужу своему», по их мнению, к этому случаю не относилась.
— Тельма, извини, если не секрет, а директор, по твоему мнению, тоже относится к этой категории? — вкрадчиво спросил Ильдар.
— Насколько я знаю, нет. Он предпочитает взаимоотношения с живыми женщинами.
«Хорошо хоть этот не такой», — подумал Жюстен, вспомнив недавние объятия старого знакомого. Воспользовавшись моментом, задал вопрос Де Жан:
— Раз ты оформляла доставку, значит, тебе известен его домашний адрес?
— Да.
— Мы должны будем отправиться туда со временем. Тельма, спасибо за помощь. Мы еще вернемся. И о нашем разговоре…
— Молчок, я поняла. Буду ждать. Одна просьба…
— Какая?
— Вы позволите мне тоже принять участие в ваших поисках? Ведь директор поручил мне помогать вам во всем.
— Ты уже в них участвуешь, Тельма! Сейчас мы с Де Жаном вернемся к себе домой. Есть кое-какие незавершенные дела. А к вечеру прибудем сюда. Ведь призрак является по ночам, не так ли? Поможешь с транспортом?
— Нет проблем. В вашем распоряжении служебный аэроскат.
Аэроскат, на котором Ильдар с Де Жаном рассекали воздушное пространство, действительно был похож на ската: плоское широкое тело, плавно переходящее в мягкие, но упругие крылья, и подвижный, словно живой, руль в виде акульего хвоста. Движения его казались медлительными и грациозными, хотя мчался он на скорости тысяча километров в час, судя по показателям приборов. Часа через три они будут на месте.
Для любителей скорости, бизнесменов, которым вечно не хватает времени, политиков существуют комби-ракетопланы, но детективу с Де Жаном особо спешить некуда, да и давненько Жюстен мечтал спокойно и неторопливо облететь планету. На работе было недосуг, и если даже и мотался по разным континентам, то всегда срочно, незамедлительно, ведь преступников легче всего обнаруживать в первые часы. С годами, правда, необходимость в нем как в детективе стала уменьшаться, зато выросла значимость напарника, Де Жана, который был непревзойденным спецом по киберпреступлениям. Но все это, увы, в прошлом…
В данный момент Ильдар наслаждался бреющим полетом над гладью океана. Водородный двигатель работал практически бесшумно, и Жюстену казалось, что аэроскат просто парит в воздухе. Несмотря на однообразную картину бесконечной водной поверхности, Ильдару не было скучно — наоборот, будто у него самого выросли крылья, достаточно распахнуть их пошире, изменить угол наклона, и можно взлететь к самому солнцу!
— Есть какой-то смысл в этом маневре, или просто забавляешься? — отрезвил Жюстена вопрос Де Жана. Точно! Совсем забыл, что эти аппараты управляются интуитивно: достаточно уверенного мысленного стремления, и аэроскат послушно закладывает новый галс.
— Все под контролем. Просто проверка. И с высоты обзор шире.
Снова в кабине воцарилась тишина. Волны на такой скорости полета, казалось, застыли на месте, мелькая далеко внизу сине-зелеными штрихами на полотне художника-импрессиониста. Густая тень от аэроската, перемещающаяся потихоньку вслед за ними, подсказывала, что движение продолжается и время не замерло, подобно волнам.
Ильдар мельком взглянул на соратника. Де Жан застыл изваянием себе самому, воплощением спокойствия и безразличия к происходящему. «Этим мы и отличаемся, по сути дела, от них. Наши мысли и чувства сразу видны окружающим, мы практически можем понимать друг друга без слов, а вот андроиды… — размышлял Жюстен, пытаясь найти хоть какое-то отражение мыслей на этом застывшем лице. — Черт его знает, о чем он думает. И думает ли вообще — в нашем понимании этого слова? В конце концов, это всего лишь думающая машина, выбирающая из миллиардов вариантов решения наиболее вероятный, для удобства общения сделанная в виде человека. Так нам объясняли когда-то. Однако, боюсь, все не так просто. Ворчит он, во всяком случае, как живой, старый зануда».
— Де Жан, а ты бы не хотел взлететь еще выше, чтобы охватить взором всю океанскую ширь?
— На корабле данной конструкции это невозможно, — кратко ответил тот, не отрывая взгляда от горизонта.
— Так я и думал, Дедал ты мой.
— Де Жан меня вполне устраивает. Мы уже подлетаем, — произнес андроид с невозмутимой маской на лице.
Глава 4. Цифровой призрак
Был уже поздний вечер, почти ночь, когда они вернулись в здание института. Несмотря на эргономичные кресла аэроската, года берут свое, и даже полный покой и бездействие вызывают усталость. Де Жан, пожелав спокойной ночи, оставил Жюстена в спальне, удалился в свою комнату и затих. «Насколько я знаю, они не нуждаются в сне. Интересно, чем он там занимается?» — подумал Ильдар, в очередной раз поворачиваясь с боку на бок. Ему не спалось. В открытую форточку дыхнула долгожданная прохлада. «Странно, вроде бы весь день провел под кондиционером, на жаре-то практически не был, а разморило… Недаром говорят, что воздух из него мертвый! Вот сделал глоток свежего воздуха, и сразу стало гораздо лучше. Будто энергии испил. Много ли человеку надо?»
Дремы как не бывало. Жюстену надоело ворочаться, он надел умные очки, решив почитать что-нибудь. В левом нижнем углу виртуального экрана перед глазами продолжал висеть флажок сообщения. Оно пришло сразу после их прибытия в отель. «С возвращением». От Тельмы Ни к чему не обязывающее и ни к чему не призывающее сообщение. Просто жест вежливости. Можно не отвечать. Однако все же решил ответить. Тоже из вежливости. «Спасибо».
Почти сразу загорелся сигнал нового сообщения: «Вы не спите?»
«Нет. Что-то не спится. А ты?»
«Я никогда не сплю».
«Может, в таком случае, вместе подежурим? Вдруг сегодня ночью призрак появится?»
«Это мысль! Подниметесь, или мне спуститься?»
«Пожалуй, лучше я к тебе.»
Ильдар, стараясь не производить шума, осторожно выскользнул из номера и направился к лифту. Сам не зная почему, не хотел беспокоить Де Жана.
Тельма встретила улыбкой в вестибюле у лифта:
— Я ждала вас. Хотела поприветствовать как полагается, но возникла дилемма: для фразы «добрый вечер» уже слишком поздно, а спокойной эту ночь вряд ли можно назвать.
— В таких ситуациях слово «привет» вполне подходит.
— И как мы будем дежурить? Устроим обход здания?.. Я даже лазерные пистолеты приготовила, — прошептала она с серьезным видом и похлопала себя по бедрам.
— Надеюсь, они не понадобятся. Прежде всего необходимо запереть все внешние двери вплоть до утра и дать распоряжение дежурным быть начеку.
— Уже сделано.
— В таком случае предлагаю подняться на крышу, к посадочным площадкам. Начнем обход оттуда.
Вид с крыши здания был великолепен. С одной стороны — бесконечное море, темное, манящее, загадочное, поблескивающее серебристыми искорками лунной дорожки, с другой — острова без счета и края, с вырастающими из них высотками самых разных форм и размеров, светящиеся в темноте дежурными огнями. Их перевернутые зыбкие копии покачивались в воде. Вдали, почти на горизонте, здания отражались вторично в бесконечной зеркальной ленте величественного строения, возведение которого начали еще в позапрошлом веке, — знаменитой Стене, протянувшейся вдоль берега на целых сто километров. Жюстену даже почудилось, что и себя с Тельмой увидел там в виде крохотных лилипутов на крыше.
«Немудрено, что здесь болтают о призраках, идея сама рождается в башке, — подумал он. — Может, и нет никакого призрака? Привиделось, почудилось, померещилось? Интересно, андроидам может мерещиться? Но вправе ли я задавать такой вопрос? С нынешними понятиями о толерантности сам не знаешь, где перейдешь черту. Хотя можно и не спрашивать, и так ясно, что они тут ни при чем. Никто из них, как и люди, не видел призрака. Только камеры поймали».
— А в принципе такое возможно? — невольно произнес он вслух.
— Что?
— Глупости. Надо будет Де Жана спросить.
— Спрашивайте, — раздался из-за спины знакомый голос. — Надеюсь, я не нарушил ваше уединение?
— Де Жан, мы тут просто решили подежурить на всякий случай.
— Я так и понял, — ровным тоном ответил андроид, но Ильдару вновь послышалась скрытая усмешка. Решив не обращать внимания, детектив перевел тему:
— Вопрос следующий: возможно ли такое, чтобы ни люди, ни вы не видели никого, а камеры ловят?
— Возможно, если это призрак.
— Позволь возразить. В былые времена именно отсутствием документальной визуальной фиксации типа снимков, киносъемок отрицалось существование привидений. Тебе не кажется, что здесь некое противоречие?
— Нет. Ведь речь идет о цифровом призраке.
— Поясни, пожалуйста, — вмешалась в разговор Тельма.
— Тут все просто. Вам всем известно такое понятие, как аватар. Представьте себе ситуацию, когда аватар продолжает действовать в виртуальном пространстве.
— Де Жан, ты гений! Точно! Конечно же, это аватары! Как я раньше до этого не додумался! Что ж ты раньше молчал?
— Меня никто не спрашивал.
— Скромность, конечно, вещь хорошая, но не до такой же степени. Ладно, проехали. А можно ли проследить цифровой след аватара?
— Можно. Мне надо для этого присоединиться к сети.
— Тогда спускаемся!
Через пару минут Де Жан уже сидел перед компьютером с отрешенным видом. Ему даже не приходилось двигать пальцами, достаточно оранжевого кабеля, прочной пуповиной соединившего андроида и комп в одно целое. И если бы не быстрое подергивание глаз, можно было подумать, что Де Жан впал в спячку.
— Впервые компьютер директора активировали четыре дня назад. Призраки посещали институт три раза. Всегда ради скачивания файлов из архива, — произнес он спустя некоторое время.
— Это нам было и без того известно, — недовольно проворчал Ильдар.
— Однако я нашел что-то другое. Непонятный пробел в памяти компьютеров института. Часть памяти длиною сорок пять минут исчезла.
— Может, произошел сбой системы? — предположила Тельма.
— Нет, сбоев зафиксировано не было. Однако именно тогда впервые произошло копирование файлов.
— Откуда это стало известно?
— Был зафиксирован автоматический сигнал тревоги, возникающий всякий раз, когда заглядывают в засекреченные файлы.
— Когда конкретно это произошло?
— Пять дней назад, в воскресенье.
— Непонятно, — пожала плечами Тельма, — обычно по выходным у нас никто не работает.
— В тот день приходил Питер.
— Вот оно что… Но зачем? А куда ведут эти цифровые следы призрака?
— Я смог проследить только до корабля на орбите Луны. Однако в настоящее время корабля там уже нет, и куда он направился, неизвестно, — лаконично ответил Де Жан.
— Ты можешь сказать, где именно находился тогда этот корабль?
— Да. В четвертой точке Лагранжа. Космическая мусорная свалка.
— О, я помню! — воскликнула Тельма. — Питера направляли как раз туда в командировку перед этим. Странное совпадение: именно после той командировки он и решил уйти на лечение.
— Значит, все-таки Питер, — ответил Де Жан.
— И как такое может быть, я спрашиваю? Ты уверен, что всю память стерли?
— Да.
— Тогда откуда ты знаешь, что это был Маккларен?
— Камеры считали его показатели и отметили в журнале пропусков.
— А видео существует?
— Проверю. Да, сохранилось. Вот.
Перед изумленными взорами на экране возникла девушка, входящая в здание института в сопровождении помощника-андроида, а Тельма тихо прошептала:
— Но ведь это же Стелла!
Глава 5. Стелла
— Я ее сразу узнала. Веселая. Приветливая. Мне она очень нравилась. Много лет работала в нашем институте. Была ведущим научным сотрудником с прекрасными перспективами, директор ее ценил, готовил к себе в замы…
— Почему ты говоришь о ней в прошедшем времени?
Тельма замялась с ответом, пальцы ее сцепились между собой, пытаясь преодолеть какой-то внутренний барьер, румянец на щеках, нижняя губа немного закушена, глаза расширены от удивления. «Черт меня подери! Как живая!» — поразился Ильдар.
Сражен окончательно он был появлением слез на ее глазах:
— Дело в том, что она погибла…
— Как это произошло? — Жюстен встрепенулся, почувствовав что-то неладное.
— Неделю назад. На Энцеладе. Что там произошло, точно никто не знает. Станция, что находилась там последние сорок лет, вдруг ушла под лед, — а потом тихим шепотом добавила: — Вместе с изолятором.
Ильдар недаром считался отличным детективом. Одним из его достоинств было то, что он помнил много незначительных, на первый взгляд, деталей и в нужный момент мог извлечь их из памяти. Вот и сейчас он словно пролистал календарь назад.
Что тогда произошло? Ах да, точно! Было сообщение в новостях о сейсмическом инциденте на Энцеладе. Погибло много заключенных.
— А что она там делала? Погоди, дай угадаю, собирала генетический материал от зеков?
— И да, и нет, — прошептала с грустью Тельма. — Она находилась там в ссылке.
— Ого! Ничего себе! Научный сотрудник? Что же такого она натворила?
— Никто ничего не знает. Директор был в шоке. Пришло строжайшее распоряжение сверху немедленно арестовать и отправить туда ближайшим кораблем.
— То есть как это? Без суда и следствия? Без предъявления обвинений? Просто взяли и сослали?
— В том-то и дело! Еще и этих летающих соглядатаев приставили, чтобы все было выполнено точно.
Перед мысленным взором Жюстена предстали летающие юлы — дроны-лидары с микрофонами, бесшумно парящие и наблюдающие со стороны за происходящим. С их помощью сколько преступников было поймано! Ведь и не заметишь подчас, когда рядом что-то вертится, а они все видят, слышат и записывают. А в случае необходимости могут и обезвредить коротким, но чувствительным разрядом.
— Все это выглядит очень странно. Впервые о таком слышу. Как же Серж на это согласился?
— Никаких отговорок не принималось, я-то знаю. Приказали выполнять, и все. Прямо с работы, даже домой заглянуть не дали. Единственное, что удалось директору, так немного смягчить удар — сказать Стелле, мол, ее отправляют в срочную командировку на космические станции для сбора генетического материала.
— А как сама Стелла восприняла такую новость?
— На удивление покорно. Вообще, надо сказать, последнее время Стелла немного смурная была. Вся в себе. Будто что ее тревожило. Может, она предвидела это?!
— Кто знает, кто знает… — задумчиво пробормотал Жюстен. — Во всяком случае, теперь понятно, что мы имеем дело с настоящим призраком. Господи, сам не верю, что я произнес это вслух!
— Смею заметить, что в большинстве случаев это был цифровой призрак, — возразил Де Жан.
— И то верно… Постой, ты сказал, что в большинстве случаев? Значит, случалось, когда призрак был не цифровым?
— Я проанализировал записи с камер за последние четыре месяца. В то самое воскресенье в институт приходила она сама с компаньоном-андроидом.
— Тельма, скажи, а когда вы узнали о трагедии на Энцеладе?
— В четверг вечером, из сводки новостей.
— Да, точно, вспомнил. Но тогда получается, что она заявилась в институт в виде, скажем, не цифрового «призрака» через два дня после своей гибели? А на чем она сюда прибыла, ты можешь выяснить, Де Жан?
— Уже выяснил. На комби-космолете типа «Стрела», принадлежащем, судя по опознавательным сигналам, Питеру Маккларену.
— Ага! Вот оно что! И чем она занималась в институте?
— Ничем. В институт она не вошла.
— Как это не вошла? Ты же сам сказал.
— Я сказал, что она приходила, но в институт вошел уже Питер.
Волосы на руках Ильдара встали дыбом. Совсем недавно он смотрел сериал о бодишифтерах — существах, умеющих менять свой внешний вид как угодно. Но это была фантастика, причем старая, еще из двадцатого века. Наивная, примитивно снятая. Жюстен тогда еще усмехался над больной фантазией сценаристов того времени. А теперь получается… Неужели Стелла — инопланетянка?
— Но на видео входящей точно была Стелла! — заметила Тельма.
— А пропустили в здание Маккларена, — настаивал на своем Де Жан.
В это время раздался в здании мелодичный звон. Одиннадцать. Такой же предупредительный звон по всей стране, да что там по стране — по всей одиннадцатичасовой зоне. Пора на покой. Через полчаса все люди должны быть в кроватях.
— Придется прерваться. Продолжим завтра, — с нескрываемым сожалением пробормотал Ильдар. Тельма понимающе кивнула головой, и Жюстен с Де Жаном отправились к себе в номер.
Что-что, а закон о сне необходимо соблюдать. Порой и хотелось бы нарушить, в конце концов, давно не дети, но те же вездесущие летающие доносчики сразу сообщат куда следует, и тогда беды не миновать. Огромный штраф на первый раз, а потом уже милости просим, добро пожаловать в изолятор! А может, это и была причина? Та же мысль пришла, видать, и Тельме, — они быстро обменялись взглядами, но вслух лишь пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись.
Глава 6. Тайна Тельмы
Закон о сне был принят вскоре после того, как Ильдар вышел на пенсию, так что введенные ограничения особо не повлияли на его образ жизни. Он всю жизнь старался спать по крайней мере семь часов. Еще подростком заметил — мозги лучше кумекают, когда выспишься. Как всякий закон, загоняющий в рамки, этот немного насторожил, но не более того.
Тем более что дебаты о нем шли за много лет до принятия. Естественно, радетели всяческих свобод возмущались, кричали, били кулаками в грудь, но потихоньку сопротивление сошло на нет. Особенно после той эпидемии пятнадцать лет назад. Вроде и не особо смертельным оказался тот вирус, всего около процента населения умерло, но шороху навел будь здоров. Да, тогда всем попотеть пришлось! И врачам, и полицейским. Люди словно с ума посходили: одни при первом же чихе в скорую звонить, другие же, посчитав, что на пороге Судного дня все сойдет с рук, стали преступать законы почем зря.
«Как же мы так все вдруг стали законопослушными?» — думал Жюстен, укладываясь поудобней. Прошедший день, полный непоняток, не давал желанного покоя, даже «шапочка сновидений», которая обычно усыпляла за пару минут, не помогала. Каша из обрывков увиденного и услышанного продолжала лопаться пузырями воспоминаний.
«Надо успокоиться, представить себя на берегу океана. Мягкие волны нежно подкатывают к голым ступням, белый песок теплый, нежно массирует спину. Погоди, почему белый? Он здесь красный. И колючий.
Нет! Так не пойдет! Отвлекись. О чем я думал до этого? Ах да, о том, что люди стали вдруг законопослушными, и я в том числе. Ну, после солидных сообщений в прессе другого и ожидать было бы глупо. Целый ряд публикаций в научных журналах, да и СМИ освещали вопрос настырно и регулярно».
Оказалось, что здоровый сон — прекрасная защита от заражения. Данные, таблицы, статистика. Все показывало наглядно, что сон предохраняет. Он и на своей шкуре это проверил. С сотней заразных общаться пришлось, а ничего, проскочил. А потому что спал как положено. Да и шапочка помогает. Как раз в то время, около двенадцати лет назад, они и появились впервые. А как она действует? Черт его знает, может, волны какие, может, звуки неслышные, но работает!
Только не сегодня. «Черт! До официального отбоя еще целых двадцать минут. Может, к „перелетным пташкам“ присоединиться? Еще можно успеть». Представил себя в толпе надрывно веселящейся молодежи, и самому стало смешно. «Нет, это уже не для меня. Хотя в юности бы наверняка летал с ними». Как этот закон приняли, так сразу подростки выход нашли — стали перелетать через пару-тройку часовых поясов, чтобы продолжить веселье в бессонную ночь.
«Однако есть в этом какая-то странность… Никто ведь их не преследует, не наказывает за очевидное нарушение закона? Они, правда, рано или поздно вырубаются и спят не хуже прочих, шапочки нацепив, чтобы не приставали, но все же непорядок! А тут вроде ложишься по расписанию, но забыл шапочку надеть — и на тебе штраф, а при регулярных нарушениях и вовсе изолятор! Эти юлы-доносчики все равно узнают как-то, даже за плотными шторами не укрыться! Нестыковочка какая-то…»
Это была последняя мысль перед забытьем. Проснулся он ранним утром, полон сил и энергии. Разминка, душ, чашечка эспрессо — привычная рутина, необходимая для начала рабочего дня. «Готов! Впрочем, удобно ли звонить так рано? Хотя о чем это я?»
— Доброе утро, рада вас слышать, — Тельма отозвалась после первого же запроса.
«Просто завидки берут, как им удается быть свежими и бодрыми в любое время суток? — подумал Ильдар, глядя в темно-синие глаза андроида. — Я бы тоже не прочь вставить куда-нибудь батарейку, чтоб не тратить бесполезно столько времени! Чур меня, чур!» — поспешил он отказаться от этой шальной мысли, вовремя вспомнив, что именно такие варианты наказываются самым беспощадным образом. «Человек — это звучит гордо!» и «Ничто человеческое нам не чуждо!» — два лозунга стали последние годы определяющими поведение человечества.
«Они стали слишком походить на нас. И чем больше они мимикрируют, чем больше стараются быть похожими, тем сильней стараемся мы подчеркнуть нашу самобытность. Все, чем мы отличаемся от них, стало важным, модным и общепринятым. Чихать, кашлять, сморкаться, даже выпускать газы при каждом удобном случае стало нормой поведения. И сон, кстати, оказался одной из таких разграничивающих черт. Может, поэтому ему и стали придавать такое большое значение?» — думал Жюстен, понимаясь на лифте и украдкой бросая взгляд на Де Жана. Тот, как всегда, был полон покоя и уверенности. В старых фильмах так викингов изображали — непроницаемыми и суровыми.
Тельма словно ждала их прихода всю ночь. Сразу вскочила с места:
— Начнем с утра пораньше?! Как спалось, Ильдар? Располагайтесь, я сейчас.
Через минуту она вернулась, неся поднос с чашечкой горячего кофе и свежеиспеченным круассаном.
— Откуда ты знаешь мои слабости? — удивился Жюстен.
— Я же хочу вам помогать. Учусь быть детективом. Навела справки. У Шерлока была скрипка, у Мегрэ трубка, а у вас — круассан.
— Даже не знаю, радоваться этому или огорчаться, что так предсказуем. Но ты права — от круассана не откажусь в любое время суток. Спасибо, дорогая! А теперь к делу. Де Жан, постарайся разобрать по косточкам цифровой призрак директора. Это раз. Во-вторых, узнай, кто был компаньоном у Стеллы. У вас же есть реестр андроидов? Тельма, будь добра, нарой все, что сможешь об этой Стелле. И открой мне доступ к архиву, хочу понять, что они там искали.
