русская классика

научная фантастика

социальная фантастика

литература 20 века

зарубежная фантастика

Мечтают ли андроиды об электроовцах?
После ядерной войны Земля превратилась в пустыню, покрытую радиоактивной пылью. Животные вымирают, люди эмигрируют во внеземные колонии. Оставшиеся влачат жалкое существование в разрушающихся городах. Сотрудник полиции Рик Декарт получает задание найти и уничтожить группу андроидов, сбежавших с внешней колонии на Землю. Но постепенно Рик начинает задаваться вопросом: а так ли уж андроиды отличаются от людей? И где пролегает та граница, что их разделяет?
Роман номинировался на премию Небьюла и был экранизирован Ридли Скоттом в 1982 году.
Мы
«Мы» – это мир XXXII века, где имена заменены на буквы и цифры, люди едят продукты переработки нефти, государство контролирует всё, включая интимную жизнь граждан, а наличие у человека души – повод для визита к психотерапевту. Фантастика, скажете вы, – можно придумать всё что угодно. Да, но за это «что угодно», написанное Евгением Замятиным в 1920 году, автору устроили травлю, а роман в СССР был опубликован лишь 68 лет спустя.
Фантастика оказалась колющей глаза, что, как мы знаем, обычно делает правда. Это было в двадцатом столетии, а сегодня до представленного Замятиным тридцать второго века осталось на сто лет меньше. Загляните в него сейчас!
Не отпускай меня
От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за «Остаток дня» – самый поразительный английский роман 2005 года.
Тридцатилетняя Кэти вспоминает свое детство в привилегированной школе Хейлшем, полное странных недомолвок, половинчатых откровений и подспудной угрозы. Это роман-притча, это история любви, дружбы и памяти, это предельное овеществление метафоры «служить всей жизнью».

книги о путешествиях

современная русская литература

Нетипичные антиутопии. Комплект из 3 книг

Комплект из 3 книг
Мечтают ли андроиды об электроовцах?
После ядерной войны Земля превратилась в пустыню, покрытую радиоактивной пылью. Животные вымирают, люди эмигрируют во внеземные колонии. Оставшиеся влачат жалкое существование в разрушающихся городах. Сотрудник полиции Рик Декарт получает задание найти и уничтожить группу андроидов, сбежавших с внешней колонии на Землю. Но постепенно Рик начинает задаваться вопросом: а так ли уж андроиды отличаются от людей? И где пролегает та граница, что их разделяет?
Роман номинировался на премию Небьюла и был экранизирован Ридли Скоттом в 1982 году.
Мы
«Мы» – это мир XXXII века, где имена заменены на буквы и цифры, люди едят продукты переработки нефти, государство контролирует всё, включая интимную жизнь граждан, а наличие у человека души – повод для визита к психотерапевту. Фантастика, скажете вы, – можно придумать всё что угодно. Да, но за это «что угодно», написанное Евгением Замятиным в 1920 году, автору устроили травлю, а роман в СССР был опубликован лишь 68 лет спустя.
Фантастика оказалась колющей глаза, что, как мы знаем, обычно делает правда. Это было в двадцатом столетии, а сегодня до представленного Замятиным тридцать второго века осталось на сто лет меньше. Загляните в него сейчас!
Не отпускай меня
От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за «„Остаток дня“» – самый поразительный английский роман 2005 года. 
Тридцатилетняя Кэти вспоминает свое детство в привилегированной школе Хейлшем, полное странных недомолвок, половинчатых откровений и подспудной угрозы. Это роман-притча, это история любви, дружбы и памяти, это предельное овеществление метафоры «служить всей жизнью».

историческая фантастика

Young Adult. Новый мир

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
В далёком будущем, где общество превратилось в идеально функционирующую машину, инженер Д-503 начинает испытывать сомнения в безупречности своего упорядоченного мира. Встреча с загадочной I-330 заставляет его бросить вызов устоям общества, подвергая сомнению саму природу разума и свободы. «Мы» – антиутопический роман, который исследует тонкие грани между порядком и хаосом, свободой и контролем, любовью и революцией.
Для широкого круга читателей

языкознание

прочая образовательная литература

Мы

Классика с комиксом (АСТ)

«Сказанный инок Еразм еще во чреве матери посвящен был Богу. Родители его долгие годы ревностно, но тщетно любили друг друга и, наконец, истощив все суетные человеческие средства, пришли в обитель к блаженному Памве. Вступив в келию старца, жена преклонила пред ним колени, и стыд женский запечатал ей уста, и так молча предстала старцу. …»

военное дело / спецслужбы

историческая литература

публицистика

О том, как исцелен был инок Еразм

любовные романы

эротика и секс

современные любовные романы

короткие любовные романы

эротические романы

Чудеса

«…Так бы и впредь под благословением божиим городу жить, да вышло такое дело: царь турецкий войною пошел. Народу побили видимо-невидимо. Приехал тут из губернии начальник и строго-настрого приказал: через год – была чтоб тыща младенцев, и больше никаких. Потому – война. …»

фанфик

Алатырь

«В спектре этого рассказа основные линии – золотая, красная и лиловая, так как город полон куполов, революции и сирени. Революция и сирень – в полном цвету, откуда с известной степенью достоверности можно сделать вывод, что год 1919-й, а месяц май…»

зарубежная деловая литература

Икс

«Двухнедельные тучи вдруг распороло как ножом, и из прорехи аршинами, саженями полезло синее. К полночи солнце уже било над Оленьим островом вовсю, тяжело, медленно блестел океан, кричали чайки. Они падали в воду, взлетали, падали, их становилось все больше, они скликали всех, отовсюду…»

Ёла

«…Самое прекрасное в жизни – бред, и самый прекрасный бред – влюбленность. В утреннем, смутном, как влюбленность, тумане – Лондон бредил. Розово-молочный, зажмурясь, Лондон плыл – все равно куда. …»

книги по философии

Ловец человеков

литературоведение

«„Москва – женского рода, Петербург – мужеского“, – писал Гоголь ровно сто лет назад. Это – как будто случайно брошенная шутка, грамматический каламбур, но в нем так метко подсмотрено что-то основное в характере каждой из двух русских столиц, что это вспоминается и теперь, через сто лет…»

Москва – Петербург

Куны

культура и искусство

критика

ужасы / мистика

фэнтези

ужасы

мистика

городское фэнтези

«Мир: куст сирени – вечный, огромный, необъятный. В этом мире я: желто-розовый червь Rhopalocera с рогом на хвосте. Сегодня мне умереть в куколку, тело изорвано болью, выгнуто мостом – тугим, вздрагивающим. И если бы я умел кричать – если бы я умел! – все услыхали бы. Я – нем…»

эзотерика / оккультизм

религии / верования / культы

прикладная литература

общая психология

Рассказ о самом главном

«…Когда перебирались наверх в „детскую“, все клубные уставы – и вообще все уставы – оставались внизу. Тут играли по рублю фишка; тут устраивали „чайный домик“; тут в белых японских с драконами обоях – видны черные дыры от револьверных пуль. …»

космическая фантастика

Детская

«В расчетах выходила невязка, надо было проверить два-три угла. Землемер пошел в поле – последний раз.
На парах – полынь осыпалась сухой, желтой пылью. Веял ветер, пел ветер весь день – и душно было еще пуще от ветра. Еле тащил себя землемер на чудных своих мушиных ножках, ботинки дамские – французские каблуки спотыкались о колочь. Угрюмо с вешками шли каликинские мужики, и только Митрий, маляр, не замолкал ни на минуту: все о том же, насчет управляющего Лизаветы Петровны…»

Землемер

остросюжетные любовные романы

зарубежная психология

практическая психология

любовь и отношения

Пла

«… Впервые с огнем и мечом против свободной, еретической мысли Инквизиция выступила в первой половине тринадцатого века в Южной Франции. Здесь было тогда самостоятельное Тулузское графство – с богатыми городами Тулуза, Альби, Каркассон и другими. Под южным солнцем, на плодородной земле – здесь жилось хорошо и свободно, насколько вообще могла быть свобода при феодальном строе. &lt;…&gt; Дряхлеющее католичество, уверенное в своей непогрешимости, решило силою оружия и костров загнать непокорных еретиков в свой рай. …»

приключения

книги о приключениях

Огни св. Доминика

«Кругом Васильевского острова далеким морем лежал мир: там была война, потом революция. А в котельной у Трофима Иваныча котел гудел все так же, манометр показывал все те же девять атмосфер. Только уголь пошел другой: был кардиф, теперь – донецкий. Этот крошился, черная пыль залезала всюду, ее было не отмыть ничем. Вот будто эта же черная пыль неприметно обволокла все и дома. Так, снаружи, ничего не изменилось. По-прежнему жили вдвоем, без детей…»

Евгений Иванович Замятин