Полная версия:
Евгения Владимировна Потапова Карл у Клары
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Клара дохлебала свой суп, ополоснула тарелку и ложку под краном, забрала оставшуюся столовскую посуду.
– По дороге занесу, – сказала она бабушке Нине.
– Спасибо тебе, Кларочка.
– На здоровье, – ответила девочка.
Она оставила в столовой посуду и потопала к главврачу.
– Ты куда? – окликнула ее постовая медсестра.
– К главврачу.
– Ах, да, она говорила. Знаешь, как туда идти?
– Нет.
– На третий этаже поднимешься, там по переходу, а дальше по коридору, кабинет увидишь, – объяснила медсестра.
– Спасибо.
– Не заблудись.
– Я ее по запаху найду, – мрачно сказала Клара.
– Что? – не поняла медсестра.
– Говорю, духи у нее сильно пахнут.
– Да, есть такое, – улыбнулась женщина.
Карл не врал, он реально ее чуял. Быстро добрался до нужного кабинета и постучал в дверь.
– Войдите, – донесся голос оттуда.
Он зашел в кабинет.
– Присаживайся, – сказала бабец.
– Зачем? – он смотрел на нее исподлобья.
– Поговорить с тобой хочу.
– Нет, спасибо, я постою. Уже насиделся в палате.
– Ладно, давай без прелюдий. Если ты что-нибудь учудишь в отделении или в моей больнице, то я самолично оторву тебе голову. Ясно? – по лицу Ксении Владимировны было видно, что она не шутила.
– Ясней некуда.
– А теперь я хочу, чтобы ты убралась из моего учреждения.
– Мне некуда идти, – пожал он плечами.
– Демону и некуда идти? – рассмеялась она.
– Некуда. Я сюда попал не для того, чтобы брюхо набить вашей больничной едой. К слову сказать, тут и кормят весьма отвратно. Меня привезли по скорой.
– Подожди-ка, – женщина внимательно на него посмотрела.
Подошла к Кларе близко и схватила за шею. У девочки на коже проступили несколько знаков.
– Преступник, – хмыкнула она и отпустила Клару. – Своих мочил?
– Нет, я не головорез.
– Ну да, головорезам тела не выдают, да и отправляют сразу на кострище. Говори, за что, или я отправлю обратно на суд, – потребовала она.
Главврач села на стол и стала его внимательно рассматривать.
– Алкашей до смерти пугал, – насупился он.
– Ну за это так не наказывают.
– Там еще старуха была, ведьма, – уточнил он.
– Тогда понятно, прибрал чью-то последовательницу и жрицу.
– Я в подробности не вдавался, – Карл пожал плечами.
– А зря, глядишь бы сейчас в этом хлипком теле не болтался. Голова нужна не только, чтобы шапку носить, но и думать, – хмыкнула Ксения.
– Я в нее ем.
– Уже шутишь? – ухмыльнулась она. – Ладно, дорогуша, живи пока здесь. Но если ты кого-то тронешь, то я самолично тебе шею сверну. Ты прекрасно знаешь, что для преступников повторный суд не нужен.
– В курсе, – хмыкнул он.
– Чего ноги-то такие синие? – Ксения кивнула на голые ноги девочки.
– Так не лето ведь на дворе, – шмыгнула носом Клара.
Ксения Владимировна порылась в столе и вытащила упаковку с колготками.
– На, держи, с лайкрой, от себя отрываю. Хотя, честно говоря, двойка на меня все равно не налезет. Способности хоть какие-то тебе оставили? – поинтересовалась она.
– Если вы про пожрать, то употребить я могу только того, кто ко мне прикасается, и то не до смерти.
– Это просто замечательно. Еще что-то?
– Могу на себя со стороны посмотреть, – пожал он плечами.
– Чудесный навык, – хохотнула она. – Еще что?
– Вам прямо все обязательно знать про меня?
– Ты в моих владениях, и ты демон, так что да. Я так предполагаю, что половину твоих способностей убрали. Но обычно на их месте проявляются другие, которые до этого спали и не развивались.
– Вроде больше ничего не было, – помотал он головой.
Карл не стал рассказывать ей, что может вмешиваться в работу мозга.
– Нет, ты что-то скрываешь. Девочек привезли в реанимацию. Там на одной след от воздействий. Твоя работа? – Ксения прищурилась и оценивающе посмотрела на демона.
– Я ее по голове гладил только и песенку пел.
Женщина опять залилась громким смехом.
– Ну что, дорогой, я тебя поздравляю, ты для нее сработал батарейкой. А я думала, что она с каким-то залетным ангелом столкнулась или лекаркой какой. Никак не могла понять характер энергии, а оно вон как. Любят высшие силы над нами поглумиться, – усмехнулась она.
Для Карла это было открытием. Он всегда только брал, а если и давал, то берущему выходило это боком.
– А она не сгорит? – спросил он.
– Нет, все нормально, не переживай. Ладно, я всё выяснила.
Ксения Владимировна заглянула под стол, пошуршала там пакетами и вытащила один, посмотрела в него. На Клару пахнуло чесноком. Где-то в животе громко заурчало. Женщина усмехнулась, вытащила оттуда бутылку с домашним вином.
– Тебе все равно такое нельзя. Маленькая еще, – хохотнула она.
Туда же в пакет она сложила пару банок с домашними соленьями.
– Я все равно такое не ем, – проворчала она. – Забирай. Но помни, если что.
Женщина характерно провела по шее ребром ладони.
– Да понял я, понял. Благодарю за передачку, а то это тело какое-то прожорливое.
– Растущий организм. Чеши давай.
– А трусами у вас нельзя поживиться? – поинтересовался Карл.
– Вот наглая морда, нет, у меня ничего такого, а в моих ты утонешь, – снова стала хохотать мадам главный врач.
Клара вышла из кабинета с тяжелым пакетом.
«Не очень-то приятное знакомство, но хоть что-то перепало», – подумал Карл и отправился в палату.
Глава 8 Демоны лечить не могут
В палате было тихо. Лиля спала, а бабушка Нина читала какой-то детектив в мягкой обложке. Клара попыталась тихо зайти, но громыхнула банками в пакете. Пожилая соседка строго на нее посмотрела и приложила палец к губам. Девочка пожала плечами, дескать, я не виновата. Она поставила на тумбу передачку, решив разобрать ее потом, не хотелось шуршать пакетом. Карлу в больнице проблемы не нужны.
Нина кинула на кровать Кларе какую-то книжку.
– Почитай, – прошептала она.
– Спасибо, – кивнула девочка.
Читать ему совсем не хотелось, но приходилось соблюдать правила этого «дома» и сосуществования рядом с другими людьми. Теперь у него не было такой власти и способностей, как раньше, и даже в этом мире он являлся слабым звеном, к тому же имел такую непривлекательную внешность. Он улегся на кровать, взял в руки книжку, а сам стал думать над словами Ксении Владимировны.
Демоны лечить не могут. Он это прекрасно знал, как говорится, опробовал на практике. Обычно после его вмешательства человек просто сгорал, как от удара током высокого напряжения.
Карл вспомнил один случай из своей жизни, где-то под ложечкой даже заныло. Когда-то давно, около двух, а может, и трех столетий тому назад, у него была подруга – белокурая девица с васильковыми глазами, фарфоровой кожей, алыми губами, тонкой фигурой и непристойной профессией. Он никак не мог понять, как в семье прачки и угольщика родилась такая прелестная куколка и ангелок. Подобрал он ее в трущобах Лондона, когда искал себе еду и развлечение.
Он услышал возню в переулке около местного паба и заглянул туда. Какой-то рабочий пытался получить определенные услуги совершенно бесплатно, Мэри слабо отбивалась и умоляла ее не трогать.
– Леди, вам помочь? – поинтересовался Карл.
– Проваливай и не мешай мне с моей подружкой любить друг друга, – рабочий мерзко захихикал.
– Да, – тихо прошептала девушка и заплакала.
Работяга тут же упал, как подкошенный.
– Проспись, – поморщился Карл и пнул гражданина пару раз в бок.
Девушку он тогда забрал к себе, да и она была не против. Карл в те времена имел весьма недурственную внешность, можно сказать, был красавчиком, да и деньги у него водились. Они отлично проводили вместе время: театры, балы, опера, выставки и прочие развлечения. Он не жалел для нее денег, баловал, как только мог, выполнял любую ее прихоть, покупал ей самые роскошные наряд, которые можно было заказать в Лондоне.
Но слабое здоровье подкачало, и его любимая фарфоровая куколка заболела чахоткой. Карл приводил к ней самых дорогих и знаменитых докторов, покупал лекарства, пилюли, настойки. Обращался к ангелам и лекаркам, но те ему отказывали из-за его сущности. Только одна согласилась посмотреть Мэри.
– Я попробую что-нибудь сделать, – сказала она и зашлась в удушающем кашле.
Он не обратил на это внимание и привел ее к себе. Лекарка наклонилась над больной, взяла ее за руки и через пару минут завалилась рядом с девушкой. Карл обозлился, поднял ее на ноги и хорошенько тряхнул. Лекарка снова зашлась в кашле, и изо рта у нее вылетел сгусток крови прямо на рубашку мужчине.
– Ты, ты, почему не сказала? Зачем пришла? Тебе самой лечиться надо, – его трясло от злости.
– Я думала, что перед смертью успею спасти еще одну душу, мне хватит сил ее вылечить, – ответила она.
– Зачем? Ты же убьешь себя этим! – кричал он.
– Я все равно умру, а боженька тогда за еще одну спасенную душу поможет моим деткам, – женщина слабо улыбнулась.
– Не поможет твой боженька, – зло сказал он, – на, возьми и убирайся.
Он сунул в руку лекарке золотую монету. Женщина обрадовалась, вытерла кровь со рта и поблагодарила его. Она кинулась к двери. Карл ее окликнул и бросил к ногам еще мешочек с серебряными монетами.
– Пусть они помогут твоим детям, – ухмыльнулся, – Только не Бога благодари, а меня. Ты же знаешь, кто я?
– Да, господин.
– А теперь убирайся, – рыкнул он на нее.
Женщина побежала домой, прижимая к груди деньги. В свою коморку она ввалилась уже бездыханная и со стеклянными глазами. Свои последние часы жизни она отдала Мери. Дети вытащили из скрюченных пальцев матери золотой и мешочек с серебряными монетами.
Карл метался по роскошной квартире. Он видел, как из его прекрасной куколки уходит жизнь, и он решил попробовать вдохнуть в нее свое дыхание. Мужчина знал, что милой Мери осталось всего пару часов жизни.
– Может, в этот раз получится, – он был в отчаянии.
Наклонился к ней, поцеловал в холодный бледный лоб, затем прикоснулся к губам. Сорочка на теле девушки вдруг вспыхнула огнем, обуглились кончики пальцев и запылали волосы. Он стал ее тушить. Тело дернулось пару раз и затихло. Карл накрыл тело одеялом и разнес всю квартиру вдребезги, а потом сжег ее.
С тех пор он никого не пробовал лечить. Когда Ксения Владимировна ему сказала про девушку из той квартиры, он напугался, подумал, что тоже случайно ее спалил, а оказалось, что поделился своей энергией. Карл стал вспоминать в подробностях, что делал в тот момент.
– Гладил по голове и пел какую-то песню. Какую же песню я пел? – задумчиво сказал он.
– Что? – спросила Нина.
– Ничего, просто мысли вслух.
– Ясно. Интересная книжка?
– Ну так.
– Там дальше интересней будет, – сказала женщина.
– Я и не сомневаюсь, – ухмыльнулся он.
Надо вспомнить, как там все было, а то вдруг опять что-то такое сложится, и он все испортит.
Лилечка во сне снова зашлась плачем. Ребенок горько плакал и всхлипывал. Бабушка кинулась к ней и стала успокаивать, что-то шептать, гладить по головке. Девочка открыла глазки и обняла ее. Нина качала ее на руках и старалась успокоить.
– Опять страшный сон приснился?
– Угу, – шмыгнула Лиля носом.
– Это всего лишь сон, это всё неправда, – успокаивала ее бабушка.
– Правда, – тихо сказала девочка, – там мама и папа.
Она снова принялась плакать. Карл вздохнул и решил посмотреть, что же ему дала главврач. Он зашуршал пакетом и стал разбирать гостинцы. Там лежал хороший шмат копченого сала с прослойками мяса, пакет с яблоками, банка с каким-то вареньем, банка с кабачковой икрой, шоколадка и пакет с деревенским творогом.
– Какой замечательный босяцкий подгон, – хмыкнул он.
Девочка перестала плакать и следила за Кларой.
– Тот похож на него, – она показала на девушку пальчиком.
– Лилечка, это же девочка Клара. Она не может быть похожа на мужчину.
– Она не девочка! – выкрикнула Лилечка. – Верни моих родителей.
Ребенок спрыгнул с кроватки и кинулся на Клару с кулачками.
– Блин, мне точно оторвут голову, – промелькнула мысль у Карла.
Но Лиля не успела ударить Клару, ее перехватила бабушка.
– Прости, – только сказала Нина девушке и вынесла бьющуюся в истерике девочку в коридор.
– Видящая, что ли, – проворчала Клара. – Туго ей будет в жизни с таким даром.
Она легким движением руки при помощи ложки открыла крышку с кабачковой икрой, достала хлеб из кармана и принялась ее лопать.
– А сало, наверно, придется грызть так, – вздохнула она.
Глава 9-10
Глава 9 Все не так уж плохо на сегодняшний день
Через пятнадцать минут в палату вернулись бабушка Нина с Лилей. Девочка, не глядя на Клару, села за столик рисовать. Женщина взяла книжку и уткнулась в нее.
– Хотите сала? – спросила у нее Клара. – У меня вот только ножа нет.
– Спасибо, может, вечером, на ужин. Ты прости Лиличку. Ей сон плохой приснился, вот и мерещится спросонья всякое.
– Я так и поняла, – кивнула девушка.
Лиля глянула сердито на Карла. Он понял, что она его видит.
– Ну, это твои личные проблемы, – подумал демон. – Все равно ребенку никто из людей не поверит.
Им принесли полдник – кефир и одну печеньку. Клара и это употребила за милую душу. В тумбочке еще осталось половинка банки кабачковой икры, пакет с творогом, шмат сала, яблоки и варенье. На ужин давали слипшиеся макароны, политые сладкой молочной подливой. Он поморщился от вкуса, но все равно все съел. «Хочешь жить – умей вертеться, – подумал демон. – Продукты надо экономить».
Вернулся в палату. Нина суетилась, собирая лоточки и банки в пакет.
– С Лилей посидишь? Сваха пришла, хочу поболтать с ней. Лилечку не буду брать, там внизу холодно, боюсь, застудится.
– А вдруг она такую же истерику закатит, как после сна? – спросила Клара.
– Все будет нормально. Мы с ней уже об этом поговорили.
– Будет кричать – выйду из палаты, мне проблемы не нужны, – предупредила Клара.
– Лилечка, ты же не будешь кричать? – спросила ее бабушка ласковым голосом.
– Не буду, – насупилась девочка.
– Вот и умничка, я скоро приду, – бабушка чмокнула внучку в макушку, схватила пакет с банками и ускакала из палаты.
Клара открыла книжку и попыталась почитать, но роман почему-то не шел, было неинтересно. Девочка продолжала рисовать, иногда поглядывая на нее.
– Я не убивал твоих родителей, – Клара подсела к Лиле за стол.
– Я знаю, но он был такой же, как ты. Зачем он это сделал?
– Я не знаю, – Клара пожала плечами.
Вдруг девочка схватила ее за руку.
– Вот черт, теперь мне точно хана, – подумал Карл.
Но через несколько секунд он понял, что энергия от ребенка не идет, зато перед глазами появились кадры аварии. Внизу в овраге валялась перевернутая машина, а рядом в воздухе завис демон. Он сжимал кисть так, что казалось, что в ней что-то находится. При этом при движении его пальцев машина деформировалась все больше и больше. Лиля видела демона, а он видел ее и ухмылялся. Но что больше всего поразило Карла, что картинку показывали с разных сторон, не только глазами ребенка, но и из оврага. Девочка в момент деформации автомобиля находилась в небольшом шаре, который защищал ее от повреждений.
Картинка исчезла, и Карл задумался над увиденным.
– Он мне снится каждую ночь, – сказала Лиля.
Карл поводил носом, но знакомого запаха не учуял. Значит, пока еще демон не нашел девочку. Но если у нее будут повторяться раз за разом эти сны, то в конце концов он до нее доберется. Всё это сработает как вызов. У ребенка дар, поэтому она представляет особый интерес для вот таких сущностей.
– Можно я заберу это воспоминание? – спросил Карл.
– Да, но только я не хочу забывать про него. Хочу помнить, кто уничтожил моих родителей.
– Ты вспомнишь про него, когда придет время, – ответил он.
Ему стало интересно, кем же была девочка в прошлой жизни. Для трехлетнего ребенка Лиля была слишком разумной, значит, при переходе часть памяти не потерялась.
– Можно я кое-что у тебя спрошу?
– Да, – кивнула она.
Карл положил на ее голову и лоб руку. Девочка запрокинула голову назад, глаза у нее закатились.
– Кто ты?
– Я не помню, – ответил ребенок утробным голосом.
– Ты видящая?
– Я вижу сущностей и покойников и могу предсказывать будущее, – ответила она спокойно.
– Ништяк тебе свезло. А теперь, если ты не против, я заберу у тебя воспоминание, – сказал Карл.
– Я согласна.
Куда-то в память Карла улетел эпизод с «аварией». Такие вещи ему не мешали и не напрягали. Как только он отпустил девочку, так сразу отскочил от нее на кровать. В палату тут же влетела тетка с ведром и со шваброй. Она стала водить носом, как собака, принюхиваясь к воздуху.
– У вас все в порядке? – спросила она Лилю.
Девочка посмотрела на нее флегматично и продолжила рисовать дальше.
– У тебя ничего не болит? – допытывалась санитарка.
– Нет, Клара читала мне сказку, – ответила Лиля.
– А у тебя как? – санитарка близко подошла к кровати Клары.
– Все нормально, – ответила та. – Вот только сало порезать нечем. У вас нет никакого ножика?
– А как же есть, – женщина хищно улыбнулась, и откуда-то из рукава у нее в ладонь выпал ножик. – Вот, возьми.
Она протянула его лезвием вперед.
– Вы что? Таким раритетом нельзя сало резать, – Клара постаралась дружелюбно улыбнуться.
– Да, эта вещица для других целей, – хмыкнула санитарка и убрала куда-то нож.
– Мы можем с девочкой выйти, и вы спокойно уберетесь, – предложила Клара.
– Вы мне не мешаетесь.
Девушка пожала плечами и уткнулась в книгу.
– Быстро же у них сработала сигнализация. Тут же прискакал страж. У Клавдии всё тут по-настоящему, всё, как положено, – подумал Карл.
В стражи брали только людей, из тех, что когда-то испытали клиническую смерть. В большинстве своем они чутко реагировали на волнения энергии в воздухе. Некоторые из них даже видели других сущностей в обычной жизни, а не только на работе. Карл ничего не нарушал, так что волноваться ему было нечего. Он даже мог пожаловаться, куда следует, на тетку за угрозу. Но пока это было не в его интересах.
Санитарка домыла полы, погрозила пальцем Кларе и вышла из палаты. Лиля достала одноухого зайца и принялась его укладывать спать. Больше девочка ничего не спрашивала у Клары, а вела себя как обыкновенный ребенок.
Вернулась Нина с двумя пакетами, довольная и счастливая, видно, наговорилась вдоволь. Один пакет она кинула на кровать Клары.
– Тебе передачку принесли, – сказала она.
– Кто? – удивилась девушка.
– Не знаю, парень какой-то. Сказал, что для тебя там лежит записка. Там какие-то закорючки в ней странные.
Клара быстро вытащила записку и стала ее рассматривать. Закорючки сложились в обычные слова и буквы.
– Передал тебе посылку от всего нашего отдела. Еле выдрал трусы у напарницы. Они новые. Она себе упаковку где-то достала, попросил поделиться. Пришлось говорить, для кого. Конечно, не так конкретно, но для девочки из страшной квартиры народ скинулся. Купили тебе колготки и немного еды. Нашел для тебя подходящее свидетельство о рождении. Так что доки теперь у тебя есть. Если совсем худо будет, то звони, номер у тебя имеется.
Не забыл про него следователь, всё же передал ему передачку.
В пакете лежали толстые колготки, парочка трусов-неделька, пакет с кефиром, батон и колечко краковской колбасы, а также зеленая книжица «Свидетельство о рождении». Заглянул в документ: «Карлова Клара Карловна».
– Ну вот, фиг я теперь вам помру, – хмыкнул Карл, – не дождетесь.
Глава 10 Другая сторона больницы
Нина стала доставать все из пакета на столик. От небольшого кулька потянуло изумительным ароматом чего-то жареного и мясного.
– Сейчас мы, Клара, котлеточек с тобой пожуем. У меня сваха такие котлетки делает – закачаешься, правда, в них мяса ноль целых три десятых, но они очень вкусные. Картошка и сало с прослойками мяса прокручивается, а потом жарится на почти сухой сковородке. У нее, кроме старшей, еще трое детей. Муж с этими реформами сел на диван и ножки свесил, а она крутится, как может. Еще ухитряется нам с Лилечкой сюда что-нибудь таскать. Я ее ругаю, прошу, чтобы ничего не носила, но она же знает, что взрослых тут не кормят. Да и детям дают все пустое. Мне еще сестра и муж приносят передачи. А от свахи стараюсь ничего не брать, им самим мало, но вот от ее фирменных котлет не могу отказаться.
– У меня есть икра, колбаса какая-то, сало, батон, – ответила Клара.
Конечно, делиться ужасно не хотелось, но Карл прекрасно знал правила человеческого общества – здесь принято трапезничать общим столом.
– Только у меня ножа нет, – сказала она.
– Нож сейчас найдем, – ответила бабушка Нина, – Лилечка, ты чего-нибудь будешь?
– Котлетку с булочкой, – вздохнула девочка.
– Вот и замечательно, сейчас организуем.
Женщина вытащила из тумбочки клинок и протянула его Кларе.
– Вот, возьми, нарежь там сала, батон, – сказала она.
Карл покрылся испариной, глядя на клинок. Он всмотрелся в женщину, но ничего необычного не заметил.
– Откуда он у вас? – у Клары язык присох к небу.
– Нож?
– Да.
– Это сына. Когда всё произошло, он у него был в руках. Мне в морге его отдали, сказали, что очень ценный. Ношу как память. Я им ничего такого резать не собиралась, но вот ты сказала про продукты, думаю, а чего он просто так валяется.
– Но-но, это такая вещь, – пытался подобрать слова Карл, – в общем, старинная и очень дорогая. Им не нужно ничего резать. Я лучше на кухню схожу за обычным ножом.
– Откуда ты знаешь? – удивилась Нина.
– Дед коллекционировал ножи, – соврала Клара, даже не моргнув глазом. – Вы его лучше уберите, он очень дорогой и особенный. Пусть ребенку останется в память об отце.
– Да, ты права, просто больше резать нечем, – расстроилась Нина.
– Я схожу на кухню, – сказала Клара.
Она вышла из палаты и направилась в сторону столовой.
– Ты чего тут бродишь? – окликнула ее постовая медсестра.
– Мне стакан взять, – промямлила Клара.
– Быстро зашла назад, – рявкнула женщина.
Девушка нырнула в соседнюю палату.
– Здрасьте, у вас ножа нет? – спросила она у обитателей палаты.
Здесь тоже лежали мамочки с детьми, но знакомых лиц не наблюдалось. Одна из женщин вытащила из тумбочки ножик и протянула его Кларе.
– Только верни, – сказала она.
– Спасибо, – кивнула девушка, – я быстро.
Она выскочила оттуда и вернулась к себе. Вытащила колбасу, батон, сало и принялась строгать. Все быстро искромсала, ополоснула нож и отнесла с благодарностями в соседнюю палату. Женщина с удивлением на нее посмотрела.
– Быстро же ты.
– Ну так, – пожала плечами Клара.
После этого они с Ниной сели спокойно ужинать.
– Расскажите про сына, – попросила Клара.
– Прости, но я не могу. Не так много времени прошло после, – покачала головой Нина.
– Ну ладно, – вздохнула Клара.
Женщина отпила немного чая.
– Я его поздно родила, почти в сорок лет. Единственный мой сыночек, – она скривила губы. – Он военную академию у меня закончил. На службу поступил. На хорошем счету у начальства был. И когда вся эта заварушка началась, его оставили.
Нина вытерла слезы.
– Вот зачем они по этой дороге поехали? – с горечью в голосе спросила она. – Он же у меня один раз побывал в коме, еще в детстве. Думала, что смерть к нему вернется только в старости, если один раз отпустила.
– Бабулечка, не плачь, – к бабушке подсела внучка и обняла ее.
– Хорошо, не буду, мой лучик света, – она поцеловала Лилечку в лобик. – Если бы не ты, я бы совсем свихнулась. До сих пор кажется, что Александр где-то служит и просто забывает мне писать и звонить.
Значит, ее сын был защитником и не смог сберечь собственную дочь, сделал вывод Карл. Интересно, зачем демону понадобилась девочка? Хотя, может быть, ему было наплевать на нее, а просто он решил из мести или просто так убрать защитника. За них особо не наказывают.
– Да и все равно мне не нужны чужие проблемы. Мне и своих достаточно. Нужно еще найти, где жить, а то неизвестно, что у этой Ксении на уме. Возьмет и выпишет завтра меня. И куда я пойду? – задумался Карл. – Может, вернуться в ту квартиру?
Но жить в ней ему не хотелось, слишком она была приметной для других сущностей. В такой жилплощади на себя только беду кликать. Раньше Карл мог легко найти пустой дом. Сейчас он не знал, остались ли у него такие способности. Проверить пока не представлялось возможным.
В палату вошла та самая противная медсестра. Она несла поднос со шприцами.
– Девочки, вечерние укольчики, – женщина приторно улыбнулась.
