Litres Baner
Верино счастье

Евгения Ивановна Хамуляк
Верино счастье

Николь сидела за партой во втором почетном для отличников и хорошистов ряду и переводила дух. Только что она получила пятерку за чтение вслух своего сочинения, домашнего задания, которое задала учительница для самостоятельной работы.

Николь размышляла над сочинением несколько дней, ей немного помогали в этом мама и няня: мама подправляла текст, а няня проверяла ошибки, – и пятерка не заставила себя ждать. Николь очень гордилась собой, хотя тема была пустяковой – описать свое счастье. Девочка подумала-подумала немного, вспомнила, когда она бывает больше всего счастливой и радостной, а потом аккуратно записала свои мысли в тетрадку. Мама одобрила написанное, ибо эти радостные минуты и ей доставляли большое удовольствие. Сложнее было выступить перед классом и без запинки, с выражением, прочесть свое сочинение. Вот здесь Николь поджидала небольшая трудность: дело в том, что на бумаге с проверенными ошибками текст казался стройным и красивым, но стоило только начать читать его вслух, как свои же собственные слова застревали во рту и казались вдруг какими-то странноватыми, а по-честному – даже глуповатыми. Конечно же, пятерка за проделанную работу была заслуженная, но какая-то ненастоящая.

В чем же состояло счастье Николь?

Больше всего на свете девочке нравилось ходить по магазинам, или, как говорила мама, делать шоппинг. Один раз в месяц приезжал папа, который уже давно не жил с Николь, мамой и няней. Мама объяснила это дочке так: не сошлись характерами. Но папа никогда не забывал о Николь и обязательно выбирал время, чтобы провести его вместе с ней.

В этот единственный день папа становился настоящим волшебником: он увозил маму и Николь в дорогой торговый центр и они, словно принцессы, заходили то в один, то в другой бутик и покупали всечто вздумается и все что понравится. От подарков и внимания мама становилась такая красивая, как в те дни, когда папа жил с ними. И уже это делало Николь счастливой, ей казалось, что они вместе и все опять хорошо, как раньше… Конечно, прибавляли счастья и новые туфельки, красивейшие наряды, забавные игрушки и вкуснючие суши-роллы в ее любимом японском ресторане, куда обязательно заводил их папа под конец встречи. Именно за этот день, за все подарки и за улыбки мамы Николь обожала его и прощала целый месяц разлуки. И хотя по приезду домой многочисленные пакеты и коробки оставались в прихожей нетронутыми и забытыми, этот счастливый день хранился в памяти долго, а его повторения Николь начинала с нетерпением ожидать, уже отсчитывая квадратики в календаре, прямо с возращения.

Девочка очень любила папу, и тот отвечал взаимностью – никогда-никогда ни в чем ей не отказывал. Вот таким было счастье Николь.

***

А сразу после нее к доске стали выходить другие ребята: Березкин Платон, чье счастье состояло в футболе. Папа Платона был большим фанатом испанской лиги чемпионов, играющих на поле в красивых желтых майках. Он обещал Платону, что когда-нибудь они переедут жить в Испанию, на родину лучшего игрока этой команды, и сын сможет пойти учиться в футбольную школу и каждую неделю посещать тот самый стадион. Папа поможет с тренировками, и со временем Платон тоже сможет стать настоящей звездой лиги. Мальчик верил папе, и эта общая мечта делала их счастливыми. Хотя их мама не разделяла этой радости, так как ей совсем не нравился футбол и она жаловалась на то, что папа больше любит чемпиона в желтой майке, чем ее.

Потом выступали девочки. Ложкина Ева, чьим счастьем было получать и дарить подарки, поэтому она обожала все праздники на свете. Она и ее мама с удовольствием ходили по многочисленным мероприятиям, дням рождения коллег, друзей и родственников, а выбор подарков или их получение занимало большое место в жизни Евы. По этому случаю она даже вела дневник: записывала, кому и когда что подарила, чтобы не ошибиться и не повториться в следующий раз. Ее мама, известный в городе адвокат, научила Еву этой премудрости, часто показывая свой испещренный красными и синими записями ежедневник с многочисленными заметками, примечаниями на полях, где пустовали лишь выходные: традиционно суббота отводилась мамой для личного времени, а воскресенье – семье.

Рейтинг@Mail.ru