Евгений Волков Император с Фронтира. Код Изгнания

Глава 1

«Чернота космоса». Этими двумя словами поэты и невежды по привычке описывают бездну. Но в реальности космос редко бывает по-настоящему тёмным: пустота всегда пронизана светом мириад звёзд, туманностей и пульсаров. Яйцеголовые теоретики из Имперской Академии любили рассуждать о расширении Вселенной, предрекая эпоху, когда свет далёких галактик перестанет достигать наших сенсоров. Но это должно было случиться в невообразимо далёком будущем.

Должно было. Пока не пришли Пожиратели. До их вторжения ни один разумный не верил, что можно оказаться в мёртвом секторе Галактики, где на тысячи парсек вокруг властвует абсолютно непроницаемая тьма.

Система Квазар-948-b балансировала на самой границе этой Бездны. Здесь космос ещё сопротивлялся: по одну сторону от невидимой, но жёстко закреплённой линии фронта на визорах пульсировали редкие россыпи звёздных скоплений — последний оплот Империи. Но стоило отвести взгляд в сторону Пустоши, как космос становился мёртв.

Местное светило давно превратилось в остывший шлак. Пожиратели прошли здесь сто двадцать циклов назад, выпив звезду до последней капли термоядерной плазмы и превратив процветающую систему в парящее кладбище замороженных планет. Именно здесь, среди ледяных астероидов, объединённые флоты Империи дали то самое эпохальное сражение. Тысячи сожжённых крейсеров, эсминцев и фрегатов, позволили отбросить Рой от тающих границ государства и намертво зафиксировать фронт. С тех пор он оставался неизменным.

И именно поэтому сейчас в этой ледяной, приграничной системе кишели мародёры и искатели. На этом реликтовом поле боя среди обломков орбитальных крепостей можно было добыть невероятные сокровища. Древние артефакты, уцелевшие ядра мехов и, главное, — технологии прошлого, за которые на чёрных рынках платили целыми состояниями.

Если быть точным, в данный момент в этой мёртвой системе находился ровно один мародёр. И им был я.

Мой корвет «Тень» дрейфовал во тьме космоса среди исполинских обломков прошлого сражения. Мы погасили все огни, стараясь слиться с тысячами тонн космического мусора, в то время как десяток моих исследовательских дронов сектор за сектором сканировали пустоту.

Эта покупка обошлась мне почти во все сбережения, но в теории сулила невероятную прибыль. Увы, я торчал в этой грёбаной системе уже больше двадцати часов и не нашёл абсолютно ничего. А чем дольше я здесь находился, тем выше был шанс нарваться на патрульные корабли Дома Оберон.

Обероны держали границу уже сотни циклов. Делали лучших тяжёлых мехов Империи и считали Фронтир своей собственностью. Ну а что нужно для мехов, кораблей и брони? Металлы, именно эта отрасль, металлургия и стала для Оберонов золотой жилой. Крайне неприятные ублюдки, скажу я вам. Впрочем, они все были такими. Все эти чёртовы Дома.

Дверь с тихим пневматическим шелестом открылась, впуская на мостик «Тени» Харрга. Харрг был ракси — представителем расы гордых котоподобных гуманоидов, наёмником и моим единственным другом в этой дыре. Если во Фронтире вообще применимо слово «друзья». Я бросил быстрый взгляд на лениво жующего ксеноса. Его чёрная как смоль шерсть поглощала тусклый свет рубки. Через правый глаз, который он почти всегда держал закрытым, шёл глубокий шрам, начинающийся от брови и заканчивающийся где-то в районе подбородка. Его здоровый золотистый глаз с узким вертикальным зрачком лениво пробежался по тактическим мониторам и остановился на мне.

— Ну что там, шеф, есть что интересное? — спросил наёмник, пройдя к своему креслу навигатора и тяжело плюхнувшись в него.

— Ни черта. Такое ощущение, что мародёры из Дома Кастеллан выгребли отсюда всё, до того как спихнуть нам эти координаты, — пробурчал я, проведя рукой по шее.

Пальцы нащупали шрам биоклейма. Проклятая метка и живое напоминание того, что Империя сделала с моим Домом. Это клеймо переписывало часть моей ДНК, навсегда закрывая мне путь через гиперврата в центральные миры, так как защитные системы «Скрижалей» попросту расщепили бы меня на атомы. Это фактически подписывало мне приговор вечного прозябания во Фронтире.

Я опустил руку и продолжил наблюдать, как исследовательские дроны один за другим окрашивают сектора на тактической голограмме в ровный зелёный цвет. Пусто. Мусора здесь хватало, но ничего из этого металлолома не стоило и доли тех кредитов, что мы сожгли на прыжок и маскировку. Выживать во Фронтире в роли мародёра и наёмника, перебивающегося случайными заказами — дело неблагодарное. Особенно когда таких отчаянных ублюдков вокруг — тысячи.

— Харрг, если здесь ничего не найдём, какие мысли? — спросил я наконец, обратившись к напарнику.

Наёмник нервно дёрнул ухом и сосредоточенно впился здоровым глазом в мерцающие строки логов. Навигационные пакеты, купленные за баснословную сумму у тех же Кастелланов. Этот Дом, хоть и кичился своим происхождением от побочной ветви правящего рода, по факту сколотил состояние на легализованном мародёрстве, наёмничестве и продаже «эксклюзивных» координат таким олухам, как я.

— Придётся лезть дальше, если тут глухо, — констатировал ракси, разворачиваясь ко мне вместе с креслом. — Можно, конечно, попытать счастья в соседних системах, но если эти пройдохи вычистили эту, то и там всё вылизано до пылинки. А вот сунуться глубже, во фронтовые системы Пожирателей, Кастелланы могли и не решиться.

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер? — хмыкнул я, отлично понимая, что если мы двинем в сторону актуального фронта, риски возрастут неимоверно.

С Харргом мы познакомились много циклов назад. Тогда нас, двух одиночек, наняли какие-то залётные торгаши для одной безумной затеи — захвата торгового судна мелкого баронства. Кто же знал, что в скрытых трюмах этой посудины окажется партия древних реликвий под охраной тяжёлой пехоты Белого Корпуса — элиты Ордена «Инвиктус». Я до сих пор уверен, что мы выбрались из той мясорубки живыми лишь потому, что так сошлись звёзды. Другого объяснения у меня просто не было. С тех пор мы держались вместе: решили, что раз уж Вселенная позволила нам выжить в том аду вдвоём, искушать судьбу и разбегаться по разным углам было бы идиотизмом. Именно тогда Харрг и получил свой шрам на полморды.

— А у нас когда-то было иначе? Я уверен, что Артемус слил нам пустышку, и тут давно нет ничего, что стоило бы больше пары десятков тысяч кредов, — философски пожав плечами, проговорил ракси.

Я устало откинулся назад. Умный нейро-ложемент привычно обхватил тело, считывая метрики, но, почувствовав, что я не собираюсь подключаться к системам пилотирования, послушно ослабил хватку. Старый корвет был тем немногим, что осталось у меня после уничтожения Дома. «Тень» давно растеряла свой аристократический лоск, превратившись в помятую рабочую лошадку. Но даже такая лошадка требовала регулярного обслуживания, качественных запчастей и топлива, которые, увы, я дать ей не мог. Всего пару циклов назад здесь шумел экипаж: у нас был свой бортинженер, стрелок и даже небольшая абордажная команда. Но чем длиннее становилась череда неудач, тем стремительнее таяли мои счета. Высокие слова о чести и братстве не заправляют реактор и не покупают пищевые кассеты. В конце концов, корвет покинули все. Остались только капитан и первый помощник. Я и Харрг. Хотя в последнее время мне всё чаще казалось, что и ракси скоро плюнет на всё, оставив меня решать мои проблемы в гордом одиночестве.

— Ага... Будь проклят тот день, когда я вообще связался с этим Артемусом, — тяжело вздохнул я, соглашаясь с напарником.

Харрг издал короткий, почти человеческий смешок. Артемус был на редкость скользким типом, мелкой сошкой в иерархии своего Дома, но иногда действительно подкидывал стоящие координаты. Жаль, что в этот раз мы купили за бешеные кредиты просто дорогой мусор.

Видимо, всё-таки придётся лезть вглубь фронтовых территорий. Конечно, фронт давно считался стабильным — насколько это слово вообще применимо к войне на истребление. После формирования объединённых флотов Империи и череды генеральных сражений, закончившихся взаимным уничтожением целых армад, и Пожиратели, и люди прекратили попытки глубоких прорывов. Уже несколько десятков циклов здесь не случалось ничего масштабнее локальных стычек. Я никогда не лез в высокую политику, но нутром чуял: за этой подозрительной заморозкой конфликта стоят какие-то теневые договорённости на самом верху.

Приборная панель издала сухой писк: сканирование последнего сектора завершено. Как я и думал — стерильно. Я тяжело выдохнул, опустил руки на подлокотники, позволив пальцам на секунду погрузиться в податливую материю умного ложемента, и отправил разведывательным дронам команду на возврат.

— Значит, прыгаем вглубь? — деловито уточнил ракси.

— А у нас есть выбор? — мрачно отозвался я, глядя на мерцающие отметки возвращающихся дронов. — Если не раскопаем ничего полезного, сдохнем от холода и истощения. Ресурс корабля не бесконечен, и духом Императора реактор не заправишь.

***

Корабль пробил темноту ослепительной вспышкой: ткань реальности сомкнулась за кормой, выплёвывая нас из гипера. Я тут же бросил корвет в сторону, уводя его с вектора прыжка. Базовая предосторожность — гравитационный шлейф прокола отслеживался слишком легко. Я не мог с уверенностью сказать, есть ли в этой мёртвой системе кто-то ещё. К сожалению, сканер дальнего действия давно сгорел, так что паранойя оставалась нашим главным союзником.

Система находилась в самом глубоком секторе Фронтира, фактически на нейтральной полосе фронтового пространства. В теории здесь ещё оставалось, чем поживиться. Нейроинтерфейс мягко пульсировал на затылке, позволяя мне «видеть» и «ощущать» окружающий космос так, словно не было никакой брони и переборок — только я и ледяная пустота.

Сам по себе нейро-ложемент был безумно дорогой аристократической приблудой, доставшейся мне вместе с «Тенью». Изначально корвет управлялся полноценным Искином ранга «Абсолют» по имени Лили. Настоящий шедевр имперской кибернетики. Но мне никогда не нравилось делегировать собственную жизнь машине, поэтому сначала я отрезал ИИ от систем управления, а затем и вовсе перевёл в режим глубокого сна. Жрала она столько энергии, что нашему старому реактору это было просто не потянуть.

Фальшпанели на обшивке «Тени» с тихим гулом, слышимым только в рубке, разошлись в стороны, выплёвывая в пустоту рой разведывательных дронов. Убедившись, что они легли на курс, я разорвал синхронизацию и вынырнул из интерфейса в реальность. Несколько раз тяжело моргнул, привыкая к тусклому освещению рубки, и привычным жестом вывел на главный тактический экран архивную карту системы.

Когда-то и здесь горело своё светило, но теперь система была так же мертва, как и предыдущая. Отличие заключалось в другом: в самом начале вторжения Пожирателей здесь проходил важнейший логистический узел Коалиции. По крайней мере, так утверждали старые навигационные логи. Шанс вытащить отсюда что-то действительно ценное был.

Харрг развалился в ложементе навигатора и откровенно дрых — длинные усы ракси ритмично подрагивали. Этому шерстяному прохвосту явно снилось что-то динамичное. Сканирование секторов займёт пару часов, так что я решил спуститься в жилой отсек и принять душ. Пусть не полноценный водяной, о котором на Фронтире можно было только мечтать, а жёсткий химический, но смыть с себя пот, и напряжение было необходимо.

Я тяжело поднялся, с хрустом потянулся, чувствуя, как затёкшие мышцы с благодарностью наливаются кровью. Нейроинтерфейс — игрушка, конечно, потрясающая, но в этом слиянии с кораблём слишком легко потерять счёт времени. А то и вовсе лишиться рассудка, растворившись в пустоте. Знал я пару таких бедолаг, чьи мозги в итоге превратились в кашу от слишком долгого пилотирования.

Но до душа мне так и не удалось добраться. Прерывистый вой сигнала тревоги заставил меня резко встрепенуться. Харрг, до этого мирно похрапывавший в кресле, дёрнулся, взмахнул лапами и вскочил со всей доступной ему кошачьей грацией. В его руке мгновенно оказался тяжёлый пистолет, а уцелевший глаз бешено моргал, словно пульсар, сбрасывающий излишки энергии.

— Угомонись, шерстяной, это просто сигнал обнаружения, — бросил я, невольно покосившись на наставленное на меня чёрное дуло.

Я не стал ждать, пока сонный напарник окончательно придёт в себя, и просто рухнул обратно в капитанское кресло, выводя на главный экран причину сработавшей автоматики. Ничего по-настоящему угрожающего там не было. Просто один из дронов-разведчиков, отклонившийся чуть дальше от стандартной спирали поиска, засёк крупную сигнатуру.

Правда, при более тщательном сканировании стало ясно, что это судно перестало быть угрозой ещё многие десятки циклов назад. Да и в дни своей молодости вряд ли ею являлось.

На тактический монитор вовсю транслировалась исполинская махина транспортника времён поздней Коалиции. По крайней мере, именно так классифицировала обводы корпуса база данных корвета. Фактически мы наткнулись на реликт эпохи до основания нынешней Империи.

— Чтоб у меня усы отвалились... — пробурчал ракси. Он уже убрал ствол в кобуру и теперь нависал над моим плечом, вглядываясь в тёмный силуэт, тускло подсвеченный сканирующими лучами наших дронов.

— Ага. Редкий зверь. Думаешь, на ходу? За такой корабль в рабочем состоянии на чёрном рынке можно было срубить пару миллионов кредов. Не меньше. — проговорил я, бросив быстрый взгляд на напарника.

Дело в том, что все современные грузовые суда Империи имели одну паршивую конструктивную особенность: намертво вшитые пеленгационные маяки. Выдрать их из системы без повреждения реактора было почти невозможно. И хотя умельцы Фронтира научились глушить сигнал, риск нарваться на патруль с хорошими сканерами оставался всегда. А вот такие «глухие» старые корабли до имперской эпохи ценились на вес антиматерии. За чистый транспорт без правительственных закладок любые пиратские синдикаты и даже теневые посредники самих Домов отстегнули бы целое состояние.

— Боюсь, что нет, шеф, — Харрг ткнул когтем в экран. — Вон, маршевые двигатели снесены подчистую, да и сам корпус продырявлен слишком уж тщательно. Но, может, внутри осталось что-то полезное?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.