- Рейтинг Литрес:5
Полная версия:
Ева Вагнер Древние Свитки
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Такого монстра никто из них еще в своей жизни не встречал. Огромный бордовый зверь с крупным мускулистым телом возвышался над ними на два с половиной метра. Его крупную голову обрамляла длинная густая черная грива, а из спины росло два гигантских кожистых крыла, которые сейчас были устрашающе распахнуты. Из огромных лап торчали острые когти, а на кончике длинного толстого хвоста поблескивало острое жало.
Увидев монстра, Даррен на миг остолбенел, почувствовав, как его сердце сжимает страх. Словно мрак, страх стал проникать сквозь щели его разума, заставляя пульс учащаться и мысли терять ясность. Хотя Бадхидж с друзьями задирали его в школе, он их не боялся. По правде говоря, он вообще никого не боялся, но этот монстр вызвал в нем неведомое ранее чувство страха. Он выплыл на поверхность, как темный туман, окутывая все вокруг, лишая привычной опоры. В страхе нет милосердия, лишь пустота и бесконечная тоска, пронизывающая душу, как острая игла, оставляющая за собой лишь печать безнадежности.
Молниеносным движением мантикора вонзила в одного из воинов толстый коготь на конце своего крыла, тут же распоров ему голень. Движение было столь быстрым, что остальные услышали только звук рассекаемого воздуха, за которым последовал стон. Воин упал на землю, обхватив ногу руками. Ван Хорн выступил вперед и быстро стал чертить в воздухе рукой символ Штар, который проявлялся в воздухе в виде изогнутых светящихся белых линий. Символ мгновенно превратился в широкий полупрозрачный белый щит, который встал между воином и мантикорой. Демитар достал левой рукой какой-то мешочек из запазухи и бросил его в монстра. Тот с хлопком разорвался прямо над головой зверя, и из него посыпались зеленые искры. На несколько мгновений это отвлекло внимание зверя.
Это затуманит ее сознание, но ненадолго! - крикнул Демитар, осторожно обходя монстра сбоку.
Оставшиеся два воина, воспользовавшись моментом, со всей силы ударили пиками один в лапу, другой в бок зверя, но шкура оказалась такой толстой, что острые пики едва оставили на ней небольшие царапины. Несмотря на это, воины продолжали изо всех сил пытаться проколоть шкуру монстра, но безуспешно. Мантикора одним легким движением могучей лапы отбросила одного из них в высокие кусты ядовитого канериса, которые росли вокруг поляны, а на другого бросилась с открытой пастью. Придя в себя после оцепенения, Даррен быстро нарисовал в воздухе знак Штар и направил его в сторону сражавшегося. Щит появился перед ним за секунду до того, как челюсти зверя чуть не вонзились тому в голову. Зубы монстра уперлись в щит, а упавшего в кусты канерис так обжег ядовитой пыльцой, что тот взвыл от боли.
Ван Хорн, обойдя сбоку, направил звездный кинжал в сторону мантикоры, и из оружия тут же вылетели светящиеся лезвия. Попав, они оставили на шкуре монстра несколько порезов. Мантикора издала яростный рык, от которого содрогнулись деревья, и бросилась на мастера. Он едва успел отскочить в сторону и спрятаться за деревом, когда она с шумом приземлилась на его место.
Даррен решил попытаться снова вызвать фиолетовый огонь и выставил в сторону чудовища правую руку. Он надеялся, что неведомая магия свяжет его или даже сможет задушить, но не тут то было. Из руки вышел едва заметный сиреневый дымок и тут же пропал. Юноша разочарованно посмотрел на свою руку, взял кинжал и направил в мантикору серию призрачных клинков, которые стремительно впились тому в бок, оставив несколько порезов. Мантикора резко развернулась к Даррену, в ее глазах горела звериная ярость. Она открыла свою огромную пасть с двумя рядами исполинских клыков и издала такой рык, от которого задрожала земля и заложило уши.
Этот зверь нам не по зубам! - крикнул Демитар, одновременно высматривая вокруг элингов, которые куда-то подевались.
От мантикоры просто так было не уйти. Даже на элингах убежать от нее непросто, если вообще возможно, но, по крайней мере, есть шанс, что за всеми она не сможет угнаться, и кто-то, возможно, сможет спастись, добраться до Дорлингдейла и вызвать подмогу.
Внезапно из-за мантикоры раздался громкий голос:
Ацедус кронус!
Земля под монстром засветилась зеленым, и тут же оттуда с треском вылезли длинные толстые корни и обвились вокруг его лап, полностью лишив их возможности двигаться.
Корни Амарадис…, - удивился Демитар.
Способностью так лихо управлять корнями владели только самые выдающиеся мастера Школы Священного Древа. Зверь яростно бил крыльями и рвал корни зубами, пытаясь выбраться, а позади него в развевающихся от бушевавшей вокруг стихии лохмотьях стоял старый невысокий дорлинг с золотистой кожей, большими зелеными глазами и колышущимися вверх седыми волосами.
За мной! - скомандовал незнакомец и громко свистнул.
Вдруг из ниоткуда появился крупный белый элинг с золотистыми линиями вдоль тела, а через минуту прискакали элинги путников. Все торопливо их оседлали, и направились вглубь леса за могучим элингом, на котором ехал старец.
Пока они мчались через лес, Даррен судорожно пытался осмыслить произошедшее. “Откуда в Терре такие чудовища? Если бы не этот старик, мы бы так и полегли в этом лесу. Звездные клинки только смогли слегка ранить мантикору. Много ли еще подобных чудовищ в мире? Мне нужно овладеть силой, которая могла бы им противостоять. А что, если она нам снова встретиться? Я ни за что больше не хочу испытывать страх. Мне нужно знание, мне нужна сила”.
Еще в школе серринов Даррен тайком пробирался в архив в поисках трактатов об умениях и техниках других народов, и даже пытался что-то освоить, но информации было крайне мало, и он решил, пользуясь случаем, посетить библиотеку дорлингов, чтобы хоть что-то узнать, если уж не техники, то информацию о каком-нибудь полезном оружии, которое можно попробовать раздобыть.
Минут через пятнадцать деревья расступились, и взору предстала уютная зеленая поляна, окруженная, словно стеной, переплетенными ветвями стоящих вокруг деревьев. Поляну покрывала свежая весенняя трава, несколько десятков цветущих деревьев и грядки с разнообразными невиданными травами. В центре возвышался огромный дуб с длинными изогнутыми ветвями и широкой кроной, а вокруг ствола кругом шла платформа из ветвей, заботливо укрытая лиственным шатром. Из-за густой листвы ее едва можно было заметить. Под шатром вокруг ствола располагался обширный стол с многочисленными полками, наполненными всякими склянками, пузырьками, мешочками, книгами, свитками и прочей утварью. Все спешились.
Что за лихо привело вас сюда? - спросил старец, внимательно оглядывая всех большими ясными зелеными глазами.
Выглядел он странно. Золотистая кожа его была испещрена тонкими бороздами, похожими на кору дерева, а волосы скорее напоминали тонкие колышущиеся колоски. Поверх лохмотьев, которые когда-то были мантией мастера Школы Священного Древа висели всяческие амулеты, на поясе громоздились различные склянки с непонятными жидкостями и мешочки с неведомым содержимым.
Я Демитар, ученик старейшины Дормунда. Это мастер Ван Хорн и Ван Даррен, и наши сопровождающие, - Демитар указал на воинов. - Мы ищем мастера Доринга.
Доринг…, - задумчиво произнес незнакомец, как будто пробуя это слово на вкус, и, помедлив, продолжил, - Я припоминаю это имя…
Он достал откуда-то из-за пазухи бутылёк с темно-зеленой жидкостью и осторожно смазал ей распоротую ногу стража, которая на глазах начала заживать. Демитар с удивлением отметил, что мастерам Школы Священного Древа давно не удавалось создать таких сильных зелий. Что этот Доринг туда положил? “И он смог их создать, даже не имея современных приспособлений”, - изумлялся про себя Демитар.
Доринг… Так когда-то звали меня. Зачем вам было искать Доринга? - спросил старец, разглядывая путников.
Мы слышали от мастера Мунга, что у вас хранится последняя копия Древних Свитков, - ответил Ван Хорн. - Терре грозит беда. Мы хотим узнать, как нам ее избежать.
Мунг, старый друг…, - на минуту Доринг задумался, вспоминая прошлое, - Пытливый ум, ищущий истину. Теперь он ее обрел.
Мастер Мунг умер несколько дней назад, - с грустью произнес серрин.
Не умер, друг мой, а оставил бренное тело и отошел к Создателю. Ничто не умирает, ничто не проходит бесследно, особенно душа разумного существа, созданного по образу и подобию Всевышнего.
Никто не обратил особого внимания на странные слова старика.
Мастер Доринг, на небе появилась черная комета, о которой предсказано в Древних Свитках, наш мир в большой опасности, - обратился к старцу Даррен.
Доринг задумался, на минуту закрыв глаза и погрузившись в себя, после чего произнес:
Что было, то будет. Что предсказано, сбудется, и не нам останавливать грядущее своей немощной рукой.
Тревога окутала сердца присутствующих, словно темный туман.
Мастер Мунг говорил, что в Древних Свитках сказано, как избежать бедствия, - нарушил молчание Ван Хорн.
Вы не остановите небесное возмездие, - подумав, ответил Доринг. - В любом случае, Свитков у меня нет. Однажды лет пять назад я ушел глубоко в лес, лечить деревья, и когда вернулся через семь дней, моя библиотека была перевернута вверх дном, а тайник со Свитками вскрыт, и он оказался пуст. Это сделал кто-то, владеющий знанием, так как тайник был хорошо защищен, но этот кто-то смог пройти через мою защиту.
Что же нам делать? - спросил обеспокоенный словами старца Даррен. - Значит, полный текст пророчества утрачен. Теперь мы не сможем никому доказать, что оно существовало. Не сможем узнать, что нам делать в грядущие времена…
Ван Хорн задумчиво прошелся по поляне.
Но… вы ведь можете пойти с нами, вы ведь помните пророчество, помните тексты Древних Свитков? - с надеждой спросил он.
У меня была лишь часть пророчества, и вот, что она гласила:
Огненный столб небеса пронзит
Запечатанный дух вновь силу явит
Страшен гнев Владыки ночи
Силу стихий он покорит
Владыки Ночи?! - переспросили все хором.
Глаза присутствующих широко раскрылись, все они замерли на месте, пытаясь осмыслить услышанное.
Так вот, о чем предупреждает пророчество…, - ошарашенно проговорил Ван Хорн, - Возрождение Повелителя Ночи, прародителя рондорейцев Родондрона.
В тот же миг, когда прозвучало имя древнего владыки рондорейского царства, по весеннему небу прокатился глухой раскат грома. Солнце внезапно скрылось за тучей, а воздух, словно мечом, рассек холодный ветер. Все переглянулись.
Всё хуже, чем я думал, - продолжил серрин. - Если он возродится, у нас не хватит сил его одолеть. В прошлый раз, если верить легендам, Наринэ только силой Небес удалось остановить его победоносное шествие по Терре. Связь с Высшими силами утрачена давным-давно, и мы навряд ли сможем заручиться их помощью. Если только мы не узнаем, что гласит оставшаяся часть пророчества.
Ван Хорн вопросительно посмотрел на Доринга.
Каждому народу была дана своя часть предсказания, - ответил старый дорлинг, - Поскольку ничего столь страшного в те времена не происходило, никто не обращал внимания на эти слова. А теперь его, наверное, не сыщешь.
Откуда оно появилось? Кто его дал? - встревоженно спросил Демитар, внезапно осознавший существование пророчества.
Вышние силы, конечно же! - воскликнул Доринг. - Они всегда предупреждали, к чему нам стоит готовиться, если мы не исправим свой путь на земле.
Но как оно появилось?
Я только знаю предание о том, как оно появилось у нас, дорлингов. Однажды утром дорлинги обнаружили, что от ствола Священного Древа отделилась ветвь с широким зеленым листом, на котором был этот текст. Правда или вымысел это, никто уже достоверно не знает. Упоминание Владыки ночи всех всполошило и напугало, текст некоторое время помнили, а это событие записали в дорлингскую копию Свитков, и на этом всё. Понаблюдали, посмотрели, никаких огненных столбов не увидели и успокоились. “Относится, наверное, это к отдаленным временам, а пока можно еще есть, пить и веселиться”, - решили они и последовали своему решению.
Значит, у других народов должен быть свой текст пророчества? - спросил Даррен, - Хотя если Свитки пропали, возможно, и тексты пророчества вместе с ними.
Если тексты пророчества утрачены, значит так должно быть, и беды не миновать, - спокойно сказал Доринг. - “Небеса покроются мраком и падет на землю огненный дождь, прежде, чем придет тот день, великий и страшный…”.
Все приуныли от слов старца и погрузились в молчание. “Странный этот Доринг, он говорит о страшных вещах с таким спокойствием”, - подумал Демитар, недоверчиво глядя на старика.
Нет, мы это так не оставим, - твердо сказал он, - Нужно выяснить, куда делись Свитки, всех предупредить, и начать готовиться к приходу Родондрона, чтобы мы могли дать ему отпор. Нужно созвать Совет старейшин.
Отдохнув у мастера Доринга под зелеными шатрами свежих пахучих крон деревьев, подкрепившись медом и клубнями какого-то маслянистого питательного растения, отряд отправился назад. Доринг проводил их безопасным путем через Буреломную чащу и вывел на дорогу, ведующую к Древу. На прощанье он дал всем по флакону со своим целительным зельем, однако когда давал его Даррену, вдруг замер с флаконом в руке и пристально посмотрел юноше прямо в глаза. Так он стоял около минуты, и за это время выражение его глаз несколько раз сменилось от удивления до ужаса. Все снова переглянулись. “Он что-то знает обо мне”, - понял Даррен.
Вот, значит как, - пробормотал Доринг, продолжая вглядываться в глаза Даррену, - Ох, Владыка, неужели ты позволишь этому случиться?... Значит, так надо, значит, так надо…
Он отдал флакон Даррену, отвернулся и пошел к дубу с поникшим и задумчивым видом.
Создатель, не дай мне дожить до грядущих перемен…, - бормотал он.
Никто не понял, к кому Доринг обращался и кого он назвал “владыкой”, а у некоторых закрались сомнения, в своем ли старик уме.
Мастер, что вы увидели? - нетерпеливо спросил Даррен, устремившись за уходящим старцем.
Орудие Всевышнего, поражающее и исцеляющее…, - только пробормотал тот, не обращая внимания на юношу.
Они простились, но у всех еще долго звучали в голове устрашающие слова Доринга о неизбежности грядущего, а Даррен с тех пор не переставал думать о том, что такое ужасное в нем мог увидеть этот странный старец.
Совет старейшин
Демитар смог убедить старейшину Дормунда послать гонцов во все школы с призывом собраться на Совет. Ван Хорн ждал собрание старейшин с опаской, поскольку знал, что между расами существовали давние противоречия, не позволявшие им наладить сотрудничество уже полторы тысячи лет. Времена тесного взаимодействия народов остались во второй эпохе, когда после победы над могущественным прародителем рондорейцев Родондроном образовалось единое государство со столицей, примыкающей к юго-восточной части горной гряды Кандорран. Столица называлась Данадея, “Сердце народов”, а государство Терранадан. Центр Данадеи находился на горе Кантарэс, где в те времена располагалось шесть школ. Это было единственное время в истории Терры, когда большая часть школ существовали вместе. Рондорейцы тогда не присоединились к другим народам, а залечивали раны, нанесенные их гордости и величию, в своей земле Рондоран.
Формально правителем Терранадана пятьсот лет был потомок Серин и Серинэ по имени Наринэ, но фактически государством управлял Совет старейшин. Это был тот самый Наринэ, при котором была одержана победа над Родондроном. За чистоту своих стремлений он удостоился долгой жизни. Говорят, как и прародители, он превосходил всех ростом и был последним из некогда населявших землю гигантов. Война с Родондроном сплотила оставшиеся шесть рас, и они решили, что вместе жить разумней и безопасней, чем по-отдельности. Конечно, поселения шести рас были и в других уголках Терры, но судьбы народов вершились в Данадее.
Пока народы помнили, как был повержен Владыка Ночи, они тщательно охраняли и изучали Древние Свитки, и всячески старались следовать Светлому Пути. Поначалу даже снова стали появляться долгожители, которые могли научить новые поколения заветам прародителей. Как правило, это были мастера шести школ. Школы в это время достигли небывалого расцвета. Были написаны труды с руководствами, которые помогали ступившим следовать по Светлому пути.
Особое распространение в то время получил “Трактат о восхождении к бессмертию”, написанный самим Наринэ. По нему, следовавшие по Светлому Пути должны были во главе угла своей жизни поставить восстановление утраченной некогда связи с Создателем. Для этого нужно было отвергнуть злые желания, дела и слова, и обратить свой ум к Небу.
Таким образом ум и сердце очищались от страстей и тем самым приближались к горнему миру, о чем свидетельствовали мирный дух, безмятежность, легкость и радость сердца. Для достижения этой цели многие удалялись от мира, чтобы никакие земные дела не отвлекали их от заветной цели - единения с Всевышним, поэтому именно отшельники часто становились теми, кого Создатель наделял особыми дарами: кого способностью исцелять любую болезнь, кого видеть будущее, кому-то дар слова, кому дар мудрости, и непременно всех наделял даром долголетия.
Однако, несмотря на то, что в те времена среди народов были настоящие светильники святости, духовная болезнь всё же начала поражать общество. Сначала она поразила богатые слои населения, которые в силу благополучного и безмятежного существования увлеклись чрезмерной любовью к роскоши и удовольствиям, многие из которых были запрещены в Древних Свитках как разрушающие душу и тело. Учителей поразила алчность и тщеславие, и они стали заботиться не столько о душах своих учеников, сколько о наполнении своих кошельков и украшении своих одежд и жилищ.
Лишившись учителей, простой народ грубел и спускался в невежество. Появились споры, разногласия, конфликты. Наринэ еще какое-то время пытался всех образумить, призывал следовать Светлому Пути, жить в согласии с совестью и заветами Небес, но слушали его все меньше, и всё больше руководствовались сиюминутными желаниями и стремлениями. Свитки постепенно предали забвению, а о Создателе слышать не хотели. “Он не дает нам то, что есть у богатых, зачем нам его слушать?” - говорили в народе, хотя по-настоящему никто не бедствовал в те времена, у всех был кров и пропитание. “Его никто никогда не видел, а точно ли есть Создатель?” - говорили богатые, которые в погоне за земными благами утратили ощущение причастности Высшему миру.
Так, низменные стремления отвратили шесть рас от Создателя, и они постепенно о нем забыли. Наринэ оставил Данадею и ушел куда-то далеко на восток. С тех пор его никто больше не видел, а сам город и вслед за ним государство стало распадаться, охваченное конфликтами. Постепенно народы каждый разбрелись по своим владениям, и город был предан запустению. Так началась третья эпоха, эпоха разобщения, которая длилась по сей день.
За это время разногласия так и не были преодолены, наоборот, ужесточились, однажды даже вылившись в войну между дваргами и дорлингами. Именно этих разногласий и опасался Ван Хорн в ожидании Совета, ведь они могли не дать пяти расам объединиться перед надвигающейся угрозой.
Пока ждали прибытия старейшин, Даррен уговорил Демитара пустить его в библиотеку в надежде найти что-нибудь о фиолетовом пламени. Библиотека, как и покои старейшины, была тут же, на Древе Амарадис, и занимала несколько платформ, уставленных плетеными колоннами-стеллажами, вертикально тянувшихся от одной платформы к другой. Они поднялись на один из таких “этажей”. Демитар провел рукой, что-то шепнул на старо-дорлингском, и стеллажи открылись, представив жадному взору Даррена знания дорлингов. Он не знал, за что хвататься. Тут были и рецепты волшебных зелий, и техники управления корнями и ветвями, и методы приручения животных, и основы дорлингской магии, и… О! “Запретные техники дорлингов”. От слова “запретные” интерес Даррена закипел, словно котелок с кипятком, и он взял таинственную книгу.
Книга была обернута в черный кожаный переплет, что было нетипично для книг дорлингов, и ей явно была не одна сотня лет. Снаружи ее украшал большой темный потертый изумруд в оправе из черного металла. Даррен аккуратно отщелкнул две металлических застежки и открыл книгу. Каждый разворот книги был посвящен какому-либо животному, которое было тщательно нарисовано. Первый разворот рассказывал о методе воскрешения зверей и подчинении их своей воле, второй о методе выращивания животных, которые могли поражать ядом, третий о скрещивании льва, драконида и скорпиона. Так вот, откуда взялись мантикоры! Давний эксперимент какого-то дорлинга, который вышел из-под контроля. “Вот, почему эти техники считаются запретными”, - понял Даррен. На четвертом развороте была змея, превращающаяся в камень, пятый рассказывал о скрещивании ядовитого паука и драконида. “Надеюсь, он был неудачным, - с опаской подумал Даррен, представив перед глазами двухметрового восьмиглазого монстра, который был изображен в книге, и внутренне содрогнулся.
Следующие несколько разворотов содержали информацию о приготовлении различных ядов, от которых жертва умирала мучительной смертью, и о выращивании ядовитых растений. “Так вот, откуда канерис распространился по лесу, - понял Даррен. - Кто-то решил его вырастить, и однажды семена, видимо, просто разлетелись по лесу”. Внезапно до него донесся голос Демитара:
- Нашел что-нибудь интересное?
Даррен быстро положил книгу обратно и ответил:
- Да, эээ… “Занимательная зоология и ботаника”.
- Хм.
Демитар попытался понять, что за книга могла так называться, но не смог.
- Старейшина Дормунд сказал, что я не имею права открывать двери библиотеки кому-либо, кроме дорлингов, поэтому читальный зал закрывается.
- Понял, - сказал Даррен, и мысленно прибавил: “А еще понял, откуда взялась мантикора и ядовитый канерис”.
В назначенный день и час прибыл старейшина серринов Мидх, с неудовольствием поглядывая на Ван Хорна, и Лазурная Дева Нимраэль, старейшина ниберийцев, в струящейся голубой мантии. Старейшина дваргов вместо себя прислал посла по имени Одруин. Эрлинги отказались, по своему обыкновению оправдывая это тем, что к ним не имеют отношения дела земных или, как они говорили, нижних рас. Орфийцы также отказались, а из земель родонрейцев гонцы и вовсе не вернулись. Все собрались на большой круглой платформе, расположенной на одной из ветвей Священного Древа.
Солнечный свет струился сквозь шатер из цветов и листьев, мягко шелестевший под легким полуденным ветром. По кругу платформы стояли выросшие прямо из нее плетеные кресла, а в центре рос стол, по форме напоминавший большой низкий пень. Стоял ясный солнечный весенний день, и казалось, нет никакой надвигающейся беды, если бы об этом не напоминала увеличившаяся в размере комета в небе.
- Что ж, начнем, - сказал Дормунд, когда все собрались. - Вы все знаете, что привело вас сюда. Мастер Ван Хорн из Школы Звездного Света утверждает, что комета, которую мы все с вами видим в небе, является дурным предзнаменованием для народов Терры, и что о ней говорилось в пророчествах в Древних Свитках.
С этими словами старейшина Мидх встал и демонстративно ухмыльнулся. “Значит, ты решил в обход меня собрать совет, Хорн? - гневно думал он, метая глазами молнии в сторону мастера. - Ты решил, что ты исключительный, и тебе открыто тайное знание? Не много ли ты на себя берешь?”.
- После нашей последней встречи с мастером Хорном, - Мидх бросил на Ван Хорна недовольный взгляд, - Я и не подозревал, что этот баламут настигнет и вас. Я не вижу никакой угрозы в этом небесном явлении, а я не первый год занимаюсь исследованием небесных тел. Мы здесь лишь зря тратим свое время!
- Если никакой угрозы народам Терры нет, - твердо сказал Ван Хорн, встав и выйдя вперед, - то мы просто продолжим жить, как жили до этого. Но если угроза реально существует, и мы к ней не подготовимся, то нас всех ждет катастрофа.
- И как ты предлагаешь к ней подготовиться? - спросил Мидх с насмешкой.
Немедленно начать обучение всех способных держать оружие, всех, кто хоть сколько-то владеет силой стихий, усилить защиту наших земель всеми доступными способами.
В потрепанной темно-синей мантии Хорн стоял неподвижно, направив на присутствующих решительный взгляд. Мидх вышел на середину и обратился к старейшинам:
- Вы представляете, сколько ресурсов потребуется, чтобы каждая школа могла собрать, обучить и вооружить хотя бы тысячу воинов? Нам понадобится перестроить весь свой образ жизни, чтобы это сделать!
“Тебя только это и волнует, - мрачно подумал Ван Хорн, - ресурсы и комфортный образ жизни”.
- Вы уверены, что это того действительно стоит?, - продолжал Мидх, - Я предлагаю подождать и посмотреть, как дальше будут разворачиваться события. Возможно, за этой кометой ничего более не последует, и она исчезнет, как исчезли все до нее.
Вдруг встал посол Дваэрдана, государства дваргов. Это был широкий коренастый дварг. Поверхность его тела напоминала камень, а мощные выступающие брови скрывали в тени его глаза. Одет он был в нарядные золотые доспехи с выгравированными геометрическими узорами.
