современная русская литература

современные любовные романы

любовное фэнтези

остросюжетные любовные романы

городское фэнтези

Меня зовут Кира Лебедева, и я никогда не подписываю того, что не прочитала. Поэтому, когда я заморозила залив на краю сказочной страны и из лунки вынырнул морж и назвал меня королевой, я попросила документы.
Документов оказалось тысяча четыреста страниц. Четыре бочки ворвани в казне, долг на всё, включая солнце, и срок выселения через девять месяцев.
Я поехала сюда на лето. Я не знала, что здесь месяц идёт за три, а моя младшая сестра растёт в письмах быстрее, чем я успеваю отвечать. Я договорилась: королева на половину ставки. Подписала. Только потом заметила, что мне стало не хватать тени.
А ещё у меня есть Зайцев. Щуплый, в аляске, из Мурманска. Он исчезает от страха и от радости, и не исчезает, только когда я его держу. Я держу крепко.
Нам сказали: башню надо заморозить и разбить. Я заморозила. А она спросила детским голосом: «Меня кто-нибудь ищет?»
Заморозить нельзя растаять. Весь вопрос в том, где стоит запятая. И кто её поставил.

любовно-фантастические романы

фэнтези про драконов

Заморозить нельзя растаять, или Королева на полставки

Безымянный остров

Мне шестьдесят пять. Зять у меня теперь насовсем, муж научился говорить «я тебя люблю» — три раза за сорок один год, дочка ждёт сына. Живи и радуйся.
Но Митрич подслушал мой разговор и разнёс по всему району: «К Петровне шейх едет. С нефтью».
А едет к нам Абу Хамад — рыбак из Дубая, который за семьдесят три года ни разу не видел снега. Глава района везёт телевидение встречать инвестора. Мы прячем поросёнка. Батюшка учит «ассаляму алейкум». Коля ищет компасом с трактора, где у нас Мекка, и переносит ради этого уборную.
А следом на чёрном джипе приезжает настоящий миллиардер. Порыбачить. И селится у моей подруги Любы — самой острой на язык продавщицы Костромской области.
Сорок один год я замужем. Я вижу, когда мужик врёт. Этот — что-то скрывает.
Кто из них настоящий шейх, Большие Кочки поймут только к Масленице.

короткие любовные романы

Шейх в Кочках

Большие Кочки

У меня чешутся пальцы, когда мне врут. Для старшей учительницы в школе, где сорок детей, это почти болезнь. Для племянницы женщины, которую разорил самый красивый лжец Авернии, это приговор.
Десять лет назад Жюльен Мирр отнял у моей тётки сердце, а она до самой смерти думала, что он просто не успел ей всё объяснить. Теперь в Сольмаре снова гибнут вдовы, снова пахнет фиалками, и его снова взяли под стражу. Лотта, королевский нюхач, которая платит за нашу школу, просит меня об одной маленькой услуге.
Подписать за него поруку. Взять его на Садовую истопником. Отвечать за него школой.
Шесть пунктов: не лгать, не петь, не говорить комплиментов, топить двенадцать печей и звать меня «мадемуазель Хорн». Он топит. Он стоит в двух шагах. У него сломан нос, а дети зовут его Жюль.
Что делать, если однажды, рядом с лучшим лжецом королевства, у тебя перестанут чесаться пальцы?
Самостоятельная история из цикла «Травницы Тихого Брода». Героев прежних книг вы тоже встретите.

историческая фантастика

боевая фантастика

героическая фантастика

Жених на поруки, или Учительница с Садовой

Мне двадцать лет, я лучший зельевар Северной школы травников и — по совместительству — её главное стихийное бедствие. После того как я случайно сожгла сушильный сарай, меня посадили на испытательный срок. Ещё одна ошибка — и прощай, школа.
А тут ещё отец решил выдать меня замуж. За аптекаря из Глинска, которого я в глаза не видела. И в тот самый день, когда жених приезжает, в Тихий Брод должен прибыть королевский инспектор — решать, быть нашей школе или нет.
Дилижанс приехал. Соседка схватила за руку самого красивого пассажира и объявила его моим женихом.
Это оказался не жених.
А он почему-то не стал спорить.
Самостоятельная история из цикла «Травницы Тихого Брода». Героев первой книги вы тоже встретите.

изобразительное искусство

история искусства

Жених по ошибке, или Зельевар на испытательном сроке

Мне восемнадцать, у меня лучший нос в Тихом Броде после Лотты и привычка подглядывать из-под повязки, от которой меня не отучила даже мандрагора.
Этим летом я собиралась готовиться к экзамену на королевского нюхача. А Бруна решила возродить Летний жребий: все незамужние девицы тянут из шляпы имя, и до самого Урожайника — танцы вдвоём, в храм под ручку, на сенокос рядом.
Я вытянула Тима. Тима, который вырос у нас на глазах. Тима, который четыре года назад уехал в столицу, не попрощавшись. Тима, который теперь королевский сыщик в начищенных сапогах — и даже в шляпе-то его быть не должно было.
А в Сестрином саду тем временем пропадают молодые мандрагоры, коровы на лугу падают в обморок целым стадом, а красавец из столицы зовёт меня в королевские сады.
А Тим молчит. Как всегда.
Как понять, где жребий, а где судьба, если потом в подкладке шляпы находят одиннадцать записок с одним и тем же именем?

Жених по жребию, или Нюхачка из Тихого Брода

Травницы Тихого Брода

саморазвитие / личностный рост

античная литература

книги по философии

ценные бумаги / инвестиции

привлечение инвестиций

Я не вижу с девяти лет. Зато слышу, как у человека сбивается сердце, когда он врёт, и чую ложь под самыми дорогими духами.
Поэтому, когда в Тихий Брод приехал караван «Ароматы Юга», а весь город вдруг начал влюбляться — бургомистр поёт серенады собственной жене, одноногий Олаф делает предложение жрице, а мельник носит жене цветы охапками и забывает запустить мельницу, — я сразу поняла: дело нечисто. Пахнет фиалками. И мандрагорой.
Королевский сыск взял меня в нюхачи. Мой старший брат-инспектор против. Красавец Жюльен из каравана дарит мне фиалки. А тихий Петер, который каждую среду приносит мне серебряный цветок и не может сказать двух слов подряд, по ошибке выпил приворотное зелье, предназначенное мне.
И теперь он поёт под моим окном.
Вот только как понять, где любовь, а где зелье, если сердце у него стучит одинаково?
Самостоятельная история из цикла «Травницы Тихого Брода». Героев первых двух книг вы тоже встретите.

сказки

книги для детей

Любовь по запаху, или Слепая сыщица из Тихого Брода

зарубежные любовные романы

Год я водила ночные экскурсии по Неве и каждую ночь видела мост, которого нет. Восьмой. С газовыми фонарями. Его не видел никто. 
А потом мне под дверь коммуналки подсунули приглашение на экзамен в тайный институт магии. Сорок кандидатов — и я, которая превратила все монеты в зале в канареек. Потому что засмеялась. 
«Магия не рождается из смеха, — сказал экзаменатор Герман Кранц, холодный, как вода из-под крана. — Провалена. Стереть память».
Память мне стёрли. Не до конца.
Теперь по Петербургу ползёт туман без лица, маги гаснут один за другим, а прогнать туман могу только я — своим дурацким смехом. Меня берут условно, до конца белых ночей, и назначают куратора. Того самого.
Параграф четырнадцатый Устава запрещает преподавателям влюбляться в студенток. Отчислить меня нельзя. Влюбиться — тем более.
Кажется, кто-то в этом приказе неправильно поставил запятую.

морские приключения

исторические приключения

зарубежные приключения

литература 19 века

Отчислить нельзя влюбиться, или Ведьма из коммуналки

детская познавательная и развивающая литература

Мне шестьдесят четыре года. Я сорок лет проработала фельдшером в деревне Большие Кочки Костромской области: принимала телят и роды, лечила всю округу и мужа — словом. Дальше Костромы я не ездила ни разу.
А тут дочка звонит: «Мама, приезжайте с папой на Новый год. Ко мне. В Дубай. И с женихом познакомитесь».
С женихом! Тридцать четыре года девке — и наконец-то.
Билеты мы с Колей купили. Сало я зашила в наволочку. Баян Коля взял сам — сказал, без баяна Новый год не Новый год. Валенки положила — мало ли.
Кто же знал, что в Дубае лифт в самом высоком доме мира едет быстрее, чем Коля ругается, рыбу ловят вместе с шейхами, а жених у дочки — не тот, за кого себя выдаёт?
Я сорок лет замужем. Я вижу, когда мужик врёт. Этот — врёт.
Только почему-то на мою дочку он смотрит так, как Коля на меня в восемьдесят шестом году.

финансовые инструменты

бизнес-план

бизнес-процессы

Тёща в Дубае

боевое фэнтези

У меня дар, которого стыдятся: язык. Я пробую суп и знаю, что в нём лежит, кто его варил и с каким сердцем. Для кухарки это удобно. Для дочери женщины, которую шестнадцать лет назад осудили за отравление герцога Штальберга, это всё, что у меня осталось.
А потом в наш трактир приехал его сын. Главный казначей Короны, самый ненавистный человек в королевстве. Его трижды пытались отравить, и он ест одну пустую овсянку на воде. Я лизнула его сахар и выбила чашку у него из рук.
Теперь я должна пробовать всё, что он ест. За восемьдесят крон. А чтобы никто не догадался, зачем кухарка сидит за столом у герцога, Бруна объявила на всю площадь, что я взяла его в женихи. На пробу. По старому обычаю: сорок дней он ест только мою стряпню, первую ложку пробую я, а на сороковой день я подаю ему пересол.
Он говорит мне «недосолено». Он колет нам дрова по формуле. Он не знает, чья я дочь.
Я так думала.
Самостоятельная история из цикла «Травницы Тихого Брода». Героев прежних книг вы тоже встретите.

стихи и поэзия

Жених на пробу, или Кухарка для герцога

Меня собирались выдать замуж за самого холодного мужчину столицы, а заодно навсегда запретить лечить. Я сбежала на край королевства — в бабушкин дом с одичавшим садом, ворчливой мандрагорой в горшке и вывеской «Чаи и травы». Кто ж знал, что люди отца найдут меня так быстро!
Пришлось срочно обзавестись мужем. Первым попавшимся. За пять марок в месяц, с отдельной спальней и строгим договором.
Вот только «муж напрокат» оказался невыносимым чистюлей, чихает от моей полыни, подозрительно хорошо готовит и почему-то морщится каждый раз, когда я ему вру. А вру я часто.
И, кажется, он тоже что-то от меня скрывает

Ева Вересова