Ева Эйзен Босс под напряжением

Глава 1. Нелепая ошибка

Понедельник в финансовом департаменте компании «Арман-Групп» всегда начинался одинаково: со стойкого аромата крепкого эспрессо, шумного обсуждения прошедших выходных и панического страха перед утренним совещанием.

Анна сидела за своим рабочим столом, нервно постукивая ногтями по клавиатуре. Ей двадцать четыре, она — младший бухгалтер, и её главная задача в этой жизни – быть незаметной. Ну, или хотя бы не привлекать внимания начальников. Особенно самого главного из них.

Ох уж этот главный начальник начальников. Михаил Алексеевич Кромов. Генеральный директор, совладелец компании и по совместительству ходячий кошмар любого сотрудника. Достаточно молодой, лет тридцати, высокий, подтянутый, с идеальной осанкой и взглядом, способным заморозить кипяток за пару секунд. В офисе его за глаза называли «Люда» – не спрашивайте почему. Цепочка соответствий была довольно длинная, на самом деле. Началось все, конечно, с фамилии: Кромов плавно перешел в Ромова, Ромов – в ромовую, конечно же, бабу, а баба перешла в бабу Люду, закрепившись только Людой. Михаил Алексеевич носил только безупречные темно-синие или черные костюмы, идеальную прическу и не носил абсолютно никаких адекватных или понятных эмоций. Сегодня, еще до официального начала рабочего дня, он успел высказать ей претензии по поводу ее неудовлетворительной работы. Между ними давно уже было какое-то постоянное непонимание, а его лицо всегда выражало обидное ей показное безразличие при виде ее. Он был красив, но не в ее вкусе, и он раздражал ее своими эмоциями или почти полным их отсутствием почти 90% всего времени.

– Аня, ты отправила файл расчета премий? – над её затылком раздался шепот коллеги Светы, ее подруги.

– Почти, – вздохнула Анна, не отрываясь от экрана.

В этот момент в её ноутбуке было открыто сразу несколько окон. Панель задач пестрела иконками. В одном окне находилась официальная корпоративная почта. Сам расчет премий – сложнейшую таблицу с формулами, к которой младшего бухгалтера Анну даже близко не подпускали – ей скинула главбух с короткой пометкой: «Разослать всем сотрудникам департамента». Тема письма уже была заполнена: «Ведомость по расчету премий за III квартал», файл для надежности был предварительно скачан. Для надежности Анна продублировала это же сообщение в общий чат мессенджера, включающий пятьдесят человек и самого Кромова, чтобы «наверняка». В соседнем окне под безобидным названием «Сводка_расходов_черновик.docx» прятался журнал истерик Анны – ее отдушина и единственный способ сохранять спокойствие в офисном беспределе. А прятался он в «Загрузках» – что может быть безопаснее этой захламленной папки? И сейчас она как раз дописывала последние строки неприятных мыслей, посетивших ее, чтобы на ее лице отражались лишь покой и удовлетворение.

«Какой черт управляет этим котлом? Господин Отморозов? С таким лицом кирпичом и нулевым темпераментом ему только ревизии в моргах проводить, с его сумасшедшим парфюмом ему там будет несложно. Смотрит на живых людей как на налог на добавленную стоимость! Своими широкими раздутыми плечами пусть идет пробивает шахты. Ненавижу понедельники!».

«Так, ладно, за работу…» – пробормотала она про себя, торопясь закончить до того, как Кромов выйдет из своего кабинета для того, чтобы напомнить ей о ее работе.

Мышка слегка задрожала. Отправить.

Анна облегченно вздохнула и откинулась на спинку кресла. Но буквально через считанное количество секунд в кабинете наступила мертвая тишина. Перестали стучать клавиатуры, никто не дышал.

Света рядом медленно повернула к ней свое лицо.

– А ты смелая, – прошептала она, указывая пальцем на экран.

Анна нахмурилась и взглянула в рабочий чат. Вектор её жизни рухнул в одну секунду.

Вместо красивых цифр с премиями за третий квартал в общий чат ушел не только ее недавний монолог: в том документе были все ее мысли за последний год.

Анна замерла. Кровь отлила от лица, а в ушах зазвенело. Она судорожно попыталась нажать «Удалить для всех», но было поздно – лимит времени вышел, а внизу уже светилась плашка: «Просмотрено: 48 из 50».

«Как это могло произойти?!…» – судорожно перебирала мысли Анна. Она нашла ответ довольно быстро: обновленный файл журнала истерик перескочил на место файла от главбуха, а она слишком мало думала в момент отправки письма и слишком много торопилась.

И в этот момент дверь главного кабинета медленно открылась.

Глава 2. Приглашение на ковер

На пороге стоял Михаил Алексеевич. В руках он держал планшет, на экране которого явно был открыт тот самый файл. Его лицо не выражало абсолютно ничего – классическая ледяная маска.

Он неспешно окинул взглядом затихший open-space. Десятки пар глаз со страхом и любопытством переводились с него на сжавшуюся в комок Анну.

– Анна Сергеевна, – его голос, глубокий и бархатистый, прорезал тишину. – К ноге. Сейчас же.

Он повернулся и исчез за матовым стеклом двери.

Анна встала. Ноги были ватными. В голове проносились мысли о том, как она будет искать новую работу, чем платить за аренду квартиры и стоит ли менять имя и уезжать из города.

– Прощай, подруга, мы будем помнить тебя живой, – сочувственно шепнула Света.

– Он сказал «к ноге». Сказал «к ноге». Дело плохо, – растерянно проговорила Анна, смотря то на подругу, то на свои ноги, то на свои дрожащие руки.

– Он сказал «ко мне», – хихикнула Света.

Анну это мало успокоило. Ее мысли, в целом, разлетелись в разные стороны, но она сделала глубокий вдох, выпрямила спину и поплелась в кабинет начальника.

Кабинет Кромова встречал дорогим минимализмом, огромными панорамными окнами и запахом того самого сандала, который исходил от него всегда и везде. Михаил Алексеевич сидел за большим столом из темного дуба, скрестив пальцы на груди.

– Садись, – спокойно произнес он, кивнув на кожаное кресло напротив.

Анна села на самый край, готовясь к худшему.

– Михаил Алексеевич, простите! Это вышло случайно, но я полностью признаю свою вину, я готова написать заявление по собственному желанию.

– Случайно? – Громов чуть приподнял одну бровь. – Ты думаешь, ты могла бы отправить это специально?

Анна замялась:

– Простите за нарушение корпоративной этики. И оскорбление руководства.

– Простить? – Михаил Алексеевич встал из-за стола и медленно подошел к ней, опираясь руками на стол, находившийся теперь позади него. – Ты для этого скрасила оскорбление сомнительным комплиментом, назвав мои плечи широкими, а парфюм – сумасшедшим? Скажи, а пассаж про нулевой темперамент ты чем будешь извинять?

Анна сглотнула.

– Однако, мне неинтересен твой ответ, Анна, – продолжение его речи стало резко жестче. – Завтра к нам приезжает делегация ключевых инвесторов из Азии. Их глава – человек старых правил, для которого образцовая репутация и семейные ценности руководителя – залог успеха сделки. Как думаешь, Анна, этот инфоповод с «чертом с нулевым темпераментом», который наш офис будет обсуждать, думаю, еще очень долго, может до них дойти?

– Н-н-нет? – тихо спросила она.

– Не уверена? Что ж, тогда ты уволена, – он выпрямился, и холодная улыбка пафосно тронула его губы.

Глава 3. Сделка века

Анна лишилась дара речи. Потребовалось несколько секунд, чтобы смысл его слов дошел до неё.

Михаил Алексеевич стоял с выражением лица великого и невозмутимого стратега.

Он наклонился к Анне, приблизив к ней свое лицо. Девушка все также сидела на краешке кресла, сложив руки на коленях, и не шевелилась, смотря на него снизу вверх с открытым ртом.

Михаил Алексеевич продолжил:

– Пока не умирай. Даю одну попытку на реабилитацию. Раз ты так глубоко погружена во все внутренние процессы нашей компании, то с завтрашнего дня будешь приставлена ко мне лично. Твоей задачей будет носить за мной планшет, записывать каждое слово на переговорах с инвесторами и следить за моим расписанием. Ты будешь встречать гостей в аэропорту, сидеть с ними на всех ужинах, возить их на экскурсии и улыбаться. Эти мои обязанности ты заберешь себе, не благодари. Шаг влево, шаг вправо – и увольнение по статье. Ты устроила этот цирк на всю компанию, сорвала коммуникацию в отделе, значит будешь развлекать азиатских партнеров до тех пор, пока не совершится сделка. Ты будешь работать на меня 24/7.

Анна моргнула. Вслух она выдавила испуганным, тоненьким голоском:

– А если я не справлюсь?

– У тебя отличный деловой английский, – отрезал Михаил Алексеевич, все больше наступая на неё и возвышаясь над креслом. – Но, если нет, – значит нет. Оформляем увольнение по статье?

Он выжидающе приподнял бровь. Анна молчала.

Вдруг Михаил Алексеевич наклонился к самому её уху и вслух добавил:

– И чтоб на всех ужинах смотрела на меня так, будто я – центр твоей вселенной. А о «нулевом темпераменте» забудь, а то я устрою тебе персональный стресс-тест прямо на этом рабочем столе!

Он резко отпрянул, сжимая переносицу:

– То есть, хм, в рамках протокола и корпоративной этики. На сегодня свободна, Анна Сергеевна. Завтра в семь утра быть у моего кабинета с блокнотом, планшетом и кофе.

Анна неподвижно сидела и до сих пор чувствовала жар его дыхания на своем ухе. И даже на щеке. Казалось, ее волосы тоже горели. Загорелось и в груди, а потом и в солнечном сплетении, а потом стало опускаться вниз, быстро спускаясь в промежность.

Анна подскочила, кротко опустила глаза и пропищала:

– Да, Михаил Алексеевич. Буду вовремя.

Она выскочила из кабинета пулей.

«24 на 7? Под угрозой статьи? – бешено стучало в голове у Анны, пока она с горящими щеками и выпрыгивающим из груди сердцем неслась к своему столу.

В open-space при ее появления воцарилась тишина. Пятьдесят человек сидели, замерев над клавиатурами, и уши у всех были вытянуты в сторону директорского кабинета буквально на полметра. Света первой не выдержала и подскочила к ней, схватив за плечи.

– Аня! Живая?! – прошептала Света так громко, что услышал даже кулер. – Он тебя не уволил? Тебя били? Унижали? Почему ты выскочила с таким лицом?

Анна заставила себя сделать глубокий вдох, опустила плечи и начала делиться:

– Он не уволил, – тихо ответила Анна, виновато опустив глаза. – Он сказал, что меня переводят. С завтрашнего дня я – его личный помощник и переводчик для азиатской делегации. А на сегодня меня отпустили домой собираться с духом.

По офису пронесся дружный вздох разочарования. Коллеги ждали публичного расстрела или как минимум истерики с выносом вещей в коробке, а получили странную корпоративную рокировку.

– Переводчиком?! Тебя?! К нему?! – Света заломила руки. – Аня, он же из тебя все жилы вытянет!

«Ага, вытянет он, как же, – подумала Анна. – Пупок у него развяжется мои жилы тянуть. Я не так проста!»

В этот момент из-за перегородки материализовался Вадим, их любимый коллега. Молодой, общительный, веселый и симпатичный – идеальный коллега по оценке независимых коллег. Со своим неизменным вежливым видом и папочкой в руках он оглядел собравшуюся вокруг Анны толпу.

– Надо же, Аня, а мы в аналитическом отделе уже ставки делали, – ровным, сочувственным голосом произнес Вадим. – Ребята думали, что тебя прямо из кабинета вынесут в черном пакете и закатают под асфальт на парковке. К слову, у нас на подземном паркинге как раз вчера асфальт перекладывали, свежий такой, плотный… Но здорово, что ты выжила! Правда, ты же слышала, что прошлый личный помощник начальника уже через неделю ушел в монастырь? Хорошего тебе дня!

– Спасибо, Вадим, – выдавила она из себя улыбку, но он уже ушел. Выдавливать улыбки ей теперь нужно научиться на все сто баллов.

Попрощавшись со всеми и собрав свои незначительные вещи, Анна вышла из бизнес-центра на прохладный октябрьский воздух. Впереди её ждал вечер паники, долгий шоппинг в поисках приличного пиджака и неизбежное крушение всех нервных клеток. Но одно она знала точно: скучно ей точно не будет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.