Эрика Нильсен-Майерс Я съем твою душу на завтрак

я съем твою душу на завтрак

Эрика Нильсен-Майерс

2023-2025 Г.

ПЛЕЙЛИСТ

Drunken night — Fallen Circuit

Nina Simone –– I Put A Spell On You

Hahlweg — Eyes On Fire (feat. Wayfie)

Michael Bublé –– Feeling Good

Arctic Monkeys –– Do I Wanna Know?

danny crush — White Feather Hawk Tail Deer Hunter

Lesley Gore — You Don’t Own Me

Kurt Hugo Schneider feat. Casey Breves — Toxic (cover)

Sollar — Cheat Code

The Weeknd — House of Balloons

MILCK –– Devil Devil

She Wants — Your Love

Asper X — Шрам

Boston Manor — Bad Machine

Lana Del Rey — Gods&Monsters

Call Me Karizma — Samurai

Adele –– Set Fire To The Rain

IAMJJ, Baker Grace –– A Different Kind of Blues

grandson — Blood//Water (Acoustic)

Lupe Fiasco feat. Skylar Grey — Words I Never Said

Eminem feat. Rihanna –– The Monster

Sarah Blasko — All I Want

Reamonn — Super Girl

Camylio — Trouble

David Garret — Dance of the Knights

Chris Isaak –– Wicked Game

Palaye Royale — Lonely

Michal Jacaszek — Lament

K. Flay — Bad Memory

Ludovico Einaudi, Daniel Hope –– Experience

Bruno Major –– Places We Won’t Walk

Sam Smith — You Say I’m Crazy

Welshly Arms — Locked

Najwa — Bella Ciao

Miguel –– Coffee

MEG MYERS –– Desire

Junius — A Reflection on Fire

The Neighbourhood — A Little Death

DSPRITE –– Химия

POP ETC — Speak Up

Три дня дождя, SHENA? –– Отражения

Посвящается всем бесстрашным, кто не побоялся приручить своего внутреннего монстра. И тем, кому еще предстоит встретиться с ним.

Не бойтесь смотреть ему в глаза. Порой за жутким ликом истины скрывается невероятно красивое освобождение.

ПРОЛОГ

Туман прозрачной вуалью окутывал город, который только начинал пробуждаться ото сна. Взмывающие в небо птицы врывались в неспокойную тишину и кружили над крышей многоэтажки. Утренняя прохлада трепала одежду и играла с волосами.

Набрав нужный номер, Нильсен-Майерс отложил телефон на бетон и, взяв ледяные руки Суарес, медленно приставил дуло пистолета к своей груди. Он закрыл глаза, готовясь к тому, что произойдет. В этот миг вся его жизнь, ошибки и испытания сошлись в конечной точке.

Где-то справа пикировала птица, и ее пронзительный крик растворился в раздавшемся, как громкий удар, выстреле, эхом отразившемся от окрестностей Нью-Йорка.

ГЛАВА 1.

Добро пожаловать отсюда

Nina Simone — I Put A Spell On You

Чикаго

Нью-Йорк, Штат Нью-Йорк

В мире, который не делится на черное и белое, не существует таких понятий как добро и зло. Не существует совпадений. Здесь нет справедливости, также как и нет ее сестры — несправедливости. Тут действует правило, если не ты, то тебя. Так уж заведено в месте, где сверхъестественные существа обитают среди простых людей. Кто-нибудь из них точно не останется равнодушным и не упустит возможности хладнокровно наступить тебе на горло.

Очередным суматошным вечером в одном из подпольных заведений нижнего Манхэттена под названием «Гранат» Чикаго Нильсен-Майерс успешно завершил встречу с потенциальным клиентом.

В воздухе тускло-освещенного помещения витал сигарный дым. Казалось, все, что находилось в секретном баре: люди, винтажная мебель 1900-х годов, старые красные обои на стенах, располагающиеся на них картины с обнаженными дамами эпохи Ренессанс и даже скрипящие деревянные доски под ногами пропитались едким запахом гари. Живые мелодии джаза разливались по бокалам наперегонки с элитным алкоголем.

Увидев новое уведомление из мессенджера, Нильсен-Майерс поморщился и нехотя разблокировал экран телефона. Сообщение было доставлено пару минут назад. Отправитель — та, от кого он предпочел бы не получать смс никогда.

Афина: «Сладкий, хочу видеть тебя сегодня на собрании в зале в 20:00. Целую.»

Чикаго напечатал резкий ответ в своем стиле: «Если честно, мне плевать, что ты хочешь. И не называй меня так. Это бесит».

Ответ девушки не заставил себя долго ждать.

Афина: «Господин, Вы должны присутствовать сегодня в 20:00 в зале на общем собрании. Ваше присутствие обязательно. Так лучше?»

Чикаго фыркнул. Платиновые пряди челки от раздражения свалились на лоб. Простым движением руки блондин откинул ее назад. Поправив стрижку, он сделал первый глоток скотча, к которому ни разу не притронулся за последний час. Обжигающая горло жидкость раздалась теплой волной по телу.

Чикаго: «Я никому ничего не должен. Пора это уже запомнить».

Она отправила эмодзи, посылающее воздушный поцелуй.

Чикаго: «Я тебя заблокирую».

В последнем сообщении Афина Остерман только посмеялась.

Расплатившись у барной стойки, Чик грациозной походкой направился мимо столиков к выходу. Глубокий женский голос, доносящийся со сцены, подражал стилю исполнения американской певицы Нины Симон1*.

Свободное вибрато сплеталось в страстном танце с клавишными и саксофоном, сопровождая джентльмена строками из легендарной блюзовой баллады «I put a spell on you»: «Я накладываю на тебя чары. Ведь ты принадлежишь мне».

Администратор заведения, стройная миловидная девушка с огненно-рыжими волосами, заставила Чикаго остановиться и обратить на нее внимание, когда тот проходил мимо.

— Эй, красавчик в черно-белом костюме! Учти, без пароля больше не пущу.

В «Гранат» пускали исключительно по секретному слову. Каждую неделю администрация бара придумывала новый пароль, по которому можно войти внутрь. Обычно им служила замысловатая фраза из 1920-х годов. Древняя традиция, устоявшаяся еще с момента открытия тайного заведения. Свежую кодовую фразу на эту неделю Нильсен-Майерс не потрудился узнать, поскольку в прошлый визит не горел желанием общаться с кем-либо.

«Тебе лучше остановиться сейчас, ведь я не шучу. Нет, я не шучу», — пропела исполнительница.

Люси поправила декольте и разгладила ладонями облегающее изумрудное платье.

— Луи2* точно знает, как играть на трубе, он красавчик в этом деле! — вдруг выпалила администратор заведения и кокетливо подмигнула.

Нильсен-Майерс сразу понял, что Люси озвучила пароль для входа на следующую неделю. Кивнув ей, Чик покинул «Гранат» и заплутал в катакомбах. Понадобилось обогнуть несколько узких коридоров и преодолеть парочку лестничных пролетов, чтобы выбраться на поверхность.

Бар был укрыт под землей. Снаружи проход выглядел совершенно неприметно и прятался за обшарпанной вывеской фабрики игрушек. Чикаго бросил на нее мимолетный взгляд и, сунув руки в карманы брюк, зашагал прочь по 102 Норфолк стрит.

***

— Вчера охотниками были жестоко убиты двое вампиров из нашего клана. Жертвами оказались Франц Марин и Сьюзен Ламберт из дома «Багровой Зари». Нашу семью это обошло стороной, но не факт, что обойдет в следующее нападение. Брайан... — домоправительница «Пылающего Заката» оборвала себя на полуслове, потому как ее вниманием завладела появившаяся в проходе долговязая фигура.

Чикаго предпочел не проходить к остальным. Непринужденно подперев дверной косяк спиной, он сложил руки на груди и надменно оглядел группу присутствующих вампиров в просторной гостиной особняка. Они не были заинтересованы в его прибытии. В отличие от Афины, которая с каждой секундой все больше становилась похожа на грозовое облако.

— Ты опоздал, — в голосе древней вампирши раздались острые упрекающие нотки.

— Тысяча извинений. Но, если не ошибаюсь, я пришел как раз вовремя. А я спешу напомнить: никогда не ошибаюсь, — отмахнулся Чик.

— Мне тебе часы подарить?

— Лучше раскошелься на мою свободу.

Остерман презрительно сощурилась, поджав накрашенные красной помадой губы. И Нильсен-Майерс, успев заскучать в ожидании шоу, равнодушно напомнил:

— Ты начала говорить про Брайана.

Чик ждал величайшую игру актера без Оскара3*, и от Афины он точно знал, что получит ее.

— Как вам всем известно, пару дней назад Брайан вместе с палачами из дома «Мрачной Ночи» отправился на разведку в охотничий лагерь, расположенный неподалеку от границы с Канадой. Он должен был зафиксировать новую информацию по нашим врагам, и так и не вернулся. Палачи Адзе доложили, что они потеряли его.

В такт наигранно озабоченным словам девушки в камине громко треснули поленья. Выложенный дорогими камнями очаг находился в доме лишь с целью вычурного украшения и выполнял свою основную функцию крайне редко. Вампиры не нуждались в отоплении.

— Дерьмо, — выругался Декстер. Выраженный оскал отразился нервным тиком на грубых чертах лица, которые раздражали Чика не меньше, чем сам вампир, особняк и безвкусный камин вместе взятые.

У Нильсен-Майерса закатились глаза, когда Афина продолжила заливать плохо отрепетированную драму. Она неестественно взмахнула наращенными кукольными ресницами и драматично опустила их.

— Мы с высшими правителями пытались искать Брайана. Безуспешно. Скрылся он или, в худшем случае, был взят охотниками и убит, нам неизвестно. Поэтому... — домоправительница вновь запнулась. Поддельная скорбь быстро сменилась желанием свернуть шею Чикаго, который в очередной раз помешал ей закончить речь.

— Что на сей раз?! — Терпению вампирши пришел конец.

— Просто хотел, чтобы ты замолчала. — Его губы сложились в безумной усмешке. — Вам с Дэйчи и Лилит было выгодно избавиться от Брайана, поскольку он имел интерес к политическим вопросам клана. Именно поэтому вы отправили его к охотникам вместе с остальными. Я не удивлюсь, если вампиры по команде Лилит прикончили Брайана еще по дороге, а лагерь был использован, как алиби, чтобы не сеять смуту в клане. Так что не надо изображать побитую трагедией святошу. Меня тошнит от твоего лицемерия.

От злости, исходящей от вампирши, искры разлетались в разные стороны. Преимущественно в сторону Нильсен-Майерса, но тому было глубоко наплевать как на ее негодование, так и на все остальные чувства, которые он в ней вызывал. Если бы Афина выставила Чикаго из дома, было бы неплохо. Жаль, этого не случится, ведь вопрос его принадлежности к вампирскому клану вампирша решать не в праве. Да и каким бы он ни был невыносимым, его пребывание в доме лишь в радость ей. Остерман забавляла неоднозначность их отношений. Вряд ли она была готова лишиться столь интересного экземпляра в своей коллекции обращенных.

Собравшиеся вампиры настороженно переглянулись.

— Афина, это правда? — с момента присутствия Чикаго, Виенна Бонуар впервые пошевелилась. Короткие темные локоны качнулись в такт беспокойному движению плеч. До сей поры, утонченную фигуру в кружевном белоснежном платье девятнадцатого века было не отличить от гипсовой статуи.

Покосившись на Чика с презрением, Афина развела руки в стороны.

— И да, и нет. Брайан мне нравился, однако его импульсивность рано или поздно подставила бы нас под удар.

Сдвинув черные брови, Декстер досадливо протянул:

— Черт, Афина…

На большее его не хватило.

— Видимо, кто-то слишком боится потерять место подстилки, — озвучил Нильсен-Майерс мысли вслух.

Декстер подорвался и подлетел к ядовито ухмыляющемуся Чикаго. Занес кулак для удара и с оглушительным хрустом проломил деревянную стеновую панель. Скалясь, вытащил руку и стряхнул щепки. На том месте, где секундой ранее находилась белокурая голова Чика, образовалась дыра с просветом в коридор.

— Ну вот. Теперь придется потратиться на ремонт. А я говорил, что ему пора ставить прививку от бешенства, — как ни в чем не бывало вынес вердикт Чикаго, стоящий напротив пролома.

— Чикаго, уймись! — вздернув острый кончик носа, выкрикнула Остерман. — Перестань его бесить!

Декстера Сноу с ненавистью сжимал челюсть и дырявил его тяжелым взглядом.

— Я тебя уничтожу, — выплюнул он.

— Мальчик, твоя агрессия меня не вдохновляет, — с ослепительной улыбкой парировал Нильсен-Майерс.

— Как малые дети, — вмешалась Виенна, нахмурив тонкие черные брови. — Разве мы не обсуждали возможную смерть Брайана? — Французский акцент вампирши выбивался больше обычного и резал слух.

— Очевидно случившуюся, — с обжигающе холодным гневом поправил ее Чик. При этом смотрел он не на нее, а сквозь, на ту, что считал лживой до мозга костей. — Какая уже, к черту, разница? Если это все, то я не хочу здесь и секундой дольше задерживаться.

Чикаго повернулся ко всем спиной и покинул гостиную.

***

Скрестив ноги, Нильсен-Майерс сидел на серебристом ковре на полу своей небольшой комнаты. Послышался скрип двери. Затем легкое прикосновение скользящих женских ладоней по его обнаженной спине. И аромат ванили, ударившей в нос.

Чикаго резким движением дернул плечами, чтобы скинуть с себя руки Афины.

— Ты когда-нибудь научишься спрашивать разрешения, прежде чем войти?

— Если бы я хотя бы раз спросила, ты бы отказал, — приторно пропела она.

— В этом и суть, Афина. — Чик попытался еще раз избавиться от вампирши, но та мертвой хваткой впилась в его кожу. — Отцепись от меня.

Остерман воспротивилась и надавила на ключицы.

— Ты сильно напряжен. Я могу помочь тебе расслабиться.

— Ты не считаешь, что на то есть причины? Будь добра, отвали.

Пальцы домоправительницы продолжили путь ниже, к груди.

— А если так? — по слащавой интонации он слышал, как та ухмыляется.

— Я серьезно. — Нильсен-Майерс прикрыл глаза.

— Я тоже. Расслабься.

Не выдержав, Чикаго вскочил на ноги вместе с Афиной и, впечатав ее в стену, прорычал:

— Уходи.

— Такой ты мне нравишься гораздо больше, — довольная его грубой реакцией протянула Остерман.

— Я ни на секунду не доверяю твоему лживому личику. Ты как кукла из фильма ужасов. Первое время она кажется безобидной покупкой. Но стоит отвлечься, и вот игрушка вырывает тебе сердце.

Небесно-голубые глаза древней вампирши опасно блеснули под давлением зрительного контакта, удерживаемого Чикаго.

— Умно.

Он отпустил ее и отошел в сторону. Афина закусила нижнюю губу, рассматривая, открывшийся ей вид на обнаженный торс. Скинув с себя легкую накидку, она продолжила настаивать:

— Ну же, как в старые времена. Ты не был таким категоричным в семнадцать.

— Ты про те времена, когда затаскивала подростков в туалет?

— Чикаго, ты так злопамятен. Чем тебе не угодила новая жизнь? Я тебя избрала и подарила мир возможностей.

— Я не просил.

— Вот именно. Тебе даже умолять меня не пришлось.

Уже несколько лет ему приходилось чуть ли не буквально выпинывать вампиршу из своей комнаты. Ее бесконтрольное поведение переходило границы. Желваки от бешенства играли на щеках, пока Афина кокетливо накручивала пепельный локон волос на палец.

— Тебе давно пора на выход. — Он указал на дверной проем. — Дверь прямо по курсу. Ты на нее смотришь. — Его взгляд зацепился за черную ткань, валяющуюся на полу. — И не оставляй у меня свои вещи, не то еще вернешься.

— Не хочешь, чтобы я возвращалась? — удивленным тоном переспросила Афина, строя из себя дурочку.

— Мечтаю об этом.

Остерман послала воздушный поцелуй и выпорхнула из комнаты, оставляя Нильсен-Майерса с горьким привкусом воспоминаний, полных сожалений.

ГЛАВА 2.

Дурацкое яблоко — предвестник всех бед

Hahlweg — Eyes On Fire (feat. Wayfie)

Мария

Нью-Хейвен, Штат Коннектикут

Четыре месяца назад

Созвездия как никогда ярко сверкали в ночной синеве. Зловоние горящей плоти поднималось в мрачную атмосферу. Мария лениво сползла с теплой, еще не остывшей от объятий летнего солнца крыши черного джипа и, подобравшись к полуживому обездвиженному вампиру, потянула его цепи за собой. Обжигающие языки пламени опасно лизали кожу, когда она наклонила голову безвольного, отравленного серебром вампира над металлическим мусорным контейнером. Внутри уже сгорало тело неразвитого ублюдка, которому тот собирался скормить ее.

Рот вампира был наполнен серебряными частицами, измельченными в порошок, и заклеен скотчем. Ноги и запястья скованы. Дрогнув, он выпучил воспаленные, кровоточащие синим глаза и замычал в сопротивлении, когда огонь опалил упавшую на переносицу копну волос.

— Прости, я не расслышала, — промурлыкала охотница, опустив того еще ниже во власть беспощадного жара. — Что ты сказал, милый? Сжечь тебя заживо?

***

Нью-Йорк, Штат Нью-Йорк

Наши дни

На западной 42-ой улице, в центре Манхэттена, в трехэтажной штаб-квартире негласной правительственной организации, Мария Суарес скиталась между стенами огромной жилплощади. Наконец за долгое время она вернулась в место, которое когда-то звала своим домом.

Мари добралась до общей кухни, выполненной в холодных белых тонах. Все сохранилось, как она помнила. Вид панорамных окон выходил на небоскребы и волнующуюся реку Гудзон. Мраморный, отполированный до блеска гарнитур, длинный стол, рассчитанный на большую компанию. По центру кухни барная стойка, и на ее краю стеклянная вазочка с различными фруктами.

Проникшись ностальгией по родному месту, уголки рта шатенки дрогнули в полуулыбке. Она не удержалась и провела рукой по прохладному камню барной стойки. Пальцы потянулись к фруктам. В коридоре послышались приближающиеся низкие мужские голоса. Мария машинально схватила яблоко и, спрятавшись за барной стойкой, притихла.

Уловив знакомые тона, она рискнула слегка высунуться и подглядеть. Двое зрелых мужчин в форме заняли места за столом и продолжили обсуждать полученный отчет с последней разведки спецотряда. Слух не подвел. За столом восседало ее начальство: генерал-майор и полковник.

Мужчины были хорошими друзьями. При виде второго сердце сжалось и екнуло. В последнюю встречу они разругались в пух и прах, и Суарес выпроводили из отряда. «Отлично. Только вернулась и уже шпионишь за начальством. Попробуй объяснить это, если тебя застукают». — Она прижалась лбом к холодной стойке, сдерживая нарастающее желание расшибиться об нее.

— Серхио, мы получили сводку о том, что на юго-западе Бруклина, в районе Бенсонхерста повторно заметили группу подозреваемых вампиров. У нас не осталось ни доли сомнений в сущности одной из них. В компании видели ту белобрысую вампиршу, основную нашу цель на данный момент. — Командующий, что был покрупнее и носил бороду, являлся генералом Уилсоном.

Серхио озадаченно потер щетинистый подбородок.

— Эта чертовка у меня уже в печенке сидит, — с отвращением выплюнул полковник Фернандес. — Надо успеть пришить ее до того, как она сожрет еще половину города. Ни в чем неповинное человечество страдает от этих тварей с каждым годом все сильнее. Число жертв растет в геометрической прогрессии.

Мари чуть не фыркнула вслух. Она не оправдывала жуткие деяния вампиров, но и была убеждена, что люди не шибко далеко ушли от них. Мир не станет идеальным, даже если избавить его от нечисти. Зло притаится, задремлет на неопределенный срок, но никуда не денется. Тараканы тому пример, настоящие посланники из ада. Личные секретари Сатаны.

Наверняка придет тот, кто возродит монстров и после вымирания. На каждое чудовище найдется своя сумасшедшая красавица.

Уилсон сжал плечо командира, и тот предложил:

— Предлагаю отправить группу на вылазку в Бенсонхерст в конце следующей недели. Ребята смешаются с толпой и попробуют отследить гадов. Если бы кровососы не носились как ошпаренные, вычислить их логово было бы куда реальнее. У нас есть подозрения, что какая-то из их точек может как раз располагаться в Бруклине. После твоей наводки на то, что белобрысую снова засекли в Бенсонхерсте, у меня почти не осталось сомнений.

— В таком случае даю тебе время на подготовку группы до субботы.

«Бенсонхерст? Я могла бы отправиться на опережение…»

Словно прочитав ее мысли, Уилсон поинтересовался у Фернандеса:

— Есть представление кого отправишь из отрядов?

— Поедет отряд под командованием Майи Итикавы, — почти незамедлительно отозвался Серхио. — У них лучшие показатели за прошедший месяц.

Генерал-майор сделал краткую пометку в блокноте.

— О рядовой Суарес ничего не слышно? Не жалеешь, что отправил восвояси такого ценного бойца?

От неожиданного упоминания своей фамилии Мария вздрогнула.

— Ее одержимость похоронила бы группу заживо. — Полковник помрачнел. — Я отправил Суарес во временный отпуск почти пять месяцев назад. Никак не думал, что Мария прихватит с собой пол оружейного арсенала и испарится в воздухе!

Она широко распахнула глаза: «Временный отпуск, значит?!»

За погружением в кипящую лаву мыслей, в которых Мари варила суп из костей своего командира, охотница от неожиданности вздрогнула. Она кожей почувствовала, как кто-то бесшумно подкрался к ней со спины. Обернувшись, Суарес увидела перед собой изумленное лицо лучшего друга.

«Альваро». Выдохнув от облегчения, она поклялась, что забьет парня, чтобы тот никогда так больше не пугал.

Густые темные брови взлетели к небу, безумные зрачки принялись изучать ее черты, а губы скривились в странной улыбке. Альваро наверняка взрывался от количества волнующих его вопросов.

Суарес тоже была бы рада его видеть, но немного при других обстоятельствах. Охотница приложила палец ко рту, умоляя Фернандеса-младшего не шуметь. Тот, усмехнувшись, пожал плечами и забрал у нее яблоко, которое она до сих пор сжимала в другой руке.

Он самодовольно ухмыльнулся и потянул фрукт ко рту. Увидев это, Мария ударила друга по ладони. Варо шикнул, вновь потянувшись к яблоку. Тогда Суарес вцепилась пальцами в его запястье, пытаясь оттащить руку Альваро как можно дальше ото рта. Тот беззвучно хохотал.

Никто из них не собирался уступать. Мари несильно пихнула парня в твердый пресс, который тут же напрягся. Фернандес оттолкнул ее от себя, и она утянула его вместе с проклятым яблоком.

Они выпали из-за угла стойки. И тут до нее дошло, что больше никто не разговаривает. Пристальные взгляды генерала и полковника были направлены на них.